Heroes and Villains

      Тяжелые, торопливые шаги короля гулким эхом отражались от каменных стен длинных коридоров. В блеклых, серых глазах неудержимым пламенем полыхала ярость. Замедлив шаг у двери в конце коридора, король, взмахнув подолом кроваво-красного плаща, резким движением открыл массивную дверь, влетая в помещение.       Посредине просторного кабинета, вдоль стен которого тянулись ряды высоких книжных полок, на большом дубовом столе спиной к двери восседал высокий светловолосый юноша в роскошном королевском одеянии. Одна его нога находилась на столе, прижатая коленом к животу, вторая - спущена на пол. В правой руке он держал бокал, полный красного вина, изредка потягивая его.       На стуле перед ним сидел слегка дрожавший дворецкий и что-то писал на листе бумаги, видимо диктованное юношей. Заметив вошедшего короля, лакей тут же подскочил, прошептав: "Доброе утро, Ваше Величество", парень же даже не обернулся. Возмущенный дерзостью юноши, король громовым голосом крикнул на весь кабинет:       - Дэвид!       Заслышав свое имя, принц не спеша сделал еще глоток, поставил стакан на стол, спустил вторую ногу на пол и, наконец, повернулся к разгневанному королю, сияя самодовольной улыбкой на губах.       - Легок на помине, пап. А мы тут с Томасом поспорили, через сколько секунд ты залетишь в кабинет и начнешь орать как взбесившийся огр, - улыбка принца стала еще шире. - Кстати, я выиграл. - И он снова потянулся к бокалу.       Побледневший лакей еле заметно замотал головой, глядя в глаза Георгу, словно моля его поверить в свою невиновность.       - Оставь нас, Томас, - ледяным тоном произнёс король.       - Н-но, Ваше Величество, принц Дэвид... - начал, заикаясь бедняга, но был прерван бешеным криком Георга:       - Вон!!! - Томас тут же выскочил в коридор.       - Вообще-то, Томас - мой лакей, папа, - глядя на отца с издевательской укоризной, протянул Дэвид. - Ты не имел никакого права выгонять его.       - А какое правo ты имеешь сидеть на столе в моем кабинете?! - подходя ближе к принцу, пророкотал Георг. - И кто дал тебе разрешение пить вино из личных запасов короля?!       - Что, жалко бокальчика для сына? - продолжая издевательски ухмыляться, Дэвид поднес хрусталь к губам.       В мгновение ока Георг выхватил стакан из рук принца и с размаху швырнул его в стену.       - Похоже, все-таки жалко, - протянул Дэвид, глядя на разбитый бокал и красное пятно на стене.       - Что ты устроил вчера на королевском собрании? - грозно спросил Георг.       - Собрание? О чем ты? Что-то не припоминаю...       - Напомнить?! - мужчина буквально дрожал от гнева.       - А-а, ты о том сборище старикашек из семи королевств? - Дэвид изобразил испуг, затем нагло продолжил с невинным видом:       - А что я, собственно, сделал плохого? Как принц, я имел полное право находиться на собрании. Ну подумаешь, отпустил пару шуток про бороду Гендальфа, разве это преступление?       - А ну, хватит! - Георг оборвал сына, схватил его за воротник мантии и, приблизив к себе, отчетливо произнес:       - Ты уже не маленький. Прекращай вести себя, как избалованный щенок, Дэвид! Разве я так воспитывал тебя?!       В голубых глазах принца отразилась злость. Его красивое лицо с утонченными чертами исказила гримаса ненависти, что не на шутку поразило короля.       - Не забывай, отец, - ядовито прошипел Дэвид, глядя в глаза Георгу, - что этот избалованный щенок - твой сын, а это значит, что после твоей смерти он станет королем, хочешь ты того или нет. - он улыбнулся, посмотрев на руку отца, что крепкой хваткой сжимала воротник. - Руку убери.       Железная хватка Георга ослабла. Он пораженно уставился на сына, не в силах поверить в только что услышанное. Дэвид с невозмутимым видом принялся поправлять ворот мантии, демонстрируя отцу его помятость, а король, не сводя глаз с принца, прошептал:       - Глядя на тебя, мне совсем не хочется умирать. Не думал, что вырастил такое чудовище...       Голубые глаза юноши ледяным взглядом прожгли Георга насквозь. Дэвид ничего не ответил. Выпрямившись, он насмешливо поднял левую бровь и, не сказав ни единого слова, вышел из кабинета, громко стуча каблуками по каменным плитам коридора.

