Ледяная душа | Властитель времени

      Лиловый рассвет пролил первые лучи на шапки хвои, и лес стал оживать. По всей чаще разнеслось мелодичное пение птиц, шелест листвы и треск опавших веток под лапами диких животных. Утренний лес пах сыростью, и витал в нём ощутимый аромат грибов. Притаившийся в траве туман с каждым шагом жнецов поднимался в воздух и плавно растворялся.       — Готов надрать зад вампирскому отродью? — необычайно воодушевлённо поинтересовался Николас.       — По слухам, в прошлый раз зад надрали как раз-таки мне, — Хьюго усмехнулся.       — С чего начнём?       — Пойдём по следу, здесь повсюду аура его собачек.       Маги проследовали от места последнего убийства по энергетическому фону, что вывел их к небольшому гроту, обросшему ядовитым плющом и оленьим мхом.       Хьюго сбросил с плеч рюкзак на мокрую от росы землю, вытащил из него колбу с прозрачной жидкостью и пару перевязанных тряпкой деревяшек.       — Выманим его наружу. В солнечном свете даже чистокровный теряет часть своей силы.       Мужчина поджёг самодельный факел, широко замахнулся и закинул его в пещеру. Следом ещё один. Затем подошла очередь керосина. Колба разбилась о камень, и в пещере вспыхнуло яркое пламя. Напарники насторожились, отошли от входа. Из него вырвался чёрный дым, а немного погодя из мглы гордо вышел вампир. Внешне он был полностью подобен человеку: ходил на двух ногах и имел две руки, на голове длинные темные волосы, и костюм, в который был одет — в точности людской. Но глаза светились озлобленно, как у настоящего чудовища. За хозяином, прихрамывая, показались две страшные собаки с чёрной, как смоль, шелковистой шерстью, стоячими на макушке остроконечными ушами и широким оскалом.       — Ещё одни жнецы нашли моё убежище, — голос вампира звучал спокойно.       — Именем Зенита, я приговариваю тебя к смерти, вампир, — твёрдо заявил Хьюго.       — Не думал, что услышу это от сородича, — он растянул губы в мерзкой улыбке, оголяя передние клыки. — От тебя пахнет волком так сильно, что я учуял вас вчера ещё до того, как вы зашли в лес.       — Я не волк, — процедил Хьюго, сжимая ладони в кулаки.       — Чтобы ты ни говорил, я вижу, как яд разливается по твоим венам, как он встраивается в твои клетки, пожирая всю человеческую сущность, — улыбка стала шире. — Стало быть, не все фероксы пали от рук жнецов. Наши короли живы!       Гончие сорвались с места словно бешеные. Помчались на Хьюго, но в последний момент Николас закрыл напарника собой. Он выставил вперёд руку, шепнул неразборчиво древнее заклинание, и собак волной откинуло в стороны.       — Я возьму дипов на себя! — крикнул Николас и побежал в лес, поманив адских псов за собой.       Хьюго обернулся, чтобы нацелиться на врага, но чудище исчезло. Маг забегал взглядом из стороны в сторону, пытаясь уловить малейшие движения. Вампир неожиданно атаковал его сверху. Колдун парировал удар защитным заклинанием и отлетел на пару метров назад. Рука Хьюго загорелась огнём, он пригнулся, готовясь к контратаке. Упырь с невероятной скоростью нагнал жнеца, и тот словил ладонью его когтистую руку за запястье. Маг заглянул в зоркие, горящие ядовитым пламенем глаза и на мгновение, увидев в отражении свои янтарные очи, испуганно замер на месте. При прошлом ударе линзы выпали и затерялись в траве.       — Ты отвергаешь волка внутри, и это противостояние только раззадоривает меня!       