Song as Old as Rhyme

Весь следующий день Красавица старательно избегала Адама — едва завидев его, она тут же сворачивала в противоположном направлении, делая вид, что полностью погружена в чтение книги, которую недавно взяла из библиотеки. Следует признать, что такой подарок ей пришелся по вкусу. Девушка не представляла своей жизни без книг, всегда обращаясь к ним в час нужды или грусти. И вот теперь у нее возникла серьезная проблема. Полночи она вертелась в своей постели, размышляя над тем, правильно ли она поступила, самостоятельно дав принцу повод полагать, что она им увлечена. Как Белль пропустила этот момент, когда ее сердце начало выстукивать учащенный ритм в присутствии молодого человека? Он, как сам утверждает Адам, даже не красавец. Хотя кого она обманывала? Пусть его шрамы поначалу не вызывали в ней симпатии к нему, но так как Красавица была безразлична к внешности человека, с которым ей интересно общаться, она быстро привыкла к его увечьям, совершенно перестав обращать на них внимание. Тем более когда принц обладал такими волшебными глазами. Возможно ли, что это все какое-то заклинание? Он приворожил ее? Хотя смысл ему это делать, ведь так проклятье не снять… Тогда что же это — просто влюбленность, которую можно испытать при первом тесном общении с мужчиной или же нечто большее? Наверное, об этом рано судить. Белль должна была признать, что для человека, у коего осталось не так уж много времени, дабы познать настоящую любовь, у него хорошая выдержка, если не считать того инцидента в западном крыле. Ни до этого момента, ни после Адам не пытался как-то насильно влюбить ее в себя или даже предпринять попытки заручиться ее уважением. Он не решался? А может, потерял к ней интерес? Нет, он несомненно ответил на поцелуй, но откуда ей знать, значило ли это для него то же, что и для нее самой? Все эти самокопания серьезно сказывались на ее сне, из-за чего, смотрясь в зеркало, девушка подмечала мешки под глазами. Это не укрылось и от взгляда миссис Поттс, которая забеспокоилась, стараясь выпытать у шатенки, что с ней случилось. Пожилая женщина была единственным верным советчиком Белль, можно сказать, ее подругой, а потому скрывать от нее что-то казалось бессмысленным. Было видно, что экономка не может спрятать улыбку, которая расползлась по ее лицу в один миг. Конечно, она всячески желает, чтобы принц сумел найти любовь, но Красавица не была уверена, что именно она сможет осуществить это пожелание, поэтому обнадеживать даму она не стала. Уже ближе к вечеру девушка спустилась в библиотеку — единственное место в замке, где она совсем не ощущала себя не в своей тарелке. Ах, она бы проводила здесь время часами, будь у нее такая возможность. Но если бы она дала молодому человеку шанс, то смогла бы остаться здесь… Ох, о чем она думает? Вряд ли у нее получится подделать истинное чувство любви, да и продаться за книги… Белль не приписывала себя к таким девушкам. Зайдя за угол большого стеллажа, она наткнулась на Люмьера, который непринужденно стирал пыль с полок и книг, насвистывая что-то себе под нос, сперва проигнорировав гостью, так как просто ее не заметил. — Здравствуйте, Люмьер, — почтенно произнесла Красавица, чуть присев и склонив голову, чем произвела на метрдотеля впечатление, потому как ему редко кланялись. — О, здравствуйте, моя дорогая, — пропел мужчина, нежно поцеловав тыльную сторону ладони шатенки, зная, что она не будет против. — Вы прекрасно выглядите, как и всегда. Дайте угадаю — нашли новую увлекательную книгу? — Вы правы, — хихикнула та, понимая, что все в замке уже были осведомлены о ее любви к чтению. — Простите, если лезу не в свое дело, но… мне кажется, или вы избегаете нашего хозяина? — приподняв бровь, поинтересовался Люмьер, внимательно смотря на девушку. — Есть немного, — призналась она, смущенно опуская взгляд в пол. — Я знаю, что он не самый общительный человек, но вашему обществу он всегда рад. Господин забыл о некоторых манерах, которым маменька учила его с детства, поставив на себе крест из-за своей внешности, уверяя нас, что никто не сможет полюбить такого, как он, — вздохнул метрдотель. — Но мы постоянно твердим ему, что не стоит терять надежду. Вы так не считаете? — Да, думаю, что надежда умирает последней, — согласилась шатенка, откладывая книгу в сторону, так как та оказалась довольно