До первого снега

      Половина пятого, стук в дверь. Первая мысль, промелькнувшая в голове Тэхена: «Когда Джин стал таким вежливым, что будит не ором и угрозами, а вежливым стуком в дверь?!» Второй мыслью стало заключение, что уснул он на полу около двери, потому что было холодно, и тело дико ломило из-за неудобной позы. А затем, снова в голове замелькали кадры прошлой ночи, которые и стали причиной бессонницы Кима, спавшего немногим больше двух с половиной часов, и то, только потому, что вырубило от накатившей усталости. Чон-мать-его-Чонгук, который дрочил в ванной, а потом с ехидной улыбкой победителя провожал взглядом перепуганного и злого Тэ. От всего произошедшего раскалывалась голова, и в штанах снова становилось неудобно, что приводило в панику Тэхена.       Стук резал слух, набирая громкость, и красноволосый пришел к выводу, что его брат стал не вежливым, а еще более жестоким, потому что капать на мозги таким способом, еще и с единым ритмом, это истинная пытка. А взглянув на время, он только подтвердил свои догадки, Джин невероятно жесток к нему, раз будит его так рано не понятно зачем. И только он хотел послать брата далеко и надолго и пожелать ему засунуть при этом свои руки себе же в задницу, чтобы не долбил по мозгам с утра пораньше, как за дверью скромно прокашлялись, прочищая горло. На Джина походило мало, поэтому Тэхен напрягся, потому что гадать не нужно, чтобы понять, кто был за дверью. Полагать, что за дверью стоял раскаивающийся в содеянном Чон с опущенными глазками и виноватым выражением лица, было изначально глупо и наивно, но красноволосый все же надеялся, что то, что он видел вчера, было не тем, о чем он подумал, поэтому встал и, с секунду подумав, повернул ручку двери и сильно так разочаровался.       За дверью, конечно же, стоял Чонгук. Только вот, выражение лица его было не таким, каким хотел бы его видеть Ким. Но и тени превосходства и взгляда а-ля «Ну что, Вишня, все разглядел?» или же «Понравилось представление?» Тэхен тоже не увидел. Сейчас перед ним стоял ребенок, высокий такой и мускулистый ребенок, с растрепанными волосами, словно гнездо, и заспанными глазами, потому что сам, видимо, только проснулся и еще даже не умывался, в растянутой футболке и в черных боксерах, через которые выпирал не маленький такой бугорок, который Ким вчера успел рассмотреть во всей красе и без лишних мешающих тряпок. И снова чертовы порно-картинки с Чоном в главной роли! «Ты о чем думаешь, Ким Тэхен!» — кричал разум старшего, и докричался-таки, заставляя перевести взгляд с накаченных бедер на лицо младшего, глаза которого были все еще закрыты.       Причмокивающий Чонгук, еле стоящий на ногах и мерно долбивший уже не в дверь, а в грудь старшему, забавная и по-своему милая картина, на самом деле, но не для красноволосого, которого это явно раздражало и вызывало кучу вопросов. Например, «Какого хрена?» или, быть может, «Какого, блять, хрена?», поэтому, в этот момент, невзирая на события вчерашнего вечера, отсутствие опасности в виде «Самец Чон Чонгук» придало ему сил, чтобы начать уже что-то делать, а не пялиться на младшего. Тэхен решил делать вид, что ему плевать на все, что он видел. Хотя, ему действительно должно было плевать на все это, но выходило паршиво. Ким списал это на шок, а свое возбуждение он объяснил тем, что стоны младшего застали его врасплох и очень были похожи на стоны девушек, которых обычно имел Ким, вот тело и откликнулось на знакомое, и ничего больше, и гетеросексуальность его в безопасности.       — Кукки, — наигранно слащаво, с нескрываемым раздражением и желанием убить сученыша протянул Ким, ловя руку младшего и не давая ударить себя снова, потому что удары не слабенькие ни разу, — ты какого хуя в комнату ко мне приперся?! Ты время видел? — повышая тональность и звук голоса, начал нагонять на младшего Тэ. Ответом ему послужило молчание, которое бесило все больше и больше, потому что ему вставать в семь, тащиться на первую пару, делать вид, что дофига интересно и он, конечно же, все понимает. На это вообще-то силы требовались, энергия там, а эта мелочь, к слову, массивная такая мелочь, приперлась, разбудила хер пойми зачем, да еще и так рано, и теперь стояла на пороге и… Посапывала?! — Мелкий, ты живой там? — любопытство перевесило желание убить, на время, конечно, но хоть так. — Ало, ты че, спишь что ли? — Чонгук пошатнулся, но устоял на своих двоих и начал лепетать что-то непонятное, начиная снова выбешивать. — Ты либо прикалываешься, либо лунатик… — сделал для себя выводы Ким, медленно и осторожно протягивая к лицу младшего руку и поднимая его за подбородок. — Спит! Ты блин спишь, говнюк! Меня то на кой будить!       — Джунни-хен… — почти шепотом начал ныть Чонгук. — Хен, мне холодно… — Чон начал мелко подрагивать и скулить, как побитая собака, чем несказанно удивил Тэхена, что тот аж забыл, что злился и негодовал на младшего. — Больно, Джунни-хен, мне так больно тут… — захныкал младший, хватаясь за правый бок в районе ребер, и начал заваливаться вперед. Тэхен неосознанно, на автомате, поймал Чонгука и потащил в сторону кровати, с беспокойством поглядывая на вновь сопящего младшего, и вновь не понимал, какого хрена тут творится. Он аккуратно, насколько мог, положил тушку спящего Чона и, недолго думая, принялся задирать футболку, чтобы посмотреть, на что же жаловался Чон минутами ранее. Какого было его удивление, когда на правом боку он заметил шрам, который еще не успел затянуться достаточно, чтобы быть практически невидным. Значит, получен был не так уж и давно, но как, оставалось загадкой. В ванной Чон стоял так, что шрама не было видно, но в этот момент, вблизи, он выглядел неаккуратно и отчего-то пугающе. Тэхену захотелось разбудить Чона и спросить, откуда шрам, но он вовремя себя одернул. Этого делать было нельзя, а то мелкий мог еще себе напридумывать всякого, ну или просто напросто разозлиться, а красноволосому это ни к чему, поэтому он просто поправил футболку, укрыл Чонгука одеялом и тихонечко удалился, решив для себя, что просто сделает вид, будто ничего не видел и не слышал, и продолжил размышлять над происхождением шрама уже внизу, там, где постелил себе Чонгук. А потом еще минут сорок пытаясь понять, почему его это вообще интересовало, засыпая только около шести часов, чуть больше, чем за час до пробуждения.

