Останови Время

По возвращению в Москву я сразу же отправилась в ночной клуб в компании своих сокурсников. Для них я была всего лишь дочкой богатого бизнесмена, ученицей третьего курса, любительницей раритетных машин и крепкого алкоголя, громкой музыки и неоновых ламп. Для них я была подругой, а не принцессой со странной способностью останавливать время, нежеланием править и любовью заводить истерики, когда её свободу ограничивают. Они даже не могли предположить подобного, потому что для них жизнь заключалась в той реальности, где магия невозможна, где всё живёт по однообразным законам. Иногда мне было их жалко, и к тому же мне хотелось бы иметь хотя бы одного друга, кому я могла бы открыться, рассказав о своих настоящих проблемах. Возвращаясь с дачи, я вела машину и напряжённо размышляла о сказанных отцом словах. Он мог бы уже сейчас передать мне бразды правления, но не хотел, потому что считал, что таким образом, как трус, сбежит от проблем. Мне одновременно хотелось помочь ему и хотелось, чтобы он как можно дольше оставался у власти, чтобы я могла наслаждаться свободной жизнью принцессы. Некому было рассказать об этих гонениях, и тоска сковывала меня. Я осознавала, что мне не удастся убежать от этого. Как бы мне хотелось родиться хроносом, но не наследницей престола. Я согласилась пойти в клуб, чтобы хоть немного развеяться и скинуть с себя всю эту политическую атмосферу разлагающегося на части общества хроносов. Для начала надо было заехать за Алёной, моей самой хорошей подругой из университета, которая жила на другом конце города от меня. Когда я зашла в её квартиру, в нос сразу ударил запах сигарет и свежезаваренного кофе. Алёна улыбалась, сверкая своими карими глазами. Она уже была готова к вечеру в клубе и жаждала моего комментария по поводу её одежды. На ней было надето обтягивающее чёрное платье, обшитое кружевами, и оно невероятно точно подчёркивало её стройную фигуру, которой может и не хватало округлостей, но всё же любой находил её тело сексуальным. — Кто-то сегодня будет сражать всех наповал? — рассмеялась я, оглядывая её с ног до головы. — Ох, правда? — она наигранно удивилась, словно не знала, что выглядит невероятно. Русые волосы были собраны в пышный хвост, открывая вид на её красивые серёжки с аметистами, которые подарил её бывший молодой человек. — Спасибо большое! А ты сегодня как-то скромно. — Не хочу затмить тебя, — ухмыльнулась я. — Как мило с твоей стороны, — рассмеялась Алёна. У нас в запасе был ещё час, и я воспользовалась им, чтобы немного подправить макияж, а потом выпить свой любимый кофе, готовить который умеет лишь Алёна. Мы болтали о новом учителе международного права, который приехал из Франции, но вдруг Алёна резко перевела тему: — Ты знаешь, что Гоша едет с нами сегодня, — она спрятала хитрую улыбку в своей кружке, а я почувствовала, как внутри меня срабатывает инстинкт самосохранения. — И что? — фыркнула я. — Давай, делай вид, словно тебя это не волнует, — рассмеялась она. — Говорят твой бывший только и делает, что ищет способ к тебе вернуться. «Василиса! Я хочу к ней!». Бедный парень, как ты его так очаровала? — Это всего лишь слухи, — отмахнулась я. — Ну, вообще-то он сам спрашивал у меня говоришь ли ты о нём что-нибудь, спрашивал хочешь ли ты к нему вернуться. — И что ты ответила? — вскинула бровь я, насторожившись. — Что пусть спрашивает у тебя. — Неплохо, — улыбнулась я. Рука автоматически потянулась за сигаретой. В квартире Алёны курить можно было где угодно, тогда как у меня дома отец всегда настаивал на том, чтобы я шла на балкон. Гоша был моим бывшим молодым человеком, старше меня на курс. Мы познакомились в библиотеке, когда у меня ещё было стремление учиться и встречались где-то два месяца, но потом по моей инициативе расстались. Мне было сложно на все сто процентов вкладываться в отношения с парнем, к которому у меня было чувство далёкое от любви или влюблённости, я испытывала к нему скорее влечение, нежели что-то серьёзное. Я