La Mafia: In the face of death

Used to play pretend, give each other different names, We would build a rocket ship and then we'd fly it far away Used to dream of outer space, but now they're laughing at our face Коридоры отеля заливал мягкий свет, отражаясь от бежевых стен. Почти все номера были заперты – в час с лишним ночи почти все агенты предпочитали спать, нежели явиться на следующий день уставшими и провалить свалившееся на них задание. Звук шагов по ковру отдавался тихо, и скрип чужой двери был едва слышен. — Виктор, — вполголоса проговорил некто, — зайдёшь на чай? Морозов, собравшийся было открыть свою дверь, с улыбкой кивнул и зашёл в соседний номер. — Вовремя же ты, — усмехнулся Дон России, наблюдая, как его Консильери ставит чайник, и окинул взглядом комнату. Гостиная была точно такой же, что и у него – пара кресел, стол, комод, двери в соседние комнаты – только не хватало пары сумок, что Виктор привёз с собой. Владимир ехал с ним практически налегке – это было ему не в новинку, особенно если учесть его прошлое. Морозов помнил, как поймал того с поличным при краже из своего собственного кармана. Что-то в его взгляде привлекло мужчину, заставив его поговорить с мальчишкой, до конца не понимая, зачем он это делает. А Владимир впервые встретил человека, который действительно слушал его, человека, который мог дать ему возможность подняться с этого дна. Мелкий воришка, ребёнок улиц – он был взят на службу к русскому мафиози. — Мисс Хьюстон поделилась со мной чаем, — проговорил Волков. — Сказала, что прямиком из России, её и миссис Айвир любимый. — Чёрный? — Именно. А аромат… — Владимир улыбнулся, доставая чашки. — Я не выдержал. — Ясно, — добродушно усмехнулся Морозов и замолчал. Чайник медленно закипал в тишине. — Виктор, — Владимир вдруг нарушил молчание, — как миссис Айвир стала Доном? — Помнится, я рассказывал тебе об этом, — усмехнулся Виктор. — Ты посвятил этому пару предложений, когда объяснял иерархию нашего клана, — заметил тот. — Расскажи подробнее, с самого начала. Морозов отставил трость, прошёл пару шагов и опустился в кресло. Волков сел на стул напротив. — Что ж, наше знакомство было весьма занятным. Как ты знаешь, в тот день я направлялся к дому Смитов, имея вполне ясную цель – покончить с главой Синих и забрать все документы, хранящиеся в доме. Со мной тогда были Авдеев и Райдер, которые подстраховали бы меня на крайний случай, — Владимир кивнул. — Как часто бывает, всё пошло не по плану. 2 года назад Небо, сплошь затянутое тучами, поливало Лондон мелкой моросью. Мужчина на заднем сидении Мерседеса задумчиво смотрел в окно; ряды домов на Хейверсток Хилл, мчащиеся мимо него, медленно сдавались перед натиском серости. Подняв волну брызг, автомобиль резко затормозил перед одним из домов. Из салона тут же выскочил высокий молодой человек и, перепрыгнув лужу, поспешил открыть заднюю дверь; оттуда, опираясь на трость, вышел светловолосый мужчина. Окинув взглядом ничем не примечательный дом, он усмехнулся своим мыслям и уверенно направился к входной двери. Молодой человек двинулся следом, внимательно оглядывая всё вокруг. Мелкий неприятный дождь бил каплями по газону, ступенькам и кирпичам, собирался на стёклах и струйками стекал по ним, не давая как следует рассмотреть, что происходит внутри. Потемневший от влаги дом встречал пришедших плотно запертой входной дверью. — Агент FN, там есть кто-то ещё, кроме Объекта 1? — тихо поинтересовался мужчина, поднимаясь по ступенькам. — Видели Объект 2 на кухне, — сообщил тот, идя следом. — Сейчас она на втором этаже. — Возможно, придётся убрать и её, — нахмурился мужчина и занёс ладонь над кнопкой звонка, как вдруг агент вскинул руку вверх, призывая ждать. Сосредоточенно выслушав что-то в течение нескольких секунд, он поднял взгляд на шефа. — Только что поступили сведения, что Объект 1 видели вне дома, предполагают, что направляется ко второй базе. — Чёрт, — прорычал тот. — Прелестно, просто замечательно. Пусть отслеживают. А мы… Мужчина улыбнулся только что пришедшей в голову мысли и уверенно нажал на кнопку звонка. Птичья трель разнеслась по коридорам, и через пару секунд на лестнице на второй этаж послышались шаги. Замок щёлкнул, дверь скрипнула – и перед лицом мужчины