Подчинение, борьба, провал, падение (или почему бессмысленно бороться с тем, что у тебя в крови)

Леонард с облегчением обнаружил, что бар, загадочно названный «заведением на окраине Сан-Франциско», был симпатичным и не таким ужасным, как он боялся. И даже достаточно чистым, несмотря на толпу посетителей. Пусть музыка была не в его вкусе, но она хотя бы была приглушена до громкости на уровне общего шума. Он осматривал переполненный зал, пока не нашел глазами машущую ему рукой фигуру. Конечно же, Кирк занял угловую кабинку в дальнем углу, чертов ребенок. По мере приближения Леонард отметил, что тот даже не потрудился найти кого-то, кто подлатал бы его лицо. Руки зачесались сделать это самому. Он перевел взгляд: тот был одет в простые джинсы и крайне привлекательно обтягивающую торс футболку. Цвет ее выгодно оттенял поразительные глаза, сверкавшие глубокой яркой синевой на фоне цветных кровоподтеков. Леонард пробормотал приветствие и упал в кресло напротив Кирка. Боги, это была ужасная идея. Он здесь меньше пяти минут, а уже поет серенады этим голубым глазам. Лицо Кирка осветила широкая улыбка: — Что такое недовольное лицо, Боунс? — Не называй меня так, — Леонард ради приличия попытался не хмуриться, но сразу же сдался. К тому же оскал Кирка, казалось, становился шире обратно пропорционально тому, как к доктору возвращалось его привычное кислое выражение лица. — Мне кажется, я сейчас впаду в кому. Шесть часов выслушивания жужжащих дебилов о благопристойности и комендантском часе. Кирк потянулся и взял пиво. — Я не уверен, что ты должен вслух называть своих инструкторов дебилами, — с кривой усмешкой заметил он. — А как бы ты их назвал? Кирк принял задумчивый вид: — Самовлюбленными типами. — И чем это лучше? — с веселым смешком уточнил Леонард. Его собеседник пожал плечами и усмехнулся уголком рта: — Я хотя бы не оскорблял их интеллект. Леонард не смог сдержать усмешку. Этот парень заинтриговывал: умный, с каплей непочтительности размером с озеро. Поэтому он почти спросил: «Ну так, почему Звездный Флот? Ты знаешь, почему я здесь». Он перебрал в голове воспоминания о первых минутах их встречи, когда он был наполовину пьян, наполовину парализован страхом. — Что ты забыл среди этих чокнутых? Кирк мгновенно нацепил на лицо широкую, но неискреннюю улыбку. Затем пожал плечами с выражением «а-хрен-его-знает»: — Показалось хорошей идеей в тот момент. То, что у Леонарда за последний год было не так много возможностей дружески пообщаться с кем-то, было преуменьшением библейских масштабов. И он никогда не был столь искусен в риторике, как его бывшая хотела бы. Проследив, как Кирк помахал кому-то из сотрудников заведения и снова заказал пиво, Леонард удвоил заказ. Парень умело флиртовал с официанткой, которая платила ему тем же, вероятно, в ожидании хороших чаевых. Качая бедрами, она двинулась за напитками, а Леонард, подняв бровь, уставился на собеседника. Кирк широко улыбнулся, казалось, его солнечное настроение вновь вернулось. Обычно Леонарда злило такое поведение, но очевидное остроумие и умеренное количество сарказма собеседника делало это менее раздражающим. Кирк вел себя как альфа. Дерзко и развязно. Хотя Леонард мог поклясться, что еще несколько дней назад у него сложилось обратное впечатление. Особенно когда парень пытался ухаживать за ним, пока Леонард справлялся с приступами алкогольной интоксикации и вынужденными приступами тошноты в полете. Экстраверт-бета, думал тогда он. Может, омега, но шансы исчезающе малы. Но сейчас, глядя на Кирка и слушая его болтовню, жалобы и полные энтузиазма рассказы о своем расписании (боги, этот ребенок на самом деле был в восторге!), ему приходилось напоминать себе, что биология — не все, даже для кого-то типа его самого, чья жизнь целиком и полностью состояла из дерьма. И даже неплохое понимание человеческой психологии так и не рассказало ему ничего нового о том, кто такой и что такое Джим Кирк. И он понял, к своему удивлению, что хотел бы это выяснить. Не потому, что был заинтересован. Ну, не только поэтому. Но еще и потому, что впервые за этот год он почувствовал, что ему необходим кто-то, с кем можно быть ближе уровня «привет, как дела, отвали». Леонард сделал глоток пива (ужасная дрянь), слушая без умолку болтающего Джима Кирка, вставляя изредка сухие комментарии, и настроение поднялось. Хорошо. Это может оказаться очень интересным.