365 сказок

Утром, едва я заварил свежий чай, кто-то ко мне постучал. Гостей я не ждал, но очень многие приходили без предупреждения, так что я ничуть не удивился. Оставив чайник остывать на плите, я прошёл к дверям и повернул ключ. И мгновенно узнал этого немного нескладного, высокого и худого человека. Это он продал мне часы-сову, те самые, что и сейчас болтались у меня на шее. — Доброе утро, — улыбнулся лукаво Часовщик. — Моя лавка снова в вашем городе, и я собираю долги. — Какую же плату я должен внести за своё приобретение? Я пропустил его в холл, и он небрежно бросил на вешалку у двери потрёпанный плащ, надо сказать, совершенно ненужный в такое солнечное и жаркое утро, как сегодня. — Для начала стоит выпить чашечку чаю, разве нет? — он втянул носом воздух. — Сдаётся мне, вы готовите какой-то особенно вкусный. — Не скрою, он и правда особенный, — улыбнулся я. — Его подарил мне Чефировый кот. — О, тот самый, — с видом знатока кивнул Часовщик. — Прекрасно приходить вовремя, не так ли? Мы улыбнулись друг другу. *** Расположившись в гостиной и разлив чай, мы некоторое время молчали. Я исподтишка рассматривал гостя, а он — мою гостиную. Взгляд его плавно скользил по книжным полкам, картинам, по каминной полке, нигде не задерживаясь, и в то же время было кристально ясно — Часовщик замечает всё, от него ничего не укрылось. — Этот город нравится мне больше прочих, — заговорил он, точно на самом деле рассматривал именно городской пейзаж, а не изучал мой дом. — Здесь волшебство и реальность сосуществуют, хотя, казалось бы, сам мир вовсе не предрасположен к какой-либо магии. В таких местах очень хорошо идёт торговля. Можно получить удивительные вещи… — Вы что-то скупаете? — уточнил я. — Нет, но специфика моей работы в том, что я не принимаю в плату никаких денег никакого мира. — Бартер? — я усмехнулся. — Что ж, это удобно. — Да, нечто вроде, — тут он поднялся и подошёл к камину. — Вижу у вас любопытный образец… Как раз по моему профилю. Я и без того понял, что именно могу предложить Часовщику. Что на самом деле не должно было храниться именно у меня. Возможно, эти часы тоже должны были обрести хозяина, или, по крайней мере, они точно чувствовали бы себя лучше среди таких же интересных часов и часиков. — Да, как раз хотел уточнить, не хватит ли такого обмена в уплату моего долга? — раскрыл я Часовщику свои мысли. — Этого даже слишком много, — чуть вздохнул он, но всё же взял их в руки. Песчинки подсветили тонкие чуткие пальцы. — Очень много. — Однако я думаю, что им полагается находиться в таком месте, как ваш магазинчик, — теперь и я поднялся. Он обернулся ко мне, не выпуская часы из рук. Глаза его внезапно изменили цвет, теперь радужка одного отливала зелёным, а второго жёлтым. Даже зрачок, казалось бы, вполне человеческий раньше, стал вертикальным, как у кошек. — Это чересчур, я не могу такое принять, — прошептал он. — Но мне оставили их для того, чтобы я передал их дальше, — пришлось пожать плечами. — Что же тогда я могу вам дать? — Даже прикосновения к ним вполне достаточно, — он прикрыл глаза. — Это же… Вы же понимаете, точно понимаете, не можете не понимать, что они на самом деле такое, кто сотворил их! — Это он их и оставил, — тут уж мне пришлось усмехнуться. Что поделать, я слишком часто и много соприкасался с таким сущностями, которые других повергали в совершеннейший шок или же заставляли впадать в благоговение. — Странник, — выдохнул Часовщик. — Если я заберу их, то мой магазинчик всегда откроет тебе двери. — Как будто раньше я там был незваным гостем, — я наконец стал серьёзным. — Они должны быть там, с остальными. Я уверен, среди тех найдётся им компания. — Да… Безусловно, — он выудил прямо из воздуха футляр и бережно уложил туа песочные часы. — Простите. Мы вернулись к столу и дальше разговаривали уже как старые приятели, ничего не стесняясь. Потом Часовщик ушёл, а утро перетекло в день. *** В мире сновидений я оказался неделей позже. Мне не повело, вокруг разыгрывался сущий кошмар, а двери, которая вывела бы меня прочь, никак не находилось. Проснуться тоже нисколько не получалось и я блуждал по узким улицам чёрного города, ожидая, что вот-вот местная тьма настигнет меня и, может быть, когда я буду ею сожран, то открою глаза в собственной постели. Клыки хищного мрака щёлкали уже очень близко, я чувствовал его жаркое дыхание, когда вдруг в одной из глухих стен образовался прямоугольник. Он всё рос, заполняясь изнутри приятным золотистым свечением, вот уже превратился в дверной проём, а рядом с ним нарисовались два больших витринных окна. Тут же я узнал магазинчик и, вскочив на едва заметный выступ крыльца, рванул дверь на себя, влетая в лучащийся теплотой зал, в звенящее тысячами часовых голосов пространство. — Странник! — обрадовался мне Часовщик, выходя из-за ближайшего стеллажа. — Добрый вечер, — кивнул я и оглянулся на дверь. Но ни за её стеклянной плотью, ни за витринами не виделся мне больше чёрный город. Родные улицы, освещённые мягким закатным солнцем, ждали меня. — Именно это я имел в виду, — продолжал часовщик, точно не было никакой недели с нашего расставания. — Теперь я понимаю до конца, — я накрыл ладонью сову на груди. — Благодарю, это было необходимо. — Иначе мой магазинчик не отозвался бы, — Часовщик оглядел помещение. — Хотите посмотреть необычные товары? Мне стало любопытно, и я только кивнул в ответ. *** Домой я вернулся к полуночи, вдоволь нагулявшись между полками, наполненными столь диковинными часами, что и рассказать о них было бы почти невозможно. Нашлись там и те самые, что недолго простояли на моей каминной полке. Песок в них светился будто бы даже ярче, а стекло искрилось радужным бликом. — Да, тут им определённо нравится, — заметил мой удивлённый взгляд Часовщик. — Определённо пришлось по вкусу. — В этом я ни капли не сомневался, — мне хотелось добавить и что-то ещё, но Часовщик прижал палец к губам, и мы двинулись дальше, прислушиваясь к тишине, порождаемой бесконечным тиканьем. Даже вспоминать об этом было приятно. *** История началась с чая, чаем она и закончилась. Я снова видел в гостиной, и в чашке танцевал блик камина, вот только никто пока не стучал в двери. Темнота плыла за окнами тихая и полная звёзд. Вытащив свою часовую сову, я рассматривал её, положив на ладонь. Впервые меня посетила мысль, откуда же всё-таки Часовщик её взял. Собрал ли он такие часики сам — я видел его работы, они были прекрасны, а может, кто-то отдал сову взамен чего-то другого? Эти вопросы пробуждали моё воображение, нашёптывали истории, и вскоре я поднялся в кабинет, понимая, что никто больше не постучит ко мне этой ночью. Было самое время писать новые сказки.