Причина жить

      Первое, что я почувствовал, когда пришел в себя, это боль во всем теле. Еще и очки съехали и давили прямо на висок. Рука изогнулась под неестественным углом, в рот забилась листва. Место, куда ударила Авада, болело так, словно меня ударили кастетом.       — Повелитель. Мой повелитель… — Я услышал тревожный шепот.       Над всей поляной стояло подозрительное смятение, не было слышно криков торжества. Неужели он почувствовал?       Я едва приоткрыл глаза (волосы удачно упали на лицо), Белла помогала подняться Волан-де-Морту с земли.       — Мой повелитель.       — Довольно! — резко сказал он, отталкивая ее руки.       Значит, так и есть, его тоже задело.       — Я не нуждаюсь в помощи! Проверь, мертв ли мальчишка.       Ох… В третий раз мне точно не выжить после Авады. Я усиленно думал, как поступить: встать и драться. Меня размажут раньше, чем я голову подниму. Но, как ни странно, никто не решался ко мне подойти, все словно застыли. Я видел, как они переглядывались друг с другом. Все были напуганы.       — Белла! — крикнул Лорд.       — Сейчас, — она сделала несколько шагов ко мне и направила палочку.       Твою же налево! Думай, Поттер!!!       — Круцио! — ее звонкий голос разнесся над поляной.       Я не был к этому готов… Меня подбросило в воздух, как от левитационных чар, и отшвырнуло назад. Боли не было, хоть я и закусил губу на всякий случай. Потом она запустила еще одно заклинание. И еще. Я ничего не чувствовал. Я был тряпичной куклой, которую швыряло туда-сюда.       — Гарри Поттер мертв! — взревел Волан-де-Морт. — Мальчик, который выжил, пал от моей руки! Теперь меня никто не остановит!       Все закричали, захлопали в ладоши, даже великаны загорланили. А у меня в голове крутились мысли о том, как убить Нагайну. Темный Лорд только что снял с нее защитный купол.       — А теперь, — сказал Волан-де-Морт. — А теперь, мы отправимся в замок и продемонстрируем, что осталось от их героя.       Я не совсем понимал, что происходит. Земля подо мной задрожала, раздался взрыв хохота.       — Подними его. Он будет неплохо смотреться в твоих руках.       Я почувствовал, как кто-то очень осторожно поднял меня. Несколько капель воды упали мне на лицо, я чуть приоткрыл глаза. Хагрид беззвучно плакал. Мне было больно на это смотреть, но я не мог дать ему понять, что со мной все хорошо.       Шоу должно продолжаться.       — Вперед! — скомандовал Волан-де-Морт.       Мы шли через лес, Хагрид нес меня на руках. Меня радовало, что я больше не слышу шума битвы. Значит, он все-таки отозвал всех, чтобы торжественно явить миру мой труп. Есть передышка. Думай! Я отдал ему палочку, оружия у меня нет. Хотя есть. На моей груди в мешочке Хагрида все еще лежит моя палочка. Но толку-то от нее против Бузинной.       Я почувствовал дуновение ветерка, значит, мы вышли из леса.       — Гарри Поттер мертв!!! — усиленный магией голос Волан-де-Морта разнесся над всей долиной. — Он был убит при попытке к бегству. Он пытался спасти свою жизнь, пока вы гибли за него. Мы принесли вам его тело, чтобы вы убедились. Сдавайтесь. Или вам не пережить этой ночи. Выходите из замка и преклоните колени. Я могу быть милостив и пощажу даже предателей.       Из замка не донеслось ни звука. Мне было страшно за него. Хоть бы он был жив и невредим.       — За мной.       Мы шли недолго. Я усиленно пытался уловить хоть какой-то звук, но было тихо. Под ногами хрустели зажаренные пауки и мертвые тела инфери.       — Положи его! — приказал властный голос Волан-де-Морта, Харгид осторожно положил меня на землю. — Любуйтесь на вашего героя. Гарри Поттер мертв!!!       