365 сказок

День угасал медленно, последние отблески ложились на облака, отражались в стёклах домов. Вечер казался обманчиво спокойным — нельзя было найти ничего странного, и в то же время глубоко внутри ворочалась глухая настороженность, подсказывающая — что-то не так, не так… Не так. Я остановился посреди улицы, сбегавшей террасами к площадке, затерявшейся среди высоких домов. Дальний конец её утыкался в сквер, где высились настоящие великаны, сейчас уже пожелтевшие в руках осени. Город не нравился мне. За внешней праздностью он прятал что-то неприятное, но я не понимал, что именно. С другой стороны, мне — страннику — и не стоило узнавать всех тайн. Медленно спустившись к площадке, я огляделся — дома, обступившие и площадку, и теперь меня повернулись глухими стенами, ни одного окна не смотрело сюда. Будто бы то, что происходило здесь с завидной частотой, не заслуживало внимания… или являлось тем, чего никому не хочется видеть лишний раз. Сумерки отливали лиловым, утих ветер, под кронами сквера теснилась тьма. Я стоял посреди открытого пространства, и мне чудилось — что-то прошло мимо, я не рассмотрел, не заметил… Площадка была вымощена плиткой, на которой почти истёрся рисунок. Я с трудом разобрал, что, похоже, вся она стала единой фигурой. В прошлом яркие линии бежали от края до края, замыкая всё, что тут находилось, в некую систему. От осознания мурашки сбежали по спине, и я поспешил прочь, к скверу, пусть там уже сгустилась темнота. Мрак сейчас показался мне другом. Едва я остановился под ближайшими деревьями, как позади что-то пришло в движение. Обернувшись, я увидел, как линии на плитках вспыхивают, свет устремляется выше и опадает волной. В центре площадки, где линии пересекались и сворачивались кольцом, возникла фигура в чёрном. Рассмотреть её не получалось, мешал то и дело вспыхивающий ярче и снова стихающий свет. Но я и без того понимал, что ничего хорошего это существо, кем бы оно ни было, не несёт. Не став ожидать, заметит ли оно меня, я пробежал в ворота сквера. Замусоренные и усыпанные опавшей листвой аллеи влекли меня прочь. Я уже знал, что окажусь в лабиринте, но такое никогда не пугало. Ощущалось, что дверь неподалёку, но напрямик к ней было не подобраться. Когда я выбрал подходящую аллею, создание с площади остановилось позади меня. И я бросился бежать. *** Преследователь попался настойчивым. Сойдя со своего круга, фигура потеряла часть роста и стала будто бы полупрозрачной, но угроза от неё веяла вполне ощутимая, и потому я не останавливался, лавируя среди аллеек, углубляясь в лабиринт всё дальше. Дверь то оказывалась очень близко, то бесконечно удалялась. Пространство сжималось и растягивалось. Город теперь напоминал сновидение, парк же превратился в чистый кошмар — стемнело, деревья казались уродливыми, кусты так и тянули ко мне узловатые ветви, редкие клумбы заполнялись бурьяном, среди которого вспыхивали и тут же таяли тревожные зелёные огни. И что-то нагоняло в неведомой мне жажде. Очередной поворот привёл меня к небольшому округлому фонтану, забывшему воду много лет назад. Я обошёл его, стараясь ощутить присутствие двери, и только мгновением позже понял, что это тупик, сюда вела лишь одна аллея — та, по которой я пришёл. Дверь же будто маячила на расстоянии вытянутой руки, за живой изгородью выше моего роста, из колючего кустарника, настолько густого, что я не рискнул бы стараться пробиться через него, даже будь у меня оружие внушительнее шаманского клинка. — Вот ты и попался, странник! — громыхнуло позади. То создание, что вырвалось из магических линий знака на площади, вновь набрало рост. Оно стояло, покачиваясь, в шаге от выхода на площадку, где замер и я. — Что тебе нужно? — спросил я, оборачиваясь намеренно медленно. — Город давно отрезал меня от себя, мне не перепадает ни кусочка добычи. Покорми меня, странник, покорми меня собой, — предложило создание. — О, нет, — отказал я, отступая туда, где так ярко чувствовал дверь. — Ты не сможешь бежать, — продолжало создание, — не пройдёшь сквозь стенки этого лабиринта, не прорвёшься. Так стоит ли сражаться? Отдай мне себя. — Если всё так безнадёжно, что же ты не нападаешь? — парировал я. Кусты были густыми, и я снова посмотрел на создание, на аллею за ним. Сумею ли я пробежать мимо? Промчаться к оставленной позади развилке и взять левее? Дверь так близко. — Мне нравится видеть, что жертва сама готова отдаться моим когтям, у всех свои предпочтения в пище, разве нет? У тебя ведь есть любимое блюдо? — создание расхохоталось. Я рванулся вперёд, пока оно самодовольно радовалось шутке. Перекрёсток был близко, и я взял левее, аллея огибала площадку широкой дугой, и я только надеялся, что она выводит и к двери. Создание, конечно, поспешило за мной, но в последний момент я перемахнул порог показавшейся из-за поворота тропинки двери. И упал, споткнувшись. Портал за мной не закрылся, создание сунуло в него уродливую голову. Теперь я смог рассмотреть его челюсти и пустые глаза. — Ты не уйдёшь, — пронеслась угроза. — Не уйдёшь. Подскочив, я кинулся вперёд. Мир, в который я попал, не слишком отличался от предыдущего, но здесь я бежал по коридорам огромного здания, пустым и гулким. Всё было в запустении, создание надвигалось, и я только надеялся быстрее достигнуть следующей двери. Та поджидала меня двумя анфиладами комнат дальше. Я пронёсся сквозь неё так быстро, как только умел, и захлопнул дверь за собой, закрывая её всеми доступными мне силами, затем тяжело осел у стены. На этот раз — в переулке неподалёку от собственного дома. Мне не сразу удалось перевести дух, и я был уверен — создание станет поджидать меня на перекрёстках снов, но теперь это почти не пугало. На мой город падали сумерки, пронзительно лавандовые и пахнущие осенью, и я был счастлив уже тому, что сумел убежать. Единственное, что было мне пока совершенно не ясно — что же за создание жаждало съесть меня и зачем, но такие вопросы обычно никогда не приносили внятного ответа. *** В доме моём было тепло и горел камин. Я расположился в гостиной, намереваясь отдохнуть. Лишь здесь меня отпустило беспокойство, и всё же далёкие его отголоски всё ещё бродили в самой глубине. Я упустил что-то важное, упустил смысл, и потому знал, что создание, преследовавшее меня, непременно появится в моей жизни снова. И кто знает, не добьётся ли оно тогда своего? Кто знает, не сумеет ли оно пройти вслед за мной, отыскать меня — и других странников в иных реальностях? Удержит его от столь дальних путешествий печать? И глядя на угли в камине, я глубоко задумался. Что-то с самого начала шло не так, не так, совсем не так.