не была готова отдавать себя всю другому человеку, потому что во мне жил самый что ни на есть настоящий эгоист, который стремился в первую очередь к благу для самого себя. Мне не нужны были парни, чтобы чувствовать себя полноценной. Моя независимость, однако, привлекала людей, и Гоша влюбился по уши, что, после нашего разрыва, стало причиной моих волнений или скорее неприятностей. Он отчаянно стремился к тому, чтобы возобновить наши отношения, тогда как мне этого совершенно не хотелось. Оставив тему про моего бывшего парня, мы с Алёной поехали в клуб, где в очереди встретились с Никитой и Вероникой, другими моим сокурсниками. В дружеской атмосфере мне сразу стало комфортно, но взгляд мой незаметно скользил по лицам окружающих меня людей. В голове неприятно жужжала мысль о нависшей угрозе в виде Отступников. Эта организация появилась в прошлом веке из-за конфликта между моим дедом, являвшимся правителем в те времена, и группой хроносов, что хотели отказаться от всех законов нашего общества. Хроносы старательно соблюдали установленные с незапамятных времён правила, но было логично, что кто-то устанет от постоянных условий, сковывающих нашу силу. Один из законов хроносов гласит, что мы не имеем права в открытую влиять на окружающий мир, когда останавливаем время. Грубо говоря, если я в момент, когда остановила время, захочу нарисовать у замершего человека на лице какую-нибудь гадость, я нарушу закон, потому что как только время вернётся на своё место, у него на лице внезапно появятся мои художества. Хроносы так же не могут никому рассказывать о себе, но Отступники нарушают это правило, пусть и не так открыто, потому что после череды расследований выяснилось, что им помогают некоторые люди, посвящённые в тайну нашей расы. Подобное преступление наказывалось смертной казнью и хроноса, и простого человека, исключением являлись браки, в которых один из супругов являлся простым человеком, но такой брак считался неблагочестивым и остальные хроносы косо смотрели на возможность быть в паре с простым человеком. Это ослабевало нашу кровь, ребёнок, рождённый от союза хроноса и человека обладал более слабыми способностями, чем его родитель. Мои силы характеризовались тем, что род моего отца никогда не смешивался с человеком, и я сама никогда не задумывалась о том, чтобы связать свою жизнь с человеком. Королеве нужен был принц-консорт, который бы понимал жизнь хроносов и мог помочь мне в политических делах нашей расы. Но тем не менее это не отменяло моих развлечений с человеческими парнями, среди которых порой попадались интересные личности. Обычно я старалась не заводить отношения на долгий срок, и Гоша был единственным, кто смог стать исключением из моих правил. Зайдя в клуб, я судорожно искала его среди толпы людей, потому что знала, что целью сегодняшнего вечера он поставил меня и наверняка придумал себе в голове, что ночь мы проведём вместе, а на утро возобновим отношения. Прежде чем начать танцевать, я шмыгнула в сторону бара, чтобы как следует выпить. Алкоголь позволял мне расслабиться и на время отвлечься от ненавистных проблем, что жужжали в сознании, подобно осам. Мне хотелось просто отдохнуть, потеряв счёт времени, хотелось просто развлечься. Я попросила у бармена коктейль и тот улыбнулся мне ослепительной улыбкой. Хотелось закатить глаза, потому что я буквально чувствовала, что он вот-вот начнёт флиртовать со мной. Мало кто из мужчин мог не оказаться заинтересованным девушкой с греческими чертами лица — чёрные, как уголь, волосы, бледная, немного оливковая кожа, светло-зелёные глаза. Я из тех детей, что с детства знали себе цену, и сейчас, будучи молодой девушкой я понимала насколько привлекательно выгляжу в глазах мужчин. Этим вечером я решила не щеголять в откровенных нарядах и просто надела чёрные брюки с высокой талией вместе с белым топом, показав себя, как истинная ценительница минимализма, но даже такая одежда выглядела на мне более чем достойно. — Ваш заказ, мисс. Вы