За маской из лжи.

      Мелкий дождик накрапывал по асфальту, загорались огни фонарей, вывесок. Париж вновь становился мерцающим, ярким, как и днем. Вот только был такой контраст между этими светлыми улицами, освещенными множеством лампочек, и между темным ночным небом. Миллиарды звезд мерцали на нем, подмигивали. Интересно, а Париж с огромной высоты похож на то, что Маринетт видела на небе? Может быть, но наврятли она это узнает.       Девушка завернула в другой, более темный переулок. Нормальный человек, который дружит с головой, точно не пошел бы сюда. Но так нужно было сделать, ведь таков план. Маринетт буквально чувствовала на себе их взгляды. Она знала, что те, кто избили ее пару недель назад, тут. Она знала, что теперь они ее не тронут, им даже придется защитить ее от какого-нибудь ублюдка если что. Но это не успокаивало. Она помнила, что пережила и ей очень хотелось уйти от них подальше. Но нельзя. Жить хочется.       Маринетт подняла глаза к небу. По лицу тут же покатились капли дождя, которые скатывались вниз, забирались под одежду. Холодно. И мерзко, и противно от осознания того, что она должна сделать. Влюбить в себя героя города, а потом предать, как последняя мразь. Маринетт уже была отвратительна самой себе. Но у нее нет выбора, ей сказали это сделать, и она сделает. Нужно просто спасать свою паршивую шкуру.       Девушка сморщилась. Низко и подло, по-другому не скажешь.       И все же странно, что для этого выбрали именно её. Больше бы подошла какая-нибудь расфуфыренная курица, больше знающая в этом деле. Но не Маринетт, вот это точно. Но тут радоваться надо, что ее не убили там, а хотя бы заставляют убить кого-то.       Своя жизнь дороже.       Девушка продолжала медленно шагать по темной улице, выискивая взглядом темный силуэт на крышах домов. Кота Нуара нигде не было. Маринетт опустила взгляд. А ведь он столько сделал для всех, для всего города. Неблагодарная мразь!       Своя шкура дороже.       Эта мысль все не отпускала. Это стало оправданием всему. Ведь все хотят жить, пусть и не всегда это понимают. Как суицидники, например.       Но все равно мерзко и противно на душе. Убийца! Она уже и нарекла себя так, пусть еще и никого не убивала. А ведь ей предстояло обагрить руки чужой кровью.       Маринетт размытой тенью брела по переулку, не оборачиваясь. В какой-то момент она даже перестала рыскать взглядом по крышам. Паршиво на душе, а в горле словно застрял комок. Нельзя ни сглотнуть, ни выплюнуть. Ноги уже налились свинцовой тяжестью. Сколько она уже бродит тут? Со стороны может показаться, что она просто бесцельно ходит по городу, словно ей некуда было деться. Маринетт и впрямь себе места не находила. От совести не убежишь. А она ведь гложет тебя где-то внутри, словно монстр. Как бы девушка хотела выдрать это чудовище, пусть и пришлось бы для этого разорвать себе грудь, вытащить оттуда окровавленный зубастый комочек. Жаль, что так сделать невозможно.       Сзади послышались торопливые шаги. Кто-то приближался к ней быстро, неумолимо сокращая расстояние. В какой-то момент сердце девушки словно подпрыгнуло и застряло в горле. Внутри все похолодело, а по телу побежали мурашки. Маринетт слышала, как все ближе и ближе этот звук. Забыв себя от страха, девушка побежала, что есть мочи. В ее кармане все громче бренчали ключи, с каждым шагом её обувь становилась ещё более грязной и мокрой, ведь она даже не оббегала лужи.       Лишь только секунд через десять быстрого бега она опомнилась. Черт, как же она могла забыть про план?! А ведь все ему соответствовало. Не успела девушка и мысленно отчитать себя за такую забывчивость, как асфальт внезапно ушёл из-под ног, а сама девушка была уже в нескольких метрах над землёй. Сердце словно остановилось, а в голове все перемешалось, как и внутри.       Не успела девушка даже вскрикнуть и испугаться, как уже очутилась на крыше одного из домов. Заметить она успела лишь мелькнувший невдалеке темный силуэт.       Кот Нуар.       Вдали яркими огнями мерцала Эйфелева башня. Её видно почти отовсюду. Она ведь такая огромная и яркая, как и весь Париж. Прекрасный, любимый город Маринетт. Пусть он и равнодушен к ней и к её проблемам. Она поднялась на ноги, боязливо оглядываясь. Высоко тут, а крыша еще и скользкая. Да где же этот Нуар?       