предстала темноволосая женщина в платье. — Если вы из компании… — с раздражением в тоне начала та, но мужчина не дал ей договорить: — Я к мистеру Смиту. На пару минут. Могу я его видеть? — Его нет дома, — женщина, прищурившись, изучала его. Русые волосы, прямой открытый взгляд, твёрдость и уверенность в движениях; только ладонь его лежала на отделанной узорами трости, мокрой от дождя – видимо, хромает. Мужчина же пробежался взглядом по коридору – лестница, вешалка, шкаф, зеркало, двери. — Потрудитесь объяснить, кто вы, — наконец сказала она. — Разве что если мы не будем стоять на пороге – на улице сегодня довольно дождливо. Объект 2 открыла дверь шире. Кивнув своему спутнику, мужчина, прихрамывая, вошёл внутрь, и дверь за ним закрылась. Женщина облокотилась о стену; рядом стоял длинный зонт с тонким наконечником. — Вы, вероятно, Анастасия Смит, — та, скрестив руки на груди, кивнула. — Меня зовут Виктор, и я полагаю, что мы можем продолжить разговор на русском. Женщина в удивлении подняла брови вверх. «Теперь она явно заинтересована», – усмехнулся про себя мужчина, в свою очередь рассматривая её. Он уже видел её фото в досье на Смита, только теперь на её лице не было улыбки. Карие глаза, волосы до плеч, изучающий взгляд из-под ресниц – ничего примечательного, кроме одного. Жена Дона Синих. — Представьтесь, пожалуйста, и тогда, возможно, я смогу вам помочь в отсутствие Дэниэла, — на чистом русском проговорила миссис Смит. — Ему что-то передать? — Виктор Морозов. Передайте ему, чтобы перестал лгать своей жене, — так же по-русски бросил он и, развернувшись к двери, собрался было уйти, но тут же почувствовал крепкую хватку за руку. — Что вы сказали? — в её голосе смешались недоумение и возмущение. — А вы хотите знать? — Морозов обернулся. — Некрасиво оставлять такие заявления необоснованными, — едва ли не прошипела она. — Что ж, если у вас есть полчаса и доверие к моим словам, я могу рассказать вам пару интересных фактов о мистере Смите. — Безусловно, поначалу Анастасия мне не поверила, — Виктор поднялся и потянулся за своей чашкой. — Но я дал ей ту информацию, которая заставила её задуматься. — И оставили свои контакты? — поинтересовался Владимир, отпивая чай. — Я оставил ей свой номер. — А это не было слишком рискованным – назвать имя, оставить номер? Вдруг она рассказала бы всё мужу? — После получасового разговора с ней я понял, что этого можно не бояться. К тому же я упомянул ещё одного человека, с которым мы оба были знакомы, — улыбнулся Морозов. — Прекрасный, к слову, чай. 2 года назад Анастасия сидела за столом и, нахмурившись, задумчиво вертела в руках чашку. За это время Виктор успел осмотреть гостиную, запомнить её расположение и мысленно сравнить с планом дома, который ему доставили. За несколько минут он перекинулся парой СМС с агентами, сообщив, что с ним и Объектом 2 всё в порядке, и узнав, что Дэниэл не спешит возвращаться. Морозов рассчитывал на ещё максимум пять минут, поэтому с напряжением посматривал на миссис Смит, барабаня пальцами по столу и сжимая в ладони трость. Женщина наконец поймала его взгляд и, поставив чашку на стол, сказала: — Хорошо. Допустим, я вам верю. Это, конечно, просто ужасно, но, — Анастасия глубоко вдохнула, — может быть правдой. Муж-мафиози… — она поджала губы и сцепила пальцы в замок, смотря в одну точку. Виктор вздохнул. — Будьте осторожнее, — посоветовал он и включил мобильник. — Вот мой номер, запишите, если вдруг захотите узнать что-то ещё. Буду ждать вашего звонка, — Виктор встал, оперевшись на трость. — Я надеюсь, вы не станете сообщать мистеру Смиту о моём визите. Договорились? Миссис Смит кивнула, всё ещё утопая в той информации, что накрыла её девятым валом. Открывая входную дверь, Виктор напоследок обернулся. — К слову, вы можете поговорить с мисс Хьюстон. Она знает то, чего пока не знаете вы. — Дайте угадаю, — Владимир раздвинул шторы, открывая вид на ночной Лондон, — она ещё долго не могла решиться вам позвонить? — С твоей догадливостью тебе ещё рано в Доны, — хмыкнул Виктор. — Как я понял, в тот же вечер она навестила мисс Хьюстон, перезвонила мне на следующий день, и мы ещё раз встретились. Она решила понаблюдать за мужем с неделю, а затем уже обговорила всё до конца с