Ледяная душа | Властитель времени

      По комнате разносился ласкающий слух девичий смех. Дневные лучи, пробравшись сквозь тюль, осветили небольшой хаос, оставленный после незабываемой ночи. На полу рядом с невысоким, стоящим у стены комодом валялись всевозможные предметы, которые ещё вчера были красиво выставлены на крышке шкафа. Небрежно разбросанная по паркету мужская и женская одежда перемешалась между собой. Там же находилась помятая в страстных порывах простыня, сползшая с кровати, на которой сейчас в объятьях друг друга лежали два мага.       — Кажется, нам уже пора на работу, — протянула Фреза и поёрзала головой, удобнее устраиваясь на мужской руке.       — Если мне ещё не звонил Хьюго – значит, не пора, — Николас улыбнулся и зарылся носом в светлые волосы, вдыхая вкусный малиновый аромат её шампуня.       — Вы давно дружите с ним? — поинтересовалась девушка.       Николас вынырнул из малинового плена, перевернулся на спину и лишь плотнее прижал к себе спутницу.       — С рождения, наверное, — он задумался. — Наши матери дружили, они познакомились, когда ещё обе были беременны. Только меня родили первого.       — Не верю! — воскликнула Фреза и тихо засмеялась. — Ты что это, старше Хьюго, получается?       — На целых три месяца, между прочим! — Николас недовольно нахмурил брови. — И чему это ты так удивлена?       — Ну понимаешь, это незаметно. Мне всегда казалось, что Хьюго старше. И не на пару месяцев, а, скорее, даже на несколько лет. Когда я впервые увидела его, то подумала, что ему лет так двадцать шесть, не меньше.       — Это сейчас он такой: хмурый и деловитый, — фыркнул Николас, — а в детстве он был совсем другим. Воспитанным, да, но озорничал только так, пока никто не видит. Я помню, как-то раз он подложил учителю на стул червяков, ну тот и сел на них. Ох, крику было, — парень не сдержал смешок, но затем неожиданно сложил губы в тонкую линию. — А потом его родители умерли, и он закрылся в себе.       — Я слышала, что с графом де Бордо произошло что-то трагичное, он, вроде, покончил с собой? — Фреза задумалась. — Одиннадцать лет прошло. Помню, я тогда только готовилась к магическому экзамену, чтобы поступить на службу в Зенит. А потом все заголовки газет стали кричать о гибели великого мага Хелиона. Но, как я знаю, Хьюго — круглый сирота? Что случилось с графиней? О ней все умалчивали.       — Не думал, что ты такая чёрствая, — Николас поморщился. — Всех деталей не знаю, мелкий был, но я случайно подслушал разговор отца после того, как это случилось. Родители Хьюго возвращались в поместье, когда уже стемнело. Именно тогда на них напал вампир. Никто не знает, откуда он взялся там и что они делали в лесу так поздно. Отец Хьюго убил эту тварь, но она успела ранить графиню Виллин. Хелион принёс её в особняк, однако он понимал, что не спасёт жену. Она умерла у него на руках, а он после этого сразу застрелился. Но если бы всё было так просто.       — Да? Почему?       — Он вышиб себе мозги на глазах у сына. Хьюго тогда почему-то проснулся и заглянул в кабинет отца именно в тот момент, когда тот приставил пистолет к своему виску. С тех самых пор Хьюго изменился. Он ни с кем не общался, не говорил вообще, ни слова, а от посторонних звуков шарахался. Был похож на испуганного новорождённого котёнка. Много лет потребовалось мне и миссис Джонсон, чтобы вывести его из этого состояния. Но, наверное, если бы Хьюго сам не захотел вылезти из ямы, в которую попал – ничего бы у нас не получилось.       — Вот как. — Фреза поджала нижнюю губу, а затем вздохнула. — Знаешь, чего я не могу понять?       — Не знаю.       — Зачем граф застрелился? У него ведь было два сына.       — Всему виной любовь, — ответил Николас. — Безграничная и неудержимо сильная любовь графа к своей жене. Я видел её собственными глазами, когда был у них в гостях. На самом деле, это трудно было не заметить. Всё становилось ясно по тому, с какой нежностью и зачарованностью они смотрели друг на друга. Граф не смог пережить потери своей возлюбленной, он не видел другого выхода, как отправиться за ней.       