Воспользовавшись моментом, упырь своей мощью оттолкнул Хьюго в увесистый булыжник. Парень соскользнул по нему спиной и осел. Вампир неторопливо подошёл к жнецу, сжал его горло пальцами, оставляя на коже царапины от когтей. Поднял над собой и ударом вжал в почву с такой силой, что земля треснула, и тело Хьюго отпечаталось в ней. Он навис сверху и наклонился лицом к жилистой шее.       — Я помогу высвободить твою сущность и буду с вожделением наблюдать, как ты загрызёшь собственного напарника, — голос стал безумным.       Вампир разинул пасть, высвободил белоснежные клыки и приставил их к мягкой ткани. Невидимая масса сдерживала под собой Хьюго, не давала ему пошевелиться и вздохнуть. Всего одним лёгким нажатием острые кончики пронзили плоть и из ран выкатились капли ароматной крови. Щиплющая боль пронзила колдуна.       Внезапный удар магии откинул чудище в колкие иглы хвои.       — Не смей трогать моего друга!       Хьюго быстро поднялся, зажал рукой место укуса.       — Мне это уже надоело! — рявкнул упырь, выбравшись из кустарника. — Может быть я не чистокровный, но двух жнецов покромсаю!       — Ты слышал, Нико? Ему надоело, пора заканчивать, — улыбнулся ему напарник.       Маг кивнул, вновь шепнул заклинание, образовав над вампиром защитный купол. На чистокровного упыря это могло не сработать, но обращённые люди были не так устойчивы к магии Николаса. Вампир застыл под защитой, словно статуя. Последнее, что он видел перед смертью — вспышку яркого света.       Когда всё закончилось, Николас подошёл к напарнику, чтобы залечить рану, но когда Хьюго убрал руку, укуса под ней уже не оказалось. Лишь капли запёкшейся крови.       — Как такое возможно? — спросил Хьюго.       — Вирус даёт о себе знать. Регенерация повысилась, но это ещё ничего не значит. Не беспокойся об этом, хорошо? Мы найдём способ, как вытащить его из тебя.       Сладкое послевкусие победы преследовало мужчин весь путь домой. С таким же радостным приподнятым настроением Хьюго зашёл в дом. В особняке стояла тишина, и воздух был пропитан чем-то сладким, очень знакомым ему. Колдун прошёл на запах в столовую. Посреди большого зала с выложенным мрамором полом стоял накрытый стол. Три высоких, до самого потолка окна с витиеватыми рамами впускали достаточно света и выходили прямо на пышный сад.       Розали сидела за столом на отведённом ей месте и что-то ела. Он пригляделся. В тарелке была пшеничная каша. Сегодня она последний раз обедала в этом доме, из-за чего Хьюго решил отложить разговор до того, как она закончит. Но увидев его, девочка вскочила.       — С возвращением, господин! — с радостным кличем она подбежала к нему.       — Да, я вернулся.       — Вижу, вы надрали вампиру его мягкое место, — в столовую с кухни вошла миссис Джонсон. В её руках был поднос со свежеиспечённым бисквитом.       Все собрались, и маг решил не откладывать разговор. Он сообщил няне всё: что нашёл для Розали новую семью и что они уже ждут её во вполне уютном доме. Новость шокировала женщину. За долгое время она успела привязаться к девочке и уже питала надежды, что Хьюго сам удочерит её. Спорить с его действиями она не смела, поэтому молча выслушала и ничего не смогла ответить. Лишь обиженно поджала губы.       — Я что-то сделала не так? — девочка опустила взгляд, скрывая пару выступивших на глазах хрустальных слезинок. — Поэтому господин хочет избавиться от меня?       — Совсем нет, — он опустился на корточки, — ты чудная девочка, Оза. Но в семье с любящими родителями тебе будет гораздо лучше.       — Мне хорошо с няней и с вами! У меня нет родителей, но есть вы. Не отдавайте меня!       — Я буду навещать тебя каждые выходные, обещаю, — он взял её руки в свои ладони, но она вырвала их и убежала.       