***

      То утро было пасмурным. Небо сплошь покрывали сероватые облака, изредка перемешиваясь с более темными тучами. Солнца не было видно вовсе, ни единый лучик его не проскальзывал сквозь хмурую завесу облаков.       Джеймс выглянул на улицу из окошка маленькой хижины, мрачно отметив про себя, что погода как нельзя кстати совпадает с его душевным состоянием. Почти неделя прошла с тех пор, как мать Джеймса, Рут, скончалась. Упадок фермы, постоянные набеги торговцев, требовавших возвращения долгов, гибель любимой собаки сильно подорвали ее и без того слабое здоровье. После смерти Рут, парень трудился как мог, пытаясь восстановить то, что некогда было процветающей фермой, но вскоре понял, что просто не в силах справиться. Выход был только один: продать ферму, но где и на что же тогда он сам будет жить? Джеймс не знал ответа на эти вопросы. Отвлекшись от мрачных мыслей, юноша поправил рубаху, взял висевшую на стене веревку и вышел на крыльцо.       Чистый, свежий воздух ясно говорил о приближающемся дожде. Парень устремил взгляд на дальние поля возле самого горизонта, где черные тучи, грозно поблескивая вспышками молний, медленно, но верно надвигались на ферму. Что ж, если он хочет успеть собрать сухой хворост, придется поторопиться. Джеймс закрыл дверь в дом и быстрым шагом направился к лесу.       Когда за спиной юноши уже висела приличная связка веток и прутьев, вокруг совсем стемнело. Громовые раскаты раздавались все чаще и ближе. На лицо Джеймса упала большая дождевая капля, и он, поглядывая на небо, поспешил домой.       Дождь быстро усиливался, и юноша скоро промок до нитки. Решив сократить путь, Джеймс свернул с дороги на небольшую тропинку. Тяжелые капли больно били в лицо, не давая возможности ясно видеть дорогу, а в ушах стоял негромкий шелест дождя.       Внезапно Джеймс явственно расслышал короткий негромкий стон. Парень остановился, прислушиваясь. Стон повторился снова, только на этот раз гораздо слабее и тише предыдущего.       - Кто здесь? - спросил Джеймс, оглядываясь по сторонам в поисках источника звука. Его внимание привлек небольшой овражек, на дне которого парень увидел человека, с ног до головы закутанного в плащ. Джеймс наклонился и осторожно приподнял черную ткань.       Перед ним лежал молодой мужчина с черными волосами, такой же черной щетиной. Видимо, он был без сознания. Одежда мужчины была в пятнах крови, левый рукав длинной куртки и вовсе был весь пропитан ею. Над правым виском незнакомца, под густыми волосами виднелась рана, отчасти кровоточащая, отчасти покрытая запекшейся корочкой. Он не пошевелился, когда парень оказался рядом, и вообще не выказывал больше никаких признаков жизни.       - Эй, вы меня слышите? - Джеймс, решив проверить, жив ли этот человек, мягко сжал плечо мужчины и слегка потряс его. Лицо незнакомца слабо сморщилось от боли, и он едва слышно простонал.       Тем временем ливень начал стихать. Земля превратилась в скользкую грязь. Джеймс опустил хворост на землю, снова наклонившись к мужчине.       - Потерпи, приятель, - сказал он, перекидывая правую руку раненого через свое плечо, на что тот тихонько заскулил. - Не бросать же тебя здесь.       Если бы Джеймс не прожил всю жизнь на ферме и не занимался бы тяжелым трудом, ему врядли удалось бы дотащить раненого до дома, поскальзываясь на мокрой траве, уложить на кровать и после этого заняться растопкой камина. Когда все было готово, Джеймс налил в ведро чистой теплой воды, сел на краешек кровати и внимательно рассмотрел незнакомца.       