Подчинение, борьба, провал, падение (или почему бессмысленно бороться с тем, что у тебя в крови)

Джим сделал все возможное, чтобы выскользнуть из постели, не разбудив Боунса. Он аккуратно уселся на краю кровати, собираясь улизнуть, прежде чем Боунс проснется, мысленно проклиная его. Так что он, прекрасно понимая, что трусит, пытался тихо и незаметно уйти к себе. Чувствуя себя неблагодарным мудаком, Джим понимал, что просто не сможет сейчас справиться с этим. Не оправившись пока после событий прошлой ночи, он все еще чувствовал себя так, словно с него заживо сняли кожу. Ему всего лишь нужно было немного времени и одиночества. Боунс взглянул на него с сонно-смущенным выражением, от которого в груди Джима защемило. Он потянулся, чтобы запустить пальцы в растрепанные волосы альфы: – Спи дальше. Еще рано. К сожалению, Боунс был явно расположен поговорить больше, чем поспать. В то время как у Джима был перебор с первым прошедшей ночью и явная нехватка второго. – Ты уходишь? – спросил Боунс, ловя его руку и проводя вдоль предплечья пальцами. Он вовсе не обвинял его в этом, но Джим все равно ощутил резкий укол вины. – Мне нужно в душ и вернуться к себе, – уклончиво ответил он. – Джим, – позвал его Боунс, и его голос звучал предупреждающе. – Не надо. – Боунс, – хрипло уточнил Джим, – зачем ты это делаешь? – Потому что я хочу тебя, – просто объяснил тот, продолжая поглаживать его руку. – Почему тебе так трудно в это поверить? – Но почему? Альфа поднял бровь. Этот жест был таким знакомым, что Джим почувствовал комок в горле. – На это нужна особая причина? Джим потряс головой: – Это все моя гребаная вина. Если бы я не пришел к тебе в самом начале, и потом… Боунс настойчиво перебил его. – Я все равно хотел этого, так или иначе. Хотел еще до того, как ты пришел ко мне. Я просто еще не осознавал. Джим задался вопросом, откуда Боунс брал свою чертову уверенность. Он казался таким спокойным, таким убежденным в своей правоте, что Джим был создан для него. И Джим чувствовал себя гребаной жалкой размазней. – Но как ты можешь быть уверен в этом, Боунс? Ты столького обо мне не знаешь… – И столько же ты не знаешь обо мне, – спокойно возразил альфа. – Не у тебя единственного есть прошлое. Это не отменяет того факта, что я хочу тебя, того, кто ты есть сейчас. А не того, кем ты был и что тогда делал. Джим почувствовал, как что-то сломалось внутри него, когда Боунс сел в кровати, отбросил простыню и привлек его к себе, ловя губы Джима в долгом мягком поцелуе. Он не ответил, но коснулся его плеч, разрываясь между желаниями обнять и оттолкнуть. В этом не было ни капли сексуального напряжения, несмотря на тот факт, что они оба сидели голые на кровати Боунса. Альфа отстранился от него и прижался ко лбу Джима собственным, обнимая его за пояс. – Пожалуйста, Джим. Подумай об этом. Джим думал. Он думал о том, каково было бы просыпаться вот так со своим лучшим другом каждый день. Проводить вместе каждую течку, знать, что есть кто-то, кому можно доверять, кого можно видеть раз за разом. Идея была настолько соблазнительна, что Джим сдался. Он сделал долгий неровный вдох. – Ладно, Боунс. Я подумаю об этом, – ответил он, первый раз на самом деле имея в виду именно то, что сказал.