Взорванные сны, часть 2

Глава 7. Инь и Янь, Свет и Тьма… Инь и янь, свет и тьма – Душа тоски полна. Ад и Рай. Выбирай – Осознай.* На ветке сидела наглая стрекоза и пырилась огромными фасеточными глазами. Гром разглядывал своё отражение в каждом сегменте и ни о чём не думал. С отсутствием ноги он худо-бедно притерпелся: освоив за это время костыли и гравиколяску на бесшумном ходу, по палате все же предпочитал передвигаться на своей одной, а не на колёсах. Но гулять по госпитальному парку стеснялся — ему казалось, что все смотрят и жалеют увечного. — А на улице сегодня хорошо, — несмело проговорил Киндер. Он лежал в этом же госпитале со сломанной рукой и регулярно навещал друга, не столько желая составить ему компанию или поднять настроение, сколько сбегая от нудного соседа. — Не уговаривай, не пойду. — А зря, там на удивление свежо, духоты нет… — Привет, парни! — натужно-жизнерадостно поздоровался Джамаль, сгибаясь под тяжестью огромного пакета с фруктами и прочими вкусностями. — Во, сколько насовали. Это вам, героические вы мои. Тут пирог есть, с мясом. Гром, будешь? — Не хочу, — равнодушно ответил тот и добавил: — не называй меня так больше. — Почему? — в один голос спросили ребята. — Десантника Грома больше нет, сержанта Громякина тоже. — А кто тогда есть? — прищурил глаза Джамаль, которому очень не нравилось настроение друга. — Конь в тюбетейке? Или ты к гуриям в рай собрался? — Егор Громякин, штатское лицо с ограниченными правами. — С чего это вдруг ограниченными? — удивился Киндер. — А кому нужен калека? Пенсию по выслуге мне платить никто не будет, а по инвалидности мне едва на пожрать хватит, да комнату оплатить где-нибудь в социальном доме. В интернат я не пойду, а вырастить новую ногу... знаешь же сколько это стоит? Ну, вот... а я уже всё, списан подчистую. — Думаешь тебя вот так бросят? Или мы не твои друзья? А про капитана ты вообще забыл? — спросил Джамаль. — Значит, крест на себе поставил? — Поставил. А ты бы не поставил? Если бы тебя вот так? — Я? Честно, не знаю. Но и своего друга что-то не узнаю. — И не надо! Дверь там — иди, куда хочешь, — буркнул Гром и отвернулся к окну. — А что, она на самом деле такая маленькая? — спросил наивный Киндер, ещё верящий в торжество справедливости. — Кто? — Пенсия. — Тебе озвучить? Или написать? Джамаль чиркнул несколько цифр на листе, и у Киндера глаза округлились от удивления. — Что, убедился? А мне ещё Фокса кормить, — продолжал Гром. — Разве что, в аренду его сдавать. — Киллером? — хохотнул Киндер, не заметивший, что Джамаль как-то странно отводит глаза. — Почему киллером? На погрузочно-разгрузочные работы. А, Джа? Как думаешь, получится? Джа? Джамаль, ты чего молчишь? Что-то с Фоксом? — Гром, ты только не волнуйся… — начал Джамаль. — Когда начинают такое говорить, мне хочется кого-то убить. — Короче, кажется, он сбежал. — Чего? — опешил Гром. — Нет его нигде, — угрюмо пояснил Джамаль. — А с чего ты решили, что Фокс сбежал? — озвучил мысли Грома Киндер. — Его нигде нет, — повторил Джамаль, — я уже всё проверил. — Чушь какая-то, — решительно заявил Гром. — У него куча возможностей на Дикой была, и то он не ушёл. А тут населённая планета, всюду сканеры, куда ни сунься — куда он денется-то? — Однако, куда-то делся. Нет его. Я поспрашивал: в последний раз Фокса видели здесь, у госпиталя. На лавочке сидел, только недолго... — Вот! Значит, он меня ждал, а ты говоришь — сбежал! Джамаль пожал плечами, показывая, что свои соображения он высказал, а дальше уже не его дело. — А, может, его в полицию забрали? Как бесхозного киборга, а, Джамаль? Ты в полицию не звонил? — Я официальный владелец, давай я запрос отправлю, — поддержал Киндера Гром. — Спрашивал уже, не подбирали они бесхозного киборга. Да если и забирали, ты в чипе хозяином прописан, сразу бы тебе сообщили. А они ничего не знают. — Всё страньше и страньше… — проговорил Киндер, — ребят, вы сразу не смейтесь, только… А вдруг его украли? — Кто? — Да кто угодно. Вы же знаете, что с Фоксом не всё в порядке было, да ещё и шестёрка. Может, его ликвидаторы из DEX-компани забрали? — Угу, а владельцу про это сообщить забыли. Глупости говоришь, на самом деле. Зачем им такой скандал? Я же шум подниму. — И всё-таки, куда-то он делся. Куда? — настаивал на своей версии Киндер. — Ладно, давайте я проверю все улетевшие с планеты корабли, — сдался Джамаль. — Договорились, — поддержал его Гром. — А я пока пойду, узнаю, долго меня тут ещё мурыжить собираются… Он бодро ускакал по коридору, оставив в недоумении друзей. — Знаешь, кажется, он передумал, — нерешительно проговорил Киндер, провожая взглядом парня. — Что? — Считать себя беспомощным инвалидом. Джамаль