The legend of 12

Когда Исин снова открыл глаза, стояла глубокая ночь. Кроны деревьев закрывали небо над головой, и только кое-где проглядывали звезды. Слабый теплый ветерок гладил лицо целителя, успокаивая, словно это были руки его матери. Неподалеку раздавались приглушенные голоса, тихий смех и потрескивание дерева в костре. Лэй попытался приподняться на локтях, и почувствовал, что все тело словно налилось свинцом. Ноги и руки с трудом двигались, и было такое ощущение, что каждый сантиметр тела хорошенько отходили палками. Рядом раздались шаги, и на фоне деревьев появилась рыжая голова Чанеля. – Эй, ты очнулся, – повелитель огня улыбнулся и присел рядом. – Ну и напугал же ты нас. Больше суток не подавал признаков жизни. – Где мы? – прохрипел Исин, с помощью рыжего садясь и пытаясь сфокусировать взгляд. Если он пролежал в отключке так долго, то ничего удивительного в слабости нет. – Мы в лесу. Лухан решил, что нужно донести тебя сюда, во что бы то ни стало, иначе не выживешь. Идти можешь? Лэй кивнул и попытался подняться, опираясь на руку Чанеля. Каждое движение давалось с трудом, отдаваясь во всем теле тупой болью. Перед глазами поплыли круги, и целитель зажмурился, отгоняя тошноту. Постояв немного, он медленно пошел, вцепившись в руку рыжего, по направлению к костру, вокруг которого сидели еще четверо. А это могло означать только одно – одиннадцатый выжил. Удалось. – А вот и наш просто целитель, – Лухан засмеялся и помахал рукой. – Отныне смерть тоже будет считаться просто болезнью. – Вообще-то, фактически он не был мертв, – смутился Исин, опускаясь на бревно напротив блондина и кивнул седовласому, сидевшему рядом с Верховным. – Прости, не знаю твоего имени. – Я – Минсок, – парень смущенно улыбнулся. – Спасибо, что спас мне жизнь. – Мне кажется, мы скоро потеряемся в том, кто кого и сколько раз спасал от смерти, – хмыкнул Тао, усаживаясь возле целителя и протягивая тому ветку, на которой была зажаренная тушка птицы. – Минсок у нас повелитель льда, и он любезно согласился подождать с рассказом о том, что же там произошло, до тех пор, пока ты не очнешься. Лэй перевел глаза на паренька и заметил, что волосы того больше не седые, а просто пепельного цвета. А еще он почувствовал какое-то странное недовольство от того, что Минсок сидел так близко к Лухану. Следом перед глазами всплыл образ, где блондин нес одиннадцатого на своей спине, и недовольство стало еще больше. – Мы все стали намного сильнее, – задумчиво проговорил Чанель. – Да, Ель научился управляться с огнем, Тао спас нас во время нападения змеи, ты вытащил Минсока с того света, – подал голос Бэкхен. – Лухан расколол к чертям тот камень, который чуть не пришиб тебя, – пробормотал вполголоса Тао, странно улыбаясь, а потом добавил громче, чтобы слышали уже все, а не только целитель. – А Бэк провел нас через туман. Над костром поднялся гомон, все спорили друг с другом, кто сделал больше. А Исин смотрел на Лухана, восстанавливая в памяти тот момент, когда блондин спас его. Он не видел, что там случилось, но судя по всему, заблокированная сила высвободилась точно так же, как в прошлый раз. Только сейчас Верховный не был разозлен. А что же тогда? Может быть, помощь ему и не нужна. Или он действительно настолько испугался за жизнь целителя? Когда все затихли, Минсок, наконец, начал свой рассказ. Он родился в Ледяном городе и был сыном шамана, управлявшего его племенем. Отец рекомендовал сына, как того, кому передаст престол, и весь народ его поддержал. Потому что добродушный мальчишка, старавшийся всегда и во всем помогать жителям, был по душе каждому. К тому же, люди считали, что дарованная Минсоку сила управления стихией, которая их окружала, была знаком свыше. Все было хорошо до тех пор, пока в город не пришли трое солдат Императора. Они искали магов и требовали выдать их незамедлительно, если у кого-то есть информация. Все сразу поняли, что речь идет о Минсоке, поэтому расправились с солдатами так же, как это случалось и раньше. Оказывается, всех приходивших в деревню поили кровью горных змей. Таких же, как та, которая напала на повелителя льда. Те, кто выживал, оставались жить в Ледяном городе, остальных же относили в мертвые поселения, где их поедали змеи. Однако отец Минсока хорошо понимал, что следом придут другие. Ледяной город не был достаточно хорошо укреплен, чтобы обороняться от войск. Но и позволить Императору забрать сына шаман тоже не мог. Поэтому он решил, что парень должен умереть дома. Он дал сыну самый сильный яд и заставил выпить, решив, что на все воля небесных сил. Если Минсок выживет, то так тому и быть, а если нет, то следующий отряд имперских узнает, что они собственноручно умертвили мага. Шаман проследил за тем, чтобы его сын выпил яд, после чего отпустил того на все четыре стороны, наказав возвращаться через три дня, если ему это удастся. Минсок чувствовал, как яд постепенно попадает в кровь и начинает действовать на него изнутри, и от этого сила его начала вырываться наружу, вызывая то самое похолодание и снег. Он боролся с ядом изо всех сил и пытался добраться до ближайших людских поселений, где ему могли бы помочь врачи. Но так и не смог спуститься с горы. Змея застала его совершенно внезапно, и он чувствовал, что сил и на то, чтобы замораживать действие яда, и на борьбу с животным у него не хватает. Его сила вместе с ядом начала постепенно опустошать мага, вытягивая из него жизнь, но он боролся до самого конца. Пока не появились другие маги. Когда животное атаковало новую добычу, хвостом оно ударило Минсока, и окончательно ослабевший парень потерял сознание. А очнулся уже в лесу, куда его принесли пятеро, намного раньше Исина. Он больше не чувствовал в теле яда и полностью восстановился. Лухан рассказал ему, кто они такие и зачем пришли, а потом они вместе начали ждать, когда очнется Лэй, чтобы отправляться в убежище. – Иметь семью, которая добровольно посылает тебя на смерть, даже хуже, чем когда твоя семья погибла, – задумчиво проговорил целитель и поймал пронзительный взгляд блондина. – Дайте мне поспать до утра, и можем выдвигаться.