***

      В следующий раз Тэхена из сна вырвало то, что вдруг исчезло одеяло, и стало холодно и неудобно. Вот это точно походило на его братца, не хватало только такого уже приевшегося «Проснись и пой, Вишня!» или прочих дурацких фразочек. В итоге, Ким проспал всего около пяти часов, что вроде бы нормально и для выживания в университете хватало, не в первый раз, раньше и меньше спать приходилось, поэтому не страшно. Вставать совсем не хотелось, а надо, поэтому, кряхтя и потирая затекшую шею и ноющую поясницу, он сначала сел и приоткрыл глаза, почувствовал запах еды с кухни. «Ну точно Джин.» — пронеслось у него в голове.       Он встал и направился сначала наверх, чтобы умыться и одеться, а потом уже позавтракать и идти в университет. Умывшись, красноволосый пошел в свою комнату, надо было выпнуть наглого Чонгука из своей комнаты, да и из дома в общем, а зайдя в комнату, он глазам не поверил. Чона нет. Кровать аккуратненько заправлена, а Чонгука и след простыл. Это что ж за счастье то с утра пораньше привалило?! Выдохнув с облегчением и натянув на лицо довольнейшую улыбку, Тэхен принялся одеваться. На улице заметно похолодало, и обещали дождь, поэтому он надел кремовый пуловер и черные джинсы, и спустился вниз, чтобы поприветствовать брата и поесть. Ким сбежал по лестнице галопом, потому что, пока он раскачивался и собирался, до начала пары осталось всего полчаса, а значит, завтракать он будет по пути. На кухне его встретил отнюдь не брат.       — Твою мать, Чон, ты какого еще здесь?! И какого хера ты тут в домохозяйку играешь? — снова язвительный тон и нескрываемое раздражение в голосе. Чонгук даже не обернулся, да он не то, что не обернулся, он даже рукой не махнул, и звука не издал, просто стоял себе, да задницей повиливал в известный лишь ему ритм. — Да ты в конец оборзел! — злой Тэхен подлетел к младшему и резко дернул за плечо. Чон дико заорал и чуть не огрел старшего лопаточкой, которой переворачивал блины на сковородке, которую, к слову, тоже чуть не уронил себе и Тэхену на ноги. Секундное молчание, взгляд глаза в глаза. Чонгук невольно тонул в глазах напротив, стараясь не задохнуться в своих же эмоциях, потому что «И хочется, и колется.» Потому что видел вчера реакцию старшего, но делал вид, будто все окей, и никто никого не палил и не видел. Тэхену же и дела нет до Чона, плевал он на глаза на эти, да на все плевал, на данный момент его раздражал факт того, что Чон Чонгук, эдакая сволочь номер один, которая потрясла его мир спокойствия всего за четыре гребанных дня, еще и на пятый собирался покуситься, ну уж нет. Ким только сейчас заметил наушники у младшего в ушах и понял, что немного идиот, но линию свою гнуть он переставать не собирался. Потому что какого черта, поспал и свалил в туман, чего выслуживаться то.       — Тэхен, все нормально? — спросил удивленный Чон. На самом деле ни разу не удивленный, просто дохера актер, внутри все было либо холодное до ужаса, либо пылало пламенем эмоций по отношению к старшему. Сейчас все смешалось во едино. Было даже забавно наблюдать за тем, как менялось выражение лица Тэхена с одного на другое. Тэхен сделал глубокий вдох, затем выдох, попытался успокоиться и начать разговор не с высоких тонов. Выходило так себе.       — Ты какого черта еще здесь? Почему не ушел? — сдерживая себя, сказал Тэхен.       — Так мне Сокджин-хен прислал инструкцию, как тебя поднять на первую пару… Там и завтрак прилагался, честно, так бы я ушел! — затараторил Чонгук, строя из себя того самого милашку, каким и явился в дом Кимов вчера. Но все оказалось сплошным обманом. «Днем беззащитный малый, в ночи сексуальный парень.» — сделал для себя выводы Тэхен. Опять же ошибочные, но ему об этом знать необязательно. Ему, вообще, о многом пока знать необязательно, поэтому Чонгук делал все, чтобы выглядеть как можно страннее. Странные привлекали внимание, а какое, уже не важно, главное, что о них шептались и на них обращали взоры. Прямо как Ким.       — Телефон. — жестко сказал Тэ, протягивая руку. Он просто обязан был проверить сообщение, а потом предъявить претензии братцу. Чонгук не врал, черт бы его побрал. Джин действительно сделал это, он написал все утренние привычки Тэхена. Ким дал обещание самому себе, втащить брату при первой же возможности. — Так мелкий, бросай завтрак и выметайся к чертовой матери. У меня по твоей милости осталось двадцать минут на дорогу. — Тэхен выключил плиту, схватил Чона за локоть и потащил к выходу. Натянул пальто, взял портфель и выжидающе посмотрел на Чонгука, который стоял с непроницаемым лицом и явно горел желанием что-то сказать. Тэхен вопросительно вскинул брови и раскинул руки а-ля «Чего ждем?» Чонгук нехотя нагнулся и надел ботинки. Он затылком чувствовал, что его мысленно расчленяли и выкидывали в реку. Собственно, он и не рассчитывал на теплый прием, целью было привлечь внимание. И он ее достиг, пусть внимание это далеко не позитивно настроенное, но есть же.       