Хьюго убеждал себя, что делает это ради её блага, но в глубине души понимал — это лишь очередная попытка сузить свой социальный круг. В его обитель вторгся ребёнок, которого разум обозначил как «нарушитель спокойствия». Дети всегда ассоциировались с чем-то, что требует заботы и приносит множество проблем. Его размеренная замкнутая жизнь могла рухнуть в один момент и привычка, подпитанная годами, ни за что не допустила бы этого.       Миссис Джонсон сложила в рюкзачок некоторые вещи маленькой гостьи, которые успела сшить для неё. Делала она это с необычайной заботой и аккуратностью, так что любовь чувствовалась во всех её движениях. Няня мечтала о родной дочери, но вопреки молитвам так девочку и не родила. Она вырастила двух сыновей, нянчила Хьюго, и уже воспитывала трёх внуков. Миссис Джонсон считала Розали посланием Богов, наградой за подаренных ею земле отважных мужей.       Застегнув розовый портфель и повесив на замочек медвежонка, няня надела его на плечи Розали. Накрыла обе детские щеки тёплыми ладонями и ласково поцеловала девочку в лоб.       — Ничего не бойся, Оза. Смотри вперёд ясным светлым взглядом и никогда не отдавайся грусти, — напутствовала миссис Джонсон. — В нашей семье есть традиция: если кто-то покидает дом на длительное время, ему дают плюшевого медведя, и это означает, что он непременно вернётся.       — Мы с вами ещё встретимся? — тихо спросила Розали.       — Конечно, и не один раз, юная леди, — на женских губах появилась нежная улыбка, под которой пряталась горечь расставания.       — Нам пора, — кивнул Хьюго и протянул девочке руку.       Она посмотрела на него. Не осуждающим, не жалостливым взглядом, а глазами, преисполненными доверия. В этот момент Хьюго почувствовал, как его сердце сжалось, и не мог понять, почему только от одного взора этой девочки дрожь разнеслась по всему телу. В его сознании поселилось сомнение: не совершает ли он ошибку. Розали взяла его за руку и переступила порог Шартье. Дом остался позади, а впереди – неизведанное будущее.       Оза наблюдала в пассажирское окно, как из виду пропала парадная дверь, как исчез фонтан перед поместьем, и как ветви деревьев скрыли крышу особняка. В пути она молчала, да и Хьюго не мог подобрать лучших слов вплоть до того момента, когда машина съехала на просёлочную дорогу.       — Видишь, там впереди дом такого небесного цвета? — Ответа не последовало. — Красивый, правда? Ты в нём будешь жить.       Двигатель затих, и девочка сразу вышла из автомобиля, оглянувшись. По обе стороны в ряд возвышались небольшие дома, показавшиеся ей одинокими.       С крыльца её новой обители спустились люди. Женщина, с которой Хьюго уже был знаком, и, по-видимому, отец семейства. Рослый мужчина с густой растительностью на лице, выглядевший не старше сорока лет.       — Господин де Бордо, — обратилась к нему женщина, — здравствуйте.       — Здравствуйте, миссис Кандел, мистер Кандел. — Он несильно подпихнул Озу в спину. — Ну же, поздоровайся, юная леди.       Розали сделала робкий шаг, затем ещё один и ещё. Она подошла вплотную к новым родителям и, чуть опустив взгляд, тихо сказала:       — Здравствуйте.       Женщина доброжелательно улыбнулась ей.       — Розали, я надеюсь, мы с тобой подружимся, и нам будет весело, да? — она погладила девочку по голове. — Добро пожаловать в семью. Ну же, пойдём в дом, я покажу тебе твою комнату.       Хьюго убедился, что встреча прошла наилучшим образом и, последний раз посмотрев на девочку, развернулся и направился к машине.       — Меня зовут Оза! — Он услышал громкий голос.       