тяжелой. — Но как нам убедить его в этом? Он так упрям. Прошу, — мужчина мягко взял ее ладонь одной рукой, а второй накрыл сверху, — не отрекайтесь от него так поспешно. Чтобы он не сделал, дайте ему еще один шанс. Если он обидит вас, то я лично обещаю вам, что он об этом пожалеет, — грозно промолвил Люмьер, чем позабавил Белль, которая не сдержала улыбки. Она понимала, что слуга вряд ли сможет ослушаться или навредить хозяину, но тот факт, что он готов был сделать это для нее, воодушевлял. — Ладно, я даю вам слово, что попробую, хотя не знаю, чем это закончится… Я боюсь разочаровать его. Если он хоть на секунду предположит, что я помогу ему избавиться от этого бремени, то он может глубоко пожалеть о том, что положился на меня. — Я вижу, что он вам небезразличен. Не настолько, чтобы вы кинулись в его объятия, и все же… Вы ничего не теряете. Пожалуйста, — взмолился Люмьер, чуть ли не падая на колени. — Прошу вас, встаньте, — попросила Красавица, которая не хотела смотреть на то, как метрдотель унижается перед ней. — Вы же понимаете, что не все зависит от нас самих, сердцу не прикажешь, но шанс ему я дать могу, не волнуйтесь, — одарив его улыбкой, прошептала девушка, встречаясь с полными благодарности глазами мужчины. — Спасибо, вы окажете нам огромную услугу, миледи, — кивнув, сказал он. — Белль? Двое собеседников обернулись на звуки голоса, что исходил из проема между стеллажами, встречаясь взглядами с Адамом, который слегка озадаченно смотрел на них в ответ. — Хозяин, я думал, что вы в своих покоях. Я как раз собирался закончить здесь и принести вам чай, который… — Не нужно, — отмахнулся молодой человек угрюмо, — сегодня я обойдусь. Он продолжал сверлить глазами шатенку, которая не находила себе места, поджав губы, нервно задергавшись, словно боролась с желанием удрать. — Кхм, — кашлянул принц, теперь уже обращая свой взор на Люмьера, и тот, догадавшись, чего от него хотят, быстренько ретировался, прикрывая за собой дверь, эхо от которой раздалось по всей библиотеке. — Ну здравствуй, — начал блондин, подойдя чуть ближе, однако боясь спугнуть Белль. — Здравствуй, — вторила ему Красавица, чувствуя то напряжение, что образовалось в воздухе. — Рада тебя видеть. — Да ну? — молодой человек позволил себе усмехнуться, сложив руки на груди, подперев плечом одну из полок. — Я бы никогда не подумал, учитывая, как старательно ты меня избегала все это время. — Тебе показалось, — отрезала шатенка, отворачиваясь, делая вид, что заинтересовалась очередной книгой. — Нет, не показалось, — шикнул он, раздраженный ее отрицанием. В нем боролись два желания: взять ее и припереть к стене, чтобы она созналась, либо же просто взять… Но ни к одному из них он не прибегнет, ибо последнее, что ему требовалось, так это оттолкнуть ее от себя окончательно. — Ты… ты жалеешь о том, что произошло? — осторожно полюбопытствовал принц, кладя руку ей на плечо. Белль вздрогнула, отдернув его ладонь, но сделала это, словно отбивалась от назойливой мухи, а не боялась его прикосновений. — Ты так думаешь? — увиливала от ответа девушка, все еще не поворачиваясь к нему лицом. — А что мне думать? Тебе не понравилось? Я… ты все еще не простила меня? Я извиняюсь за то, что украл твой первый поцелуй, хотя, по сути, ты была той, кто проявил инициативу изначально, — он вновь усмехнулся, так как это была чистая правда и возразить ей нечего. — Я занята, — пробурчала Красавица, стараясь отойти подальше. Однако тут терпение Адама лопнуло, и он, схватив ее за запястье, с силой развернул к себе, заставив обронить книгу на пол. Шатенка замерла, совсем не ожидая такого поворота событий, тем более что они снова оказались в опасной близости друг от друга, что она даже могла чувствовать жар, исходивший от его крепкого тела… этот приятный фиалковый запах… Новое мыло? Или нечто иное? — Белль, — с мольбой в голосе произнес блондин, бережно подхватывая пальцами ее подбородок, слегка приподняв его. — Не избегай меня, прошу. Мне очень не хватает твоей компании. Я не хотел оскорбить тебя или обидеть. — Не было ничего такого, — ощутив себя виноватой, ответила девушка, пока что не спеша вырваться из его объятий. — Просто я испугалась того, что… все это так быстро происходит… Адам, ты чуть было не изнасиловал меня! — наконец выпалила она, уже пожалев об этом, заметив, как выражение его лица