Его радостный смех пронесся в предрассветных сумерках. Я слышал шум, шорох, шуршание. Все выходили из замка, становились шеренгой напротив Пожирателей.       — НЕТ! — раздался страшный женский крик, ему вторил смех.       Я приоткрыл глаза и увидел, как Люциус и Каин переводили взгляд с меня на Снейпа, а потом обратно. Кажется, они начинали понимать, что только что произошло.       Снейп стоял бледный, как призрак. Я видел, как ему больно, какая мука для него смотреть на меня. Он ведь думал, что я мертв.       Ропот поднялся среди защитников замка, они тоже не могли понять, как так получилось. Они не знали, что я был последним крестражем. И я должен был умереть.       — Молчать! — взревел Волан-де-Морт, мелькнула яркая вспышка, я почувствовал, как на мою спину поставили ногу. — Гарри Поттер мертв! Видите! Он у меня под ногами, где ему самое место! Это всего лишь мальчишка, стоит ли так рисковать своею жизнью ради него?!       Лицо Снейпа вдруг изменилось, в следующую секунду он запустил в Волан-де-Морта проклятье.       И тут началось.       Заклятия полетели во все стороны. Что-то взорвалось, кто-то кричал. Я понимал, что меня тут скоро затопчут, никто на меня уже не смотрел. Я, не таясь, открыл глаза и увидел, как яростно все вступили в бой. Со стороны леса раздался звук рога. Из него выбежали кентавры, в руках у каждого был лук. Стрелы засвистели, как пули. Из-за угла показался Грохх с воплем: «Хагги!», он бросился на великанов Волан-де-Морта. Из замка послышалось ржание лошадей, секунду спустя кавалерия призраков без головы вылетела сквозь разбитые стены и бросилась в атаку.       Я с трудом сел на землю, в этом хаосе никто не обращал на мое чудесное воскрешение никакого внимания. Я увидел, как Невилл и Драко сражались с Нагайной. Она обвивала кольцами тело Малфоя, сжимая его в своих смертельных объятьях. Невилл атаковал ее заклинаниями, но кожа змеи была очень прочная, Драко уже задыхался. Тогда Невилл накинулся на нее, целясь палочкой в глаза. Змея зашипела от боли, расслабляя кольца, и Драко наконец смог выбраться. Задыхаясь, он просто послал в нее столб пламени, который приняв облик дракона, поглотил змею целиком. Нагайна забилась в судорогах и сгорела, не оставив после себя ничего.       Я поднялся.       Где Снейп?       Вспышки заклинаний, стрелы, камни — все летело в разные стороны. Не возможно было понять, кто с кем дрался. Своими ногами великаны ломали камни, топтали инфери, пауков и егерей. Грохх сильным ударом сбил одного великана и повалил его на землю. Драконы жгли инфери, отгоняли Дементоров. Огонь опять охватил всю площадь двора, в этом огне горели волки, которые отбивались от фестралов. Скелетоподобные лошади били копытами и крыльями оборотней, а те вгрызались им в позвоночник, лилась черная кровь. Яростно шипели домовики, атакуя всех подряд.       Земля гудела от магии.       — Гарри! — крик Хагрида потонул в шуме бойни. Кажется, он был единственным, кто увидел, как я воскрес.       Мощный взрыв прозвучал со стороны стадиона. Волна магии сбила всех с ног. Деревянные перекрытия загорелись синим пламенем. Прогремел еще один взрыв, и трибуны разлетелись в щепки, небо над стадионом полыхнуло от молний.       Я бросился туда, без разбору расталкивая всех на пути.       Снейп сражался с Волан-де-Мортом, сила, исходившая от них, потрясала. Воздух буквально вибрировал от их магии. Они не переставая сыпали друг в друга заклинания. Снейп с упорством самоубийцы шел прямо на Темного Лорда, не замечая, как рядом с его телом проносились зеленые вспышки. Мне кажется, именно в этот момент моя жизнь стала на десяток лет короче. Волосы дыбом встали от страха за него.       