feeling like i'm breathing my last breath

// тремя месяцами ранее //       В полночь в воздухе пахнет электричеством. В клубе в полночь нет воздуха, пахнет алкоголем, наркотиками и другими не самыми полезными веществами. Запахи смешались, звуки стали слишком громкими, их стало слишком много. Незамысловатый ритм давит на мозг, кажется, бьет по органам изнутри. Там жарко, девушки, отчаянно жмущиеся к мужчинам, которые заплатят им за одну ночь, мужчины, которые вычеркивают очередной вечер своей жизни с помощью виски или других напитков. Енхо не хочет этого, он не хочет быть частью этого общества людей, которые смотрят на мир сквозь денежную купюру или стакан, наполненный алкоголем. Енхо просто надо убежать от повседневности, от собственных мыслей. Надо убежать, ибо он задохнется, ибо в результате два на два даст что угодно, но только не четыре. Он был ошибкой, его жизнь была ошибкой, он впитал это в себя с молоком матери и поучениями отца, которые, кстати, отказались от собственного сына в пользу репутации. В восемнадцать ему вручили номер счета, на который каждые три месяца будут приходить деньги и билет на самолет. Его не хотели видеть, не хотели о нем слышать: он должен был быть забыт, стерт из памяти, будто его никогда и не было. Енхо ненавидит клубы, но ему туда надо. У него есть деньги на алкоголь, наркотики, но его деньги ничто по сравнению с тем, сколько времени ему еще придется с коротать в этой жизни. Он ненавидит общение, нет, скорее не так: он любит говорить, но ненавидит открывать свою душу кому-либо. Именно поэтому его единственным «другом» был торговец наркотиками Тэен. Он не спрашивал о чем Енхо думает, чем Енхо живет, он просто давал дозу, которая приравнивалась к еще нескольким дням относительно спокойной жизни. Единственное, чем поделился он с Тэеном- прозвище. В школе его называли Джонни и он привык к этому, это было имя, которое не было испорчено отношениями с родителями, пагубными привычками и ментальным саморазрушением. Енхо кое-как проталкивается сквозь слегка не трезвую толпу и оказывается около бара. К его удивлению там два-три человека, считая бармена в черной футболке и джинсах, который умело подбрасывает бутылки и различные емкости со смесью, которая в будущем будет коктейлем. Енхо ничего не говорит, он молча садится на кожаный барный стул белого цвета и уставившись в барную стойку, заказывает себе текилу. Он не обращает внимания на шумную и смеющуюся толпу в центре заведения, не замечает он и фигуру, приближающуюся к нему медленной, но уверенной походкой. Он настолько выпал из происходящего, что не подал и виду, когда кто-то окликнул его сначала по имени, а потом назвав прозвище. — Хэй, Джонни, вотс ап, мэн! -сказал темноволосый парень, похлопав Енхо по плечу. Тэен был необычайно красив: большие темные глаза, бледная кожа, спортивное в меру тело, харизма, которую он источал. На нем можно было бы сколотить целое состояние, будь он моделью или же певцом, очаровывающим сердца безумных фанаток, страдающих по неразделенной любви к смазливому мальчику из айдол-группы. Так бы и было, если бы его жизнь не пошла по пизде. Точнее, он сам разрушил ее: в шестнадцать он ушел из агентства, в котором был трейни в течении двух лет, не смог догнать школьную программу и наверстать упущенное, в итоге он стал ильджином, а значит — отбросом общества. Родители отправили его в дорогущий пансионат для примерных детишек, но там он связался с плохой компанией, которую теперь сам и возглавляет. — Твой английский все еще отвратителен, Ли Тэен, — сказал Енхо, не глядя на собеседника. Жизнь как всегда, в черно-серую полоску. Как видишь, к тебе давно не обращался, а значит, все не настолько плохо. — Но я давненько тебя здесь не видел, а сейчас ты здесь. Могу подсказать отличный способ забыться, который поможет даже такому депрессивному пессимисту, как ты, — прошептал Тэен, вплотную приблизившись к уху Джонни и обдавая горячим дыханием нежную кожу. Лучший товар для лучшего друга с кучей баблишка и свободной квартирой, все как всегда, -добавил парень, кладя руку на затылок Енхо. Джонни усмехается, делает глубокий вдох и поворачивает голову в сторону, соприкасаясь лбами с Тэеном и глядя ему прямо в глаза. Под действием этого взгляда у всегда непоколебимого и жестокого наркоторговца Ли Тэена внутри перегорают все лампочки, выключаются все рубильники, догорает последний фитиль. Он становится похожим на маленького ребенка, округлившего глаза от информации, сказанной взрослыми. — Прости, дружище, сегодня у меня наличными есть деньги только на напитки, подобные тем, что подают в этом чертовом баре, поэтому сегодня я буду спать один. Давай как-то в следующий раз? -говорит Енхо, легко целуя друга в кончик носа и отстраняется. Тэен еще несколько секунд стоит в оцепенении, но быстро отходит от этого состояния. — Что же ты сразу не сказал? Ну раз денег нет, тогда прощай, до скорой, я надеюсь, встречи! — улыбаясь кричит, сквозь музыку парень и посылая Джонни воздушный поцелуй на прощание, незаметно