Нэнси. Кстати, она уже фактически работала на нас, если мне не изменяет память, несколько месяцев. Отличная специалистка по компьютерной безопасности, — Морозов поставил пустую чашку на стол. — Через пару недель после нашей встречи мы официально заполучили в свои ряды двух Анастасий. — Мощно, — усмехнулся Волков. — Которые затем стали Доном и Консильери… — Это я тоже упустил, — намекнул Владимир, но Виктор покачал головой: — В другой раз. Сегодня мы и так засиделись, — Виктор, вставая, взглянул на часы; два ночи. — Да и чай закончился. Высыпайся, Владимир. Завтра у нас много дел. *** Устало открыв номер отеля, Стейси вошла в прихожую и, захлопнув дверь, облокотилась о неё спиной. Сбросив туфли, она кинула ключ на столик и, стащив с себя плащ, прошла в комнату. За огромным двухъярусным окном хозяйничала ночь, и туман, вечно властвующий над городом, отступал – горели огни вывесок, редкие прохожие один за другим спешили вернуться домой. Бегло глянув на экран телефона, Стейси положила его на столик в гостиной – звонить ей никто сейчас не станет. Налив бокал вина из бара, женщина села в кресло и, закинув ногу на ногу, взглянула на Лондон за стеклом. Вот он – город, который ей нужно защищать. Ежедневно направлять свои силы на то, чтобы поддерживать его на должном уровне, перехватывать группировки других кланов и отстаивать свои интересы. Устала ли она? Всего лишь два года на посту принесли миссис Айвир множество забот и переживаний, но отступить она уже не могла – было просто некуда. За ней – её люди и их благополучие. Стейси посмотрела на часы: час ночи. Поставив бокал рядом с бутылкой на стол, она откинулась на спинку кресла и запустила руки в волосы. После почти четырёхчасового собрания болела голова, и единственный выход, который видела Дон – сейчас же лечь спать. Завтра нужно будет снова заполнять бумаги, организовывать агентов, разбираться с базами данных, параллельно с этим уточняя план атаки на поезд следующей ночью. Безусловно, Нэнси была её незаменимым помощником в этих делах – она всегда на связи, помнит и записывает все назначенные встречи, разбирается с отделом T – «trusted» – и со всеми остальными, если Стейси слишком занята. Миссис Айвир улыбнулась мыслям о подруге. Кажется, никакие девятые валы бушующего мира не способны сломать то, что зовётся настоящей дружбой. Пронесённой через года, терпевшей грозы и бури, но живущей благодаря двум душам, что согревают друг друга в самые суровые холода. Нэнси и Стейси, две Анастасии, волей судьбы ставшие во главе грозной силы под названием мафия, где каждый способен убить даже самого близкого человека. Но подруги обе были уверены: для них это никогда не случится. Несмотря на желание добраться до кровати и поскорее уснуть, Стейси погрузилась в воспоминания. Усталая улыбка играла на её губах; она думала о России. Вспоминала, как, кажется, уже давным-давно они с Нэнси сбегали с уроков и однажды попались завучу; как сидели на полу и, попивая чай с минералкой, обсуждали сериалы; как закончили школу и, поступив, перекидывались смешными фразами преподавателей. Как внезапно решили покинуть Россию и, собрав вещи, рванули в Америку; как Стейси поначалу никак не могла привыкнуть к новой стране, новым людям и обычаям – но рядом была Нэнси. В первое время им часто звонили родители – всё ли в порядке, как им живётся, скучают ли по чему-нибудь русскому. В ответ на последний вопрос мисс Хьюстон обычно смеялась и говорила, что скучает по родителям и брату с сестрой, а что до страны – она в любой из них найдёт дом. Стейси отвечала иначе. Она скучала по всей России – по её природе, зданиям, людям, по чему-то особому, что жило в её сердце. Находясь в Америке, подруги часто болтали друг с другом на русском, а когда Нэнси со смехом вводила в разговор пару фраз на немецком, Стейси бросала на неё обиженный взгляд, с трудом переводя то, что та сказала. Мисс Хьюстон отпивала чай без сахара, с озорством посматривая на подругу, а миссис Айвир подсыпала себе ещё одну ложку и грозилась заговорить на языке химии. — Надеюсь, судьба не сведёт меня с каким-нибудь немцем, не говорящим по-английски, — смеялась Стейси. — Было бы комично наблюдать, как я пытаюсь построить предложение из того, что помню. — Ещё пара