365 сказок

Густой зелёный сок перепачкал колени, сразу пропитывая ткань. Растения в этом мире готовы были брызнуть сладковатой на запах влагой, которая склеивала пальцы и оставляла пятна. Я поднялся, укоризненно взглянув себе за плечо — полоска, оставшаяся от двери, тут же исчезла. Переступив порог, я не удержался на ногах, уж слишком крутой склон холма был в этом месте. Осмотревшись, я перестал обижаться на дверь, потому что открывшийся мне мир дышал весной и свежестью. Высокие деревья с едва распустившимися листочками, спускались в долину, где замирали удивительно красивыми группами, в зелёной траве тут и там пёстрыми брызгами виднелись цветы, за кустами, что пышно разрослись неподалёку, что-то пережёвывало создание, напоминающее оленя стремительными очертаниями тела. Рога у него тоже были, только ветвились очень странно, но необыкновенно красиво. Осторожно ступая, я двинулся мимо мшистых скал вниз, в долину. В воздухе чувствовалась влажность, и я предположил, что неподалёку водоём — река или озерце, но пока что ничего подобного не видел. Небо отливало лиловым. Зелень казалась преувеличенно изумрудной, и в этих красотах хотелось бродить долго-долго. Однако сегодня мне нужно было отыскать другую дверь, не особенно задерживаясь. Я знал, с этой дверью всё не так просто. Добраться туда, где она предположительно должна вырасти из ничего, открыться и позвать меня дальше — на самом деле домой, где меня ждали — было плёвым делом. Но вот открыть её будет нелегко. Откуда во мне жило это знание, я и сам не мог бы сказать. Оно появилось, как возникают предощущения, прямо в тот миг, когда я перешагнул порог. Может, оно тоже было виновато в том, что я споткнулся и безнадёжно испортил любимые дорожные брюки. Миновав кустарник, круживший голову медовым ароматом мелких белых цветков, я повернул, чтобы обойти крупную скалу, но вскоре остановился, заметив, как что-то блестит среди травы. Пришлось снова опускаться на колени и опять пачкаться терпким соком, прежде чем удалось вытащить из-под камня длинную золотую цепочку. Немного испачканная в земле, она не утратила ни блеска, ни яркости, и было даже странно, что она лежит здесь вот так. Не похоже, что её потеряли недавно, но и непонятно, почему же она в таком отличном состоянии. Я вытер её платком и долго рассматривал, а затем надел на запястье, точно браслет. Казалось, она ещё пригодится. Дальше мой путь пролегал между рощицами, мимо зарослей колючего кустарника и, наверное, я бы шёл ещё долго, любуясь красотами и вдыхая аромат весны, когда оказалось, что долину прорезает овраг. Он был незаметен со склона, но стоило приблизиться, и он раззявил свою зелёную пасть, не собираясь пропускать просто так. Внизу бежал ручеёк, берега которого явно были топкими, там росла болотная трава, напоминавшая осоку и камыш. Удивительно, как порой похожи некоторые растения в самых разных мирах. Поглядев вниз, я решил поискать более удобное место для спуска или возможность перебраться на другой берег. Я шёл вдоль края, то посматривая по сторонам, то глядя вниз, но склоны были всё так же круты, берега ручья внизу так же топки, а на ту сторону было не перепрыгнуть. Однако перебраться требовалось, ведь там-то и поджидала меня упрямая дверь. И когда я задумался об этом, на западе вдруг зарокотало. Я совсем упустил из виду, что там собрались пышные облака. Поначалу они были белыми, но теперь словно налились черничным соком. Среди их шапок уже проблёскивала молния, и ветер, похоже, гнал грозу именно сюда. Попасть под ливень не хотелось, к тому же страшно было даже представить, как быстро ручеёк в овраге превратится в неуправляемый поток. Так что мне пришлось, не раздумывая более, начать спускаться, пусть и с риском промочить ноги. Едва не сорвавшись, изрядно испачкавшись не только в травяном соке, но и во влажной земле, напоминающей глину, я всё-таки добрался до ручья и с