Когда Николас ответил на все её вопросы, девушка повернулась на бок, лицом к нему, подпёрла голову запястьем и пронзила парня пристальным взглядом небесно-фиалковых глаз.       — А твои родители? Если так подумать, я ничего не знаю о тебе в принципе. Мы иногда выпивали, но на личные темы никогда не разговаривали. Ты чистокровный?       — Конечно, мой род тоже пошёл от Клёра.       — Тогда почему у тебя нет приставки в фамилии?       — Я отказался от титула ещё лет в семнадцать.       — Говоришь так, будто тебе уже за тридцать, — Фреза закатила глаза. — Почему ты это сделал? Ну же, расскажи о себе.       — Ты для этого переспала со мной, чтобы разузнать обо мне и Хьюго?       Николас ожидал, что после таких слов должно повиснуть неловкое молчание, но девушка ответила сразу, не колеблясь, и в её словах не чувствовалось лжи.       — Я пошла в твою постель, Нико, потому что ты мне нравишься, а всю эту информацию я могла получить из любого другого источника, будь у меня желание, — она протянула руку к его лицу и больно сжала пальцами нос. — Не хочешь – не рассказывай, можно подумать, я тебя под прицелом держу.       Он скривил губы, нежно обхватил её руку и легко отвёл от своего лица.       — Дело в моём отце, — сказал Николас и поцеловал тонкую женскую ладонь. — Он на дух не переносит магию.       — Неожиданно. Он ведь сам колдун.       — Знай ты моего отца, не удивилась бы. Кажется, этот человек ненавидит всё живое. Когда он познакомился с мамой, то думал, что у неё нет дара, поэтому сразу женился на ней. Она не хотела ему рассказывать правду, пока мне не исполнится четырнадцать, я бы получил магию и скрывать, в общем-то, было бы сложно. Но отец всё понял раньше, когда узнал, что она водится с родителями Хьюго. Род де Бордо не общается с людьми, у них так заведено. Мама рассказала ему всё, что она не просто чистокровная, а шпион Зенита. После этого он выгнал её из дома. Ей некуда было идти, поэтому на время её приютили родители Хьюго. А потом она исчезла. Пропала без вести на одном из заданий. Но все знали, что она умерла, потому что её цветок раскололся.       Фреза слушала Николаса очень внимательно, изредка поправляла одеяло, водила длинными пальцами по его щекам, ласкала мягкими подушечками заострённые скулы. Спускалась ниже, огибая рельефную грудь.       — И ты из-за этого отрёкся от титула?       — Нет, я сделал это, потому что решил стать агентом, как моя мать. Отец был против, но я пошёл наперекор его воле, а сын-маг ему к чёрту не сдался. Так и получилось.       — Ну и хорошо, а то бы мне пришлось знакомиться с твоими родителями, а я этого жуть как не люблю.       Фреза наклонилась к его лицу, потянулась губами к губам, но Николас остановил её в сантиметрах от них.       — Твоя очередь рассказать о себе.       Девушка недовольно цокнула языком и натужно вздохнула.       — Мне не посчастливилось родиться в семье чистокровных, ведь мои предки погуляли на славу с людьми и испортили наш род, но мать встретила полумага. Если честно, тоже такое себе удовольствие, но, тем не менее, магия вернулась к нашей семье, я даже чувствую себя неким спасителем. Меня отправили в Зенит не потому, что я хотела, но вроде так заведено в мире: отправлять детей с даром в специальные школы, а дальше на службу в организацию. Не то чтобы я не любила свою работу, но мне хорошо платят за успехи, так что не жалуюсь. Я люблю сладкое, полениться до обеда и распивать свободным вечером что-нибудь крепкое. Этого хватит?       — Более чем.       Николас растянул рот в улыбке, а после плавно припал нежным поцелуем к мягким губам Фрезы. Они бы ещё долго наслаждались вкусом друг друга, но стук в дверь разорвал идиллию. Николас быстро натянул подобранную с пола одежду, оставил Фрезу в комнате и закрыл за собой двери.       