Видно было, что он молод, может быть, на несколько лет старше Джеймса. Густые черные волосы слиплись от грязи и крови и свисали на лоб мужчины крупными прядями. Рассеченная бровь, разбитая нижняя губа, полузапекшаяся рана на голове, плащ и куртка, покрытые грязью и залитые кровью, причем скорее всего не только его собственной, решил Джеймс. Он не отличался крупным телосложением и был довольно худ, что особенно заметил парень, когда буквально нес его на себе через поле. Из приоткрытых губ мужчины с еле слышным хрипом вырывалось дыхание. За все время он ни разу не открыл глаза и не издал ни единого слова, кроме тихих, коротких стонов. Джеймс убедился, что видит этого человека впервые.       "Кто же его так?" - подумал парень, аккуратно промакивая влажной тряпочкой раны на лице мужчины. "И главное, за что? На разбойника он не тянет, на деревенского жителя, который бы подрался с кем-то в городе, тоже. Кто же он?"       Джеймс нагнулся к ведру, чтобы прополоскать тряпку, как вдруг раненый дернулся, его дыхание участилось. Наклонив голову набок, мужчина что-то тихо и быстро зашептал, Джеймс наклонился к нему ближе, чтобы расслышать.       - Нет... Не надо... Прошу, не надо... Умоляю, нет... Стойте, нет! ЛИАМ!       Мужчина перешёл на крик, задергавшись всем телом. Джеймс крепко сжал его за плечи, решив, что раненому стало хуже, и он впал в состояние бреда.       - Не трогайте его! Лиам! Лиам!!! ЛИАМ, НЕТ!!!       - Эй, очнись! - парень сильно встряхнул его. - Очнись же!       Раненый вдруг резко распахнул глаза, устремив взгляд на склонившегося над ним Джеймса, и в их черноте парень увидел неподдельный животный испуг. Он не успел ничего сказать, как незнакомец резко подался вперед, видимо намереваясь вскочить с кровати, но резкая боль во всем теле заставила его вскрикнуть и вновь откинуться на подушке. Он снова поднял глаза на Джеймса, и в его взгляде юноша увидел невыносимую боль, страх и глубокую печаль.       - Я не сдамся... - прохрипел мужчина, сжимая в правой руке простынь. - Черная Борода меня живым не получит! Где он?! - безумный взгляд черных глаз бегло обежал бедное убранство комнаты.       - Где... кто? - недоумевающе спросил Джеймс.       - Не прикидывайся, будто не понимаешь, о ком я! - вдруг ладонь мужчины скользнула в складки плаща и, вынув оттуда кортик, наставила оружие острием на Джеймса. - Я буду драться!       - Я не понимаю, о ком ты говоришь! - парень поднял руки, словно сдавался в плен. - Я не знаю никакой Черной Бороды!       Похоже, искренность слов Джеймса успокоила раненого. Рука с кортиком дрогнула, он нервно сглотнул.       - Не знаешь? - после согласного кивка парня, мужчина опустил было нож, но вдруг снова наставил его на Джеймса, буравя того взглядом. - Где я? Как здесь оказался?       - Спокойно, дружище, - Джеймс приветливо улыбнулся, опуская руки. - Ты на ферме. Лежал в лесу без сознания, я не мог просто пройти мимо.       - Поблизости никого не было?       - Никого.       - Выходит, ты спас меня... - раненый опустил руку, устало закрывая глаза. - Не стоило этого делать, - он снова открыл их, и Джеймса поразили слезы и затравленное выражение на лице мужчины. - Такое жалкое создание, вроде меня, просто не достойно жить на этом свете. Лучше бы ты дал мне умереть...       - Ну, во-первых, - бодрым тоном произнёс Джеймс, вставая со стула, - думаю, не нам решать, кому стоит жить на этом свете, а кому нет. А во-вторых, бросать раненого, истекающего кровью, в лесу, просто бесчеловечно, что ли.       - Ты очень добр ко мне, - одинокая слеза побежала по щеке мужчины, и он быстро вытер ее. - Спасибо.       - Не стоит, - Джеймс снова улыбнулся, протягивая ладонь, - меня зовут Джеймс.       - Киллиан, Киллиан Джонс, - выдавил раненый, поднял было левую руку, чтобы ответить на рукопожатие, но внезапно лицо его исказила гримаса боли и отвращения, и он подал правую ладонь.       - Что с рукой? - спросил Джеймс, ставя на огонь полный воды котелок.       - Знаешь, на самом деле это самая отвратительная часть моей истории.       - Расскажешь?       - О чем? - Киллиан невесело усмехнулся. - О том, как мне отрубили руку?       - Оу... - парень слегка вздрогнул, зажав в руке нож, которым чистил картофель. - Кто тебя так?       - Долгая история, - мужчина глянул на котелок, висевший в камине над огнем. - Что ты делаешь?       - Скоро будет ужин, полагаю, ты голоден. - Джеймс продолжал готовить, не смотря на Киллиана. - Так что там с твоей историей? Я никуда не тороплюсь.       Джонс зажмурился и осторожно сел на кровати, медленно выдыхая воздух. Заметив недоуменный взгляд юноши, он протянул:       - Мне полегчало, честно. - Спустив ноги на пол, спросил:       - Так тебе и правда интересно узнать обо мне?       - Я бы не спрашивал, будь мне неинтересно.       - Логично, - хмыкнул Киллиан, невольно улыбаясь. - С чего бы начать... - устремив взгляд на пылающий в камине огонь, Джонс начал рассказ, во время которого неотрывно смотрел на пламя:       - Моя история началась, когда мне было десять. Меня и моего старшего брата отец продал одному моряку, потому что ему якобы нужны были деньги, а мы только мешали. Как сейчас помню капитана Сильвера - отважный моряк, великий герой, человек чести. Он особо благоволил к брату, потому что тот был такой же - защитник справедливости, ярый сторонник героизма и чести, - темные глаза Киллиана затуманились болью. - Я же предпочитал оставаться в его тени, зная, что брат любит меня и всегда встанет на мою сторону. Я был трусом, но искренне предан Лиаму...       - Лиам - твой брат? Так вот, кого ты звал... - догадался Джеймс.       - Да, его... - Киллиан на минуту прикрыл глаза и притих, затем продолжил:       - За пятнадцать лет наших странствий с Сильвером мы избороздили множество морей и океанов, посетили невиданные земли, помогли стольким людям. Лиам был удостоен звания штурмана, я же оставался простым матросом, но, видит Бог, я нисколько не завидовал ему. Знал бы ты, Джеймс, как я им гордился... - голос Киллиана сорвался, он сглотнул неприятный ком в горле, а когда продолжил, в его голосе звучала лишь горечь и скорбь:       - Так продолжалось до тех пор, пока наш "Роджер" не захватил самый кровожадный и беспощадный пират в истории - Черная Борода. Он убил Сильвера на наших с братом глазах, приказав команде слушаться его, а ежели кто воспротивится - может сразу идти на корм рыбам. Все склонились перед ним, предали себя его власти, кроме одного человека. Догадываешься, кто? Разумеется, Лиам. Мой брат не мог оправиться от смерти любимого капитана и вынашивал план мести. И вот, когда мы приближались к порту этого королевства, он поднял мятеж на корабле, но силы были не равны. Лишь несколько матросов пошли за ним, включая меня. Завязалась драка, мы сражались как могли. Черная Борода лично отсек мне кисть, поклявшись четвертовать заживо, но Лиам спас мне жизнь, подарив возможность бежать. Его тут же убили, пронзив кинжалом, и последние слова, которые я явственно услышал сквозь шум погони, были: " Беги, брат, я верю в тебя. Стань тем, кем я всегда мечтал быть - человеком чести, достойным героем". Увы, таким мне стать не суждено. Последнее, что помню: добежал до леса, спрятался в овражке, а дальше ты и сам знаешь, что случилось.       