изменилось в одну секунду. — Нет, я не то хотела сказать, — она вздохнула, нерешительно прикоснувшись к мужской щеке, сама поражаясь своим действиям, но ей хотелось успокоить принца. — Я лишь говорю, что я должна была бы тебя ненавидеть, но вместо этого какая-то неведомая сила побудила меня поцеловать тебя. Обычно я никогда не веду себя так, это неприлично… Не знаю, что на меня нашло. — Ты винишь себя в том, что тебе захотелось почувствовать, каково это будет целовать меня? Или же за то, что ты хотела до самого конца злиться на меня и быть жертвой, однако у тебя ничего не выходит? — И то, и другое, — откровенно ответила Красавица, внезапно прижавшись к его широкой груди, прикрывая глаза. — Я никак не могу расслабиться, пока не разберусь в своих чувствах к тебе. Ты же понимаешь, что я скоро уеду? Нам не следовало бы проделывать то, что… ну ты знаешь… — Я отпущу тебя, когда ты захочешь. Ты свободна, помнишь? — ласково прошептал Адам, не сдержавшись от того, чтобы погладить ее по спине. — Ты вольна ехать хоть сейчас, никто не станет удерживать тебя здесь. Ты, наверное, очень переживаешь из-за своего отца… — Если честно, то да, — грудь Белль тяжело вздымалась, и принц чувствовал ее напряжение. — Хмм, мне кажется, что у меня есть одна идея. Пойдем со мной, — попросил молодой человек, беря ее за руку, выводя из библиотеки. — Куда мы идем? Что такое? — Увидишь. Они добрались до его комнаты, и девушке стало немного не по себе, так как они оказались тут одни. Непристойные мысли лезли в ее голову, вынуждая краснеть. Она наблюдала, как Адам роется в ящике стола, явно выискивая что-то. — Да где же оно? — выругался он, раскидывая по полу бумаги, едва не выдергивая ящики полностью. — Ага! Нашел! Белль удивленно взглянула на блондина, еще не совсем понимая, что именно тот обнаружил. В руках у него появилось небольшое серебряное зеркало с красивым рисунком лилии на обратной стороне. Однако шатенка не до конца понимала его предназначения и тех хлопот, которые принц преодолел, чтобы достать его. — Держи, — всунув ей в руку зеркало, Адам широко улыбнулся, чем приятно удивил Красавицу. Ей очень нравились его улыбки, хоть те и были редки. Может, этим они и ценны. — Спасибо, но какой повод? — Забыл сказать, — закатив глаза от своей собственной глупости, усмехнулся молодой человек, — оно волшебное. Это одна из немногих возможностей для меня как-то взаимодействовать с внешним миром по ту сторону ворот. Это зеркало может показать тебе любого человека, которого ты пожелаешь. И раз уж ты так печешься об отце, что вполне оправдано, то тебе стоит узнать, как у него дела, пока ты еще не получила его письмо. В одном я уверен — он точно успел соскучиться по тебе. Ну, ты же скоро вернешься, не правда ли? Хоть Адам и сказал это с толикой веселости в голосе, но от Белль не укрылось то, какими грустными и безучастными при этом остались его голубые глаза. — Я правда могу увидеть его прямо сейчас? — поразилась девушка, крепко стискивая в руках зеркальце. Блондин кивнул, побуждая ее попробовать. — Хорошо, — успокоившись, сказала шатенка, всматриваясь в свое отражение, собираясь с мыслями. — Зеркало, пожалуйста, покажи мне отца. В следующую секунду овальное стекло озарил яркий свет, а затем в зеркале появился силуэт отца Белль, который трудился на своей грядке, собирая клубнику. — Ах, папенька, — едва не всплакнула девушка, только сейчас осознав, насколько сильно она сама соскучилась по нему. Она наблюдала, как Морис вытирает со лба пот, всматриваясь в небо, следя за тем, как солнце садится за горизонт. — Сдается мне, что он выглядит вполне себе здоровым, — заметил Адам из-за плеча Красавицы, пощекотав своим дыханием ее ухо. Она задрожала, чуть не выронив зеркало из рук, вовремя спохватившись, заливаясь краской. — Да, я тоже так думаю. И все же не хотелось бы надолго оставлять его одного, он уже стар и нуждается в моей помощи. — Я понимаю, — согласно кивнул молодой человек, подмечая то, как порозовели щеки Белль. — Спасибо за это, — она указала на зеркало, кладя его на стол, неуверенно глядя по сторонам. — Не за что, — улыбнулся Адам, аккуратно протянув руку к ее плечу в попытке дотронуться до него. Он полагал, что она остановит его или избежит прикосновения, однако все оказалось совсем не так. Шатенка ответила ему не менее искренней улыбкой, пряча руки за спину, нервно