На пороге его дома стояли очень знакомые люди. Хьюго держал в руках два больших чемодана и розовый портфельчик, а Оза сжимала в ладонях поводок. Несси радостно виляла хвостом, парень же выглядел сердито, Николас заметил это по его глазам, в которых пылали огоньки ярости.       — Можно мы поживём у тебя какое-то время? — спросил Хьюго сразу, как только увидел друга.       Гостиная была просторная, но пустая, обставленная всего лишь одним диваном, столом без всякого намёка на скатерть и парой тумбочек. На одной из них стояла хрустальная ваза с засохшими цветами. Стены без обоев, выкрашенные в синий цвет. Имелся и небольшой камин, но, по всей видимости, им давно не пользовались. Сейчас пустоту пространства наполнил ароматный запах горячего шоколада. Кружка Хьюго стояла на столе нетронутая, а вот юная гостья с радостью распивала свой напиток и довольно облизывалась.       — А ты изменилась с нашей последней встречи, Оза, — Николас улыбнулся ей.       Но девочка молчала в ответ, она явно стеснялась.       — Рассказывай, что случилось? Термиты? — обратился Николас к другу, стоя напротив, сложив руки на груди. Хьюго сидел с краю, локтями упираясь в ноги, потирая ладони и отведя взгляд к камину. Парень закусил нижнюю губу, глубоко вздохнул и сказал:       — Вчера Хассий объявился в поместье, предъявил мне завещание наших родителей, где якобы говорится, что буквально всё состояние, включая особняк, достаётся ему.       — Врёшь! — возразил Николас. — Так ему всё завещали? А он гад ещё тот, родного брата сначала бросил, а потом выгнал.       — Кто он, я давно знал, но не думал, что Хассий, оказывается, был таким любимчиком.       — Может, завещание подделка?       — Нет, я проверил. Там подписи матери и отца, а ещё нашего семейного адвоката.       — И что ты теперь делать будешь?       — Я попытался связаться с тем адвокатом, но он умер пять лет назад. Поэтому я отправил документ другому. Посмотрим, что он скажет. Быть может, я смогу оспорить права Хассия, он ведь исчез после их смерти. А пока что побуду у тебя, если ты не против? Жильё найду и съеду. Миссис Джонсон, хитрая женщина, сразу к своему сыну уехала.       Пока они разговаривали, Оза рассматривала комнату. Её взгляду не за что было зацепиться, но она услышала шорох и посмотрела в сторону коридора, увидев там, как какая-то девушка крадётся к выходу. Фреза тоже заметила её. Она поднесла указательный палец к губам, намекая девочке, что теперь это их общий секрет, затем нашла свои туфли, медленно и бесшумно надела их на стройные ноги и выскользнула за дверь, будто её здесь никогда и не было.       — Не спрашивай, оставайся у меня столько, сколько нужно, — Николас улыбнулся другу.       — А ты с тех пор, как переехал, не особо то и обжился, — Хьюго хмыкнул, бегло оглядывая гостиную. — Тебе бы пару шкафов сюда, люстру повесить, сервиз приобрести, — брезгливо добавил он, когда его взгляд остановились на кружке с отбитыми краями.       — Ты на чужое жилище не наговаривай, оно у меня хотя бы есть.       Шутка Николаса зацепила Хьюго. Он вспомнил, как родной брат отобрал у него последнюю отраду в этом мире, как он объявил ему войну. Этот бой закончится только тогда, когда один из них умрёт. Больше сил терпеть Хассия у Хьюго не было, последней каплей стал особняк. Пощады не будет.       — Ну ладно, что это я, — смутился Николас, понимая, что сказал лишнего. — Дом небольшой, но я найду вам спальное место. А пока отнесём чемоданы.       Он подошёл к одному, попробовал взять за ручку, но уронил, только чуть отлепив от пола.       — Что у тебя там, кирпичи?!       — Книги.       — О боги!       Их прервал звонок. Хьюго ответил и поднёс телефон к уху:       — Слушаю.       Наверное, с того конца линии говорили что-то серьёзное. Хьюго сидел молча, неожиданно посерьёзнел, и даже пару раз кивнул, сам того не заметив.       — Всё ясно. Скоро будем, — ответил Хьюго в телефон, посмотрел на Николаса. — Через час откроют портал в Лиру, нам нужно ехать.