Киллиан лег на кровать, закрыв лицо рукой, словно долгий рассказ утомил его. Джеймс, внимательно слушавший его, поворошил дрова в камине и повернулся к Джонсу, сочувствующе глядя на него.       - Да, не самая веселая история. Знаешь, наверное, мы в чем-то даже похожи. - снова грустная улыбка скользнула по его губам. - Сколько себя помню, я всю жизнь прожил здесь, на ферме. В шесть лет потерял отца. Он отправился на ярмарку в город, но так и не вернулся. Вскоре его нашли на дне ущелья вместе с лошадью и повозкой. Может быть, он не смог справиться с тележкой и удержаться на краю, а может быть, ему помогли уйти в иной мир - я не знаю. Следующие четырнадцать лет жил здесь вместе с мамой. Других родных у меня больше нет. Она не пускала меня в город, особенно по праздникам, говорила, мне там нечего делать. Сама возила, продавала те скудные товары, что нам удавалось вырастить здесь. Я так и не понял, что такого скрывается в королевстве, где мне "нечего делать". А теперь и спросить-то не у кого. Она умерла неделю назад, унеся эту тайну с собой.       В это время содержимое котелка забулькало, и Джеймс поставил его на стол, разливая похлебку по деревянным тарелкам.       - Ужин готов, сам справишься? - спросил юноша, протягивая тарелку Киллиану.       - Попробую, - он снова сел на кровати, поставил тарелку на колено и принялся жадно поедать суп, орудуя одной рукой.       - Дай-ка посмотрю твою левую, - сказал Джеймс, потянувшись к рукаву.       - Зрелище не из приятных.       - Ничего, справлюсь.       Киллиан отвернулся и не поворачивал головы, пока Джеймс осторожно поднял рукав и рассмотрел его покалеченную руку. Затем юноша опустил ткань и поднялся на ноги, направляясь к большому деревянному сундуку.       - Пойду согрею побольше чистой воды, хоть вымоешься по-человечески, - достав из сундука свежие, чистые вещи, он положил их на кровать. - Оденешь после, твоя-то одежда уже никуда не годится. А потом займемся твоей рукой.       - Джеймс, - Киллиан заглянул в голубые глаза юноши. - Не знаю, как мне благодарить тебя.       - Не благодари, - улыбнулся Джеймс, выходя из дома.

***

      Здравствуй, милая Ева. Надеюсь, ты простишь меня за столь долгое отсутствие известий о себе. Последний раз мы встречались пять лет назад, на дне рождении моего сына, думаю, пора встретиться вновь.       Дэвид стал совершенно неуправляем. Не знаю, что им движет, но точно не здравый смысл. Я думаю, что только женитьба смогла бы образумить его, смогла бы несколько ограничить свободу его действий.       Лучше твоей Белоснежки нет принцессы во всем Зачарованном лесу, да что я говорю! Нет лучше нее во всех мирах. Как ты смотришь на мое предложение связать наших детей брачными узами, соединить королевства и укрепить союз?       Надеюсь на скорый ответ. С нетерпением жду твоего письма.       Преклоненный перед Твоим Высочеством, король Георг.

***

Спустя неделю

      Принц Дэвид в сопровождении двух рыцарей медленно прохаживался по городу, восседая на своей любимой лошади. Вид этого королевства настолько осточертел и надоел Дэвиду, что он лишь презрительно морщил нос, стоило каком-нибудь горожанину отвесить ему поклон.       - Хоть бы что-нибудь интересное произошло, - пробормотал принц себе под нос. - Ничего нового...       Внезапно спокойную тишину нарушил громкий крик, доносившийся из недалекого переулка:       - Вор! Держите его!       - А вот это уже что-то! - Дэвид радостно натянул поводья, махнув рукой сопровождавшим его рыцарям:       - Не надо, сам справлюсь!       И он галопом помчался туда, откуда донесся крик, сияя улыбкой на лице.