только кивнул: такой Гром был привычным и нравился куда как больше прежнего, с потухшим взглядом. — Пойду, в самом деле что-нибудь поспрашиваю. Вдруг… Он не договорил и вышел, не прикрывая дверь — всё равно в палате остался Киндер, присмотрит, если что. *** — Так, обоих на стол. Работаем параллельно: каждый фиксирует все параметры, сравнивать будем позже. Начали! На лабораторных столах лежали двое, похожие друг на друга, словно близнецы-братья. Разве что у левого на теле было больше шрамов, а у правого бритая налысо голова. — С чего начнём, доктор Шнитке? — Пожалуй… с этого. Неслышно позвякивали инструменты, пищали приборы, время от времени щёлкали кнопки и тумблеры, тела на столах то конвульсивно дёргались, то выгибались, то расслаблялись. — Подошвенный рефлекс? — бросил Шнитке. — В норме, — ответил Хокк. — Ланье? Лаборант провёл несколько раз шпателем по краю стопы от пальцев до пятки, понаблюдал, как большой палец разогнулся, а остальные разошлись веером. — Наблюдаю рефлекс Бабинского… — Замечательно! Значит, у него повреждение корковых мотонейронов, что и требовалось… — доктор Шнитке потирал руки. — Работаем, работаем, не спим! Лаборанты продолжали исследования, сверяясь с планом, переглядывались время от времени, посматривали на начальника, но лишних вопросов не задавали. Да и к чему? Их дело — безукоризненное выполнение всех распоряжений доктора Шнитке, за что им и платят. Причём, очень хорошо платят — за такие деньги можно и помолчать, чтобы не лишиться ненароком лишних частей тела. Их сразу предупредили, что лабораторные столы могут и не пустовать, а хороший свидетель — это мёртвый свидетель. — Ну, что ж… — наконец, проговорил Шнитке. — На сегодня всё, проведите полную оценку организма и выведите расчетное время восстановления. — Объект ка-шесть-тринадцать: время восстановления двенадцать часов сорок минут… — Объект ка-шесть-четырнадцать: время восстановления шесть часов тридцать восемь минут. — Хорошо, отправьте объекты. Отчёт о сегодняшнем эксперименте жду завтра с утра. Следующие опыты начнем в два часа. Шнитке вышел из лаборатории и пошёл по коридору, чуть суетливо, немного выворачивая ноги. Лаборанты проводили его взглядами и вернулись к своей работе. — Слушай, — негромко сказал Ланье, — как думаешь, зачем шеф это делает? Киберы же нормально выполняют приказы, зачем было форматировать им мозги? Они у них и так не работают. — Как ты сказал? Форматировать? С чего взял? — А ты вот эти показания видел? — Ланье кивнул на вирт-окно. Хокк покосился туда и кивнул. — Это же полное форматирование, прямо как обычный диск. Я с ним давно, он раньше с людьми работал. Вводил им какой-то препарат, те буквально умирали на трое суток. — Что прямо умирали? — не поверил Хокк. — Говорю же! Сердце не билось, легкие не работали, мозг тоже. Труп буквально. А через семьдесят два часа человек поднимался. Только глаза у него были, как у киборгов. И сами они ничего не могли делать. Скажешь им: "Возьми с полки стакан" — подойдут, возьмут и будут стоять там. — А дальше? — А дальше ему другой приказ нужен. Ну, типа, "подойди ко мне" или "пойди туда" — вот буквально! — А если нет? — Так и будет стоять, пока с голоду не умрёт, или другой приказ не получит. У них мозги были пустые совершенно, — пояснил Ланье. — Как у киборгов? — Почти, только у жестянок процессор есть, он сдохнуть не позволит, а у тех вообще ничего, буквально. Они даже боли не чувствовали, и кровь у них не шла. Прикинь, их режут, а они смотрят на тебя пустыми глазами и всё. Мышцы там расходятся, кости ломаешь, и — ничего. Жуть! — Идеальные солдаты. — Да, только тупые. Еще тупее киборга. — А зачем? Киберы же сильнее, умеют больше. — Не знаю, — пожал плечами Ланье. — А вообще, мне кажется, шеф хочет утереть нос дексам. Типа, у вас киборгов срывает, а я знаю, как исправить. Сам знаешь, сколько те денег потеряли, когда шестёрок срывать стало. — Понятно, — кивнул Хокк. — А я-то думал, зачем ему два кибера — сорванный и нормальный. — Вот-вот, и сдаётся мне, что мой объект на самом деле пользовался не только процессором. — Думаешь? — А то! Ладно, давай уже отправим их на восстановление, а то шеф нас самих отформатирует. Каталки увезли два неподвижных тела, двое мужчин проверили показания приборов и ушли писать отчёт о работе, закрыв за собой дверь. Спустя шесть часов сорок минут у одного из киборгов чуть шевельнулись пальцы на руке. Всплеск активности был таким слабым и настолько коротким, что прибор лишь немного изменил показания: как раз у верхней границы нормы. Доктор Шнитке дослушал запись разговора лаборантов и поставил галочку напротив одного из имён. ______________ * Catharsis - Избранный небом