Сказка на ночь

      С шагами стихнул весь дурман…       А тех сбежавших смех пробрал.       Румянец, но теперь другой       Сливался с розовой щекой.       Принцесса прядку убрала,       Хрипя и тяжело дыша,       Остановилась за углом       И оглядела вражий дом.       — Во тьме декор не разглядите.       Да и дворец наш не в сапфире, —       Добавил Тоффи на ходу.       — Я с вами… может… и иду! —       На кашель резкий несмотря,       Язвила ящеру она.        — Но мной командовать не дам!       У вас манеры — не для дам…       И кстати, мы прошли подвал.       «Что он задумал, непонятно…       Ловушка это, вероятно!»       Ей Тоффи хмыкнул лишь в ответ:       — Четыре ча́са — и рассвет.       И подойдя к большой колонне,       Он скрипнул чем-то и в проходе       Стоял, зовя к себе принцессу.       А за проходом — кроны леса…       — Вы обманули! Вы наглец!       — Вы что, подумали, я в лес       Пущу вас ночью в одиночку,       Чтоб вы там шмякнулись об кочку,       Пока свой ищете дворец?       — Вы точно тот ещё наглец…       В улыбке ящер растянулся       И к ушку девушки нагнулся:       — Вы заночуете в конюшне…       — А там, по-вашему, чем лучше?!       Он снова улыбнулся мило,       А Мун уже всю колотило.       — Ночное небо… Сена запах.       Такое только на пейзажах!       А вам всё это даром — фить!       Осталось прелесть оценить.       К тому же… Брудо второпях       Забыл, что на сырых камнях       С таким-то кашлем… хм… не спят.       Для вас ночлег тот точно яд.       «Смеётся? Или всё же… да —       И он желает мне добра?»       Но мало времени осталось.       Давно сидевшая усталость       Как будто тоже говорила:       «Не спорь. Потратишь только силы…»       И тяжело вздохнув под нос,       Принцесса спряталась от грёз.

***

      — А гости, видишь, пляшут как!       Видать, подействовал тот «мак».       — Мак изгоняет боль, отец…       А это просто… наш дворец.       В его стенах — потоки света,       Особенно к сезону лета.       Граф сгорбил старческую спину,       С улыбкой потянувшись к сыну.       Он Брудо ласково обнял       И вдруг печали волю дал:       — Возможно, это бал последний…       Такой красивый… такой летний       В моей всей лордовской «карьере».       И места нет мне больше в свете…       — Родной мой, так не говорите…       — Сынок, я уступаю в силе…       Семействам нашим и другим, —       С какой он болью говорил…       И в лучиках его морщинок       Скопилось несколько слезинок.       Лорд повернул дитя к окну —       От плясок шумных на балу,       С улыбкой посмотрел на звезды       И не сдержал при сыне слезы.       Кто знает, сколько долгих лет       Они копились в нём от бед.       — Сынок, меня ты уж прости…       Порою плачут старики.       Мне страшно оставлять тебя,       Когда вот-вот… и к нам война!        Он гордый вид хотел принять,       Но Брудо смог его понять.       За плечи батюшку крылами       Обнял он с добрыми словами:       — Не вымрет, старче, монстров род!       Удача тоже к нам придёт.       — Пока потерпим нищету.       Постой… Там лошадь, что ль, в саду?       Два лорда впилися в окно,       Ища глазами: «Где оно?»       И правда! Лошадь под окном       Сирень глодала, словно корм.       — Смотри. Порода-то! Не наша…       — Не будь так мелочен, папаша…       Оставил кто-то без присмотра.       Нет сил до этого народа!        Оставив в зале стоять лорда,       Лорд младший к лестнице бежал,       А по пути всё рассуждал:       «Забыл, дурак! Совсем забыл…       Ведь это конь принцессы был!»

***

      В конюшне можно было спать.       «Не наша царская кровать…       Но часик потерплю другой.       Недуг погибнет с темнотой».       Ей Тоффи место указал,       Где сена был погуще вал,       И сам в углу у стен прилёг.       — Удачный выдался денёк…       Не так ли, лунный мотылёк?       Мун недовольно повернулась       И в сено глубже окунулась.       «А жалко всё-таки детей…       Их душит голод, пуще змей!       И как нечестно дело вышло…»        Она уставилась на крышу:       Сквозь дыры виден небосвод.       Вот так лежать… Без всех забот!       Впервые за ночь Баттерфляй       Попала в настоящий рай.       «А это ад… А это ад».       — Смущает здешняя кровать? —       С ней Тоффи тихо говорил,       И лунный свет его облил.       — Скажите, сколько там осталось…       Ведь до рассвета уже малость? —       Мун с сена быстро поднялась       И, потянувшись во всю сласть,       Пошла к двери, где ящер спал.       — Запас с едой ваш очень мал.       Я приняла одно решенье:       Пока на небе звёзд свеченье,       Мы проберёмся на поля.       Там кукурузные моря!       И вы возьмёте сколько нужно,       Хватило чтоб вам всем на ужин.       — Вы… правда?! Леди Баттерфляй!        И с крыши прыгнула в сарай       Героя нашего сестричка —       Бестормозная Голубичка.       А Тоффи в полусне лежит,       В раздумьях нá небо глядит.       Ему принцесса помогла!       Правдивы ли её слова?       — А как же ваш честной дворец?       — Туда пойду я под конец.       К рассвету мы мешок набьём,       И в лес уйдёте вы вдвоём.       Сорвалось с губ «Благодарю!»,       Как к ним в глубокую потьму       Лорд Брудо с лошадью вошёл.       Он знал, о чём их говор шёл.       Малышка к Тоффи — на руках.       А Мун давно лежит в сенях.       «Компашку» Брудо оглядел,       Сурово глянул на Предел:        — Вы что, на вылазку идёте?        А может… и меня возьмёте?