***

      - Джеймс, надо поговорить кое о чем, - сказал Киллиан, подходя к юноше.       Джеймс, до этого разбиравший содержимое сундука, прекратил свое занятие и обернулся к мужчине. Он выглядел уже гораздо лучше. Ссадины и кровоподтеки на лице исчезли, рана на голове затянулась, рука, забинтованная и тщательно обработанная, уже не выглядела так пугающе. Он заметно поправился, и был абсолютно здоров.       - Я не могу так долго пользоваться твоим гостеприимством, - произнёс Киллиан, опускаясь на стул. - Мне пора идти, не знаю пока что, куда, но нужно найти и свое пристанище.       - Что ж, тогда до королевства уж точно пойдём вместе. - Джеймс улыбнулся, закрывая крышку сундука и укладывая вещи в узел. - Я решил продать ферму, найду себе, как ты уже сказал, новое пристанище, - ответил юноша на невысказанное вслух неудомение Киллиана.       - Да, и было бы здорово не нарваться в городе на матросов Черной Бороды, - хмыкнул Джонс с некоей горечью.       Джеймс внимательно посмотрел на его руку и задумчиво произнёс:       - Слушай, Киллиан, а ведь можно превратить твою руку не в обузу, а, скажем, в оружие, - голубые глаза радостно засияли. - Точно!       Парень сорвал висевший на стене железный крюк, насадил его на мягкую насадку, которой обычно пользовался в хозяйстве и примерил на руку Киллиана:       - Ты уже вполне научился управляться со всем одной рукой, а с крюком будет и сподручнее и безопаснее. - Джеймс прямо-таки сиял, довольный своей работой.       - Спасибо... - прошептал Киллиан, завороженно глядя на крюк. - Я бы до такого не додумался бы.       Вместо ответа Джеймс улыбнулся, и взял с пола узелок.       - Ну что ж, если ты готов, не вижу смысла сидеть. Пора нам отыскать себе новый дом.       До королевства они дошли пешком по пыльной дороге за несколько часов. Когда перед ними открылся величественный замок, окруженный стенами, а перед крепостью - огромный город, у Джеймса перехватило дыхание от восторга. Он и раньше видел далекие башни, но только сейчас сумел рассмотреть все вблизи. Киллиан не переставал удивляться тому, что Джеймс ни разу в жизни не был в королевстве.       Они вместе вступили под своды каменной арки, обозначавшей вход в город. Не успел Джеймс и слова сказать, как Киллиан схватил его за воротник и вместе с ним шмыгнул в ближайший проулок.       - Ты что делаешь? - удивленно воскликнул Джеймс.       - Тише! - взмолился Джонс, испуганно выглядывая на улицу.       - Что там такое? - уже тихим голосом спросил Джеймс.       - То, чего я так опасался - люди из команды Черной Бороды. Видимо пришло время прощаться, приятель, - грустно заметил Киллиан.       Джеймс осторожно выглянул на улицу и увидел двоих мужчин весьма агрессивного вида. Они были вооружены саблями, на треуголках развивались черные ленты.       - Что будешь делать? - спросил юноша, снова прячась за стеной.       - Меня тянет к морю, - после недолгой паузы ответил Киллиан. - Постараюсь пробраться на порт, может быть встречу доброго человека, вроде тебя, и он пустит меня на борт своего судна.       - Возьми, - Джеймс вынул из-за пазухи небольшой кожаный мешочек. - Если человек окажется не таким уж добрым, сможешь уговорить его с помощью денег.        - А как же ты?       - Я накопил достаточно, у меня хватит монет.       Киллиан неуверенно взял мешочек, спрятал его в кармане и посмотрел на юношу.       - Джеймс, спасибо тебе за все, что ты сделал для меня. Я в не оплатном долгу перед тобой...       Вместо ответа юноша крепко обнял его, прижав к себе.       - Береги себя, Киллиан, - сказал Джеймс, отрываясь от мужчины. - Стань тем, кем Лиам хотел видеть тебя: героем, капитаном. - Тут он покосился на крюк, заменявший теперь Киллиану левую руку, и усмехнулся:       - У тебя даже прозвище теперь есть - Капитан Крюк.       Киллиан крепко сжал плечо юноши.       - И ты береги себя, Джеймс. Даст Бог, свидимся еще, пока живы.       Джеймс коротко кивнул, улыбнувшись напоследок. Мужчина набросил на голову капюшон плаща, улыбнулся юноше и исчез в противоположном конце проулка.       