Часть 4
5 июля 2017 г., 02:32
Сквозь сон Иван почувствовал, как бесцеремонно скинули его руку, как перестала проминаться под Гилом кровать, но окончательно проснулся он только от шума воды. Ещё не сразу поняв, что происходит, он перевернулся на другой бок и наткнулся взглядом на суровое лицо Людвига.
— Ой! — Иван картинно вздрогнул и улыбнулся. — Чего такой злой? Я храпел?
— Ты приставал к моему брату. Кажется, договаривались только о крови? — произнёс Людвиг, хмурясь.
— Это всего лишь обнимашки. Да и если бы я всерьёз захотел что-то такое вытворить, мне не помешал бы и спящий с нами в одной кровати ты, — Иван улыбнулся шире, считав всё, что хотел высказать Людвиг. — Можешь быть уверен, я не последняя мразь, потому что ни одну из своих выдумок, честно говоря, довольно ублюдских, я реализовывать не собираюсь. При соблюдении вами двумя условий нашего договора. Вот наказать могу, это да…
Выдумок у Ивана было множество, все разной степени ублюдочности, однако чужие страдания не слишком его забавляли. Правда, от Яо он перенял некоторый садизм, но если и проявлять его, то с теми, кто это заслужил. Гилберта хотелось максимум троллить, как и его младшего брата. Сейчас Иван потрепал Людвига по волосам и откинулся на подушки, подумав вслух:
— Проследить за ним, что ли, как уйдёт?
Закончив с водными процедурами, Гил оделся и вышел в коридор к большому зеркалу, чтоб лучше рассмотреть себя. Штаны были слишком длинными и широкими для него, поэтому их пришлось подогнуть. Кофта тоже была велика на несколько размеров. Закатав рукава до локтя, он закрепил их на пуговицы. Оттянул ворот и цокнул. Даже если вернуть его в исходное положение, оба укуса были заметны, а париться летом в шарфе как-то не хотелось, но выбора не было.
Гил зашел в комнату и, увидев, что Иван уже не спит, попросил:
— Дай шарф, — он не знал, что брат проснулся, поэтому говорил шепотом.
Иван лениво потянулся и встал с постели.
— Хорошо. Возьми мой, — Он взял повешенный на стул шарф, подошёл к Гилу и аккуратно укутал его шею.
Иван скосил глаза и увидел, что его раны от стычек с Гилом практически затянулись.
— Да, я, пожалуй, обойдусь без него. Ты очень мило выглядишь в моей одежде, — он поправил воротник Гилберта и застегнул на последнюю пуговицу. Говорил Иван в полный голос, так что можно было догадаться, что Людвиг проснулся.
— Да иди ты… — Гилберт отошел назад и посмотрел за спину вампира. Заметив проснувшегося брата, он махнул ему рукой. — Доброе утро. На тебя готовить завтрак?
Он специально делал вид, что не замечает Ивана.
— Нет, спасибо, — Людвиг покачал головой. — Я не хочу есть.
Иван многозначительно хмыкнул, но ничего не сказал и ушёл в душ.
Проводив его взглядом и дождавшись, пока захлопнется дверь ванной, Людвиг сел в постели и повернулся к брату. В его глазах плескался искренний ужас.
— Гил, — хрипло произнёс он, теряя остатки самообладания, — я перестаю быть человеком. Когда он ушёл, мне захотелось броситься на тебя, помешала только боль в мышцах. Я становлюсь тварью, Гил…
— Не говори глупостей, Людвиг. Ты никогда ей не станешь, ты меня понял? Это пройдет со временем, — Гил присел рядом с братом и обнял его за плечи. — Что бы ты ни сделал, я все равно останусь с тобой.
Людвиг дёрнулся, как от удара током.
— Прошу, не подходи… Я ведь… Я ведь почти себя не контролирую! — он зажмурился, чтобы не искушать себя видом человека так близко, но запах всё равно проникал в ноздри. Всё его тело напряглось, Людвиг вздохнул от боли в перестраивающемся теле.
— Людвиг, все хорошо, — Гил успокаивающе провел по спине брата и, потрепав его волосы, встал с кровати.
— Я на кухне, если что, — Байльшмидт вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Иван вышел из душа в самом благостном расположении духа. Он решил действительно проследить за Гилом. Нет, охотники особенно ему не докучали, в конце концов, они помогали контролировать его аппетит — высосать досуха человека, когда тебя преследуют вооруженные и разозлённые люди (они всегда злились, если кого-то кусали) банально не хватает времени. Ивану хотелось просто удовлетворить любопытство — сегодня, в выходной, ему было нечего делать.
— Людвиг, — протянул он, идя к комнате в одном полотенце, — завтрак.
Людвиг схватился за голову.
— Я больше не буду… Пить твою кровь! Это отвратительно! Я… — он старался не смотреть на Ивана.
«Упрямец. Твой брат плохо на тебя влияет. Если ты умрёшь от голода, он тоже вряд ли будет счастлив. Прекрати так себя вести, — Иван на секунду задумался, — а то отшлёпаю».
Людвиг забыл все ругательства от такой неожиданной угрозы.
«Рука у меня тяжёлая, так и знай», — Иван сел рядом с Людвигом на кровать.