Нежданно сзади что-то врезалось в него и крепко обняло. Розали роняла слёзы и тихие всхлипы в ткань пиджака, крепко сжимая мужчину за бедро.       — Я больше не увижу вас! — её голос дрожал.       В этот миг сердце Хьюго разорвалось. В Розали он увидел не проблемное дитя, он увидел отражение себя из далёкого детства, покинутого всеми маленького ребёнка в огромном страшном мире. Они оба пахли одиночеством и предательством.       Исчезла последняя капля терпения. Он развернулся и упал перед ней на колени, захватив в свои крепкие объятия.       — Мы встретимся, обязательно встретимся! — он только плотнее прижал её к себе.       — Правда?! Вы обещаете?       — Да, я обещаю, — он взялся ладонями за её щёки, смахнул большим пальцем горячую слезу. — Когда ты будешь нуждаться в помощи, я спасу тебя, где бы ты ни была, сколько бы лет ни прошло. Я найду тебя.       Розали улыбнулась ему. В хрустальных глазах он увидел невинное, долгожданное счастье. Но оно исчезло, как только женщина взяла её за руку и потянула к себе.       — Идём, Розали.       — Нет, ещё немного, я… — неожиданно для себя, запинаясь, произнёс Хьюго.       — Прощайте, господин де Бордо, — в милом женском голосе прозвучал холод.       Женщина настойчиво увела Розали, которая несколько раз пыталась вырваться и отчаянно звала Хьюго. За ними хлопнула дверь. Ещё какое-то время он стоял на коленях и не мог понять, почему внутри внезапно стало пусто.       Этой ночью он больше не слышал её. Из детской исчезло тихое сопение, из коридоров пропал цокот туфелек. Теперь Хьюго внимал лишь своим мыслям. Ему было проще продолжать оправдывать себя, чем принять всю правду. Жизнь мага перевернулась с ног на голову после рокового полнолуния. Отныне для него существует только сегодняшний день, а завтра – это роскошь. Возможно, в любой момент вирус возьмёт верх и превратит его в жаждущего крови волка. Как он может взять ответственность за ребёнка, если сам одной ногой в забвении? В полноценной семье Розали найдёт своё счастье. Хьюго верил в это всей душой.       Для того, чтобы забыться, весь следующий день он провёл в отчётах, пока в окне не отразилось вечернее солнце. Пусть Николас и обещал вложить свою долю помощи в работу, но так в Зените и не объявился. Последний раз Хьюго видел напарника, когда они вместе покинули лес.       По кабинету раздался стук, из-за двери выглянула Клаудия с хитрым лисьим взглядом.       — Можно?       — Проходи, — сказал Хьюго с кивком. — Мне нужен перерыв.       — А звание лучшего не такое уж и лёгкое, да? Бумаг скапливается выше крыши.       — Ты была на вечере награждения?       — Не-а, я как целомудренная жена ждала своего мужа дома. Ты же знаешь, Олефин запрещает мне выходить из дома в кровавое полнолуние.       Девушка прокралась к дальней стене, открыла настежь форточку и ловко вытащила из кармана припасённую сигарету. Щёлкнула пару раз зажигалкой и сделала долгожданную затяжку, выпустив дым в окно.       — Ты пришла ко мне, чтобы покурить?       — Именно так. Социальный работник должен быть примером для окружающих, он ведь работает с детьми и всё остальное в этом духе, — от своих же слов она улыбнулась, стряхнула пепел. — А ещё, к социальным работникам можно вламываться без стука, в твой же кабинет мало народу заходит. Только Николас.       — Кстати, ты не видела его?       — Видела, — она призадумалась, — он заходил ко мне утром. Вот что странно, просил фамилию людей, что удочерили твою девочку. Что-то бормотал про то, что он где-то видел эту миссис Кандел.       — Неугомонный, — Хьюго тяжело вздохнул.       