невероятно выглядите сегодня, — улыбнулся вернувшийся бармен. — Я знаю, — я кинула ему банкноту, равнодушно позабыв о сдаче, и направилась в сторону своих друзей, что успели выцепить столик в одной из зон для курения. Неплохо. — Сколько уже парней попросило твоей руки? — пошутил Никита, получив в свою сторону гневный взгляд Вероники, его девушки. — Я старательно избегала субъектов мужского пола, — улыбнулась я, присаживаясь рядом с Алёной на мягкий диванчик. Музыка заглушала наши голоса, поэтому приходилось чуть ли не кричать. Моя подруга наклонилась ко мне, шепнув мне на ухо: — Одного субъекта тебе точно не избежать, — сказала она, глазами показав за меня. И я уже знала, что к нашему столику приближается Гоша. Я обернулась, увидев его. В свете неоновых ламп он выглядел даже немного загадочно, но я знала, что этот парень отличается простотой и любовью к своему собственному эго, не более. Он показался мне интересным, потому что знал, чего хочет — меня, — но потом я поняла, что он совсем ребёнок. Гоша улыбнулся мне своей обворожительной улыбкой, которую явно тренировал не один день, но я лишь холодно отвернулась, оставив его в ступоре. — Ледяная королева в студии, — рассмеялся Никита, прижимая к себе Веронику, которая ласково улыбнулась мне. — Привет, Гоша. — Кто тут ледяная королева? — изобразил удивление мой бывший и присел за пустующий диванчик. Слава богу не к нам с Алёной. — Василиса, — Никита указал на меня рукой, занятой коктейлем. — Сегодня у неё настроение избегать «субъектов мужского пола». Гоша вскинул брови, посмотрев на меня, а я лишь развела руками: — Что поделать. — Не уж то ты по девочкам решила пойти? — усмехнулся он, думая, что таким образом может меня спровоцировать. — А вдруг? — я сделала глоток коктейля, а потом решила осушить его на одном дыхании. — Пойду потанцую. И Гош, не испорть мне вечер, пожалуйста. — Это приглашение потанцевать с тобой? — горделиво спросил он, пряча свою чуть ли не щенячью радость. — Нет, идиот. Это просьба держаться от меня подальше. Я взглянула на Алёну, которая состроила гримасу. Ей не нравилось, когда я так жестоко отшивала парней, но я предпочитала говорить всё сразу, нежели прятаться, словно маленькая девочка, которая не хочет никого обидеть. Я вышла на танцпол под гневный взгляд Гоши и попыталась затеряться среди танцующих. Я любила этот клуб из-за наличия здесь трансовой музыки, под которую было приятно расслабляться в мощных басах композиций, плавно двигая телом. Толпа двигалась почти синхронно, покачивая бедрами и блаженно прикрыв глаза. Какой-то парень оказался рядом со мной и положил руки мне на талию. Я вскинула голову, потому что отличалась достаточно низким ростом и большинство людей всегда смотрели на меня сверху вниз. Я улыбнулась ему, поймав его взгляд. Мы немного потанцевали вместе, и я отметила, что он не домогается до меня в неприличном виде, держа руки лишь на талии. — Не хочешь выпить со мной? — шепнул он, обдав мою шею своим горячим дыханием. Пахнуло спиртным. — Только посещу дамскую комнату. Подождёшь меня там? — я взяла его за руку и повела в сторону туалетов, где оставила стоять возле неоновой вывески. Он был достаточно симпатичным, но мне не очень хотелось проводить с ним остаток вечера. Пусть стоит и ждёт тут меня. Я зашла внутрь одной из кабинок и закрыла глаза. Вздох. Выдох. Вздох. Я остановила время. По телу пробежали мурашки, и внутри как будто прошла волна блаженства. Уже ради такого можно было благодарить судьбу за то, что я родилась хроносом. Музыка в одно мгновение прекратилась, и я вышла из туалета, чувствуя себя так, словно мне в кровь выбросились эндрофины. Оказавшаяся перед моими глазами картина была невероятна. Замерло всё. Толпа больше не двигалась, превратившись в человеческие статуи. Дым, выпущенный из машин застыл в воздухе, не рассеиваясь. Парень дожидающийся меня возле туалета окоченел с телефоном в руке. Я заглянула за его плечо и прочитала смс, которое он почти дописал: «Я