Штольман и медиум

- Странное это дело, Яков Платонович, - сказал Дорошенко. – Концы с концами не сходятся. Опер был прав. Следствие шло третий день, и похвастаться успехами было нельзя. - Давай повторим, что нам известно, - сказал Штольман. - Убийство выглядит как случайное, при неудачно пошедшем ограблении. Украдены деньги из кошелька, с Тереховой сняты украшения. Но при этом ограбление в хорошо охраняемом доме выглядит странно. Плюс сам факт подстерегания на лестнице, где практически никто не ходит. - Да понятно, что ограбление – это инсценировка, причем топорная, - отмахнулся Штольман. – Это было именно убийство, и убийца ждал именно Терехову. - Тогда там получается слишком много счастливых случайностей. Терехова не каждый день ходила по лестнице, она и лифтом пользовалась регулярно. Убийца успешно спрятался от видеокамер – бейсболка и наброшенный капюшон стандартного спортивного костюма скрыли его лицо, волосы, да практически его всего. Но отсутствие консьержа именно в этот день стало для него удачным совпадением. - Либо все это стало результатом очень хорошей осведомленности убийцы, - отметил Штольман. - Да, и это тогда напрямую указывает на мужа. Он мог каким-то образом и узнать заранее об отсутствующем консьерже, и подтолкнуть жену воспользоваться именно лестницей в тот день. Но нам не удалось найти ничего против него. Вообще ничего. Алиби у него железное. Действительно целый день мотался по городу по служебным делам в компании коллег. Но главное, с мотивом непонятно. Свидетели утверждают, что семья была благополучная. Ничего сомнительного про Кирилла Терехова неизвестно, хотя мы подняли и его переписку, и телефонные разговоры, и транзакции по картам. Все его дружно характеризуют добропорядочным семьянином, даже несколько занудным в своей педантичности, и хорошим профессионалом. - Надо копать глубже. Разгадка, возможно, таится именно в том, что он педантичный и занудный высококвалифицированный управленец. Если он решил убить жену, он продумал бы каждую мелочь, чтобы его нельзя было связать с убийством. Надо искать мотив. - Возможно, стоит… - начал, было, Дорошенко, но в этот момент у него зазвонил мобильный и он ответил: - Алло… Да, я… Здравствуйте, Анна Викторовна… На имени Анны Викторовны Штольман вызверился на Дорошенко, иначе взгляд, которым он одарил оперативника, охарактеризовать было нельзя. Но тот только пожал плечами «мол, сам удивлен» и продолжил разговор. - Да, конечно, это очень интересно… Анна Викторовна, а вы не можете приехать к нам в контору и все подробно рассказать?… Через двадцать минут?... Прекрасно, я вам как раз пропуск оформлю… До встречи. Дорошенко отключил телефон и несколько опасливо взглянул на следователя. - Яков Платонович, я сам удивлен. Позвонила и сказала, что у нее есть для нас информация. - А откуда у нее ваш номер? – с нажимом спросил Штольман. - Так я же ей одновременно с вами тогда дал свою визитку. Ну, а мне она позвонила, наверное, потому, что вы с ней не очень поладили. Тут, почувствовав, что Штольман закипает, Дорошенко подскочил и вышел из кабинета со словами: - Я тогда пойду Мироновой пропуск оформлю и встречу заодно. Он вернулся в кабинет уже с Анной. - Добрый день, Яков Платонович, - несколько настороженно поприветствовала его девушка. - Здравствуйте, - хмуро ответил ей Штольман. – Присаживайтесь. Я так понял, что у вас какая-то новая информация по делу появилась. - Да. Я сейчас ездила к Тереховой домой и вызвала ее дух на месте убийства… - Что вы сделали?! – раздался рык на весь кабинет. - Вызвала дух Тереховой на месте убийства. И не надо на меня кричать, - как ни странно, то, что Штольман оказался не в духе, Анну не только ничуть не смутило, а как будто наоборот взбодрило и заставило себя чувствовать увереннее. - И как же позвольте узнать, вы выяснили ее домашний адрес? – вкрадчиво