Каждой твари по паре

      – Знаешь, я везунчик, – Джон Мерфи развалился на крутящемся кресле в медицинской лаборатории.       – И с чего это? – отозвался Беллами, ловко орудуя шваброй.       – Ну, могли отправить на сортировку мусора. Там вообще кошмар, воняет нестерпимо.       – Ты и так постоянно в нем копаешься, ничего бы не изменилось. Бери тряпку и мой пол.       – Я копаюсь не просто в мусоре, а в мусоре в станции Альфа, – Джон поднял указательный палец вверх. – Иногда они выбрасывают вещи, которые можно благополучно поменять на что-нибудь ценное. В прошлом месяце я нашел дурацкий браслет из сколотых бусин и выменял его на пинцет для бровей…       – На кой он тебе? – захохотал Блейк.       – Ты дослушай! Потом обменял его на пять кубиков сахара у жуткой бабищи с кухни. Это мой вклад в настойку браги у фермеров. Потом получу дивиденды уже готовым самогоном.       – Схема – выше всяких похвал, – театрально похлопал в ладоши Беллами.       – Я знаю, как надо вертеться, чтобы жить нормально, – усмехнулся Джон и пододвинул к себе урну. – Так, что тут у нас: коробки от лекарств, – он потряс несколько из них, проверяя на содержимое, – пусто. Снимки чьего-то рентгена – это рука или нога? Ого, чей-то список совпадений по ДНК, – Мерфи стал читать и чуть не упал со стула. – Дружище, ты в этом списке.       Блейк бросил швабру, вытер ладони об свой комбинезон, будто боялся запачкать листок, и взял бумагу в руки.       «Блейк, Беллами», – его взгляд метнулся к заголовку, в котором фигурировала фамилия женщины. Гриффин.       – Знаешь её? – он повернул лист к другу, указывая на имя пациентки.       – Кларк? Да, дочка миссис Гриффин – главного медика станции.       – И как она?       – Нормальная, немного зануда. Думаешь заделать ей ребенка? – усмехнулся Мерфи.       – Нет, просто любопытно.       – Любопытно ему, – с сарказмом поддел Беллами Джон. – А Джина тебе за это любопытство глаза не выцарапает?       – Я не собираюсь ничего делать, – дернул плечом Блейк. – Но если с Джиной ничего не сложится… Да и она, – парень кивнул на листок, – может выбрать меня для… Не-не-не, – Беллами поспешно запихнул бумагу обратно в урну, тараторя, – мне на это плевать. Мне ничего не надо.       – Вот и правильно, Блейк. Будешь решать проблемы по мере их поступления. Всё равно сперва нужно такие запросы сделать вам с Джиной, а потом уже всё остальное. Тем более ты всегда говорил, что после истории с Октавией ты никогда не возьмешь на себя такую ответственность ещё раз. Так что хватай швабру, нас ждет ещё семь помещений плюс парочка коридоров, – уныло закончил свою речь Мерфи. ***       «Я никогда не представлял себя отцом. Да, гипотетически всем на Ковчеге подберут пару, но это было так эфемерно и неопределенно, что, казалось, меня это не касается и никогда не коснется. Но теперь зная, что я в чьем-то списке… Это реальность, я могу быть отцом. И это хоть и пугает, но дает какую-то странную надежду. Будто ещё могу исправить свою жизнь, сделать что-то, что улучшит моё угрюмое существование. Воспитать ребенка… Я не знал собственного отца, мать держала это в секрете. Смогу ли я быть хорошим примером моему сыну или дочери?», – Беллами уже полночи лежал без сна, едва успевая за потоком своих мыслей.       Спящая Джина под боком завозилась, и Блейк глянул на неё:       «Она хорошая, но я не ощущаю её семьей. Я не могу довериться ей полностью. Никогда ничего не говорил ей по поводу Октавии, а она и не спрашивала. Мне удобно с ней, комфортно, но буду ли я с ней всегда? Я не хочу её обидеть, если через пару лет нашего брака я вдруг найду ту, к которой почувствую что-то большее. Она не заслуживает быть преданной», – парень поправил её одеяло и, решив всё-таки поговорить с ней утром, попытался уснуть. ***       – Мы никогда не обсуждали с тобой наше будущее… – начал было Блейк.       – Ты хочешь меня бросить, – перебила его девушка.       – Нет, с чего ты взяла? Я просто хотел поговорить…        – Ты нашел мой список, да? Я знаю, что мы не можем завести общего ребенка, но мы всё равно можем быть семьей…       – Список? Ты делала запрос? Не посоветовавшись со мной? – недоумевал Беллами.       – Я решила сначала подготовиться к разговору о детях, прежде чем впустую ссориться. Но мы всё равно несовместимы. Только двадцать восемь процентов, это очень мало. Но я могу родить от кого-нибудь другого, и мы будем его воспитывать. Тебе не обязательно становиться биологическим отцом…       – То есть у тебя будет свой ребенок, а у меня будет пасынок или падчерица? – почему-то Блейка взбесило это, и он повысил голос. – А моего мнения ты не спрашиваешь?       – Ты же вроде бы не хотел детей… – недоуменно уставилась на него Джина.       – А теперь хочу! – Блейк сам не ожидал, что выпалит такую фразу. – Мне нужно подумать, – уже тише добавил он и вышел из их комнаты.       Какого черта его так задело это? Ну не будет у него детей и что? Но нарисованная ночью картинка счастливого будущего с женой и ребенком намертво засела в голове. Ему уже двадцать три, самое время. И с каждой минутой он всё больше уверялся в правильности своего решения. ***       – Друг, мне жаль, – Мерфи чокнулся своим стаканом с его и сделал пару глотков алкоголя. – Джина была ничего, но будем надеяться, что это к лучшему.       