исчезает в толпе. Енхо тихо смеется, либо от небольшого количества выпитой текилы, что вряд ли, либо от общения с другом, который ясно дал понять что ему надо и зачем. Он всегда любит прямолинейных людей и не видел смысла в том, чтобы говорить людям то, что они хотя слышать. Правда всегда буде правдой, даже самая резкая и самая болезненная. Он физически не мог переносить частое общение с кем-либо. Как только кому-то казалось, что Енхо открывается им и пытается сблизиться — это было самой настоящей ложью: он отдалялся все сильнее и вешал на свою душу и сердце замок массивнее предыдущего. Ему не нравилось общение без цели: о цветах на улице, о девушках, о том кто как живет и из кого вытрахивает все, что можно по ночам. Он любил молчать в моменты, когда все говорят и говорить, когда ни у кого уже не оставалось сил на пустую болтовню, которая ничего не стоит. Не давая поглощающим его мыслям зайти еще дальше, он решает вернуться в реальность и немного расслабиться, заказывая стакан виски, на этот раз. Краем уха он слышит какие-то непривычные для таких мест разговоры с просьбами говорящего оставить его в покое и отказом от денег. Теплый, но явно не трезвый, по звучанию голос буквально из последних сил умоляет кого-то отстать от него и продолжать свой вечер в компании кого-то другого. Развернувшись по направлению к эпицентру событий Енхо замечает в углу помещения на диване, который оббит темно-фиолетовым бархатом, двух людей. Это явно не молодой мужчина лет сорока, а может и пятидесяти, в костюме, с лишним весом и явными проблемами с выпадением волос. Вторым был парень, на вид лет двадцати, не больше. Розовая рубашка с несколькими расстегнутыми пуговицами, черные волосы, бледная кожа и безумно пьяный затуманенный взгляд. Джонни замечает руку «дедули» на колене у младшего, которая то и дело поглаживает бедро. Видно, что младшему это не совсем нравится, но и сопротивляться он не может по понятным причинам. Бармен ставит стакан перед Енхо и тот отворачивается от парочки. Подняв стакан, чтобы сделать первый глоток, парень слышит тихие всхлипывания и просьбы остановиться. — Блять, -громко говорит Джонни и с характерным звуком буквально впечатывает стакан с алкоголем в барную стойку. Он подходит к дивану, на котором располагаются двое.- Извините, что потревожил вас, но меня очень сильно заинтересовал объект ваших заигрываний, могу ли я у вас его одолжить всего на одну ночь? -говорит Енхо, нахально глядя старшему в глаза. — Что? Повтори, я не расслышал. Ты хочешь забрать мою сучку, которую я весь вечер спаивал? -отвечает мужчина, гладя полуживого паренька, по щеке. Ну ничего себе молодежь пошла. — Я могу предложить вам деньги, если хотите. Судя по вашему пиджаку и внешнему виду, они вам пригодятся. Лучше бы вы занялись собой, чем портили жизнь людям. Только подумайте, у вас есть шанс измениться, начать все сначала. Без молоденьких мальчиков на одну ночь, которые ложатся под вас только ради денег. Вы сможете, я верю в вас, но забираю его, -быстро говорит Енхо, обливая мужчину чем-то из первого попавшегося под руку стакана. Парень молниеносно хватает пьяное хрупкое тело за руку, попутно хлопая его по щекам и пытаясь более-менее вернуть в реальность. Единственное о чем думает он: хотя бы это непонятное существо в розовой рубашке не отключилось прямо здесь. Быстро проталкиваясь со «спутником» через толпу к выходу, Енхо видит, как мужчина быстрым шагом идет к охране. Чудным образом благодаря идее расталкивать почти бессознательным телом людей, они оказываются на улице и добравшись до какого-то дома на соседней улице, Джонни усаживает парня на ступеньки, хлопая ладонями по его щекам. Последний никак не реагирует и в последний момент отключается, чем вызывает отборный мат у своего спасителя. — Ну охуенная идея, отключаться прямо здесь, молодец, можешь еще и умереть тут, давай, почему бы и нет. Куда мне тебя теперь тащить, спящая красавица? Надеюсь, мне прибавятся баллы кармы за это, или как там их называют, — парень оценивает ситуацию и недолго думая, вызывает такси, чтобы отвезти бездыханное, на первый взгляд, тело к себе домой, ибо других вариантов не остается. Он даже не пытается оправдываться перед таксистом, заталкивая попутчика в салон и называя адрес. Доехать до дома, не обращая внимания на осуждающий взгляд было легко, сложно было затолкать спящего в лифт, держа его на своем плече, параллельно нажимая на кнопки и пытаясь найти ключи. Без синяков на теле незнакомца эта ночь точно не пройдет. Заходя в квартиру, Енхо направляется спальню, куда кладет парня, накрывая его одеялом, и пытается смириться с тем, что впервые за несколько лет ночью он будет спать не в своей постели, не в своей спальне, а на диване, то и дело прислушиваясь к звукам дыхания того, кого он сегодня героически вырвал из рук старого извращенца. Джонни будет прислушиваться к его дыханию не потому что волнуется, не потому что ему стало жаль паренька, а потому что ему элементарно не нужен труп в квартире и долгая нервотрепка с полицией.