Красноволосый буквально пилил спину младшего взглядом, матеря про себя на чем свет стоит, но внешне даже виду не подавал, по крайней мере, ему так казалось. Рассмотрев Чона внимательнее, он понял, что Чон сейчас в одной футболке и джинсах, хотя Ким точно помнил, что сверху что-то было надето. Тэ оглянулся по сторонам, и взгляд его остановился на вешалке, что стояла около входной двери в прихожей рядом с тумбочкой, на которой лежали небрежно брошенные младшим ключи. Тэхен приметил висящую на ней кожаную куртку, в которой тот пришел, и потянулся за ней, чтобы ускорить свой процесс отправления на учебу и вышвыривание Чонгука. Разогнувшись, Чон шарахнулся слегка в сторону, потому что ему неожиданно сунули под нос его куртку, нервно подергивая рукой, призывая быть быстрее, потому что времени в обрез. Младший, недолго думая, протянул свою руку, чтобы забрать свою вещь у такого грозного и нервного Тэхена, и решил немного позабавиться напоследок, ну, а когда еще ему представится такая прекрасная возможность позадирать старшего, когда они наедине, да еще и в его собственной квартире. Грех не воспользоваться, тем более, Чон помнил о споре и о своей цели, поэтому условия были наилучшими для игры. Хватая свою куртку за воротник рядом с местом, где красноволосый держал ее, Чонгук решил проверить, оставил ли он хоть что-то, хоть какое-то сомнение в голове старшего, поэтому слегка, как бы случайно, задел руку Тэ своей и едва ощутимо погладил ладонь старшего пальцами. Всего секунда. И вот напускная уверенность и холодность сползли с лица, уступая место удивлению и смятению. Тот резко отдернул руку, как только куртка оказалась в руках младшего, и резко развернулся, скрывая свою посыпавшуюся стену обороны из безразличия, чтобы Чонгук не заметил. А он заметил, и на лице его показалась гадкая, самоуверенная и буквально кричащая о том, что Чон более чем доволен реакцией старшего, улыбка.       — Выметайся. — быстро вернув своему голосу уверенность, сказал Тэ, подхватывая с тумбочки ключи и направляясь в сторону двери. До начала пары оставалось всего пятнадцать минут.

***

      Дорога до университета стала для Тэхена испытанием нервов и физической подготовки. Он быстро шел, почти срываясь на бег и тяжело дыша, и все время поглядывал на экран телефона, проверяя время и размышляя над тем, почему же он не мог остановить это самое время, хотя бы на пять минут, потому что именно их сейчас дико не хватало. Единственное, пожалуй, что дико отвлекало от мыслей и сбивало с выбранной скорости, это такие же ускоряющиеся, как и его самого, шаги немного позади него.       Чонгук не отставал от старшего дальше, чем на метр, стараясь идти в ногу с ним, и так же тяжело дышал, что неимоверно раздражало Тэхена. Настолько раздражало, что заговори сейчас Чонгук, то ему бы точно прилетело от красноволосого, потому что достал за эти дни невероятно, никогда Тэхен еще контроль над собой так не терял.       До университета оставался всего один поворот и еще метров так пятьдесят, когда на часах уже было без трех минут восемь. Пара в восемь. «Твою мать!» — подумал Тэхен, срываясь на бег. Чон же последовал его примеру. Воздух в легких стремительно заканчивался, а для нового вдоха сил уже почти не осталось, в боку кольнуло ноющей болью, но Ким даже не думал останавливаться, пока его резво не нагнали и не развернули за плечо, резко останавливая и заставляя сделать глубокий вдох. Запыхавшийся Тэхен поднял злющие глаза на младшего, буквально убивая того с особой жестокостью и снова скидывая в реку, причем так, чтобы ни одна собака не нашла этого гаденыша. Чонгук же, минимально запыхавшись, быстро восстановил дыхание и сделал вид а-ля «Ничего не произошло», поправляя немного задравшуюся футболку и застегивая куртку, потому что немного замерз от ветра, который врезался в него холодным потоком во время бега.       — Ты какого черта творишь, блять? — прохрипел Тэхен, все еще борясь с самим собой за нормальный глоток воздуха, чтобы ненароком не выплюнуть легкие прямо тут. Холодный воздух обжигал легкие изнутри, разнося по телу толпу мурашек.       — Тебя останавливаю, куда несешься то? — непонимающе уставился Чонгук на Кима, который, кажется, реально уже был готов врезать младшему, если судить по чернеющим от злости глазам. Чонгуку же было абсолютно плевать на то, как сильно в этот момент его ненавидел Тэхен, он вновь залюбовался бездной на глубине глаз старшего, в которой завораживающим океаном плескалась злость. Было интересно наблюдать за ним. Загнанное дыхание, учащенный пульс, проступающий на лбу пот, и глаза, такие живые, не знавшие унижения и вечных издевок. Хотелось растоптать и одновременно найти в них тепло и сохранить от всех проблем мира, и это бесило Чонгука. От противоположности испытываемых эмоций начинала побаливать голова, но поделать Чон с этим ничего не мог, поэтому терпел и все так же создавал иллюзию полного спокойствия и надменности.       — Ты бессмертный что ли, а, Кукки? Я на пару опоздал из-за тебя! — отдышавшись и дойдя до точки кипения, опасно тихо, с угрожающей хрипотой в голосе медленно сказал Тэхен. На часах было восемь ноль три. Все, потрачено. Даже если придет, лучше не сделает, словит недовольный взгляд преподавателя и будет главным претендентом на «не зачет».       — Вообще-то, — откликнулся бесстрашный «Кукки», прокашливаясь, — пара начнется только через десять минут… Так куда ты так несешься то? — явно издеваясь и играя на нервах старшего, продолжил Чонгук.       — Что значит, десять минут? — опешил Тэхен, пока в голову не ударило осознание того, какой же он идиот. Часы на телефоне были переведены на пятнадцать минут вперед, чтобы не опаздывать и всегда приходить пораньше. И если раньше он никогда не забывал об этом и все равно опаздывал, то сейчас он повелся на свой же обман. А все из-за чего? А точнее, из-за кого. Этот гаденыш так сильно вывел его из состояния самоконтроля и равновесия, что Ким и думать забыл о том, что время то липовое и в запасе времени еще вагон и маленькая тележка. — Блять… — выдохнул красноволосый, выедая себя изнутри мыслью, какой же он придурок. — Ты раньше сказать не мог, что ли?! — прекратив временное самобичевание спросил Тэхен, хмуря брови и поджимая губы в недовольной гримасе.       — Так я всю дорогу рядом бежал зачем?       — Так нахуй бежать, если можно просто окликнуть и предупредить по-человечески?       — Ну… Ты был так увлечен бегом, что внимания на меня не обращал… Да и вообще, было забавно наблюдать. — честно признался Чонгук, складывая руки в карманы куртки и кивая самому себе, будто подтверждая собственные слова. Затем он развернулся в противоположную сторону от университета. — До встречи, Вишня. Беги, а то действительно не осталось времени. — заботливо и почти ласково промурлыкал Чон.       — В смысле, беги? — непонимающе уставился на спину младшего красноволосый. — Ты направлением ошибся? — усмехаясь, сказал он. Чонгук же откликнулся и повернулся на пятках к Тэхену, чтобы было удобнее говорить, да и эмоции различать.       — Не ошибся, мне ко второй паре. — подмигивая и веселясь, громко ответил Чонгук. — Вещи надо из дома забрать, учебники там, тетради. — начал уточнять Чон, а Тэхен все это время думал, как же с этим человеком свести к минимуму общение и встречи. Потому что бесил дико. Как человек мог быть настолько глупым, странным и нахальным.       — Ну ты точно сказочный придурок! — выдохнул красноволосый, стараясь сделать так, чтобы Чон не заметил. Хотя сам не понимал, на кой он это делал. Чонгук же все услышал, но внимание заострять на этом не стал, просто пафосно так ручкой помахал на прощание, даже не оборачиваясь, потому что был более, чем уверен, что Тэхен все видел. Мелкий засранец. — Да твою ж мать! — Ким снова вспомнил о времени, которого уже почти не осталось, напрочь выкидывая из головы Чона, и понесся в сторону входа в университет.

***

      Аудитория, в которой обычно проходила пара по корейской культуре царил полнейший хаос. Преподавателя еще не было, да и сама она не отличалась особой пунктуальностью, зато от своих студентов всегда требовала быть вовремя и без опозданий, потому что терпеть не могла, когда ее прерывают чем-то, что никак не связано с темой пары или ее предметом в общем. Тот же скрип двери, который разносился по аудитории во время ее лекции, разрезавший полную тишину и сбивавший преподавателя с мысли, был чем-то вроде местного звука смерти. Как-то раз Тэхен опоздал на ее пару на шесть минут, а может и меньше, на время он тогда особо не смотрел, так эта «грымза», как ее величала добрая половина университета, начала валить его при первой же возможности. Пожалуй, ни один предмет он так не учил, как корейскую культуру. Со своего первого курса он до сих пор помнил многие, на самом деле очень бесполезные, вещи. Ким тогда еле сдал этот треклятый экзамен, молясь всем Богам, что только могли существовать.       Потом инцидент забылся, и преподаватель смягчилась, и то, только потому, что появились новые жертвы, поинтереснее всего раз опоздавшего, еще тогда ничего не знавшего об этой женщине, Кима, которые косячили регулярно и весьма масштабно. Кстати, ни один не опоздал, эти «жертвы» прямо сейчас разбрасывали по всюду бумажки и самолетики, словно дети малые. Кто-то громко переговаривался через несколько рядов, крича настолько громко, насколько это возможно, чтобы расслышать друг друга. Нет бы подойти, зачем такие сложности. А кто-то либо досыпал заветные пять минут, которых им не хватило с утра, либо хомячил что-то под столом, пряча от других свой мини-завтрак.       Прекрасная половина и Чимин что-то оживленно обсуждали на задних рядах. Четыре красивых девушки, симпатичных, как отметил для себя Ким, сидели, окружив рыжеволосого и что-то спрашивали, а Пак, в свою очередь, отвечал им, жестикулируя для того, чтобы рассказ казался более красочным. Девушки же слушали, буквально смотря в рот Чимину, и каждая по-своему пыталась привлечь внимание парня, то слегка касаясь его ногой под столом, то рукой задевая случайно, ну или же откидывая волосы назад, показывая свою тонкую белую шею и приговаривая «как же в аудитории жарко стало». Первокурсницы. Только так это оживленное внимание, направленное в русло легкого флирта, можно было объяснить, потому что о сущности Чимина знали многие, если не все, конечно кроме только поступивших в университет. А вот о том, что он с Юнги встречался, знали только свои, пусть они и не скрывались, но и не выставляли все напоказ, да и встречаться официально они начали совсем недавно, поэтому спешить некуда.       Завидев Тэхена, Пак что-то быстро ответил девушкам, улыбнулся одной из самых ярких и обворожительных улыбок и покинул общество первокурсниц, оставляя их вздыхать на задних рядах от того, что Чимин «слишком милый и очень красивый.»       — Ну что, как ночка прошла? — спустившись, прощебетал Чимин, довольно улыбаясь и утаскивая Тэхена на места, которые он занял для себя и друга.       — Вот тебе раз! Ни «Привет, Тэ», ни «Здоров, друг», а как ночь прошла! — наигранно всплеснул руками Тэхен, задевая случайно соседа спереди. Тот лежал себе, тихо, мирно посапывал, пока по затылку не прилетело. Бедный паренек резко выпрямился и стеклянными после легкой дремы глазами осмотрел аудиторию с мыслью, что добрые сокурсники разбудили его, потому что пришла «грымза». Но нет. Вокруг все так же стоял шум и гам. Парень обернулся и увидел ржущего Пака и опешившего Тэхена, который, неловко улыбаясь, попросил прощения за свою невнимательность и неаккуратность. Сокурсник же нахмурился и, ничего не говоря, отвернулся, снова погружаясь в полудрему.       — Тэхен, — сквозь смех сказал рыжеволосый, — теперь ты официально неудачник года! — снова заливаясь хохотом, выдавил из себя Пак, заползая за парту. Тэхен, кинув на друга взгляд а-ля «Идиот», последовал его примеру и приземлился на жесткую скамейку чуть дальше Чимина, который, уже успокоившись, выкладывал на им же изрисованную парту зеленую, с незамысловатым черным узором тетрадь для лекций, черную гелевую ручку, паста в которой вот-вот грозила кончиться, и телефон, хотя последнее запрещалось уставом университета. Но никто этот пункт никогда не выполнял, да и не собирался.       Тэхен последовал примеру друга, начав вытаскивать вещи из портфеля. Чимин болтал без умолку, расспрашивая красноволосого о Чоне и о ночи, которую они провели в одном доме. Ответов на вопросы Пак не дожидался, просто продолжал тараторить, самостоятельно строя теории и делая предположения. Тэхен же не горел желанием рассказывать о том, что он видел и пережил тем вечером, поэтому быстро сдался, оставляя друга болтать с самим собой. Он в последний раз окинул взглядом воодушевленного Пака, тот уже перескочил с темы ночи с Чонгуком на текущие отношения с преподавателями, работу и Юнги, как же без него.       Затем Ким просто отвернулся и задумался о своем. Все таки, без копания в себе не обошлось. Тэхен вновь и вновь прокручивал произошедшее в голове, анализируя свое поведение и отмечая, что вляпался он по крупному из-за какого-то там Чон Чонгука, который свалился на него, словно снег на голову в конце июля, крайне неожиданно, до ужаса неприятно и раздражающе. Спор спором, но такие методы… Откуда же Киму было знать, что младший всерьез решил приняться за его ориентацию и влюбить его в себя, дабы тот проиграл и вернул долг. Чертов долг! Это, пожалуй, самая интригующая часть их спора, потому что сколько Тэхен не пытался, он не мог вспомнить, когда и при каких обстоятельствах мог задолжать Чону. Размышлять над этим даже смысла не было, он просто не помнил, и все тут. Ким решил определить для себя факты, ну, или то, что ими стало за последние пять дней. Во-первых, Чонгук — гей. Во-вторых, они с Чоном были знакомы раньше, раз имеется какой-то долг. В-третьих, Чонгуку Тэхен не безразличен. На этом все. Из всего, что получилось, первый факт самый достоверный. Но что, если углубиться, покопаться в характере и поведении Чона, в том, как и что он говорил…       — Тэхен, ало! — из раздумий красноволосого вырвал шепот друга, который тряс его за плечо, пытаясь достучаться. — Ты вообще с нами, нет?! Препод пришел минут десять назад, и все в твою сторону поглядывает, а ты стеклянными глазками в полу дыру прожигаешь! — Чимин был крайне возмущен тем, что друг его не слушал, а потом еще и подставлял на самой проблемной паре на потоке. Придя в себя, Тэхен резко вскинул взгляд на противную на вид немолодую женщину, что расхаживала по аудитории, словно акула, без остановки, и таким же голодным акульим взглядом высматривала своих будущих «жертв», которых она собиралась завалить на следующем же зачете, попутно рассказывая новую тему по корейской культуре. Как только преподаватель снова повернулась, Тэхен уже сидел, опустив голову, уткнувшись носов в тетрадь и якобы конспектируя все ее слова. То же делал и Чимин, поэтому ее взгляд быстро переместился на двух девушек сзади, когда одна шептала что-то другой.       Скрипучий голос на миг затих, прекращая лекцию, ожидая реакции от студенток, которой не последовало. Преподаватель нахмурилась, поджала тонкие губы так, что они стали похожи на кривую линию и, вздернув подбородок, наверно думая, что так выглядит более грозно, уставилась на девушек. Когда терпение кончилось, она прокашлялась, наморщила лоб, вскинув брови в надменном взгляде, что делало ее и без того некрасивое лицо еще более отвратным, и раскрыла рот, чтобы начать отчитывать глупых бесстрашных на заднем ряду.       — Мисс Сон. Мисс Ю. — и снова скрип голоса преподавателя разрезал тишину в аудитории. Теперь он казался еще более противным из-за того, что перешел на фальцет. Тэхен вздрогнул от такого резкого звука и повернулся в сторону до сих пор говорящих девушек, которые даже внимания не обратили на то, что к ним обратились.       — Мина, Юнми! — обернулся в их сторону Чимин и чуть громче, чем шепотом, окликнул тех, все-таки отвлекая от разговора. Блондинка вздрогнула, а вот девушка с серыми волосами, Юнми, нагло уставилась на Чимина, одними лишь губами спрашивая «Чего надо?»Когда же Пак указал на преподавателя, девушки явно поджали хвосты и опустили взгляды, лишь бы не смотреть в глаза «грымзе». Та еще с минуту пилила их взглядом, а потом, коротко бросив, чтобы после пары те подошли к ней, продолжила нудную лекцию.       — Пак! — шепотом с задней парты. — Пак, блять.       — Чего тебе надо, Юнми? — не оборачиваясь, подал голос Чимин.       — Раньше не судьба была сказать, что эта смотрит. — делая акцент на «эта», чуть громче, злясь, прошептала она.       — Еще чего тебе сделать? — поинтересовался рыжеволосый притворно мягким голосом, не отрываясь от своего занятия. — Я сказал, и на том спасибо мне. — отрезал Чимин, снова делая вид, что что-то пишет, а сам на самом деле сидел в телефоне, который так удобно спрятал за спину однокурсника спереди, и с кем-то активно переписывался, временами глухо посмеиваясь и отвешивая тупые никому ненужные комментарии вслух. Девушка сзади хотела возразить, но снова словила уничтожающий взгляд преподавателя, затыкаясь на этот раз на совсем.       Тэхену стало, откровенно говоря, невыносимо скучно. Прошло около половины пары, но от этого легче ни разу не становилось, оставалась вторая половина и надо было себя чем-то занять. Поговорить с другом не вариант, потому что повторять судьбу однокурсниц с задней парты не особо то и хотелось. Посмотрев еще раз на довольного Пака, утыкающего все время в телефон, и время от времени поднимающего взгляд, отлично имитируя, что ему капец как интересно, он решил, что тоже так может. Только вот кому написать… Из друзей у него только Чимин, а в телефоне не больше десяти номеров, один из которых принадлежал его брату, а другой Чонгуку, дальше родители и родственники. Класс. Ну ничего, даже так, Тэхен знал, чем займется. Он достал телефон и положил около пенала так, чтобы было максимально незаметно, и тоже погрузился в виртуальный мир.       Только Чимин отложил телефон, закончив диалог, что вел минутой ранее, и поднял глаза на преподавателя, как экран снова неярко засветился, уведомляя о том, что пришло сообщение. Чимин выждал минуту и тут же снова принялся за телефон, вводя пароль, чтобы разблокировать его. На экране высвечивается очень, прямо-таки очень содержательное сообщение.       ТэТэ:«Привет:)»       Чимин открыл сообщение от контакта «ТэТэ», посмотрел на него секунд десять, а потом перевел взгляд полный непонимания с нотками «Ты совсем дурак?». Тэхен только тихо захихикал, улыбнулся квадратной улыбкой, закрывая лицо рукой, и снова нагнулся к телефону, начиная строчить новое сообщение.       ТэТэ:«Чимин-а, поговори со мной, мне жуть как скучно: (»       Рыжеволосый оставил сообщение прочитанным, не собираясь отвечать Киму, потому что нафиг ему это надо. Друг, это понятное дело, но фигней-то страдать зачем, что за детский сад. Красноволосый же, видя, что сообщение так и висит безответным, начал просто засорять диалог всякой бесполезной, но забавной фигней.       ТэТэ:«Как дела у нашего Чиминни с его Юнгини?;)»       Это было пятое сообщение. На нем Чимин не выдержал и чуть не засмеялся в голос, потому что «Юнгини» — это дико смешно. Ох, знал бы старший, как Ким его обозвал, то пальцы бы повыдергивал, чтобы больше не смел имя коверкать. У них с Тэхеном и так отношения были, мягко говоря, не очень. Да они не поубивали друг друга до сих пор, только потому что есть Чимин, за которым бегал Юнги. А Тэхен как бы лучший друг, его мнение, пусть и не сильно, но влияло на развитие событий. Однако, даже что-то общее в лице Пака ни разу не объединяло их. Один не любил другого за то, что тот, как шут гороховый, нес полную херню, так еще и не смешную, и дурачился вечно, словно пятилетка. А второй невзлюбил «Буку-хёна» за его вечную серьезность. Хоть ты тресни, все ему не то, да не так, Тэхен еще в первый день понял, что подружиться не выйдет, так хоть на нервах поиграть можно было. А вот теперь, в свете недавних событий, и это нежелательно. На сообщение о Юнги Чимин не мог не ответить.       ПакЧи:«Сейчас как перешлю твое сообщение Юну, будешь в страхе оглядываться до конца дня;)»       ТэТэ:«Сам же не отвечаешь! Пришлось идти на крайние меры. ПакЧи, ты чего меня игнорируешь? : (»       ПакЧи:«А зачем тебе отвечать, если ты делаешь тоже самое. Я перед парой столько всего тебе рассказал, а ты ворон считал!»       ТэТэ:«Я задумался… Просто не спал полночи, Чимин-а…»       ПакЧи:«И чего это ты там ночью такого делал, что не спал?)))»       ТэТэ:«Ничего криминального. Фильм смотрел допоздна.»       На самом деле, наглая ложь. Но с начала пары у Кима так и не появилось желание рассказать другу о случившемся. Он знал, что посыпятся тысячи и тысячи вопросов, поэтому решил отгородить себя от ненужных расспросов. И вот именно сейчас совесть кольнула. Лучший друг, и он ему не мог, нет, не хотел рассказывать об этом. Он снова задумался, уткнувшись взглядом в парту, и только потом заметил, что пришло сообщение.       ПакЧи:«Тогда неинтересно. Ладно, давай уж досидим спокойно последние двадцать пять минут, а потом я тебе все кратко перескажу.»       ТэТэ:«ОК (/^~^)/»       Оставшееся время прошло очень даже спокойно и быстро. Преподаватель задала проект к следующей паре и разбила их на группы по четыре человека. Затем разрешила собрать вещи и тихонечко обсудить план проекта. Конечно, никто ничего обсуждать не стал, все занялись своими делами. Группа Тэхену и Чимину досталась так себе. Кажется, будто эта «грымза» нарочно хотела завалить двух весьма хороших студентов, давая им в группу Юнми и Мину. Две бездельницы. Одна другой хуже. Ну ничего, они заставят этих двух зашевелиться, как миленькие печатать сядут. Пока два друга разрабатывали план по порабощению двух лодырей, время пролетело в одно мгновение.

