365 сказок

Она лениво потягивала коктейль из высокого бокала, откинувшись спиной на стащенные с дивана подушки. Пламя камина играло искрами в незнакомом мне напитке, блики дрожали и в её глазах. — Бывают ли миры, из которых нет выхода? — вопрос прозвучал так непринуждённо, точно мы давно уже беседовали о чём-то похожем и теперь она решила продолжить ту же тему. — Случается, что дверь запечатана… — Нет, не так, — прервала она сразу. — Чтобы двери не было вообще. — Возможно, новорождённые миры требуется открыть… — Нет, так тоже не пойдёт, потому что это означает — дверь в них должна быть, только не появилась до определённого мига, — она повернулась ко мне. — Прости, но в миры, где бы не было совсем никаких дверей, я не попадал. Да и как бы туда мог попасть странник, если ему нужна эта самая дверь? — я усмехнулся. — Что за задачу ты пытаешься разрешить? — Не знаю, — она снова сделала глоток. — Но если бы такой мир существовал, если бы ты в нём оказался, как бы ты справился с голосом дороги? Я оставил вопрос без ответа, пламя в камине играло с её напитком, мягкими бликами вычерчивало лицо, можно было любоваться на это бесконечно. *** Рассматривая парящие по кухне сферы, я задумался, есть ли среди них те, что не соприкасаются с перекрёстками, не имеют дверей, не желают никого впустить и никого выпустить. Я долго наблюдал, пытаясь угадать, которая может оказаться именно такой, но все они равно жаждали впустить меня. Не считалось ли уже это за дверь? Что вообще такое двери? Почему я никогда не задумывался об этом? И что такое дорога, на которую все эти реальности нанизаны, как бусы на нитку? *** В следующий раз она пришла ко мне в ночи, я как раз собирался ложиться, но задержался, задумавшись непонятно о чём. — Не нашёл отгадки? — уточнила она с порога. — Может, её и нет? И засмеялась. Мне пришлось пожать плечами. — Как можно проверить? Дорога не рассказывает странникам, в миры без дверей нельзя пройти, — я поставил чайник. — Так что мы можем только допустить их существование. — А если я уничтожу все двери в каком-то из миров? — она дёрнула плечом. — Интересно. — Если дверь есть, её можно только закрыть, но никак не уничтожить, — сказал я. — Так всё устроено. — Только запечатать, значит? — она потёрла подбородок. Во мне родилось подозрение, что на самом деле её вопросы скрывают очень определённую цель, что именно за этим приходит она ко мне в который раз. — Ты хочешь кого-то запереть? — спросил я прямо. — Я? — она сощурилась. — О, нет. — В чём тогда дело? Но ответа я не дождался. *** Она пришла опять, когда сентябрь был в разгаре, лучился золотом, играл на первых желтеющих листьях. — А если тебя запечатают в мире, лишённом дверей, что ты станешь делать? — она коснулась моих плеч. — Что? — Именно я или же любой другой странник? — я удержал её за запястье. — Ты хочешь сыграть со мной, или это академический интерес? — Академический, — усмешка на миг исказила её черты. — Странник может заплатить дороге за новую дверь. — Кровью, да, — она склонила голову на бок. — А ты? — А я открою сам себя, — вырвалось у меня. Глаза её похолодели. — Да, я совсем забыла. Я насторожился, но за весь вечер она больше не сказала ничего странного. *** Дорога лежала между холмов, и лунный свет блестел на камнях так, что она казалась рекой. Я двигался словно внутрь карты Таро, вот только мне совсем не было страшно. Где-то впереди меня ждала дверь. Я почти настиг её. Темнота казалась живой, наблюдающей и чуткой, но не вызывала у меня чувство опасности, напротив, ластилась ко мне, как ручной зверёк. Было даже приятно идти сквозь неё. Я предвосхищал, как увижу раскрывающийся портал, угадывал его и радовался ему. Когда же обогнул холм, то увидел сияющую арку, за которой дрожала пелена звёздного света. А чуть в стороне мерцал огонёк костра. Мне не следовало сворачивать, но я не сдержал любопытства, шагнул в очерченный светом круг. Она поднялась, встречая меня. — Не думала, что ты подойдёшь. Ведь дверь, — но глаза лучились хитростью. Она ждала, что я войду в эту заготовленную мне ловушку. — Что именно тебе нужно? Словно не заметив, она подошла ближе и коснулась моего подбородка. — Мне? Ты. — Зачем? — Я немного коллекционер, — усмехнувшись, она обвела темноту вокруг нас взглядом. — Эта сфера такая красивая. Хочу, чтобы она стала твоей тюрьмой. — Ты не сможешь, — возразил я. — Я запечатаю дверь, раз уж её не уничтожить, — её ладонь легла напротив моего сердца, и компас внутри застонал, протяжно заныл. — Отберу у тебя всё. — Не выйдет, — отшатнулся я. — Зачем тебе это? Она пожала плечами. — Должна быть причина? *** Я очнулся в темноте. Света не было почти никакого, даже родился страх, что я всё же ослеп, однако скоро заметил, что кожа всё-таки слабо мерцает. Неужели она сумела меня поймать? Но зачем? Поднявшись, я вытянул руки, ощупывая пустоту, но ни на что не наткнулся. Запертый в черноте, я был схож с бабочкой на булавке. Мне это совсем не нравилось. — Разве так не лучше? — мурлыкающий голос несомненно принадлежал ей. — Здесь ты в безопасности. — Взаперти. — Здесь никто не повредит тебе. — Тьма меня не удержит, — предупредил я, вслушиваясь в биение своего сердца. — Я… — Ты не уйдёшь, — усмехнулась она. — Дверей тут нет, шаманский клинок тебе не призвать. А ты сам… — она замялась, — не пробуй. Спрашивать, зачем ей это, я не стал. Компас внутри меня говорил, что дверь была повсюду. Что я сам был дверь. Открытая дверь. Но я не мог никуда выйти. *** Я обследовал тёмное пространство с особой тщательностью, но никак не сумел поймать, что не так в ощущении, отчего всё дверь и ничто не она. Устав, я опустился в темноту, как в кресло, и попытался раствориться в ней. Клинок действительно не приходил ко мне, а открывать себя я не спешил, отчего-то уверенный, что есть другой путь. Я не понимал, зачем ей было нужно пленять меня. Она же больше не отвечала мне. Должно быть, это забавно — следить, как бабочка бьётся в стеклянной колбе. А может, это не мир вовсе? Вдруг я распят в пространстве двери? Завис в пустоте между двумя мирами? *** Пробуждение показалось болезненным и даже жутким. Я с трудом встал на ноги. Вокруг не было тьмы, а расстилался мир, в котором едва-едва наступало утро. Она сидела у погасшего огня, задумчивая и печальная. — Ты выбрался, — бросила она, не поворачивая головы. — Но это не конец. — Пока есть дорога, ничто не конец, — парировал я. — Пф. — Чего ты хотела? — Сохранить тебя, — резко поднявшись, она кивнула в сторону поднимающегося солнца. — Только тебе не помочь. Ничто не поможет. — А разве мне нужна помощь? Она не услышала — уже ушла вместе с утренним туманом. Я поспешил к двери, возникшей неподалёку. И всё же, пусть я не понял, зачем она жаждала поймать меня, на миг стало по-настоящему интересно, как бы я разобрался с вопросом, если бы в мире не было ни единой двери.