Вокруг образовалось пространство, никто не мог стоять к ним близко. Я с ужасом видел, как Снейп проигрывал. Силы были неравны, хоть и зельевара и подпитывала злость, но было видно, что он устал и ранен — ночь войны давала о себе знать. Я чувствовал, с каким надрывом давались ему заклинания.       Нужно что-то сделать, хоть броситься между ними!       То ли стон, то ли всхлип разнесся по полю — Снейп упал на колени. Заклинание все же его настигло. Оно рассекло ему кожу на груди, крест-накрест. Он схватился за рану, из которой пульсирующим потоком лилась кровь.       Мерлин!       Я было бросился к ним, как мне на голову что-то упало. В небе сверкнула красно-огненная вспышка. Я посмотрел на землю, передо мной валялась потрепанная коричневая шляпа. Первое мгновение я никак не мог понять, а потом вспомнил второй курс. Я поднял Распределяющую шляпу и вынул из нее острый длинный меч Гриффиндора.       — Ты жалок, Снейп, — с превосходством сказал Темный Лорд.       Из раны Снейпа хлестала кровь, щеку пересекал глубокий порез, но глаза горели ненавистью и яростью. Он что-то задумал, его губы растянулись в пугающей усмешке. И страшное понимание озарило меня — он решил утащить Волан-де-Морта за собой.       — Умри, Авада… — договорить Темный Лорд не успел, лезвие меча, словно нож масло, отрезало руку. Крови не было совсем. Обрубок кисти с зажатой бузиной палочкой упал на землю.       Волан-де-Морт вскрикнул от боли, отступая назад, но я не дал ему далеко уйти. Шагнул вперед, целясь прямо в самое сердце, клинок прошел насквозь. Крик замер. Я смотрел в красные, удивлено раскрытые глаза Лорда, и видел, как из них уходили последние крупицы жизни и души. Тело начало скукоживаться, как пустая оболочка, и рассыпаться прахом. Вот и все… В моих ушах звенела тишина.       Я обернулся, Снейп уже встал и неверящими глазами смотрел на меня. Я бросился к нему и обнял.       — Я жив, все хорошо, — тихо прошептал я. — Ты, что такое задумал? Я же просил тебя не умирать!       Никогда мое сердце так не билось, а руки так не дрожали. Я вернулся только ради него. Если бы он умер у меня на глазах, то я бы не пережил. Пошел бы и сбросился с башни Астрономии. На черта мне такая жизнь.       Снейп не шевелился, а потом медленно поднял руки и сжал меня в таком крепком объятии, что я подумал, что он решил закончить начатое Волан-де-Мортом.       — Все хорошо, хорошо, — повторял я.       Дикий крик сотряс поле боя. Я не понял, что случилось, но Снейп вдруг резко повернулся, защищая меня собой. И тогда из-за его плеча я увидел, как Белла с безумным выражением лица послала в нас зеленый луч.       Не успеть…       Я только сильнее сжал объятья, зарываясь носом в длинные черные волосы, вдыхая такой родной аромат. Авада, не долетая нескольких сантиметров до спины Снейпа, рассыпалась искрами.       — Ты не умрешь, — сказал я. — Я умер за тебя и воскрес. Ты не умрешь.       Снейп поднял на меня свои невозможные глаза. Ну как тут устоять? Я просто поцеловал его у всех на глазах, а он с жаром мне ответил.       Секундой позже Беллатриса упала замертво от заклинания Люциуса.       — Тебе нужна помощь, — затараторил я, отрываясь от губ Снейпа, — твоя рана!       — Я в порядке, это мелочи, — он никак не мог меня отпустить. Все смотрел в лицо.       — Северус, — к нам подошел Люциус, — покажись.       Мне пришлось чуть ли не силой отрывать Снейпа от себя и подтолкнуть его к Малфою.       — Ужасна твоя Сектумсемпра, — сварливо сказал Люциус, качая головой. Он поколдовал над раной, кровь, по крайней мере, перестала хлестать как из фонтана, да и сама рана немного затянулась.       — Пойдем, присядешь, — я повел Снейпа к разбитому камню. Он выглядел так, словно сам только что воскрес — все тело было изранено. Одежда, пропитанная кровью, разорванными клочьями висела на худом теле.       — Мне нужно отойти — посмотреть, как там все, — прошептал я, убирая с лица прядь волос.       Он вдруг схватил меня за руку, притягивая к себе, и коснулся лбом моего лба. Наши глаза были в паре сантиметров друг от друга. Он молчал. Только смотрел.       — Подожди меня. Я сейчас, — шепнул я и легонько поцеловал в бескровные губы.       Я подошел к тому, что осталось от самого темного волшебника в истории магии. Серый пепел постепенно сдувал ветер. Я поднял Бузинную палочку, она знакомо легла мне в руки так, словно я и не отдавал ее ему, так, словно она и не приняла своего нового хозяина. Я поднял голову и увидел ее. Она стояла над распростертым на земле телом. Белые, ниспадающие на спину волосы в сумерках сияли серебром. Нарцисса сама выглядела как призрак. Она присела рядом с телом женщины, протянула руку и провела по лицу пальцами, закрывая глаза.       — Я убил ее, — к ней подошел Люциус.       — Она была моей сестрой.       Он протянул ей руку, Нарцисса, недолго думая, приняла ее и встала. Они обнялись.       Все-таки тяжело вот так терять близкого человека, хоть и врага.       Я прошел во двор. Пожирателей и егерей, которые не успели убежать после убийства Лорда, Каин и Кингсли согнали и заключили в магическую клетку.       — Гарри! — ко мне подбежал Демиэн. Его шикарные волосы местами обгорели и теперь торчали в разные стороны. — Ты жив! Все в порядке?       — Угу, — кивнул я, — ты не ранен?       — Нет, — он покачал головой, а потом крепко обнял меня.       Мерлин… у меня и так все болит.       — Ой, прости, — Демиэн смущенно отодвинулся. — Я об этом не подумал. Гарри, оно ушло, его больше нет. Ты свободен.       — Ты чувствовал?       Демиэн кивнул.       — Я не знал, что это, но… Теперь я понял.       — Да уж. — Подошел Каин. — Как все-таки я удачно решил приехать.       Он наклонил голову и с улыбкой посмотрел на меня.       — Из тебя бы получился неплохой Темный Лорд. Ты можешь зажигать сердца, Гарри.       — Мне это не надо, — покачал я головой.       — ГАРРИ! — взревел Хагрид.       Вот теперь я испугался за целостность своего скелета — он так сжал меня в своих объятьях-тисках, что я на секунду потерял сознание.       — Хагрид! — тревожно сказал Кингсли. — Ты его сейчас убьешь.       — Гарри, — плакал Хагрид, отпуская меня, — это было ужасно. Он заставил меня, если бы я знал.       Я почувствовал себя последней свиньей.       — Прости меня, Хагрид, я не мог себя выдать, — я погладил великана по руке, выше я не доставал.       — Я видел, как он убил тебя, — всхлипнул он, крупные капли слез катились по его лицу, а я хотел провалиться на месте. — Зеленая вспышка — и ты упал. И я ничего не мог сделать. Это было ужасно.       — Хагрид. — Теперь я уже обнимал его. — Все в порядке. Обещаю тебе, такого больше не повторится.       Я отошел от них, вытирая слезы. Чуть поодаль я увидел, как кто-то гладил фестралов.       — Луна, — тихо позвал я.        Наверно, если бы не ее манера тянуться ко всему странному, я бы ее не узнал. Даже белые волосы невозможно было разглядеть под черной сажей и пылью.       — Ты справился, — она повернулась ко мне и улыбнулась.       — Едва ли…       — Они съедят мясо инфери, для них это деликатес.       Я только сейчас обратил внимание, что скелетоподобные лошади что-то жевали. Оглянулся и увидел, что колония фестралов разошлась по полю боя и подъедала мертвую плоть.       — Ничего не пропадет, — сказала она.       Я только кивнул.       