Вкус летнего дождя

— Детка, пора вставать, — Эффи стучит в дверь, когда небо на востоке светлеет и тьма по углам комнаты начинает собираться восвояси. Дверь неслышно приоткрывается и в небольшую щель в дверном проеме просовывается знакомое лицо. Бывшая сопроводительница пробегает растерянным взглядом по пустому гнезду из простыней, подушек и одеял, свитому мной во сне, а затем, блуждая глазами в полумраке, выхватывает мой силуэт на подоконнике. — Дорогая, почему ты не в постели? — дверь распахивается настежь и Эффи, цокая шпильками по паркету, уже ныряет внутрь. Цок. Цок. Цок. Короткий щелчок и свет от ночника на прикроватной тумбочке уже затапливает пространство вокруг тёплым светом, окончательно разгоняя тьму, от которой я пряталась всю ночь на подоконнике. Не отрываясь, вглядываюсь в её лицо, ища знакомые черты. Но не нахожу в памяти ни единого сходства. Некогда вычурно-яркие губы имеют нежный оттенок цветущей сакуры, умытой утренней росой. Щеки подчеркнуты по-детски нежным румянцем. Густые тёмные ресницы, больше не стремятся дотянуться до бровей. Светлые пряди мелкими завитками аккуратно лежат на плечах. Она выглядит совсем юной и свежей. Едва ли намного старше меня самой. Спрыгиваю с подоконника и через несколько мгновений мы уже оказываемся в объятиях друг друга. — Эффи. — от бывшей сопровождающей пахнет чем-то до боли знакомым, и я утыкаюсь носом в её шею, с удовольствием вдыхая знакомый сладковатый аромат. Мое сердце радостно бьется, обгоняя размеренное тиканье секундной стрелки на часах, висящих на стене. Какое-то время мы так и стоим, прижавшись друг к другу, каждый вспоминая о чём-то своём. — Ну всё, Детка, пора собираться, — тонкий голос звучит почти извиняясь, и мы, наконец, выпускаем друг друга из объятий. — Китнисс, ты вообще ложилась сегодня? — охает Эффи, разглядывая мое лицо. Неопределённо пожимаю плечами и грустно улыбаюсь самыми краешками губ. Сопровождающая лишь с сожалением вздыхает и отправляет в ванную комнату, где из зеркала на меня смотрит бледная девушка с залегшими под глаза темными кругами в тон их цвету. Волосы на голове сбились в кучу, подобно гнезду из постельного белья в моей кровати. Эффи придётся как следует постараться, чтобы сделать из этого призрака что-то мало-мальски приличное. Спустя почти два часа я уже сижу в кресле, послушно снося все указания девушки. Закрой глаза. Подними подбородок. Не моргай. Оближи губы. Держи голову ровно. Не дергайся. И тому подобное. Ощущение дежавю накрывает неожиданно и заставляет меня напрячься в кресле, с силой сжимая подлокотники. Не обращая внимания на Эффи, вскакиваю с места, цепляя кисточку с тушью в её руке и оставляя чёрную полосу по своей щеке. Кисть со звоном летит на пол, но девушка лишь молча отходит в сторону, с сочувствием глядя на меня и не произнося ни слова. Она всё понимает. Стараюсь глубоко дышать, сдерживая душащую изнутри панику. Но она упорно сопротивляется, холодным потом проступая сквозь поры. Меня начинает бить озноб, животным страхом пробираясь по венам. Снова ощущаю себя зверем, загнанным в клетку. Кажется, будто меня в очередной раз готовят к Параду Трибутов или Интервью с Цезарем Фликерманом на потеху жаждущей зрелищ толпе. Заставляя, как дрессированную обезьянку, плясать под дудку Президента. Дыши глубже. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Стараюсь сосредоточиться на своём дыхании. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Проходит несколько минут, прежде чем приступ панического страха рассеивается в воздухе, а его остатки бесследно исчезают в наспех распахнутом мною окне. Влажный воздух радостно врывается внутрь, но не приносит должного облегчения. Он пахнет мокрым асфальтом и… Капитолием. Разочарованно выдыхаю и сажусь обратно в кресло, где ещё какое-то время обычно многословная Эффи молча колдует над моими ногтями, лицом и прической. Когда же она, наконец, заканчивает работу, я с восторгом смотрю на свое отражение в зеркале, на котором не осталось ни единого следа от бессонной ночи. Я выгляжу свежей и отдохнувшей, а кожа сияет, будто подсвечена изнутри. Морозный румянец играет на щеках. Губы цвета бледного персика блестят влагой. А глаза лишь слегка прорисованы черной тушью и мягкого серого оттенка тенями, выгодно подчеркивая их естественный цвет. — Спасибо, Эффи! — в общем-то мне без разницы все эти женские штучки, но именно сегодня я счастлива, что благодаря ей я не буду выглядеть тем призраком, что смотрел на меня из зеркала в ванной комнате несколькими часами ранее. Эффи на несколько минут покидает меня, а сердце начинает учащённо биться внутри, напоминая о том как долго я ждала этого дня. Но чего именно? Встречи с Питом? Разумеется. Но ещё больше я ждала его окончательного выздоровления. Мечтала о чуде, которое после всего, что с ним сделал Сноу, казалось почти невозможным. Мечтала однажды заглянуть в его чистые, ясные глаза цвета неба и отыскать в них моего Пита. Столько раз я представляла себе этот день в самых сокровенных мечтах, раз за разом прокручивая в голове тысячи возможных сценариев. Но такого сценария определённо там не было. Даже в самых нелепых фантазиях. Капитолий… — Можешь выбрать любое, — голос Эффи врывается в мои мысли, переключая внимание на себя. В руках Сопровождающая держит два платья строго кроя — сливовое и тёмно-синее. Первое с длинным рукавом, второе — и вовсе без него. Одного короткого взгляда достаточно, чтобы понять руке какого мастера они принадлежат… Цинна… — имя Стилиста, вырывающееся из моих уст сиплым хрипом, на несколько минут повисает в воздухе, и сердце сжимается в невидимых тесках. — После смерти его творения стоят баснословных денег, но ты всегда была его музой… Так что… — печально вздыхает Эффи, старательно пряча глаза. Пару минут с замиранием сердца разглядываю платья, с любовью проводя по каждому из них ладонями. Цинна… Как же мне тебя не хватает. Пытаюсь представить в каком из них я буду смотреться более выгодно — сегодня это имеет значение как никогда прежде — но получается, откровенно говоря, плохо. Тогда я просто выбираю то, что напоминает мне его глаза. Эффи одобрительно кивает и помогает надеть. И уже через несколько минут мое собственное отражение удовлетворённо смотрит на меня. Строгое и лаконичное. Чуть прикрывающее колени. Приталенное, за счет чего фигура выгодно подчёркнута. Густые тёмные пряди лежат прямыми каскадами на спине и груди. Вот только излишне глубокий вырез в области последней немного напрягает. А рассыпанные по предплечьям волосы еще больше акцентируют внимание на декольте. Хмурюсь. Эффи помогает надеть изящный браслет и тонкую цепочку с кулоном в виде крошечной Сойки. Затем подаёт пару чёрных классических туфель на шпильке, надев которые я становлюсь выше сантиметров на семь. Ещё через мгновение крошечная сумка-конверт в тон обуви оказывается у меня в руках. — А теперь давай проверим как это будет смотреться с улыбкой, — на первый взгляд безобидная фраза Сопровождающей задевает за живое, выбивая почву из-под ног и больно сдавливая грудь. Цинна… Имя Стилиста отдается в висках глухими ударами сапог миротворцев о его голову в подземельях Стартового комплекса Квартальной бойни. — Прости, — одними губами шепчу я, бережно проводя по поверхности платья руками, словно касаясь самого Цинны, и направляюсь к выходу вслед за Эффи.