Причина жить

      Если бы меня спросили, почему именно он, я бы не смог ответить. Хотя было несколько причин.       Но, с успехом рухнув к ногам Снейпа, я думал об этом в последнюю очередь, захлебываясь в крике боли. Потому что Волан-де-Морт вспоминал, как убил моих родителей. Я видел, как он появился в деревне в канун Дня всех святых. Как шел по маленькой улочке, словно был частью маскарада. Как медленно вошел в дом, сначала убив безоружного отца. Как поднялся на второй этаж, взрывом открыв забаррикадированную дверь. Он вошел в детскую, где моя мама стояла, заслонив меня своим телом. Она умоляла его не трогать меня, пощадить её мальчика, взять её жизнь. Но Волан-де-Морт убил её, словно отмахнулся от надоедливой мухи, перешагнул через тело и встал напротив кроватки. Еще одна зеленая вспышка, и мир снова взорвался болью.       — Все хорошо, все хорошо, — терпеливо повторял голос, — очнись же наконец!       И я с трудом открыл глаза. Надо мной склонился Снейп, бледный и злой.       — Очнулся?       — Да, — тихо прошептал я. Даже кивнуть головой оказалось непосильной задачей.       Снейп сжал губы, я подумал, что он явно сдерживается, чтобы не начать орать.       — Ты аппарировал в мою гостиную, весь в крови. Как я потом понял, тебя укусила змея, и ее яд распространялся по всему телу. Еще несколько минут, и тебе бы ничего не помогло.       — Ммм, — я просто промычал в ответ.        Интересно, Снейп даже на смертном одре меня будет отчитывать? Вдруг что-то мокрое заскользило по лицу, я удивленно открыл глаза — он осторожно обтирал мое лицо влажным полотенцем. Я понял, что весь в поту, даже простыни и одеяло промокли, и еще я дрожал всем телом. Снейп вытащил палочку и высушил постель, но теплее не стало. Он поднес к губам чашку, я сделал пару глотков горячего бульона.       — Отдыхай, — он осторожно встал, вышел из комнаты, прикрыв дверь. ***       Первые часы были самыми тяжелыми. Поттер просто рухнул к его ногам весь в крови и пыли, но самое страшное — он громко кричал, а из глаз, не переставая, лились слезы. Стерев кровь с ноги, Снейп увидел раны от змеиных укусов, а значит, в крови яд. Времени практически не оставалось, счет шел на секунды. Никогда он не был так рад тому, что зельевар и к тому же темный маг. Даже самому себе не признался бы, что в эти минуты ему было страшно, как никогда.       В итоге, после семи часов, Поттер жив и даже очнулся. А он валился с ног, но единственная кровать — занята. Его кровать, в его доме. И он очень хотел узнать, как Поттер нашел его и попал в дом через заклинание Доверия. ***       Мне было плохо, все тело болело. Я с трудом повернулся на бок к окну. Тусклый свет слабо пробивался через темные шторы. Перед глазами стояла сцена убийства родителей. Тошнило. С трудом встав с кровати, я понял, что полностью обнажен, кроме бинтов на бедре и многострадальном плече на мне ничего не было. Посетовав на Снейпа и его манию постоянно раздевать меня, я, ковыляя, дошел до старого шкафа.       В шкафу висела пара черных рубашек, старое женское пальто и белая сорочка, которую, кажется, носили в веке эдак восемнадцатом, и все. Очень было любопытно узнать, где я? Это явно не Роуз Хилл. Этот дом был старый, не сказать, что грязный, но чувствовалось запустение. Я открыл дверь: узкий коридор, лестница и еще одна дверь. Я, пыхтя, спустился по крутой лестнице, волоча за собой ногу. На первом этаже зашел в стерильную кухню. Пить хотелось невыносимо, наполнив кружку прямо из-под крана, я жадно проглотил сырую воду. Выпив все, я открыл глаза и увидел Снейпа. На нем были одни пижамные штаны, серые от долгой носки.       — Проснулся? — спросил он, проходя в маленькую, три на три шага, кухню.       Я кивнул.       — Ты проспал почти сутки, — Снейп подошел к холодильнику и вытащил пару яиц.       Я бочком подвинулся к маленькому кухонному столику возле окна и сел на стул. Снейп разбил яйца в сковородку, а я пялился на его голую спину со шрамами. Не сказать, что он был худой, скорее жилистый — при каждом движении под кожей напрягались мышцы. Я сглотнул вязкую слюну, посмотрел на себя. Чёрная рубашка, конечно, прикрывала самое необходимое, но если поднять руки...       Какая хрень в голову лезет! Меня чуть не убили, я видел гибель своих родителей, и сейчас, мать его, я думал о спине Снейпа и о том, как я смотрелся в его рубашке!       — Ешь, — на стол передо мной поставили тарелку с яичницей, — тебе нужны силы.       — Где мы? — спросил я, пережевывая первый кусок.       — У меня дома.       Я поднял бровь.       — Мне тоже очень интересно, как ты меня нашел?       — Я просто аппарировал, Он почти схватил меня.       Есть тут же расхотелось, я отложил вилку.       — Видимо, это очень интересная история, — пробурчал Снейп, вставая из-за стола.        Он достал из шкафчика флакон с зельем, протянул мне:       — Тебе необходимо поесть, это зелье избавит тебя от тошноты. — Покрутив зелье в руке, я выпил. — Потом ты мне все расскажешь.       После зелья стало легче, желудок перестал судорожно сжиматься, и я дожевал яичницу. Снейп забрал тарелку, налил чай, я тут же обхватил кружку руками.       — Я весь внимание.       — Что вы хотите услышать?       Меня раздражал такой Снейп, властный и в тоже время такой домашний, человечный. Очень сбивало с толку, когда он вот так сидел на стуле напротив, в одних пижамных штанах и пил чай. А на руке чернел знак мрака. Впору усомниться в своем психическом состоянии.       — Поттер, — кажется, он начал злиться, — не заговаривай мне зубы. Рассказывай все как было.       — Я аппарировал в Годрикову впадину и встретил там Волди, — съехидничал я.       В кухне отчетливо скрипнули зубы.       — Я спасал твою жизнь бесчисленное количество раз, мелкий ты гаденыш, — Снейп медленно встал и подошел, навис надо мной. — И я хочу услышать нормальный ответ на заданный вопрос.       Наверное, у него в роду были горгоны, по крайней мере, он шипел не хуже тысячи разъяренных змей.       — Верните мне палочку, и больше вы меня не увидите, — я отхлебнул из кружки.       — Как только, так сразу, Поттер, — процедил он, буравя взглядом мою макушку.       Я упрямо молчал. Презрительно фыркнув, Снейп вышел из кухни.       Меньше всего я хотел, кому бы то ни было, рассказывать о своей глупости. Тем более ему. С меня хватило воспоминаний. Кажется, эта сцена будет преследовать меня всю жизнь, она будто отпечаталась в подкорке мозга. Было страшно, чудовищно страшно. Я стиснул кружку в надежде сломать ее голыми руками, но не получилось. Тогда я просто швырнул ее в стену. С глухим звоном фарфор разлетелся на большие и мелкие осколки по всей кухне, остатки чая залили плитку, кухонный стол, часть брызг попала на пол. Я смотрел, как по розовым в цветочек обоям медленно стекало темное пятно. Боль и злость, страх и ненависть бушевали в душе.        В кухню медленно зашел Снейп.       — Верните мне палочку, — тихо и с угрозой сказал я.       — А то что?       — А то я клянусь, что разнесу этот дом на куски, — я все еще сидел за столом, пока Снейп стоял в дверном проеме.       — Попробуй, любопытно на это посмотреть, — он говорил скучающе, а вся его поза была расслабленной.       Я медленно встал и с ненавистью посмотрел на него.       Почему именно этот человек бесит меня неимоверно? Одно его присутствие рядом вызывает у меня нервную дрожь, так хочется вцепиться в волосы, врезать, увидеть кровь на этом лице.       Я сделал шаг и протянул руку.       — Верни. Мои. Вещи.       Снейп усмехнулся, а потом неуловимо сделал выпад вперед, отбрасывая меня как куклу назад, прямо в стену. От удара весь воздух выбило из легких. Он сдавил горло, наваливаясь всем телом.       — Поттер, — почти промурлыкал Снейп, — видно, ты совсем последние мозги растерял, раз решил, что можешь мне указывать.       Он шептал прямо в ухо, обдавая горячим дыханием. Я брыкался, но он практически вдавил меня в стену, засовывая ногу мне между бедер. Рубашка задралась, и я голой кожей ощущал шероховатость пижамных штанов. Я попытался отодвинуть Снейпа за плечи, но он так прижимался, что между нами даже игла бы не прошла.       — Я ведь, — продолжал он, — и по-плохому могу все узнать, и тогда тебе придется очень несладко.       Я чувствовал, как его трясло всем телом. А тело его было будто из стали, и в голову полезли совсем не те мысли…       Снейп отодвинулся от меня и, заглянув в глаза, нырнул в мое сознание, не встречая никаких щитов.       — Тише, дыши, дыши, Гарри, — нежно шепчет Демиэн.       Я стою в колено-локтевой на ярких простынях, а он растягивает меня, это больно и немного стыдно. Рука Демиэна скользит по члену, отвлекая от ненужных мыслей… Он берет меня за бедра и тянет на себя, член входит туго, мне все равно больно, но это даже хорошо… Я лежу на спине, между раздвинутых ног скользит голова Демиэна, вверх-вниз, я запускаю пальцы в белые волосы, они мягкие и гладкие на ощупь…       Черные глаза напротив удивленно распахнулись, я не сразу сообразил, что Снейп только что залез мне в башку и все увидел. И самое неприятное, что у меня встал.       — Отвали, — переходя на парселтанг, прошипел я.       Какого черта Снейп себе позволяет?       Но он, кажется, просто окаменел. Я попытался снова его отодвинуть, но все тщетно.       — Ты… — начал он и замолчал.       Он во все глаза смотрел мне в лицо. Было стыдно от ситуации в целом, от того, что он все увидел, от того, что рубашка задралась, и я почти голыми ягодицами еложу по холодной стене и горячей, обжигающей через ткань, ноге. Это возбуждало.       А потом он, сжав горло сильнее, накрыл мои губы. Теперь пришла моя очередь онеметь от удивления. Это какая-то уловка? Но поцелуй оказался слишком нежный и чувственный и длился всего несколько секунд. Снейп отпустил губы и, чуть отодвинувшись, снова заглянул в лицо.       Я ничего не понял, только открыл рот, чтобы спросить, как он резко отпустил меня и вышел из кухни. Я рухнул на пол.       Другой бы тут же побежал к себе в комнату и заперся. Другой бы никогда не заговорил со старым мерзким профессором зельеварения после того, что случилось.       Другой… но не Гарри Поттер.