сжимая и разжимая пальцы. — Ты так мила, когда смущенна, — прошептал принц, чем поверг ее в состояние легкого шока. В то же время она была польщена его комплиментом, однако не нашлась, что на это сказать. Его глаза словно заволокла дымка, говорящая о том, что его обуревают такие же чувства, которые обуревали и Белль, которая не осмеливалась сделать и шагу. Между ними опять повисла давящая тишина, которая нарушалась лишь их громким учащенным дыханием. — Я хочу поцеловать тебя, — вдруг уведомил ее блондин, не став юлить. — Что? — растерявшись, переспросила Красавица, хотя отчетливо слышала его слова. — Можно тебя поцеловать? — промолвил он с придыханием, плавно погружая пальцы в ее шелковые волосы, пропуская между ними гладкие пряди, стянутые лентой в хвост. — Я не… Что она могла ответить на подобную просьбу? Особенно, когда та звучала так, будто Адам отчаянно нуждался в ней. Девушка обещала Люмьеру, что не станет отгораживаться от принца, поэтому ей оставалось только согласиться. — Думаю, что можешь, только… не так… напористо. Стоило ей произнести эту фразу, как саму шатенку словно окатило кипятком с ног до головы. Сказав это вслух, она поняла, что действительно хочет, чтобы он подарил ей еще один поцелуй, гадая, будет ли он таким же чудесным, как тот, прошлый. Дважды молодого человека просить не было нужды. Он мигом сократил расстояние между ними, сливаясь с Белль в долгом сладком поцелуе, трепетно обхватывая ее лицо своими большими немного шершавыми от шрамов ладонями, упиваясь тем, как приятно было вот так прижимать ее к себе и целовать — снова и снова… Несмотря на просьбу Красавицы, поцелуй из нежного перерос в более страстный, захватывая дух, что они не заметили, как их руки стали свободно путешествовать по телам друг друга, изучая их. Девушка тихо охнула, стоило языку Адама вторгнуться в ее рот, подчиняя ее своей воле, и она не возражала — даже тогда, когда он вдавил шатенку спиной в стену, фиксируя ее на месте. Губы принца перестали терзать ее собственные, переключившись на симпатичную шейку, оставляя за собой влажные следы на бледной коже, пока его партнерша цеплялась за внушительные плечи, боясь рухнуть навзничь. Она застонала, когда его язык прошелся по неглубокой ямочке, уделяя внимание месту, где шея переходила в плечо. Адам, прильнув к ней всем телом, ласкал ее хаотично и смело, не задумываясь над тем, правильно ли он поступает, ловя момент, потому как Белль могла прекратить это в любую секунду. — Белль, я хочу тебя. Не бойся, я не возьму тебя, но я должен был дать тебе знать. То, что ты делаешь со мной… Никогда еще не чувствовал подобного… Ты так желанна, моя красавица, — шепнул он, облизнув ее мочку, вызвав очередную толпу мурашек, прошедшихся по ее позвоночнику. Никто, естественно, не говорил ей раньше таких волнующих слов, поэтому не удивительно, что Красавица теряла голову, выгибаясь, непроизвольно всхлипывая от любого прикосновения. На какое-то время ей хотелось раствориться в этих новых ощущениях, утонуть в них полностью. В подтверждении своего заявления, молодой человек совершил резкое движение бедрами, толкнувшись вперед так, что его пах вжался в нижнюю часть живота девушки, вырвав у обоих по отчаянному стону. Однако как бы возбуждающе все это ни было, Белль вдруг запаниковала, когда поняла, что именно касается ее там, внизу. Она, что было мочи, смогла-таки оттолкнуть Адама от себя, но вот дыхание восстановить так и не удалось. — Черт, прости, я слишком давил на тебя, да? — расстроенно спросил блондин, прикрывая глаза, борясь с агонией в штанах, вылившуюся в пульсацию в промежности. — Я не знаю, на самом ли деле я хочу этого… зайти так далеко… с тобой. Я не могу тебе ничего обещать, Адам, извини. Мне пора, — закончила шатенка, облизнув губы, а потом прошла мимо него, скрывшись за дверью. Принц не сдержался и зарычал, злясь на себя и на весь мир, ударив кулаком по стене, так и не в состоянии умерить свой пыл, особенно ниже пояса. Она была так близко, но в то же время слишком далеко… Он присел на кровать, закрыв лицо ладонями, приводя дыхание в норму. Просидев так минуты три, молодой человек потянулся к зеркалу, желая убедиться, что Белль снова не плачет из-за него. — Покажи мне Белль, — попросил он, сглатывая, готовясь к худшему, однако был приятно удивлен. Очень удивлен. Он застал Красавицу, лежащую