лет в моём обществе – и ты сможешь ругаться с немцами на немецком, — заверяла её Нэнси. «Вот тебе и немцы…» — сквозь подступающую дремоту подумала Дон, вероятно, имея в виду Хёрберга и Мюллера, и её мысли плавно переключились на клан Красных. Она вспомнила, как Виктор в первый раз пришёл к ней в дом, как она узнала, что скрывал Дэниэл, как жила эти два года, мысленно укоряя мужа за ложь. Стейси сама до конца не знала, что подтолкнуло её снова встретиться с Морозовым, взяв с собой и Нэнси. Быть может, это была жажда узнать что-то ещё, что было от неё скрыто, а может, отчасти это было желание отомстить. Так или иначе, свою должность, своих людей и страну она бросать не собиралась. Сидя в кресле и запрокинув голову, Дон задремала, как вдруг на столе завибрировал телефон. Моментально проснувшись, Стейси поморщилась и, откинув прядь волос с лица, потянулась за мобильником, но тот сверкнул в темноте экраном и свалился со стола на пол. Женщина недовольно что-то прошипела и, встав с кресла, вытянула вверх руки – уставшим мышцам явно не понравился сон в неудобном положении. Она мельком глянула на часы – без пятнадцати два. На экране телефона, наконец поднятого с пола, высвечивалось сообщение от Хельмута Хёрберга. «Что ему нужно?» – проворчала про себя Стейси и, пробежавшись взглядом по тексту, нахмурилась. "James Château in den sieben morgen" Миссис Айвир прошептала в адрес Дона Германии что-то невразумительное, но явно оскорбительное, и устало направилась в спальню. Рухнув на кровать, она завела будильник на шесть утра и, положив телефон рядом, мгновенно провалилась в сон. На этот раз Стейси разбудил настойчивый стук в дверь. Тихо простонав ругательства в адрес стучащего, она с неохотой поднялась с кровати и, пригладив растрепавшиеся волосы, направилась в прихожую. Открыв дверь, она пару мгновений щурилась от света, пока не рассмотрела мужчину перед собой. На пороге стоял не кто иной как Хельмут Хёрберг, который явно был не совсем трезв. Остатки сна сразу же улетучились. — Тебе что-то нужно? — проворчала Стейси, смотря на него снизу вверх. Хельмут покачнулся и, оперевшись о косяк, максимально обворожительно улыбнулся. — Я решил предложить тебе… — он помедлил, — выпить. Заметив бокал и бутылку на столе, немец тут же исправился: — А, ты уже начала… Ну ничего, — он достал из кармана пиджака небольшую бутыль, — мой виски намного лучше твоего… — Замолчи! — Стейси ударила ладонью по стене; Хельмут дёрнулся и едва не выронил виски. — Ты только за этим разбудил меня? — Честно говоря, не только, — промурлыкал тот. — Но об этом потом. Я войду? Он хотел было переступить через порог, но Стейси тут же шагнула вперёд, в дверной проём, и, сведя брови к переносице, поморщилась. Видимо, стоящий на пороге пьяный Хельмут не вызывал у неё никаких симпатий. Скрестив руки на груди и цокнув языком, она спросила: — Какие шестерёнки щёлкнули в твоей голове, что ты решил, будто это хорошая идея – заявиться ко мне в четыре утра с бутылкой виски? Вопрос остался проигнорированным – приложив палец к её губам, Хельмут прошипел «ш-ш-ш-ш» и с улыбкой прошептал: — У тебя такие красивые глаза… Закатив «красивые глаза», Стейси лишь хмыкнула и попыталась закрыть дверь, но Хельмут поставил в проём ногу и, хитро посмотрев на уже сердитую женщину, сказал: — Просто послушай, как это звучит на моём языке… Прокашлявшись и едва не выронив виски во второй раз, тот выдал: — Du hast so einen schönen Arsch…//У тебя такая красивая задница... Стейси, конечно, не говорила на немецком как Хёрберг, но, слушая Нэнси во времена жизни в России, пару слов связать могла и, возмутившись, отрапортовала: — Geht ins Bett, ansonsten werde ich dir morgen in den Arsch schießen//Иди спать, иначе я прострелю тебе задницу завтра. Хельмут, видимо, не распознавший в её тоне угрозу, лишь усмехнулся: — Может, ты всё-таки передумаешь, красавица? Наклонившись к ней в надежде пробраться в номер, Хёрберг забыл об одном – это Дон. Она умеет драться. Возмущенная его наглостью, Стейси не раздумывая ударила его коленом в пах и, когда тот, согнувшись, привалился двери с той стороны, рассерженно прошептала: — Поговорим, когда протрезвеешь. Дверь захлопнулась, и Стейси выдохнула. Насыщенный денёк, ничего не скажешь.