кажется склеил ТАКУЮ тёл…». Фыркнув, я прошла мимо него. Парни все однообразны и противны, им бы только девушку выебать, не более. От их примитивности мне становилось противно. Я пробралась сквозь застывшую толпу к возвышению с диджейским пультом, и села на него, оглядев людей. Размалёванные девицы в обтягивающих платьях, мужчины с похотью в глазах. Самые обыкновенные люди. Они даже не подозревали, что сейчас на них смотрит дитя древнегреческого бога, наследница престола, принцесса, будущая королева, способная останавливать время. — Какие же вы все идиоты, — громко сказала я, глядя в толпу, словно все эти люди были моими подданными. — Ты тоже не отличаешься умом. Папочка же сказал не останавливать время в большом скоплении народа, — раздался чей-то насмешливый голос, и я испуганно вскинула голову, тут же ощутив напряжение во всём теле и вспышку адреналина. Разрыватель. Чёртов ебанный Разрыватель. Хотелось ругать себя за идиотизм и глупое желание лишний раз покрасоваться перед самой собой своей силой, но было не до этого. На другом конце танцпола в замершем свете прожектора стоял мужчина. Я бы даже скорее сказала парень. Он выглядел ненамного старше меня, может года на два-три, и смотрел с таким вызовом, что мне непременно хотелось сорваться с места и вступить с ним в схватку. Хоть какую-нибудь, но я лишь сжала кулаки. Он здесь, стоит прямо передо мной. Он не сможет мне навредить. Даже если у него в руках будет пистолет, пуля не долетит до меня из-за людей на танцполе. Он был в невыгодной позиции. Я хотела вернуть время, хотела, чтобы все заново ожили, начали движение, и я смогла бы улизнуть незаметно из клуба, но время отказывалось подчиняться моей воле. Блять. — Нет, принцесса. Здесь я всё контролирую, — улыбнулся парень. — Меня зовут Аристот, и я… — Разрыватель, я знаю, — сдерживая злость сказала я. Греческое имя подходило его внешности, мало чем отличающейся от моей. Я не могла увидеть цвет его глаз, но отметила, что у него красивые и аккуратные черты лица, напомнившие мне чем-то моего дядю Виктора, что был просто прообразом древних греков с их характерными носами и чёткими скулами. — Как приятно. Твоё имя Василиса? — Может да, может нет, — попыталась съязвить я. — Я здесь не чтобы играть с тобой, девчонка, — фыркнул Аристот. Вся его надменная поза вызывала у меня жгучее чувство враждебности. Но я была безоружна и явно влипла в неприятности. — А зачем тогда? — Я знаю о тебе всё. Знаю, что ты не хочешь быть королевой. Знаю, что ты любишь свою силу и хочешь использовать её на полную мощность, — вкрадчивым тоном заговорил он. — Отступники хотят того же — отсутствие монархии, отсутствие правил, отсутствие ограничений. Лишь бесконечная сила, дарованная нам Хроносом. — Я знаю, чего хотят Отступники, — я попыталась скрестить руки и выглядеть более-менее уверенной. Помогла ассоциация с тем, что я сижу на возвышении на своём троне, а парень передо мной всего лишь нищий крестьянин, пришедший просить милостыню у королевы. — Я не вижу здесь связи с собой. — Ты хочешь того же, чего и мы, Василиса, — он сделал шаг вперёд. И ещё один, и ещё, аккуратно огибая тела замерших людей. — Так присоединись к нам. Покажи, что нужно хроносам на самом деле. — Или? — вскинула бровь я. Меня пугало, что он медленно приближался ко мне, словно хищник. — Или? — повторил за мной он, продолжая движение. — Всегда должно быть «или» в таких предложениях, — я пожала плечами, судорожно в своём сознании пытаясь найти выход. — У тебя может быть только одно решение. Или я тебя убью. Я поняла, что лучше дождаться, когда он подойдёт и попробовать ударить его, используя те навыки, что мне постоянно пытался привить отец, говоря о том, что принцесса должна знать, как постоять за себя. Лишь это сейчас могло спасти меня. — Или тебя убью я, — раздался третий голос, который я тут же узнала. Аристот судорожно оглянулся, столкнувшись взглядом с Вильгельмом. Тот стоял, скрестив руки, выглядя, словно Арес, пришедший на