в постели, приподнявшую свои пышные юбки, а ее рука затерялась между ними. Сначала он не совсем понял, что она делает, но осознание пришло незамедлительно, как только девушка запрокинула голову назад и застонала. О, такого он точно не ожидал увидеть. Стоило ли ему продолжать смотреть за таким сокровенным для нее актом, либо же отложить зеркало? При всем желании, Адам не смог этого сделать, прикованный взглядом к этой притягательной шатенке, что придавалась плотским утехам прямо у него на глазах, совершенно не зная об этом. Не исключено, что завтра ему будет стыдно по этому поводу, но не сейчас. Его вновь настигло это дикое возбуждение, и член, что, казалось, успел обмякнуть, стал твердеть все больше с каждой секундой, что принц провел, наблюдая за Белль. Он не знал, что заводило его сильнее — то, что он видит (потому как девушка создавала впечатление приличной и порядочной особы, хотя, наверное, успевшей много почерпнуть из своих книг), или то, что он видит это тайно? Зашипев, блондин сдавил свою плоть сквозь ткань штанов, но, недолго думая, снял их, откинув на стул, дабы не мешались. Он и не догадывался, что на головке уже проступила смазка, хотя поражаться сему было глупо, ведь картина, представшая перед ним, давала мало места воображению и могла оставить равнодушным только покойника или евнуха. Придерживая зеркало одной рукой, Адам крепко обхватил свой член другой, двигая ею плавно, не смея оторваться от девушки, что ласкала себя между ног без всякого стеснения. Ему хотелось верить, что это все из-за него, но была вероятность, что она сейчас представляет одного из героя своих романов, а он, Адам, был всего лишь толчком, который побудил Красавицу предаться своим желаниям. Ну и пусть! Ему было все равно в данный момент. Он пожирал ее глазами, ускоряясь, рыча и постанывая, представляя, как было бы хорошо оказаться внутри ее теплого лона, как она молила бы его не останавливаться, как повторяла бы его имя, шептала о любви… Нет, этому не бывать, только не с ним… И все же… это была его фантазия, и он увлекся ею, видя, как шатенка приподнимает бедра, мечтая о том, чтобы он мог слышать ее. Не стоило сомневаться, что ее голосок довел бы его до приятного финала еще скорее. Рука Белль задвигалась быстрее, и девушке пришлось схватиться за спинку кровати, совершая последние телодвижения, прежде чем она замерла, рухнув на перину, положив руку на грудь. — Черт! — воскликнул принц, который последовал за Красавицей, смотря за тем, как из покрасневшей головки извергается струя белесого семени, орошая его собственную руку и бедра. Отложив зеркало на стол, молодой человек вытерся, натягивая на себя штаны, плюхнувшись обратно на кровать, заведя руки за голову, уставившись в потолок, думая над произошедшим. Если бы он только знал, о чем мечтает Белль, что чувствует… Но знать этого он не мог. Как и того, что именно простонала девушка в конце, найдя свое долгожданное облегчение. — Адам! — закричала она, смутившись впоследствии того, что сделала это слишком громко. Ее конечности будто стали ватными, а веки не желали подниматься, и шатенка довольно улыбнулась. По пальцам одной руки можно сосчитать, сколько раз Красавица прибегала к подобного рода занятиям, полагая, что это нечто постыдное, что нормальные девушки не должны так делать. Но разве ее считали нормальной? Так почему же это должно ее беспокоить? Что удивительно, так это то, что Адам стал причиной ее возбуждения. То, что он делал, говорил… Белль прикусила губу. Она вспоминала все это, касаясь себя, совершенно не отдавая отчета своим действиям, повинуясь развратным желаниям, охватившим ее с головой. Как оказалось, она тоже хотела его, или, по крайней мере, полагала, что хотела. Иначе как объяснить все то, что только что случилось? Девушка покраснела, поворачиваясь на бок. Это останется ее маленьким секретом, пока она не поймет, что же испытывает к принцу на самом деле. Всего лишь страсть и влечение или… Довести мысль до конца ей не удалось, потому как недосыпание за последние несколько дней дало о себе знать, а расслабленное и удовлетворенное тело тем более не способствовало тому, чтобы Красавица оставалась в сознании. И шатенка не стала спорить с самой собой, уткнувшись носом в подушку, наплевав на платье, уснув в течение ближайших пяти минут самым крепким сном за последнее время.