Взорванные сны, часть 2

Глава 8. Враги и друзья Горьким пеплом в руках Меркнет свет в облаках И назад не уйти Ты забыл, кто ты…* Грому казалось, что на ветке сидела та же самая стрекоза, только в её глазах отражался не угрюмый небритый мужик, а энергичный парень, готовый горы свернуть, если надо. И, как оказалось — надо. Фокса на планете не было. Совсем. Зато, буквально на следующий день из космопорта вылетело два корабля: один обычный почтовый курьер, ничего из себя не представляющий, а вот на другом среди пассажиров была некая Рита Грей, очень хорошо известная в узких кругах. — Я её буквально за час до урагана видел, мы тогда с Фоксом из магазина шли — ну, помните, я ему за одеждой ходил? Да? Так вот, мы на улице встретились, она меня подковырнула насчёт киборга. Я сдуру возьми и ляпни, что теперь официальный хозяин Фоксу. — А что в этом такого? — удивился Киндер. — Кажется, даже в новостях такое было. — Угу, где-то промелькнуло, — подтвердил Джамаль, — тогда многих награждали, и тебя в том числе. Она могла услышать. — Не услышала, потому что очень удивилась, видно же было, — ответил им Гром. — И, кажется, ей эта новость как-то понравилась. А потом этот ураган, взрыв на складе — не до того стало. Я вообще бы и не вспомнил, если бы она на другом корабле не улетела. — Это точно, она официально уволилась со своего места и оплатила полёт на чужом корабле. Объяснила семейными обстоятельствами, — Джамаль продемонстрировал копию Ритиного заявления, любезно предоставленную её бывшим капитаном. — Кстати, команда на корабле перекрестилась, когда она свалила. — И там засветилась? — ухмыльнулся Киндер. — Стерва — она везде стерва! — Да шайтан с ней! — прервал Джамаль. — Мы не знаем точно, зачем она улетела, но, — внимание! — с ней был багаж: большой прямоугольный ящик, как раз под размер киборга. — Значит, кто-то вырубил Фокса, упаковал и вывез с планеты? — Зачем — мы пока не знаем, а вот куда… Официально в маршрутном листе значатся вот эти точки гашения, но, сам понимаешь, никто не будет их соблюдать в точности, мало ли что. — Погоди, Джа, а при чём тут маршрутный лист? Навигаторы прокладывают трассу по своему разумению, главное, чтобы вовремя было прибытие, а так… — Гром пожал плечами. — Это для других кораблей нормально, а «Жемчужина» официально занималась перевозкой пассажиров. — Пассажирский корабль? С лицензией на перевозку? — уточнил Гром. — Нет, лицензия у него грузо-пассажирская, так что вполне может уклоняться с маршрута. Но ключевые точки должны совпадать с заявленными, — пояснил Джамаль. — Выходит, мы нашли кончик ниточки? — спросил Киндер, разгибая пальцы на руке: ему велели разрабатывать, он и старался. — Выходит. Так, — Джамаль прошёлся по палате, — я написал заяву на отпуск, Киндер считается на излечении, ты уволен подчистую по ранению. — По ранению? — уточнил Гром, приятно удивлённый. Джамаль хитро прищурился, выдернул из комма вирт-окно со сканом и растянул пошире: — На, любуйся! Ты больше всех пострадал на спасении местных, так что капитан поставил вопрос ребром: или тебе нормальное выходное пособие со всеми вытекающими, или он кладёт рядом с твоим листом об увольнении рапорт по собственному. — Хм, — смущённо пробормотал Гром, тронутый такой заботой командира. — Так что пенсия у тебя будет повышенная, а обслуживание в клиниках по высшему разряду. — Везде? — Нет, конечно, только тут, — помотал головой Джамаль, — это уже местный мэр так решил. И киберпротез тебе поставят самый лучший. Не сейчас, само собой, а когда всё заживёт. — Знаю, — проворчал Гром, — мне сказали, что нужно полгода не меньше, пока культя заживёт нормально. Джамаль пожал плечами: — Не понимаю, чего ты жалуешься: раньше по году ждали, да ещё и протезы были аховые. А тебе всё самое лучшее предоставят, только пальцем ткни. — И ткну! — с небольшой угрозой в голосе проговорил Гром. *** Свет, яркий, слепящий. Веки медленно опускаются, давая передышку глазам, — слишком короткую, чтобы это было заметным. Но мышцами управляет программа, и киборг мигает по требованию системы. Тело зафиксировано на лабораторном столе, с ним что-то делают, но никакой информации на внутренний экран не поступает. Это казалось бы неправильным, если бы киборг мог думать, но он не мог — нечем. После применения препарата у подопытных объектов всё функции взял на себя процессор, и это очень злило доктора Шнитке — ожидания, что очищенный мозг вернётся к своему первоначальному состоянию, не оправдались. Киборги вообще не реагировали на раздражители, не двигались, не