Беллами скептично глянул на Джона и опустошил свой стакан. Расставание с его девушкой прошло на удивление мирно. Джина, тоже, вероятно, обдумавшая всю их ситуацию не один раз, пожелала ему удачи и обняла на прощанье. Теперь Блейк снова был один в своей комнате и по жизни.       – И что теперь, одинокий волк? Пойдешь в разгул, как в молодости? – Мерфи проследил за прошедшей мимо пышнотелой девушкой с весьма завлекающими формами.       – В молодости? – поперхнулся Беллами. – Я тебе, что, старик уже?       – Ты старше меня на… раз, два, три, четыре… – считал Джон, загибая пальцы, – пять лет. Так что да.       – Заткнись, Мерфи, – беззлобно бросил Блейк.       – Ладно. Теперь серьезно: из-за чего вы с ней разбежались?       – Мы не подходим друг другу. Там какие-то непонятные двадцать восемь процентов чего-то и, короче, шансов нет. И черт с ними. Да и Джина так быстро сдалась. Я не собираюсь удерживать того, кто не хочет быть со мной.       – Говорят, когда встретишь правильную девчонку – захочешь удержать, – философски изрек Мерфи.       – Как-то странно слышать такие слова от парня, который домогается до всего, что шевелится, – улыбнулся Беллами.       – Так вот я её всё ищу-ищу, – рассмеялся Джон, и они чокнулись стаканами.       Полчаса спустя уже не совсем трезвые друзья пришли к выводу: искать правильную девчонку можно очень долго, потому лучше начать с научных методов. Ведь не зря же проводят эту дурацкую демографическую политику и по тому, что запрограммировано природой в их генах, можно сказать, кто ваш идеальный партнер. И с этими гениальными мыслями они направились в медотсек.       Мерфи первым ввалился в лабораторию и, увидев за столом девушку, обернулся на друга и заиграл бровями. Беллами понятия не имел, что происходит с Джоном, потому проигнорировал его пьяные кривляния.       – Можно сделать запрос на ДНК-партнера? – Блейк навалился на справочную стойку, не совсем уверенный в своих ногах.       – Да, конечно. Вы пара? – спросила блондинка, оглядывая обоих парней.       – Ага, – ответил Джон, закидывая руку на плечо Беллами. – Вот решили узнать, кто может нам родить ребеночка, чтобы семья была полноценной, – едва сдерживая смех продолжал парень.       – Прекрати паясничать, Мерфи, – Блейк нервно скинул руку друга. – А обязательно… заводить ребенка с человеком именно из списка? – уставшим голосом спросил парень.       – Не совсем. Список – это люди, с которым у вас максимально разные гены и оптимальный прогноз комбинации этих генов. От девяноста пяти до ста процентов. На самом деле иногда канцлер и Совет разрешают заводить детей тем, у кого хотя бы больше девяноста процентов. Но это редкие исключения, – как по учебнику рапортовала медик.       – Выпиши мне всех, – махнул рукой Джон, оглядываясь в поисках стула, на который можно было бы присесть. – Джон Мерфи.       Девушка хмыкнула, закатив глаза. На пару минут наступила тишина, пока она искала карту пациента и вводила данные в компьютер. Беллами терпеливо ждал своей очереди, всё также нависая над девушкой и стойкой. Он оглядел её с головы до… талии, потому что ноги её были скрыты под столом. Симпатичная блондинка с внимательными голубыми глазами. Парень наблюдал как она забавно морщит нос то ли от того, что не получается что-то сделать в компьютере, то ли от легкого запаха алкоголя, который они с Джоном принесли на себе.       – Вот, – девушка протянула листок с данными Мерфи, который нашел-таки стул и теперь почти засыпал, сидя на нем.       Джон встрепенулся и подбежал к стойке:       – Ого, вот эта вот горячая, – он указывал на какое-то имя в списке, показывая его другу. – Прикольно.       – Ваше имя? – девушка обратилась ко второму парню.       – Беллами Блейк, – за него ответил Мерфи, выжидательно глядя на неё.       Та вдруг напряглась, нервно сглотнула и взглянула широкораспахнутыми глазами на Блейка. Джон не смог сдержать ехидной победной ухмылки, потому лишь переводил взгляд с одного на другую. Но пару секунд спустя медик вернула себе самообладание и стала печатать. Эти две минуты казались ей бесконечными: почему компьютер так медленно работает, почему он так пристально смотрит на неё, он уже знает, зачем тогда приходить сюда?       Наконец она протянула листок парню и с интересом наблюдала за ним уголком глаза, сама же нервно раскладывая какие-то бумаги на столе.       «Он симпатичный, даже очень. И старше её всего на пять лет, а не на тридцать как Грин. И вроде бы натурал», – думала девушка, зная какие шуточки может выкинуть её одноклассник Мерфи. «И сейчас он прочитает мое имя в своем списке. Приплыли. Я думала, у меня есть ещё хотя бы пара недель подготовиться к этой встрече».       Беллами взял свой лист и скрылся за дверью.       – Черт, – выругался Джон. – А ведь я надеялся на шикарный спектакль, – улыбнулся он девушке.       Кларк с непониманием глядела на него.       – До скорой встречи, Гриффин, – салютовал Мерфи.       И напоследок, перегнувшись через стойку, шепнул:       – Я всё про вас знаю, – загадочно улыбаясь, добавил парень, и направился на выход, оставляя покрасневшую Кларк одну. ***