Ужас…       Ко мне подошел большой серый волк. Морда вся в крови, бок разорван.       — Ну, вы даете, профессор, — я улыбнулся, сел на корточки и потрепал оборотня по голове. Он принялся вылизывать мое лицо, из его пасти воняло сырым мясом. Волк тяжело вздохнул, совсем как человек. Наверное, о нем позаботился Снейп — заранее дал ему волчье зелье. Я посмотрел на восток, небо светлело, скоро наступит новый день. Мы пережили эту ночь.       Тело зверя под моими руками задрожало. Трансформация в человека была менее болезненна, чем в зверя. Секунду спустя передо мной сидел голый Люпин.       — Гарри, — хрипло сказал он.       — Я рад, что с вами все в порядке. Но в следующий раз так не делайте, — тут же отчитал я его.       — Гарри. — Люпин взял меня за руки. — Ты жив!       — Да, — кивнул я. — Я выбрал жизнь.       — Вам не холодно? — раздался голос Луны.       И Люпин покраснел. Я хрюкнул, до чего непосредственный она человек. Трансфигурировав из своей толстовки плащ, я подал его профессору.       — Мне очень неудобно, мисс Лавгуд. Прошу прощения.       — Ничего страшного, — покачала головой Луна и продолжила дальше гладить фестрала.       — Гарри, Джеймс тобой бы гордился, — мягко улыбнулся он.       — Я знаю, — кивнул я, — я знаю.       — НЕТ! ФРЕД! — раздался страшный крик.       Я бросился к замку, среди развалин и обломков я увидел Джорджа, на его коленях лежал Фред, их окружали Чарли, Билл и Перси. Я подбежал к ним, а потом резко остановился в ужасе. Левая сторона тела Фреда была словно перемолота, белые сломанные ребра торчали из тела, рука выглядела так, будто ее пожевали.       — Фред, держись! — Из глаз Джорджа лились слезы, он гладил бледное лицо брата. — Помощь скоро придет.       — Прости, прости, — шептал Фред, из его рта с булькающими звуками текла кровь.       Я упал рядом с ними на колени. Нет! Нет-нет-нет! Я видел, как гасли глаза Фреда, как жизнь медленно уходила из них. НЕТ!       — Больше никто из вас не умрет! — решительно сказал я и направил палочку на него. Я сосредоточил всю свою магию и пожелал, чтобы все зажило. Глаза Фреда широко распахнулись, что-то в его теле хрустнуло, ребра начали вправляться, а рука восстанавливаться, ткани и кожа зарастать. Через пару секунд от его раны не осталось и следа.       У меня с висков крупными каплями стекал пот, руки дрожали от слабости, тошнило.       — Фред! — воскликнул Джордж и кинулся к брату на шею. Они расплакались, сжимая друг друга в объятьях.       — Ты только ухо ему не залечивай, ему и так хорошо. — сквозь слезы смеялся Фред.       — Простите меня, — прошептал я.       — За что? — Билл осторожно потрепал меня за плечо.       — Я видел их там, за гранью, — тихо сказал я, все замолчали, — с ними все в порядке. Они счастливы.       — Конечно, они счастливы. Иначе быть не может, — сказал Чарли.        У меня защипало в глазах, я почти рывком поднялся и тут же чуть не упал. Пошатываясь, я отошел от них, сел на камень. Солнце вставало, окрашивая небо в золото.       — Сколько погибло?       — Я не считал, — ответил Невилл. Его правую сторону лица рассекал страшный шрам ото лба до щеки, вместо глаза зияла черная кровавая дыра.       — Сколько выжило?       — Макгонагалл, хотя ее сильно укусили оборотни, но она анимаг, это спасет ее от заражения. Кэти и Алисию задело осколками камней. Крам сражался с инфери, они его чуть не разорвали, но драконы спасли. Дин, Терри, Парвати выжили, остальные нет. Флитвик и Трелони, единственные, кто не сильно пострадал. Ты бы видел, как Трелони кидала свои стеклянные шары в Пожирателей.       Я просто кивнул — я ничего не мог ему ответить. Невилл постоял рядом со мной еще несколько минут, а потом ушел.       — Ты еще жив? Или твою голову прибить к остальным на лестнице? — спросил я.       Никогда до этого момента я не слышал, как смеется домовик. Это было похоже на кваканье больной ангиной лягушки.       — Кха-кха-кха… рано еще, — сказал Кикимер, поднимаясь с пыльной земли.       Одно ухо у него висело порванным куском мяса, грязная наволочка, что прикрывала худое тело, едва держалась на плече. Руки блестели по локти от черной и красной крови.       — Пойдешь служить к Малфоям. Дом на Гриммо тоже пусть отходит им, мне он не нужен.       — Гарри Поттер — странный волшебник, — сказал он, внимательно смотря на меня.       — Гарри Поттер — самый удивительный волшебник на свете! — восторженно сказал Добби, ковыляя к нам.       Его мордашка была вымазана в черной крови, левая рука висела обожженной плетью.       — Твои раны, Добби, — я уже вынимал палочку, чтобы вылечить его.       — Все в порядке, это мелочи, — сказал он, качая головой. — Домовики очень выносливые, все быстро заживет. Не волнуйтесь, Гарри Поттер, друг.       Я был рад, что с ним все хорошо.       Я посмотрел на замок. От парадного входа остались только камни, в стене справа зияла огромная дыра, Большой зал выгорел в огне. Сам Хогвартс чернел от копоти, во всем замке не осталось ни одного целого окна. Гриффиндорская, Когтевранкая и Астрономическая башни стояли разрушенными. А через несколько дней первое сентября.       — Поможете мне?       Домовики кивнули.       Я встал — наверное, это будет мое последнее волшебство — и взмахнул палочкой. Это было похоже на то, как время обратилось вспять. Каменные стены собирались по кирпичам, стекла в окнах со звоном восстанавливались, на глазах строились заново башни. Рядом со мной встали домовики, я чувствовал идущую от них магию. Они возрождали из пепла свой дом, которому обязаны служить и беречь. Сквозь окна я видел, как заново плелись сожженные гобелены факультетов.       Когда последний камень встал на место, я опустил палочку. Передо мной стоял полностью восстановленный замок.       От слабости я упал на колени, а потом на землю — силы покидали меня.       — Гарри Поттер! — обеспокоено крикнул Добби.       — Великий Мерлин!       — Святые Яйца!       — Невероятно!       Все вокруг восклицали.       Кто-то подбежал ко мне, перевернул на спину, осторожно приподнял, поддерживая под голову.       — Гарри! — лицо Демиэна было бледным от испуга, — Гарри, ты как?       — Нормально, но очень устал. ***       Через два часа после прибытия работников Министерства, после всех споров, ругани, шока, обвинений, я сидел выжатый как лимон на поваленном дереве и смотрел на лес. В его чаще мне мерещились серебряные силуэты, всех кто умер: Анжелина, Симус, Лаванда, Чоу, Эрни, Терри, Корнер, профессор Стебель, профессор Вектор.       Я чувствовал себя разбитым, мне некуда было идти, но и остаться я не мог.       Кто-то подошел.       — Черт, как я замучился, — пожаловался Драко, вытирая рубашкой абсолютно черное от пыли лицо. — Достали со своими тупыми вопросами.       — Гарри, — обратился ко мне Невилл, — что все-таки произошло? Там.       — Я умер. Он убил меня, так было необходимо, потому что во мне была его частичка души. Я был крестражем. Но я решил не уходить и вернулся. На самом деле, я и сам до конца не понимаю, — ответил я.       — Снейп как-то сказал, что есть еще один крестраж, седьмой. Но он попросил не беспокоится об этом.       — Снейп… — прошептал я. — Да. Он все знал. Вы, кстати, его не видели? Он уже несколько часов мне не попадался на глаза.       — Нет, — покачал головой Драко. — Я не видел его с тех пор, как ты восстановил замок.