Подчинение, борьба, провал, падение (или почему бессмысленно бороться с тем, что у тебя в крови)

Усиленно выпихивая Боунса из своей комнаты в общежитии и из своей жизни, он не представлял, на что она будет похожа, когда изо дня в день ты можешь видеть человека, но не можешь говорить с ним, вместе обедать, учиться, пить или, так или иначе, просто быть с ним. Делать что-то большее, чем просто находиться в одном помещении и игнорировать друг друга. На территории Академии находилось несколько тысяч человек, но Боунс, казалось, был повсюду. Вне учебы они двигались одинаковыми маршрутами; они настолько привыкли друг к другу, что их пути пересекались даже тогда, когда они сами переставали хотеть этого. Это создавало полную иллюзию стороннего наблюдения за жизнью друга. Эмоциональная пустота, поселившаяся у Джима внутри с тех пор, как он отказался от суппрессантов, почти сразу же заполнилась смесью боязни и ужаса. Первую неделю он старательно пытался воскресить в себе то самое ощущение искреннего негодования. Сначала это получалось легко, гнев подпитывался страхом перед тем, через что должно было пройти его тело впервые за пять лет. Но время размыло раздражение, словно кучу песка, оставив только беспокойство и легкую меланхолию. Если Боунс сказал правду – а Джим не мог вспомнить ни одного случая, когда тот ошибся бы хоть в чем-то, что касалось медицины – то время таблеток действительно подошло к концу. Но Боунс и правда передал бы его в лазарет? Своими руками предал его? Да, вполне вероятно. Джим снова попытался вызвать в себе гнев, но у него практически ничего не получилось. Появилось только смутное ощущение предательства наряду с осознанием того, что Боунс делал все это потому, что действительно боялся, что Джим может умереть. «Я не знаю, что заставляет тебя не испытывать сомнений при выборе, жить или умереть. Но иди на хуй, Джим, я это сделаю». И сейчас Джиму Кирку было слегка жутковато осознавать то, что в его жизни имелся кто-то, кто достаточно заботился о нем. Но гораздо больше он боялся потерять этого человека совсем, чем потерять его для себя. У Джима имелась длинная богатая история разочарований за душой. Его мать, отец, брат, Фрэнк, отметился даже ублюдок Гэри. Но Боунс стоял посреди его комнаты и терпел все, что высказывал ему Джим: и гнев, и взаимные оскорбления. Кажется, Леонард Маккой решил, что отношения с Джимом Кирком стоят времени и усилий. Ну, Джим показал ему истину, разве нет?