поинтересовался следователь. А вот от этого вопроса Анна явно смутилась и отделалась неопределенным: - У меня есть источники. - Случайно не в районном ОВД? – по отведенному взгляду Анны Штольман понял, что попал в точку. - Ладно, вернемся к этому вопросу позже. А как вы прошли мимо вахтера? - Ой, а вот это была совсем простая задачка, - рассмеялась Анна. – Я же все-таки психолог по образованию. Уболтать консьержа – задача для студента первого курса. - Анна Викторовна, так что вы все-таки узнали? - вмешался в разговор Дорошенко, понявший, что такими темпами до сути Штольман доберется нескоро. Анна благодарно улыбнулась оперативнику, зато Штольман наградил того просто испепеляющим взглядом. У Дорошенко мелькнула мысль, что он не уверен, что стало причиной взгляда – его вмешательство в разговор или улыбка Мироновой. - У меня получилось вызвать Терехову и поговорить с ней. Она по-прежнему не очень идет на контакт, но кое-что мне удалось узнать. - И что же? – азартно спросил Дорошенко. - Во-первых, она собиралась ко мне снова прийти, потому что ее беспокоил какой-то телефон. Дух все время повторял: «Откуда взялся этот телефон?». Почему она при жизни решила обратиться ко мне с этим вопросом, мне узнать не удалось. Возможно, он принадлежал какому-то умершему человеку, и Терехова хотела, чтобы я его вызвала. - Под телефоном она имела в виду номер или аппарат? – неожиданно спросил Штольман. - Не знаю, - ответила Анна. – А во-вторых, она мне показала своего убийцу. - Что? – снова громовым голосом спросил Штольман. - Терехова показала мне своего убийцу и вообще само убийство, как она его сама видела. Его лица она не видела, зато, когда она упала уже на ступеньки, она схватилась за его рукав, и он задрался. Она увидела, что у того на левой руке выше запястья на внутренней стороне татуировка. Очень забавная. Знаете, символ инь и янь? Круглый такой? Так вот, у этого парня был подобный символ, только с тремя частями, на которых было написано инь, янь и хрень. - Яков Платонович, а ведь приметная тату, - воодушевленно сказал Дорошенко. – С этим можно работать! - Сергей, и телефоном займись. Поинтересуйся, не умирал ли кто… Стоп! Ведь полгода назад умерла мать Тереховой. Узнай, что стало с ее мобильным. Потряси и самого Терехова, и их детей. - Уже бегу, - и Дорошенко резво вышел из кабинета. - Ну, я тогда пойду, - поднялась со стула Анна. - Подождите, Анна Викторовна, - резко сказал ей Штольман. Он встал из-за стола и подошел к ней. Анна внутренне ощетинилась, приготовившись к очередной перепалке, но Штольман вдруг улыбнулся и очень мягко сказал: - Вы всегда такая своевольная? От неожиданности Анна растерялась и не нашлась, что сразу ответить. Штольман же, воспользовавшись ее замешательством, склонился к ее губам. Он не касался ее руками, просто не спеша и деликатно целовал, как будто пробовал на вкус. Вернее, не как будто. Потому что в какой-то момент он прервался и взглянул на нее: - Малина. Анна, загипнотизированная происходящим, смогла только прошептать: - Купила стаканчик у метро. - Я так и понял, - улыбнулся ей Яков. И снова прильнул к ее губам. Наконец, он оторвался от нее и сделал шаг назад. Взял со стола пропуск, подписал его и протянул Анне. - Всего хорошего, Анна Викторовна. - До свидания, Яков Платонович, - ответила по-прежнему ошеломленная Анна, автоматически взяв пропуск, и на слегка подгибающихся ногах вышла из кабинета. Яков вернулся за стол и вновь углубился в документы. Через несколько минут он перестал делать вид, что хоть что-то в них понимает, откинулся на стуле, прикрыл глаза и облизал губы. Он почувствовал легкий вкус малины. Анна в этот момент спускалась на лифте к выходу. Она прислонилась к стенке кабины, поскольку ноги по-прежнему держали ее нетвердо. Она закрыла глаза и облизала губы. На языке остался вкус крепкого кофе.