Черноволосая заметила сбоку то, что могло служить входом в дом. Она двинулась к нему по скользкой поверхности. Ноги иногда пытались разъехаться и уронить хозяйку. Дело шло нормально и быстро. Все было бы хорошо, если бы не одно обстоятельство. — Далеко собралась? — раздался голос в тишине. Маринетт по своей неуклюжести, как и ожидала сама, все же свалилась. Котяра проклятый! Что ж он со спины подкрадывается? Охотник самый настоящий.       Но падению по препятствовал тот же самый Кот, которого девушка только что мысленно ругала. А что же она так резко на него сорвалась? Пусть и не в слух, но все же. Он ведь ничего плохого не сделал, даже наоборот. Нервы, видимо, уже сдают.       Маринетт подняла на него взгляд и встретилась с ярко-зелеными кошачьими глазами. Если честно, они казались ей нереальными, фантастическими, словно они были сделаны из изумрудов.       Невольно девушка вспомнила их знакомство. Как же это давно было! Года четыре назад, она тогда ещё в школе училась. Но она до сих пор помнит свое удивление, когда впервые увидела героя города вблизи. Он сам пришёл к ней, предлагая сотрудничество в спасении города. В целом, от неё не потребовалось чего-то сверхъестественного. Она, по большому счету, всего лишь сходила на свидание с акуманизированным. Злолюстратором он себя ещё называл. Но вот после этого она видела Кота только очень далеко и даже не вступала с ним в диалог. Да и не помнит он её скорее всего. За ним ежедневно толпами бегают девушки, крича: « Выбирай любую!» А ведь он до сих пор просто не обращает на них внимания. Или просто скрывает свои отношения? По крайней мере в газетах ничего не писали о счастливице, заполучившей сердце героя.       Молчание слегка затянулось. Нуар долго смотрел на неё, прищурив глаза, словно пытался её вспомнить. Он постоянно видит огромное множество лиц, ежедневно помогает большому количеству людей. Маринетт точно не первая девушка, которую он спас, с которой сидел на крыше. Она еще раз убедилась, что выполнить то, что от неё просит этот мерзкий старикашка, невозможно.       Герой города наклонился к девушке и медленно протянул к ней свою руку. Он смотрел на неё так, будто увидел что-то, что можно было спугнуть одним неосторожным движением. Он кончиками пальцев зацепился за край капюшона девушки и откинул его назад.       Она отчаянно не понимала, что происходит. Почему он так смотрит на неё? Она была уверенна, что Нуар её не помнит.       Но он доказывал обратное, с удивлением и плохо скрываемой радостью смотря на неё. — Маринетт? — наконец-то спрашивает он, недалеко отпрыгивая от неё, словно она ядовитой была. — Ты помнишь меня? — недоверчиво спросила она, прищурившись. Ей это казалось более чем странным. Он — герой. Мимо него каждый день проносятся сотни лиц. Всех просто невозможно запомнить. Но её он помнит. А может… Может именно поэтому её, а не кого-то другого заставили это сделать? Этот старик Бенджамин явно что-то скрывает. Но почему он ей тогда не говорит, ведь в его интересах убить Нуара, а если у Маринетт будет больше информации, ей будет проще с этим справиться. — Помню. — коротко ответил Кот. — Ты несколько лет назад помогала мне с поимкой акумы.       Но Кот тут же прикусил язык, бегая глазами. Он словно ляпнул что-то лишнее и неправдоподобное. Он вновь взглянул на девушку, глаза которой померкли. Маринетт вновь стало невыносимо от того, что ей придётся убить его. Совесть опять проснулась и вновь стала пожирать девушку изнутри. Но Маринетт поняла, что сейчас лицо показывает её эмоции. А ведь никто точно не будет киснуть, когда узнает, что герой города знает тебя. Поэтому она поспешила улыбнуться. — Правда?! — весело сказала она. Играть счастливую дурочку сейчас было крайне сложно, ведь Маринетт буквально разрывало изнутри. Но она старалась держаться. Жить хочется. — Вау! — она всплеснула руками и тут же спохватилась. — И спасибо, кстати.       