Парень заглянул в карман, беззлобно усмехнувшись. Денег у него больше не было ни пенни, он все отдал Киллиану. Надев дорожный плащ, он последовал примеру друга, накинув капюшон, и осторожно вышел из проулка.       Проходя мимо ярмарочной площади, Джеймс увидел множество торговцев и купцов, продававших свои товары. Площадь была довольно многолюдна. Протиснувшись между горожанами, юноша увидел, как один беспечный купец оставил свои деньги на самом краю стола, неподалеку от угла улицы. Сердце Джеймса екнуло, ему было стыдно уже от самой мысли о том, что он собирался сделать. Но парень не мог оставить друга в беде, а тем более, покупателей у торговца достаточно, он сможет получить еще больше денег. Джеймс подался вперед, и...       - Вор! Держите его!       Дэвид безжалостно стегал лошадь кнутом, подъезжая к ярмарочной площади, откуда доносился истошный крик, встревоживший толпу.       - Что случилось? - спросил принц, спрыгивая с лошади.       - Принц Дэвид! Ваше Величество, там вор, он украл у меня деньги, они лежали вот здесь, на столе! - начал быстро объяснять купец.       - Что же ты так беспечно монеты оставляешь? - радостно воскликнул Дэвид, вынимая меч из ножен.       - Я-я не специально... - попытался оправдаться купец, не понимая радости принца.       - Я его догоню! - на бегу прокричал Дэвид. - Он от меня не уйдет, - уже тише добавил принц.       Джеймс несся со всех ног, не разбирая дороги. Капюшон то и дело слетал с головы, но юноша быстро водворял его на место. В руке он сжимал пять золотых монет, не в силах поверить в то, что только что сделал. Отбежав на достаточное расстояние, он остановился, переводя дух. И тут же услышал за спиной быстрый топот и окрик:       - Эй, вор!       Джеймс, не оглядываясь, юркнул в проулок, моля небо помочь ему уйти не пойманным. Пробежав по узкой дорожке между стен домов, он забрался по лестнице на крышу небольшого строения. Он чувствовал, что силы покидают его, дышать становилось труднее, горло раздирал встречный ветер. Джеймс несся по крышам домов, подстегиваемый страхом перед человеком, что преследовал его. Впереди крыша обрывалась, юноша судорожно оглядывался вокруг, не замедляя бег, ища место, куда можно было спрыгнуть, но тут преследователь громко крикнул:       - Именем короля приказываю остановиться!       Звуки этого голоса пронзили Джеймса насквозь, словно тысяча кинжалов. Он остановился на краю, медленно оборачиваясь, чтобы увидеть человека, поразительно похожего на него самого.       - Что... - он не успел договорить. Нога скользнула с крыши, и Джеймс сорвался вниз, путаясь в складках плаща.       - Говорил же, не уйдешь, - довольный погоней, сказал задыхающийся Дэвид, спрыгивая с крыши по ящикам и мешкам.       Он, смеясь, подошел к вору, пытающемуся распутать ткань, прижав его ногой к земле.       - Посмотрим, кто тут у нас... - притворно-ласковым голосом, произнес принц, разрезая мечом темный плащ и тут же шагнул назад, споткнувшись на ровном месте, пораженно глядя на вора.       Из-под складок плаща на Дэвида смотрел... он сам! Принц словно видел свое отражение в зеркале. Те же светлые волосы, те же небесно-голубые глаза, тот же высокий рост... Только это отражение имело вид кролика, загнанного в ловушку, и разбитую в кровь губу.       - Кто ты? - одновременно произнес один и тот же голос.       - Признавайся, кто ты такой! - Дэвид, овладев собой, кинулся на человека, прижимая лезвие меча к незащищенному горлу. - Меня просто так не испугаешь, снимай свою маску!       - Я - тот, кто я есть! Это не маска! - задыхаясь, ответил незнакомец.       - Ничего не понимаю... - продолжая держать меч у шеи юноши, произнес Дэвид. - Как тебя зовут?       - Джеймс. А ты... принц? - с запинкой спросил неизвестный.       - Дэвид, принц Дэвид, - он убрал меч и помог Джеймсу подняться, не отрываясь от его лица.       - Почему ты так удивительно похож на меня?       - Не знаю, я впервые тебя вижу.       - Я тоже.       - Ты взял эти деньги? - спросил Дэвид, кончиком меча указывая на монеты, рассыпавшиеся по улице.       - Мне нужно было...       Они оба смотрели друг на друга, ни на секунду не отрывая взгляда, и не знали, что им делать.       - Мы похожи, словно... - начал Дэвид. - Близнецы, - закончил за него Джеймс.       - Что будем делать?       - Похоже, - глаза Дэвида странно блеснули. - Пора навестить "папочку".       - Сколько раз я уже просил, Дэвид, не врываться ко мне без стука, - процедил Георг, сидя за столом в своем кабинете и злобно глядя на входившего юношу. Принц подошел к столу, грубо отодвинув лежащие перед королем документы.       - Что ты себе позволяешь? - вставая с места, повысил тон Георг.       - Есть новость куда важнее твоих бумажек, отец, - Дэвид буквально выплюнул последнее слово, скрестив руки на груди и буравя короля взглядом.       - Ты всегда мне говорил, что я - твой единственный сын и других родственников у меня нет.       - Так и есть, - слегка озадаченно ответил Георг.       - Ложь, - прошипел Дэвид, сверкая ледяными искрами глаз. - Джеймс!       Король Георг смотрел, как в комнату входит фигура в плаще, откидывая капюшон, и постарался придать себе недоумевающий вид.       - Как же так получилось, Ваше Высочество, что принц королевства и простой пастух похожи, как две капли воды? - спросил Дэвид, медленно меряя шагами кабинет, не отрывая взгляда от короля. - А то мы тут совсем сбились с толку, может, это обман зрения?!       - Ты прав, - медленно закрывая глаза и сдаваясь, выдохнул Георг. - Не думал, что эта тайна когда-либо откроется. Вы действительно близнецы.       Открыв глаза, король увидел два совершенно одинаковых лица, смотревших на него с пораженным видом. Но вскоре лицо Дэвида исказила привычная гримаса презрения, и он подошел к столу.       - Как такое возможно? Как получилось так, что мы выросли вдали друг от друга?!       - Двадцать лет назад, - медленно опускаясь обратно на стул и обводя взглядом близнецов, начал Георг, - мы с королевой, совершенно отчаявшись завести собственного ребенка, обратились за помощью к Темному Магу. Он рассказал, что месяц назад у пастуха с фермы родилось двое мальчиков, что можно взять одного из них и воспитать как принца. - в голосе короля звучала неподдельная горечь. - Когда Маг принес мне тебя, Дэвид, взамен он попросил всего одну шкатулку из хранилища и пообещал, что все останется в тайне. Я никогда бы не подумал, что ты узнаешь правду...       - Ты... разрушил целую семью, - Дэвид закипал от ярости, - вынудил нас жить врозь! Из-за тебя он, - принц ткнул пальцем в сторону Джеймса, - жил в нищете, перебиваясь как мог, пока я тут купался в роскоши?! - Дэвид сорвался на крик, в бездонных голубых глазах пылала ненависть. - На его месте мог быть я!       - Дэвид, я...       - Нет, молчи! Ни слова больше! - голос принца дрогнул, - я всегда гадал, как же все-таки я отношусь к тебе. Не мог описать этого чувства... Теперь понимаю... Я ненавижу тебя, - с отвращением выдавил он.       - Дэвид, - вмешался Джеймс, до этого лишь молча пораженно наблюдавший за происходящим, - перестань, он же любил тебя, окружал заботой.       - Но я был одинок, Джеймс, - горько прошептал Дэвид, снова оборачиваясь к сгорбленному королю и наклоняясь к нему:       - Джеймс будет жить здесь, в замке, хочешь ты этого или нет. Понимаю, тебе нужно придумать правдоподобную историю о чудесном возвращении близнеца твоего сына, которую ты расскажешь народу, дабы люди не усомнились в благородности и величии их короля. - Дэвид издевательски улыбнулся. - Не стану останавливать и разоблачать тебя. Просто постарайся, чтобы история нам понравилась. И больше никогда, слышишь, никогда я не назову тебя своим отцом!       - Пойдем, Джеймс, нам о многом нужно поговорить.       Как только дверь за братьями закрылась с гулким стуком, Георг сжал пальцами виски и просидел так полчаса, пока лакей не прервал его уединение, принеся письмо, адресованное королю. В письме было написано:       Дорогой Георг! Я нисколько не сержусь на тебя, но все же, ты мог бы и почаще навещать бедную вдову и справляться о ее здоровье.       Буду кратка. Твоя идея поженить наших детей мне по душе. Через месяц моей Белоснежке исполняется девятнадцать лет, жду вас с Дэвидом на балу.       Королева Ева.