***

      — Ну и, что там такого важного я прослушал, что ты говоришь мне это только сейчас? — спросил скучающим тоном Тэхен, за что тут же отхватил подзатыльник от рыжеволосого и сел за столик в полупустой столовой. До обеда была еще одна пара, а до конца учебного дня в целом еще три. Обычно, много народу в столовой только в обед, потому что многие завтракали дома, но были и те, кто приезжал из дальних уголков Сеула, просто физически не успевая утром поесть.       — Поязви-ка еще сейчас, ага, и вечером будешь сидеть и тухнуть со скуки дома! — в шутку пригрозил Чимин, садясь напротив друга, доставая снова воду с яблоком.       — Вообще, я так и собирался… — не успел договорить красноволосый, как поймал на себе убийственный взгляд Пака, явно говорящий, что шутить поздно, надо было слушать раньше. — Ладно, я молчу. — поднял Тэхен руки в жесте «сдаюсь», а потом обратил внимание на содержимое стола. — Яблоко и вода… Ты опять?! — ударяя ладонями об стол, громко сказал Тэ.       — Да нет же! Завтрак это мой, завтрак. На обед съем что-нибудь нормальное. — возразил Пак, откусывая яблоко и собираясь с мыслями. Надо сказать все так, чтобы коротко и ясно, чтобы это чудо красноволосое не задавало лишних тупых вопросов. — Так вот. Сегодня вечером Юн зовет меня в клуб за свой счет. Он рэпер и композитор, ну, если ты вдруг забыл, на каком факультете он учится. Так вот, сегодня вечером он выступает в клубе со своей собственной песней.       — Так, стоп. Это важно? Меня это вообще как-то касается? — Чимин не выдержал, встал, перегнулся через стол и отвесил второй подзатыльник.       — Завались и дай договорить. — усевшись на место, продолжил Пак. — Так вот. Пригласительный на двоих, поэтому Юн предложил захватить тебя, чтобы не тух дома. Ты все понял? Вопросы?       — Да ты че со мной, как с идиотом разговариваешь-то?       — Ну так, а кто ты, если не идиот?       — Ой, иди в задницу. — отмахнулся Тэхен. — А хотя… Тебе это вряд ли светит, вот в твою задницу точно придут. — Тэхен пошло улыбнулся и поиграл бровями вверх-вниз, дразня Чимина. — Время и место? Все равно делать нечего дома.       — Да, придут. И весьма приятное посещение будет, я тебе скажу. Попробуй, не пожалеешь. — ответил манерой Тэхена рыжеволосый, подмигивая ему и отпил из бутылки воды. — А вообще, в восемь у «Chill out». Надо прийти в таком, чтобы черный и белый цвета преобладали. Дресс код. — сообщил Чимин. Ким кивнул в знак того, что понял и придет. — У тебя сколько пар осталось?       — Сейчас одна и после обеда две. — задумчиво ответил Тэхен, потянувшись за бутылкой воды. Дождавшись одобрительного кивка, он открыл и отпил из бутылки. — А у тебя одна до обеда и практика? — Чимин, не отвлекаясь от яблока, утвердительно промычал. — Ясно, значит, сегодня встретимся только в столовой. Что ж, тогда до встречи. Я на пару. — уже не так весело и оптимистично подвел итоги красноволосый и вышел из столовой.