Она ведь даже забыла поблагодарить его. Пусть все это нападение и было игрой, он все равно считал, что спасает её от реальных маньяков. — Я просто не знаю, что бы было, если бы не ты! — девушка запнулась. В мозгу тут же всплыли воспоминания из недалеко прошлого. Тёмный переулок, пронизывающая боль, выворачивающая наизнанку. Маринетт аж пошатнулась от того, что вспомнила. Руки вновь задрожали, а к горлу подступил комок. Сколько же боли и страха приносят эти воспоминания! — Хей, Принцесса! — ласково сказал Кот, взял её руки в свои и заглянул в ее глаза. — Все хорошо, ничего не произошло.       Он так добр к ней! Маринетт стало ещё хуже. Она чувствовала себя такой бездушной мразью! Подло! Низко! Она противна самой себе! От этого даже неприятно защипало в глазах. — Ну что ты? Нежные-то какие, ничего не стряслось, а уже от фантазий в слезы. — наигранно обиженно сказал герой, но тут же заговорщически посмотрел на неё. — Эй, смотри!       Маринетт взглянула на него и ахнула от удивления. Нуар прямо при ней взял и опустил уши. Как он это сделал? Они же накладные! Она даже неожиданно для самой себя потянулась к его ушам, чтобы потрогать. Но вовремя себя остановила, прижав руку к груди. Неприлично ведь. — Да не бойся ты! — махнул рукой герой. Для него точно была обыденностью такая реакция. — Всем всегда интересно. Можешь потрогать, если хочешь.       Женское любопытство все-же взяло верх, и Маринетт робко потянулась к его ушам. Нуар даже немного наклонил голову. Как и оказалось, они были накладными. Непонятно совсем ничего. Что за проделки Сатаны? Как он ими шевелить умудряется? — За ухом не чеши! Я тебе не кот, мурчать не буду. — шутливо произнес парень, наблюдая за девушкой, которая даже рот от удивления раскрыла. — Как ты это делаешь? — выдохнула она, пораженная таким чудом. Нуар вновь пошевелил ушами, хихикая: — Вот так? — Да! — подтвердила Маринетт, продолжая с восхищением наблюдать за ним. Парень лишь пожал плечами и даже разочарованно вздохнул. Сам не знает, да этот же вопрос мучает. Герой вновь взглянул на девушку и, потянувшись к её лицу, заправил за ушко прядь мокрых волос. — Думаю, безопаснее будет, если я тебя до дома провожу. Да и промокла ты вся, простынешь ещё. — улыбаясь, сказал он и подхватил девушку. — Эй! — только и смогла выкрикнуть она, но через секунду потеряла дар речи, оказавшись высоко над землёй. Голова закружилась от такой высоты, и девушка инстинктивно сильнее вцепилась в Нуара. — А ты где живёшь? — запоздало спросил Кот, покосившись на девушку, которая широко раскрытыми глазами смотрела вниз.       Маринетт быстро назвала ему свой адрес, и они полетели над домами. Дух захватывает! Она даже и не думала до этого, насколько быстро герой передвигается с помощью своего шеста. Да и у этой палки вообще есть предел в растяжении?       Под ногами были и дома, и фонари, и люди. Она словно летела. Такое прекрасное ощущение свободы и счастья, когда ты просто чувствуешь, как свистит в ушах ветер, играя с волосами, когда словно весь мир под тобой. И ничего нет выше тебя, кроме тёмного ночного неба. Ты словно птица. Независимая, счастливая, вольная.       Просто хотелось кричать от переполняющего душу восторга. Как маленький ребенок, которого не волнует чье-то мнение, ему хорошо — он радуется, смеётся. Грустно — он плачет. И никакие рамки его не останавливают. Он просто живёт и чувствует.       Маринетт вдыхает побольше воздуха, и как только они с Нуаром вновь на какое-то мгновение уходят свободное падение, кричит: «Юху-у!» Неожиданно к ней присоединяется и парень.       Сейчас можно быть свободным.       Путешествие проходит как-то слишком быстро, что даже обидно. Ноги девушки вновь ступают на пол её комнаты, а Нуар, кинув ей «пока, Принцесса» исчезает под странное пиликанье. Маринетт тут же бросается к распахнутому окну, но Кота словно тут и не было. Глаза сами собой закрываются, даже не слушая хозяйку. Как же она устала! Девушка, скинув верхнюю одежду, падает на кровать безвольной тряпкой.       Это было волшебно.       И как теперь с этим быть? Герой все не вылетает у неё из головы. Как-то некстати возвращаются воспоминания о её первой и безответной любви. Адриан Агрест. А они чем-то похожи с Нуаром внешне. И с мыслью «какой у судьбы интересный фетиш на зеленоглазых блондинов», Маринетт все же провалилась в сон.