The legend of 12

Утреннее небо было затянуто тонкой пеленой светло-серых туч, и только Чанель светился, как начищенный медяк, заменяя солнце шагавшим через лес пятерым парням. Лухан шагал впереди, прокладывая путь, и храня молчание. Утром он ограничился приветственным кивком и не обмолвился за все время с Исином ни словом. Сам целитель тоже не имел большого желания с кем-либо общаться и шел чуть поодаль, морщась каждый раз, когда кто-то из путников ломал ветки деревьев или кустов. У него не было времени, чтобы останавливаться и пытаться исцелить каждое из растений. Так что Лэй просто невесомо шагал по жухлой листве, изредка тормозя, чтобы оглядеться по сторонам и прислушаться. Бэкхен светился почти так же, как Чанель, и шагал рядом с другом, тихо о чем-то с ним переговариваясь. А чуть позади шел Тао, периодически то вытягивая шею, чтобы взглянуть на Лухана, то оборачиваясь на Исина. К вечеру парни достигли окраины леса и решили разбить лагерь и заночевать, а утром продолжить путь. Чанель вызвался развести костер и был награжден четырьмя настороженными взглядами и предупреждением Тао, что если что-то пойдет не так, он лично побьет повелителя огня палкой. То ли угроза так подействовала, то ли Чанель действительно настолько окреп морально, но со второго раза ему удалось заставить гору сухих веток разгореться небольшим весело потрескивающим пламенем. Бэкхен раздулся от гордости, а остальные были счастливы, что рыжий не поджег весь лес. Исин подстрелил несколько кроликов по дороге, так что парни были обеспечены сытным ужином. Оставив остальных разбираться с едой, целитель взял Чанеля и ушел вместе с ним в поле. Несмотря на то, что рыжий делал успехи, нельзя было прекращать пение, да и в компании было не так странно заниматься этим. К тому моменту, когда они вернулись, на лес спустились сумерки, а еда была готова. Бэкхен пошутил что-то на тему того, что они просто отлынивают от работы. Но Лэй однозначно не видел еще, чтобы повелитель света столько улыбался. После ужина Лухан первым отправился в палатку, снова безмолвно со всеми попрощавшись. Веселая светящаяся парочка скрылась где-то в лесу, а Исин отправился к окраине, устраивать себе спальное место. Спустя почти неделю он снова ночевал посреди дикой природы и был несказанно счастлив. За пределами стен убежища даже звезды светили ярче. Не говоря уже о том, что воздух был похож на глоток свежей воды из горного ручья. Тао затушил костер и подошел к целителю, усаживаясь рядом на траву. Пару минут они просто молчали, а потом повелитель времени заговорил, глядя вдаль, словно не обращаясь ни к кому конкретному. – Лухан рассказывал кое-что странное. Будто бы кто-то смог направить против него его же силу и прочитать его мысли. – Я ничего не перенаправлял, я вообще не знаю, почему это случается, – огрызнулся Лэй. – Я думаю, в этом есть какой-то смысл. Ты каждый раз видишь одно и то же? – Да, – Исин опустил голову и прикрыл глаза. – Я вижу, как убивают его деда. – Ты видишь самое болезненное и яркое из его воспоминаний. То, о чем он думает постоянно. Момент, когда заблокировалась одна из его сил, – Тао поймал удивленный взгляд собеседника и слабо улыбнулся. – Я говорил тебе в начале, что у него телепатия вместе с телекинезом. Так вот телекинезом он не владеет. – Сказал бы ты ему это, когда он швырял меня о стену, – пробормотал целитель. – Сила высвобождается, только когда он испытывает сильные эмоции. В другое время его мозг блокирует способность. На самом деле он винит в смерти деда не Ифаня, а себя. Тогда, несколько лет назад, он не смог воспользоваться силой и спасти свиток и старика. И с тех пор он не может пользоваться ей совсем. Я вижу, что ты сделал с Чанелем, и знаю, что можешь помочь и Ханю. Я прошу тебя, как его друг. Только ты способен помочь ему избавиться от груза прошлого. – С чего бы вдруг? – Только у тебя получается установить двухстороннюю связь с его мозгом. Остальных он просто читает, – Тао поднялся на ноги и отряхнул штаны. – Мне хочется верить, что это не просто так. Что я не зря утаил это от других. Я хочу, чтобы ты помог ему выбраться из лабиринта памяти. Это в твоих силах. Ты ведь целитель. – Стой, Тао, – Лэй помедлил, потом все же спросил. – Почему он стал Верховным? – Ему поручил это перед смертью дед. Доброй ночи. Тао закончил разговор и направился к палатке, оставив Исина наедине со своими мыслями. Он уже думал о том, что Мать Природа не зря дала ему увидеть воспоминание в голове блондина. Что был в этом какой-то смысл, что она ждала от целителя каких-то действий. Вот только Лэй сам понимал, что просто начать водить Лухана петь вместе с Чанелем совсем не вариант. Не этого от него ждут, а чего-то более весомого. Только как он мог помочь заглушить чужую боль, когда сам жил с иглой в сердце и памятью о погибшей семье, с которой никак не мог смириться. Откинувшись на самодельный спальный мешок, Исин устремил взгляд в небо. Звезды ярко горели, выделяясь на иссиня-черном фоне. Он не умел читать будущее по этим светящимся точкам, он умел только наслаждаться их красотой и думать об их истинном предназначении. Он верил в какой-то великий смысл, который есть в жизни каждого. В великую цель, у каждого свою, которую человек должен достичь. Верил, но своего предназначения, смысла и цели не знал. Из леса раздался тихий хруст веток, шепот и приглушенные смешки. Видимо, Бэкхен и Чанель возвращались со своей прогулки. Целитель перевернулся на бок и закрыл глаза, молясь о том, чтобы ему снова не снился, преследовавший больше недели кошмар. А в это же время в палатке Лухан лежал, устремив взгляд в потолок, и размышлял над подслушанным разговором. И думал только над одним вопросом, который волновал и Лэя тоже – что же в нем такого особенного?