войну напиться кровью. Высокий, сильный, с напряжёнными мышцами. Может быть он и выглядел крупным, но я знала, что Вильгельм способен передвигаться со стремительностью дикого хищника. Внутри я ликовала. Меня пришли спасти. И вопрос «как он тут оказался?» потерял свою значимость. Мгновение, и я поймала на себе напряжённый взгляд Вильгельма. Я соскочила с возвышения, и нырнула в толпу, которая тут же начала движение. Чёрт возьми, Вильгельм тоже был ебанным Разрывателем и смог вторгнуться в остановленную реальность, которой уже управлял Аристот, забрать управление на себя. Расталкивая танцующих, я судорожно искала глазами Отступника, но он исчез, словно его никогда и не существовало. Адреналин уступил место страху, и я поспешила пробраться через танцпол, спотыкаясь. Стоило мне только вырываться из гущи людей, как я оказалась в объятиях Вильгельма, который крепко прижал меня к себе. Я опять почувствовала себя до невозможности маленькой, потому что утыкалась ему лицом в грудь. — Хватит, всё в порядке, — заворчала я, отталкивая его от себя. Вильгельм провёл по мне взглядом, убеждаясь, что я не ранена и могу стоять на ногах. На мгновение в его лице отразилась нежность, но потом он вдруг посуровел. — Ты хоть понимаешь, что сейчас произошло?! — голос его был злым и с лёгкостью перекрывал шум динамиков. — Ты чуть не погибла! Если бы я не следил за тобой, то ты была бы уже мертва! — Никто бы не расстроился, — сострила я. — Как можно быть настолько глупой и безответственной! Твой отец приказал всем и тебе тоже, не использовать свою силу в общественных местах. Так какого хрена ты ослушалась приказа! — казалось, гневу Вильгельма не было конца. Мне бы сейчас время остановить и сбежать, только… — Почему ты никогда не рассказывал, что являешься Разрывателем? От этого вопроса мужчина встал в лёгкий ступор, но потом всё-таки собрался, притупив свою злость: — Об этом знает только твой отец. Мои способности держатся в секрете, чтобы я мог защитить Короля. Но теперь я буду защищать тебя, и это даже не обсуждается, потому что ты совершенно не думаешь о своей безопасности. Я лишь закатила глаза. — Пошёл ты к чёрту, Вильгельм. Я бы справилась сама. С этими словами я миновала его и направилась к выходу из клуба. Плевать на всё и всех. Алёне потом напишу смску. Отцу позвоню и прикажу, чтобы он убрал своего верного сторожевого пса и оставил меня в покое. А Аристот… Пусть лучше больше не появляется в моей жизни, иначе я перестану сдерживать себя и уж точно убью его. Ему не повезёт столкнуться со мной второй раз, потому что теперь я буду готова. Я дошла до машины, заметив, что Вильгельм молчаливо следует за мной, настойчиво буравя мою спину взглядом, не поменявшимся с того момента, как он начал меня отчитывать — злость, злость и злость. Мог бы не спасать, если так злится. Я села за руль, а Вильгельм, ничего не спрашивая, сел рядом. Его молчание убивало, но я понимала, что прогонять бессмысленно. Он только ещё сильнее разозлится и донесёт об этом отцу. Король привык к моим свободолюбивым выходкам, но, когда дело касается моей безопасности, он становится строгим отцом. Или же строгим Королём, который заботится о своей наследнице. Иногда разделить эти две роли было невозможно. Мы выехали на Кутузовский проспект, и я стала лихорадочно набирать скорость, потому что ночью здесь никогда не было много машин. Мы ехали в тишине, я даже не поставила музыку, слушая лишь шум мотора и внимательно следя за дорогой. Но молчание Вильгельма заставляло меня чувствовать напряжение. Мы съехали с проспекта во дворы, и я припарковалась. Вильгельм первым вышел из машины, дожидаясь меня снаружи, пока я искала ключи от квартиры в бардачке, перегнувшись через рычаг передач. Когда я вылезла, он внимательно посмотрел на меня, и злости в этом взгляде уже не было. — Если бы ты убила его, когда время остановлено, ты бы не смогла больше никогда вернуться в реальность. Ты бы застряла в том моменте, — сказал он, слегка охрипшим голосом.