Их разговор перебил противный пиликающий звук компьютера, на электронную почту пришло письмо. Хьюго открыл его, нахмурил лоб, вычитывая информацию. Клаудия, желая утолить любопытство, подошла к магу сзади и нависла над ним так, что он чувствовал вес её груди на своём плече.       — Тебя это забавляет?       — Что там, что там? — девушка намеренно поёрзала грудью, изображая нетерпение.       — Ничего особенного. Людская полиция наконец-то выслала мне данные со спутника о передвижениях жертв, но мы с Нико уже закрыли дело. А он был прав, все они пересекались в одном месте: деревне Клосик. Там живёт семья Кандел.       — Не может быть! — воскликнула девушка. — У этой семьи указан совсем другой адрес, Хьюго, они живут в центре Плиссе.       — Нет же, я сам видел, был в этом поселении, сидел в их гостиной! — Волнение нарастало в его груди. — Я привёз туда Розали. Ты ошибаешься, здесь точно какая-то ошибка, чёрт возьми!       — Хьюго, — более спокойно проговорила она, — деревня Клосик заброшена уже пару лет, там никто не живёт. Поверь мне, у меня в наследство от бабки там дом достался, я не могу его продать из-за запустения поселения.       — Только не это…       Он в спешке набрал в телефоне номер Николаса, приложил гаджет к уху, но диктор больно ранила его.       — В данный момент устройство абонента выключено. Оставьте сообщение или…       Хьюго сбросил вызов и подскочил с места, в спешке надел пиджак.       — Куда ты?!       — Я не могу позволить, чтобы с Нико и Озой что-то случилось!       — Я поеду с тобой!       Оранжевое солнце уже скрылось за горизонтом, когда они добрались до места назначения. В силу вступила ночь, не жалеющая никого. Настало время злобных тварей, укрывающихся в чаще. Поднебесье засверкало звёздами, но их света не хватало, чтобы осветить Клосик. Деревня погрузилась во тьму, к ней давно прекратили пускать электричество. Фонарные столбы простаивали зря.       Клаудия открыла заклинанием дверь и двое агентов поспешили в дом. Лишённое света здание наводило ужас. Померкли обои в цветочек, воцарилась тишина. Хьюго достал карманный фонарик, подсветил им путь. Они ступали медленно, еле слышно, словно плывя по воздуху. Маг с опаской выглядывал из-за угла и, если всё было чисто, проходил вперёд. Они упёрлись в подвальную лестницу. Хьюго шагнул на неё и ступень предательски заскрипела. Он был готов к атаке, но всё по-прежнему оставалось спокойно.       Агенты спустились вниз и оказались в подвальном помещении. В нём стояло несколько пустых ржавых клеток и цепей, намотанных на балки.       — Что в них держали? — задалась вопросом девушка, разглядывая стальные прутья со следами крови.       — В них держали дипов, эту чёрную энергетику я везде узнаю.       Хьюго осмотрелся и увидел на полу в луже крови медвежонка, что няня дала Озе. Он подобрал его и до ушей донеслось сдавленное мычание. В одной из клеток, скованный наручниками и с кляпом во рту, сидел Николас.       — Нико! — с долей облегчения позвал его Хьюго и положил игрушку в карман.       — Сейчас, мы тебя вытащим! — Клаудия очередным заклинанием вскрыла замок, прошла к Николасу и сняла все путы. — Это что, антимагические наручники? Твои?       — Нет, — бросил Нико, и потёр запястья. — Это всё, что осталось от предыдущего агента Зенита.       — Того самого? — спросил Хьюго. — Которого ищут?       — Нет времени объяснять! — возразил спасённый друг. — Они хотят устроить охоту на закате, погнать Озу. Эти собаки догонят её и разорвут! Спаси её, Хьюго!       — Вызовите подкрепление и ждите в машине, — отдал приказ маг.       — Подожди, я тоже.       — Нет, Клаудия, останься с Николасом. Если со мной что-нибудь случится, вы всё расскажете Габриэлю.       Дальше Хьюго их не слушал. Он выбежал из дома и ринулся в лес со всех ног. В его груди ритмично стучало сердце от смятения. Мага окутали эмоции такой силы, что в солнечном сплетении поселилась боль. Именно Хьюго привёз её в эту семью, именно из-за него она сейчас в опасности. Снова. Она снова убегает от смерти и это его вина.       Иголки хвои царапали ему лицо и руки, но порезы тут же заживали. Он остановился, чтобы вслушаться в природу и уловить среди неё Озу, но случилось нечто невообразимое. В глазах потемнело. Он вытащил из них линзы. Ночной лес предстал перед ним в светло-зелёных оттенках, будто бы он смотрел сквозь устройство ночного видения. К безупречному слуху прибавилось ночное зрение.       Совсем неожиданно он учуял запах бензина, что исходил с трассы, находившейся в нескольких километрах от него, затем, в его нос ударил сладкий, знакомый аромат гортензии. Он не был уверен, но что-то внутри подсказывало, что это именно то, что он ищет. Хьюго проследовал по цветочному следу и вышел на край обрыва. С него открывался чёткий вид на поляну внизу. Послышалось шуршание травы и лай собак. Из кустов на поляну выбежала девочка, а за ней неслась свора адских псов.       Хьюго спрыгнул не раздумывая. До земли расстояние было внушительным, но он ничего себе не сломал. Маг пошёл ей навстречу.       — Не смейте трогать её! — с необычайной злостью прокричал Хьюго. — Отправляйтесь туда, откуда пришли!       Колдун яростно проговорил заклинание. Большой огненный шар промчался мимо Озы и поглотил дипов, сжигая дотла. Хьюго поймал девочку в свои объятья, сжав достаточно крепко, чтобы ощутить, что она настоящая, дрожащая и холодная, словно кусочек льда.       — Оза! Ты здесь, ты жива! — он сжал губы то ли от злости на себя, то ли от неописуемого чувства радости, сжимающего его грудь. — Я подверг тебя опасности. — Он чуть ослабил хватку, опустился перед ней на корточки и заглянул в заплаканные глаза. — Простишь ли ты меня?       — Господин, — она шмыгнула носом, утёрла кулачками глаза, — Я… Я не в обиде на господина. Вы… Вы обещали спасти меня, когда я буду в опасности, и спасли. Господин сдержал обещание.       — Из-за моего страха, из-за моего эгоизма и безответственности тебе снова пришлось убегать от смерти. Но я даю слово: больше тебе не нужно будет искать дом и бояться.       — Но почему?       — Потому что теперь ты дочь семьи де Бордо.       Для неё эта фамилия совершенно ничего не значила, но она ясно поняла слова Хьюго. Да, именно. Она вернётся домой. В свой дом.       Щёлкнул затвор. Хьюго медленно обернулся и застыл на месте.       — Меня тошнит от этой сцены! — процедила миссис Кандел, наведя прицел на мага.       Колдун спрятал Озу за свою спину, снял с лица улыбку и посмотрел на Кливию исподлобья.       — Опустите пистолет, миссис Кандел.       — Чёрта с два! — вскрикнула она. — Вы, маги, отняли у меня всё! Всё, что я так любила! Мою драгоценную семью. Теперь настала моя очередь мстить!       — Приготовься бежать, когда я скажу, — тихо проговорил Хьюго.       — Не получится, — Кливия погладила подушечкой пальца спусковой крючок. — Вы умрёте вместе. Прощай, жнец!       — Беги!       Он оттолкнул Озу, а сам помчался на женщину, нашептывая заклинания и собирая в ладонях сгусток энергии. Кливия поменяла цель. Она направила дуло на убегающую девочку.       Громкий выстрел, подымающий ввысь воронов, прозвучал на всю чащу. Трава обагрилась кровью. Кливия упала замертво.       — Прощай, полумаг, — сказал Палладий и положил свой кёльт в кобуру.       Увидеть коллегу Хьюго, без сомнения, был рад. Но он отвернулся от него, порыскал по карманам в поисках линз и постарался как можно быстрее вставить их в глаза.       — А где же «Палладий, ты вовремя, я так благодарен тебе»? — хмыкнул маг.       — Я никогда не говорил тебе это прежде, но я рад тебя видеть, Палладий, — скрыв горящие глаза, он развернулся к нему и чуть приподнял уголки губ.       — Привыкай к этому.       В главном зале Зенита собралась большая часть организации. Перед ними на помосте стоял Габриэль, придерживая в руках небольшую золоту медаль.       — Сегодня мы хороним не просто агента, а величайшего мага. Мужественного, сильного, отважного. Глейв Нитард один отправился в лес, когда узнал, что в этих местах завёлся вампир. Он пал как герой, защищая свою родину! Эта награда, — Габриэль показал медаль, — знак наших предков, что отдали жизни в Клёрской войне, сражаясь с такими же безжалостными чудищами. Пусть тело Глейва обратилось в прах, память о нём вечно будет жить в наших с вами сердцах! Вайзтем!       — Вайзтем! — в зале поднялся громкий клич.       У дальней стены, пригревшись в пледе на диване, сидела Оза и краем глаза наблюдала за Хьюго, что вёл разговор с Николасом.       — Будешь шоколад? — предложила ей кружку подошедшая Клаудия.       Она кивнула. Девушка протянула ей напиток, и отошла к компании магов.       — Так Кандел это липовая фамилия? — спросил Хьюго.       — Да, её настоящая фамилия Циркель, — пояснил Николас.       — Где-то я уже слышал её.       — Мне лицо этой женщины показалось знакомым, вот я и навёл справки. Она фигурировала в нашумевшем пять лет назад деле. Её сын тогда только магию получил. Они с дружками выследили дипов, решили в одиночку справиться. В это время Зенит проводил тайную операцию, вскрывали вампирское гнездо. Ребята в той потасовке и погибли, а её муж с горя повесился. Я как узнал правду, поспешил забрать Озу, даже тебя не предупредил. Ну, вот она меня по башке и стукнула чем-то. Очнулся уже в наручниках Глейва и с кляпом во рту.       — Ясно, решила отомстить тем же способом. Выжидала, пока поблизости заведётся вампир и подкинула ему своих собак. А потом подкармливала их людьми. Как она жертв заманивала?       — По объявлению о продаже дома, — заключила Клаудия. — У неё там тоже домик в наследство был.       — А Оза ей нужна была, чтобы за убийство своего ребёнка отомстить, — Хьюго вздохнул. — А как же все те люди, которых мы видели по дороге?       — Это была дешевая иллюзия, я не сразу это понял.       — Хьюго, извини меня, я доверилась, у них ведь и документы в порядке были… Я подыщу для Озы хорошую семью, сама каждую лично проверю.       — Не нужно, — маг пожал плечами. — Я сам удочерю её. Всё же, твоей вины здесь нет. Я хотел отдать Озу в первую попавшуюся семью и даже не позаботился об её безопасности.       — Ты удочеришь её как свою дочь? — удивился Николас.       — Только формально. Она будет приходиться дочерью нашей семьи.       — Тогда я подготовлю документы, — Клаудия улыбнулась, поправила очки.       Хьюго посмотрел на девочку благосклонным взглядом. Эта юная леди и правда заслуживает носить столь величайшую фамилию, и он рад дать её ей. Но после того, что сегодня случилось с его организмом, Хьюго пребывал в замешательстве. Парень спрыгнул с высоты, видел в темноте и различал запахи как настоящий волк. Послужили ли тому эмоции, что захлестнули его волной? Чего ожидать дальше?