About A Girl

Вечеринка была такой раздражающе громкой, что войдя в дом, Камила вздрогнула. Все футболисты были разбросаны по разным комнатам, выпивая праздничное пиво. Бит музыки вибрировал через пол, и с каждым шагом она могла чувствовать, как бас щекочет ее сердце. Все болельщицы потягивали фруктовые напитки, и теперь, когда они сняли свою униформу, их было проще отличить друг от друга. Лорен болтала с группой девушек из другой школы и какими-то парнями из футбольной команды, когда заметила Камилу. – Хочешь, я принесу тебе выпить? Это вечеринка Луиса, так что… – от упоминания Луиса, голос Лорен затих. – Эм, да, конечно, – Камила не была полностью уверена, что собиралась пить, но Лорен вернулась с пивом, которое пили и остальные игроки футбольной команды, из-за чего Камила улыбнулась. Лорен смотрела себе под ноги. — Давай будем друзьями, хорошо? – Ладно, — неохотно согласилась Камила. У нее не было достаточно времени, чтобы обдумать свои чувства к Лорен, что затруднило принятие решения. Ночь прошла с озорством, присущим для вечеринки. Люди целовались, люди уединялись, и люди напивались. Что касается Камилы, она принимала участие только в пункте про выпивку. Она часто находила себя, смотрящую на Лорен, которая выглядела достаточно счастливой с Луисом. Она сказала ей об этом в письме. Они были "золотой парой"; они были рождены, чтобы быть вместе. Когда вечеринка подходила к концу и Камила собиралась уходить со всеми остальными, к ней обратился Луис. — Извини, что возлагаю на тебя это задание, Камила, но не могла бы ты проследить, чтобы Лорен нормально добралась домой? Она немного перепила, — в доказательство его словам, спотыкающаяся Лорен спустилась по лестнице, прямо в руки Луиса. — Ладно, Лорен. Ты поедешь домой с Камилой, хорошо? Камила улыбнулась. — Без проблем. Что угодно для друга, — в ее сердце появилось чувство вины, когда она сказала друг. К счастью Камила жила только в нескольких минутах от дома Луиса. — Лорен, где ты живешь? – Я хочу пойти к тебе домой, – заикаясь, сказала Лорен. Из-за выпитого алкоголя, Камила была несильно пьяна, поэтому она с легкостью нашла дорогу домой. Там было пусто – ее родители уехали на выходные. Она закатила глаза от комментария Лорен, но довела пьяную девушку до входной двери. — Ты должна пойти спать, хорошо? Она позволила Лорен лечь в свою постель, уделив мгновение, чтобы оценить, как невинно было ее лицо в состояние покоя: ее глаза были слегка закрыты, и рот немного приоткрыт. – Камила? — Лорен позвала ее именно в тот момент, когда она была готова оставить девушку. — Мне холодно. – Я принесу какие-нибудь одеяла, – заверила ее Камила, снова собираясь уйти. – Не одеяла, — заговорила Лорен на кровати. — Есть кое-что еще, что может согреть меня. Камила знала, к чему все шло, но все равно спросила, — И что же это? – Тепло тела, – слова Лорен были невнятны, смешаны и звучали не так уж романтично, от чего Камила рассмеялась, подходя к кровати. – Я не займусь с тобой сексом, – сказала она болельщице. – Нет, нет, — Лорен бесцельно махала руками в воздухе. — Не секс. Просто дружеские платонические объятия. – Ты единственный знакомый мне человек, который в пьяном состояние может правильно использовать слово платонический, — все, что сказала Камила, осторожно забираясь на постель. Лорен незамедлительно придвинулась своим телом ближе. Даже несмотря на то, что ее дыхание разило алкоголем, ее волосы пахли цветами, а угольно-черные ресницы идеально сидели на ее коже. Неудивительно, что Луис так сильно любил ее. В ней было что-то притягательное, даже когда она была требовательна или полностью пьяна. Камила чувствовала, будто знала ее из писем, из тех внутренних рассуждений, которыми она имела смелость делиться с Камилой на