издавали звуков — куклы в самом прямом смысле слова. Оставалось надеяться, что это временное явление и все силы доктор с лаборантами бросил на то, чтобы вернуть хотя бы частичные умения и память. — Так, — бормотал он, чуть не водя носом по вирт-окну. — Так… а давай-ка мы тебе парочку электродов вживим, м? Лаборанты почтительно молчали. Вернее, Шнитке думал, что они с уважением внимают его рассуждениям. На самом деле, те откровенно скучали, считали москитов, бьющихся в силовое поле, и ждали, когда их шеф придёт к какому-нибудь выводу. — Так… а если мы сделаем вот так? — Шнитке нажал на кнопку, полюбовался, как конвульсивно бьётся на столе тело киборга и с сожалением отпустил. Свет. — Ещё разок… Вот так… Свет! — И ещё! Киборг моргнул быстрее. — Ого! А ведь действует! Как там наши связи? Ланье! Что со связью между процессором и мозгом? Лаборант вздрогнул и повернулся к вирт-окну, торопливо пробормотал, что появились первые признаки восстановления связи. — Чудненько. Так, вы оба: поставить на повтор, скажем… каждые пятнадцать секунд. Проверка раз в тридцать минут. При появлении устойчивой связи стимуляцию прекратить и сразу сообщить мне. Работайте! Шнитке суетливо перекинул на свой комм информацию и, фальшиво насвистывая, направился в свой кабинет. Лаборанты остались выполнять распоряжение, но работать им в такую жару не хотелось, и, ткнув пару кнопок, они решили пойти выпить что-нибудь прохладительного. И засиделись за чашкой в прохладе и покое, а прибор регулярно посылал импульсы напрямую, стимулируя уснувший было мозг киборга. — Ну, доктор, чем порадуете? — дон Энрике пыхнул дымком из трубки. Шнитке не одобрял таких привычек, но молчал — кто же будет критиковать работодателя? Так без денег останешься. — Нам удалось очистить мозг испытуемого, но процесса запуска прежних функций пока нет. — Зачем мне слюнявый идиот, доктор? — Я работаю над этим… — Первая половина у вас получилась, жду результатов по второй. Вы знаете, что мне требуется, доктор. Не разочаруйте меня! — Да-да, конечно, я приложу все силы… — Не сомневаюсь,— уронил дон Энрике. *** Свет. Боль. Свет… Яркие вспышки, казалось, выжгли картины на сетчатке. Такие же яркие, острые, — они кололи мозг иголками, выдёргивая откуда-то воспоминания. Это было странно: на белом потолке цветные картины. Плоские, будто нарисованные или отпечатанные. Капсула. Зелёная жидкость. Откуда он знает, что это жидкость и она зелёная? Коридор. Ряды людей с неподвижными лицами. Они идут ровно, в унисон, шаг за шагом. Движения чёткие, механические. Он смотрит и видит себя. Ещё и ещё, и ещё. Много одинаковых. Десять. Откуда он знает? Откуда? Человек, — открывается рот, но звуков нет. Но он знает, что это приказ. Откуда? И кто – он? Здание. Серое. Люди. Оружие. Он – оборудование. Он? Что – оборудование? Приказ. Чёткий, жёсткий. Выполнение необходимо. Почему? Он не знает. И снова тот же вопрос: кто он? Что он? Он — киборг. И вдруг лавиной обрушились звуки. Громкие, — они настойчиво напоминали, что мир не плоский, что он живой. Скрип двери, гудение насекомых, шум ветра, писк приборов. Чьи-то голоса. Встревоженные, озабоченные, испуганные. — Проверь параметры. — Опять? Я уже третий раз проверяю! Говорю тебе, он сдох. — Это киборг! — Да какая разница? Сердце не бьётся, дыхания нет! — А, может, опять действует этот препарат? Помнишь, тогда было так же. «Препарат. Надо запомнить!» — А ты давал? — Я-то нет. Может, шеф? Голоса — визгливые, противные, — сливаются в один непрерывный гул, и он старается различать их, записать, проанализировать. — Откуда? Он как ушёл, так не появлялся. Вот чёрт! Один в минусе. Что делать-то будем? — Что-что… писать докладную. — И придёт к нам пушистый северный зверёк… — Какой ещё зверёк, ты, кусок дерьма? — Песец, называется. И не ори на меня. Это же твой объект сдох, мой-то живёхонек. — Ну ты и скотина… — А нечего было шляться, где попало. — Ты тоже сидел вместе со мной! — И что? Я не забывал проверять своего. — Ладно. Хорошо, хоть только одного на утилизацию. И новое понятие — утилизация… Киборг смотрит на белый потолок пустыми стеклянными глазами, на внутреннем экране пробегают цифры, система выдает привычные параметры, рядом, на грани слышимости, пищат приборы. Киборг. Оборудование. — Номер пять-семь-ноль-сорок четыре, перейти в спящий режим! Медленно — одна за другой, — гаснут буквы, тают цифры, веки опускаются, дыхание размеренное, сердечный ритм замедляется. Напоследок вспыхивает надпись: спящий режим… и тает… _____________ Catharsis - Кто ты?