***

      Остальные пары для Тэхена прошли на одном дыхании. Тут поспал два часа, там часок, законспектировал все на последней паре по его ведущему предмету — дизайну, и со спокойной душой и ожиданием веселого вечера пошел домой, заскочив перед этим в только открывшуюся неподалеку пекарню. Волшебные запахи разнообразной выпечки сразу же вскружили голову. Все-таки, даже не зная, каково это на вкус, Тэхену на голодный желудок, требующий ужина, захотелось скупить сразу все. Благо, денег с собой было буквально на пару пирожных, поэтому Тэхен не так уж и много потратил. И с довольной улыбкой и прекрасным настроением пошел домой, думая о вечернем походе в клуб и о том, что же он наденет… Черный, белый, черный, белый… В голове пролетали вариации того, как и что можно сочетать, Тэхен знал свой гардероб, как пять пальцев на левой ноге, да и у Джина гардероб он тоже уже успел выучить.       Дом встретил его привычной тишиной. Брата уже, ну, или еще, не было дома. По крайней мере, следов его присутствия обнаружено не было. Даже не доделанный Чонгуком завтрак не убран, на кухне бардак. Эх, значит, с тем, что купил пирожные, он не прогадал. Времени было более, чем достаточно, на часах половина шестого. В его распоряжении два часа на сборы, душ, ну и прибраться все же надо, а то аж самому смотреть противно. Включив музыкальный канал, чтобы хоть что-то шумело и было не скучно, он принялся убирать постель на первом этаже, которую стелил себе засранец Чон, но так на ней и не спал. Он отнес все на второй этаж, а затем направился в ванную. В ту самую ванную.       — Блять, ебучий Чон Чонгук! — проматерился на весь дом Тэхен, заходя в ванную. — Хоть ванну сжигай, мелкий гаденыш! — все время, пока он принимал душ, он либо матерился, либо злостно посматривал на стену, где облокачивался Чон. Смешанные чувства. Картинки в голове еще свежие, но уже не вставало по стойке смирно, и даже грамма возбуждения не чувствовалось. Да Ким готов был заплакать от счастья. Ну, грубо говоря. Он был до жопы рад! Стоило только Чону скрыться из виду, и все замечательно! Тэхен решил и дальше избегать младшего, пусть это и выглядело бы по-детски. На радостях, он вышел из душа и пошел одеваться, потому что на часах уже было семь. Идеально белые кеды, черные порванные на коленях джинсы и белый пуловер. Скромно и со вкусом. Легкий шухер на голове. Готово. Как всегда красив и неотразим. На часах половина, Тэхен накинул сверху пальто и пешком побрел до клуба, который находился через пару улиц от его дома.       У клуба его ожидала веселая компания из одного Чимина. Ну ничего, вообще, они и так всегда вдвоем ходили по клубам, а тут плюс Юнги, ну, которого пока не наблюдалось. Дресс-код они прошли на раз два, с пригласительными, разумеется, потому что само шоу начиналось позже. Да и так бы прошли. Два красивых, со вкусом одетых парня, ни одного изъяна. Разве что один меньше другого в росте, но это не важно. Главное, есть в наличии два красавца, и взгляды все будут направлены только на них. Пройдя по темному коридору в сине-бордовой цветовой гамме, они попали в большой зал с многочисленными столиками, лестницей на второй этаж, где находились балкончики и комнаты, предназначение которых и дураку ясно. Ну и конечно же импровизированная сцена, около которой крутился Юнги, проверяющий провода у колонок и подключающий микрофоны. Он сам одет был не совсем по дресс-коду. Костюм больше походил на сценический, красно-серебристый узорчатый плащ, белая рубашка, черные брюки и туфли. «Идеально для сцены» — отметил про себя Тэхен, разглядывая Мина. И действительно, костюм смотрелся бы идеально в лучах светомузыки, переливаясь серебром с красными вставками.        До самого мероприятия был еще час, поэтому в клубе сновал туда сюда лишь персонал и сам Мин. Заметив парней, Юнги отложил микрофон в специальный чемодан и пошел в их сторону.       — Чиминни. — охрипшим от сигарет голосом позвал Юнги своего, уже официально, парня, прижимая к себе и почти невесомо целуя в щеку. Не любит показушничать, да и Тэхена, каким бы идитом тот не был, уважал. — Тэхен. — окинул он быстрым взглядом красноволосого и снова обратил свой взор к Паку. — Малыш, ваш столик вон тот. — почти прошептал он, указывая на столик около сцены чуть правее центра.       — И тебе не хворать, Мин. — откликнулся Тэхен, напоминая о своем присутствии слишком близко стоящим друг к другу парням.       — Юнги-хен, попрошу, мелочь. — спокойным голосом сказал Юнги, но в глазах промелькнул огонек раздражения и неприязни. Ну никогда им не быть друзьями, что поделать. Не самое страшное в жизни. — Идите займите места пока, ну и себя займите чем-нибудь. Я проверю остальных выступающих и выйду к вам. — хлопнув Пака напоследок по аппетитной заднице, обтянутой черными брюками, как и у самого Мина, только с подворотами, тот исчез за дверью около колонок.       Чимин пошел в сторону столика первый, за ним и Тэхен. Уютный бордовый стол и такие же стулья, только с синей отделкой. Все обставлено со вкусом, но Тэхена угнетала эта атмосфера. Все таки, при включенном свете такой интерьер смотрелся чересчур ярко и пафосно, а еще очень сильно давил. Голова болеть начинала от такого цветового решения. Чимин сразу же уткнулся в телефон, забывая, что рядом, вообще-то, был живой собеседник. Поэтому, красноволосому пришлось сделать то же самое, чтобы хоть как-то занять себя. Только он достал из кармана телефон, как экран загорелся, оповещая о сообщении. Ничего не подозревая, он разблокировал его и открыл сообщение с весьма пугающим и раздражающим сообщением от Чонгука.       Сказочный придурок:«Хорошего вечера, Вишня! Повеселись там.» и фотография.       Фотография его и Пака. И не абы какая. А сделанная изнутри здания, в этом самом зале, буквально минут пять назад, с балкона. Тэхен невольно начал озираться по сторонам, пытаясь вычислить этого малолетнего маньяка, пока его не окликнул Чимин, уставившись непонимающим взглядом. Тэхен отмахнулся и сказал, что ему показалось, а внутри просто расчленял мелкого паршивца «Кукки», складывая по мешкам и выкидывая где-нибудь в лесу. «И здесь достал, засранец! Только попадись мне на глаза.» — подумал про себя Ким, удаляя сообщение.