протяжении всего времени. Засыпая, она считала дыхание Лорен. Вдох, выдох, вдох, выдох… * Камила проснулась из-за громкого стона рядом с собой. – Это ужасно, – пожаловалась Лорен, держа голову на своих руках. – Похмелье? – сонно спросила Камила, заставляя себя сесть. – Король всех похмелий, — исправила Лорен. — Кстати, спасибо, что позволила переночевать у себя. Это было действительно мило с твоей стороны. – Для этого друзья и существуют, — Камила выползла из-под простыней, позволяя холодному воздуху окутать ее открытую кожу. — Хочешь позавтракать? Лорен перекатилась. — Да, конечно. Но давай купим какие-нибудь классные блинчики или что-то такое. Мне нужен свежий воздух. Когда она начала вставать, Камила могла видеть боль, отразившуюся на ее лице. — А еще какие-нибудь таблетки. Перед тем как открыть дверь, Камила достала обезболивающие лекарства и ключи от машины. — Может хочешь переодеться? — спросила она, мельком ловя мятое платье Лорен со вчерашней вечеринки. По каким-то магическим причинам волосы Лорен выглядели даже лучше, после того как она поспала на них. Кудри спадали вниз, и наверху был объем, где его раньше не было, в то время как Камиле пришлось надеть шапку на ее пучок темных волос, чтобы сделать все хоть немного презентабельным. Лорен посмеялась. — Не волнуйся за меня, мне просто нужно поесть. – Ладно, хорошо. Но надень хотя бы это, – Камила кинула Лорен старую пару кроссовок, чтобы ей не пришлось идти на каблуках. Две девушки добрались до машины Камилы, и телефон Лорен зазвонил. – Привет, — ответила она, когда Камила выехала на дорогу. — Ох, эй. Я в порядке… обезболивающие. У тебя тоже? Ага, — Лорен посмотрела на Камилу. — Ладно, пока… люблю тебя. – Луис? — спросила Камила, целенаправленно не отрывая пристального взгляда от дороги. Лорен вздохнула и провела пальцами по вискам, потирая их круговыми движениями. — Да. Он просто хотел убедиться, что со мной все хорошо. – Ты любишь его? – выпалила Камила, заворачивая на стоянку в месте быстрого питания, как и просила Лорен. Наступила тишина, которая буквально душила ее. Лорен открыла рот, чтобы ответить и снова закрыла его. В одном из давно-полученных Камилой писем, говорилось простое: Я потеряна. Я не знаю, что мне делать. Камила ничего не хотела также сильно, как помочь ей, но у нее не было способа обратной связи и средств узнать, кто писал письма в тот момент. Если бы Лорен пришлось писать письмо прямо сейчас, Камила была уверена, что там было бы написано: Я потеряна. Я не знаю, что мне делать. – Да. Нет. Я не знаю… — Лорен опустила голову на свои ладони. — Я любила. Когда я была ребенком, я была так сильно влюблена в него, что это было даже немного глупо. Наши родители были лучшими друзьями и шутили о том, как мы собираемся сыграть свадьбу. Я думала, что все, в чем я нуждалась, было именно это. Идеальные отношения. Мы не ругались, мы не орали, мы не целовались со всей страстью, под дождем, после криков друг на друга… все любят нас вместе. Мы – "золотая пара". Но люблю ли я его? Больше нет. Не так как раньше. Это идеально, но пусто. – Но ты счастлива, – Камила слушала каждое слово, чувствуя, как сердце обнадеживающе трепещет, каждый раз, когда Лорен упоминает любовь к Луису в прошедшем времени. У нее все еще не было времени, чтобы разобраться в своих чувствах к Лорен, но казалось, они и сами проделывают отличную работу, разбирая себя самостоятельно. – Он – все, что я знаю. Было бы своего рода глупо грустить по этому поводу, а? Луис потрясающий парень, который относится ко мне, как к принцессе, — яркие зеленые глаза Лорен встретились с взглядом Камилы, и впервые за все время, она выдержала зрительный контакт, вместо того, чтобы застенчиво отвернуться. — Я не знаю, нужна ли мне все еще эта "идеальность". Остаток дня обе девушки провели в неожиданном блаженстве. Хоть раньше они общались только через письма и поспешные признания, это все еще было похоже на связь, и эта связь сейчас процветала еще больше со временем, проведенным вместе. Они ели жирную еду и катались по городу с включенным радио, достаточной громкости, чтобы его слышали прохожие на улице, смеялись над шутками, которые никто другой не нашел бы веселыми и горланили песни, пока хватало воздуха в легких. Лорен была на удивление открытой, для человека, переносившего похмелье целого столетия. К концу дня, Камила могла с уверенностью сказать, что чувства Лорен были взаимны. Лорен поняла, что ей нравится Камила из-за книги с заметками в первый день месяца. Камила поняла, что ей нравится Лорен из-за мелодичного смеха и воплощения счастья в последний день месяца. Это забавно, что всего один месяц может сделать с человеком. Или людьми. После того, как Камила отвезла Лорен домой, она была удивлена, обнаружив письмо, оставленное на пассажирском сидении. "Я всегда была идеальной девушкой. Сегодня мне не пришлось быть таковой. Сегодня я смогла побыть дерзкой, вульгарной, и я не должна была стыдиться, когда смеялась слишком сильно. Я пишу это, пока ты внутри, покупаешь мне фаст-фуд. В этот момент, я никогда не была так рада пребыванию с кем-то рядом, даже не смотря на то, что у меня такое чувство, будто моя голова может отвалиться, и я одета во вчерашнее маленькое черное платье с парой твоих старых кроссовок. (Кстати, я оставлю их себе.) Я знаю, что поставила тебя в сложное положение, признавшись, что ты мне нравишься, будучи в отношениях с парнем; с парнем, который по совместительству твой друг. Это правда. Я напугана расставаться с ним, расставаться с единственным миром, который когда-либо был мне знаком. Мне жаль. Увидимся перед игрой на этой неделе".             – Лорен * – Камила! – Лорен махала с поля, полностью одетая в форму болельщицы. Камила только закончила надевать тяжелое футбольное снаряжение и хотела увидеть Лорен до начала игры. Это была ее третья игра, именно та, которая определит ее дальнейшую судьбу в команде, перед приближающимся чемпионатом. Лорен запрыгнула на трибуну, где ее ждала Камила. — Погоди, — Лорен посадила Камилу и начала собирать ее волосы в хвост. – Ай, – пожаловалась Камила, пробегая рукой по коже головы. – Это хвостик болельщиц, — объяснила Лорен, проводя своей ладонью по завязанным волосам Камилы. — Он не распадется. Надери им задницы, хорошо? – Хорошо, – согласилась Камила, и Лорен вовлекла ее в крепкие объятия. – И напоследок. Камила стояла с любопытной улыбкой на лице, когда Лорен достала что-то из рюкзака, протянув золотой браслет на ладони. – Это браслет с брелками, — Лорен обернула его вокруг запястья Камилы. — На нем футбольные брелки, видишь? И я подумала, что для каждой игры, которую ты выиграешь, ты могла бы получать новый брелок. – Лорен… — Камила чувствовала, что ее живот сходит с ума. Было так очевидно, что Лорен вела себя больше как девушка Камилы, нежели Луиса. Это было не справедливо и по отношению к парню, и к Камиле, которая влюблялась все сильнее, пока Лорен все еще принадлежала кому-то другому. Тем не менее, она не смогла заставить себя отказаться от браслета. — Спасибо тебе. Просто… спасибо. Улыбка Лорен стала шире. — Удачи. * Камила почувствовала, как ноги теряют опору. Достигая земли, она могла слышать крики со скамейки запасных и коллективный вздох зрителей, затем боль поглотила ее мышцы и кости. Камила очень сильно прикусила губу, вызывая кровь вместо слез. Игра вокруг нее приостановилась, но там был один голос, который четко прорезался сквозь вращающуюся поверхность земли, за которую так отчаянно цеплялась кареглазая девушка. – Камила!