наслаждением вымыл ладони. Перешагнуть на другой берег тут было можно, и пусть повсюду поблёскивали мелкие лужицы, всё же я не увяз в иле. А вот подняться оказалось непросто. Хорошо, что чуть поодаль я увидел, корни — вросшее в склон оврага дерево пережило не одно ненастье, и часть корней, видимо, оказалось вымыто дождями или же сходом снега. Так или иначе, я был благодарен за это, и с помощью этих природных перил всё-таки поднялся на другую сторону. Ветер уже был совершенно предгрозовой, низкие тучи закрыли половину небес, спрятав солнце, но мир остался всё таким же ярким и чудным. Я ускорил шаг, надеясь зайти в рощицу раньше, чем меня накроет первой волной ливня. Дверь маячила где-то совсем рядом, я старался помнить о ней, но всё же сейчас, перед лицом стихии, отвлёкся и, наверное, поэтому оказался невероятно удивлён, когда в рощице, куда успел всё-таки зайти до первых дождевых капель, увидел остатки какого-то строения. Любопытство заставило меня подойти ближе, подняться на каменные ступени, сквозь которые проросла трава, заглянуть за колонну… На кое-где сохранившихся плитках поблёскивало несколько ключей. Они были такие же золотистые, как цепочка, и я собрал их, чтобы тут же нацепить на неё, точно так оно и должно было быть. Возможно, во мне говорили инстинкты странника, а может, интуиция, но то, что я делал, казалось единственно верным. Когда ливень ударил по кронам рощицы, пробивая их насквозь тяжёлыми каплями, я нашёл укрытие под чудом не обвалившимся каменным козырьком. Вода сливалась как по жёлобу, по съехавшей набок балке, и я любовался этим ручьём, в то же время пытаясь представить, где же всё-таки дверь. Шум грозы, сверкание молний и поток дождя не особенно позволяли сориентироваться. В моём укрытии было сыро и холодно. Вздохнув, я пришёл к неутешительному выводу, что придётся оставить это место и выдвигаться на поиски дальше. Мой внутренний компас — чутьё странника убеждало, что дверь появится очень скоро и ненадолго. Поначалу я почти ничего не мог разобрать за сплошным потоком, но после вроде бы привык и стал двигаться куда увереннее. Роща, впрочем, оборвалась всё же внезапно, и я оказался на берегу озерца. Посреди него, над водой почти покачивалась на волнах дверь. Лучшей издёвки от судьбы я пока не встречал. Глубина озерца впечатляла и без хлеставшего дождя, но с каждым мгновением вода прибывала, скоро уже начала перехлёстывать через порог. Нужно было плыть. Я крепче сжал в ладони цепочку с ключами, проверил, что ничего не потеряю, и шагнул в оказавшуюся не слишком холодной воду. Несколько шагов я ещё мог пройти, потом дно резко оборвалось, и я поплыл, стараясь не нахлебаться воды. Капли били по поверхности озера, окатывая меня брызгами, и худшего способа искупаться я прежде не знал. Когда получилось ухватиться за порог, я понял, что дверь открыта, ждёт меня. Только подтянуться, и вот уже весенний ливень останется в иной реальности. Рывком я поднял собственное, показавшееся тяжёлым и неуклюжим, тело и ввалился в проём… Травяной сок, пахнущий терпко и даже горьковато, испачкал ладони. С меня текло, но здесь, кажется, было солнце. Я огляделся, не торопясь пониматься. Мир был совершенно точно другим, но очень похожим. Прямо передо мной сияла золотом дверь, запертая на четыре замка. Я глянул на свою цепочку. Наверное, эти должны были подойти?.. Что мне, в общем-то, оставалось?.. …И конечно, за этой дверью меня ждала ещё одна! Как будто выбраться именно из этой цепочки миров вообще невозможно! Прежде чем открывать четвёртую по счёту, я полоснул по ладони ножом, напитывая цепочку с ключами собственной кровью. Я не хотел её присваивать, но подумал, что без того ничего не добьюсь. Дверь открылась. Я смотрел в собственную гостиную. Наконец-то. Цепочка и четыре ключа остались лежать на каминной полке. Я знал — кто-то обязательно придёт за ними, но это будет совсем другая сказка.