— Ну вот, — обронил он, когда обращённый поддался, — почему каждый приём пищи с тобой сопровождается такими мучениями? Как маленький… Ай!
Людвиг укусил его снова, уже чтобы заткнуть. Мысли его состояли из сплошных непечатных слов.
Тем времени с кухни послышалось шкворчание масла на сковородке. Гил не придумал ничего лучше, кроме как приготовить яичницу, ведь времени на еду оставалось не так уж и много. Пока та жарилась, он еще раз обыскал шкафы и, найдя небольшой контейнер, положил в него вымытую хурму. Выложив завтрак на тарелку, он, налив себе попить, уселся за стол, достав телефон. Как он и думал, там было более тридцати сообщений от Тони и Франциска. Быстро перекусив, он сунул телефон и контейнер в сумку и пошел обуваться, но по пути заглянул в комнату, стараясь не обращать внимания на происходившее там.
— Буду поздно, — исчезнув так же быстро, как и появившись, Байльшмидт обулся и, крикнув: «Заприте дверь!», ушел на работу.
Иван проводил его ответным криком «Удачи!». Когда Людвиг наелся, Иван быстро оделся в уличное.
— Куда ты?
— Ой, ты ещё не уснул? — обернулся Иван в дверях. — Тебя должно сейчас вырубить. На этой стадии вы похожи на пиявок.
Людвиг облизнул пересохшие губы. Сравнение с пиявкой он проигнорировал, хотя Иван был в чём-то прав.
— Куда ты собрался? — повторил он. — Скоро вернёшься?
— Погуляю и вернусь. Купить тебе что-нибудь? — Иван сунул в карман кошелёк и телефон. — Мой номер прикреплён магнитом к холодильнику.
— Нет, спасибо. У нас уже кончились продукты? — Людвигу стоило больших усилий совладать с заплетающимся языком.
— Думаю, Гилберт захочет разнообразить свой рацион. Да и шоколадку что-то захотелось. Звони, если что, — Иван ушёл, не прощаясь.
Заперев дверь и сунув ключи под коврик, он поднялся на крышу, закрыл глаза и принюхался.
— «Куда же ты пошёл, Гилберт?»
Уловив знакомый запах, Иван в несколько прыжков догнал Гила.
Гилберт шел по пустой улице в сторону метро, уткнувшись в телефон и ничего не замечая вокруг, из-за чего ему пришлось бежать обратно, когда он пропустил вход. Порывшись в карманах, он достал карточку, приложил к турникету; ему даже удалось быстро добраться вниз и успеть забежать в вагон.
Едва успев спрятаться, когда тот развернулся, Иван последовал за ним в метро, зайдя во вторую дверь того же вагона и оказавшись отделённым от Гила полной женщиной. Видеть «цель» ему не требовалось — нос заменил глаза. Отставая от Гилберта шагов на двадцать, Иван отлично видел его и успевал исчезать из поля его зрения, когда это было необходимо.
Гилберт же тем временем нашёл свободное место и тяжело на него свалился, откинул голову назад и прикрыл глаза, с трудом борясь со сном.
Он чудом проснулся на своей станции и побежал к выходу, параллельно придумывая отмазку, какого же чёрта он одет не в свою одежду.
«О, так вот, как их база выглядит…» — отметил Иван. Внутрь, естественно, войти он не смог бы, поэтому, окинув всё здание взглядом, он отправился домой, по пути зайдя в супермаркет. Погода была хорошая, по меркам вампира: серые облака равномерно затянули небо, капал мелкий дождик. Иван даже снял перчатки и тёмные очки.
Забежав в невысокое приземистое здание, Гил начал спускаться по лестнице, на ходу здороваясь с охраной. Табличка «не работает», висевшая на дверях лифта, испортила охотнику настроение окончательно. Проклиная всех и вся на своем пути, Байльшмидт отправился к себе в кабинет на минус шестой этаж. Рядом с дверью его поджидали недовольные чем-то Франциск и Антонио. Махнув им рукой, он подошел ближе.
— И где же тебя носило? Мы вчера весь город обшастали, а тебя все нигде не было. Телефон не берешь, на сообщения не отвечаешь, — Франциск тараторил быстро, не давая Гилу и слова вставить. И стоило французу замолчать, как он ответил:
— Да все в порядке, не стоило так волноваться. Людвиг просто приболел, так что я вчера остался дома. А телефон сломался, вот только недавно заработал. Че уж вы меня раньше времени хороните? — Гил усмехнулся.
— А что мы должны были еще думать, — выдохнув, Тони, почесав затылок, улыбнулся.
— Хорошо, что ты в порядке. Но больше старайся так резко не пропадать.
— Ладно-ладно, — Гил хотел уже зайти в кабинет.
Забежав к себе, он быстро захлопнул дверь и, подойдя к столу, плюхнулся в любимое кожаное кресло, потягиваясь. Это кресло было одним из немногих предметов, что нравились Гилу в его тесноватом и не пахнущем уютом кабинете. Оно было огромным, мягким и удобным, а ещё давало возможность почувствовать себя боссом. Настоящим-то боссом у них был жутковатого вида швед, взгляд которого мог моментально пролечить запор даже ему, Великому Гилберту. Но сидя в своём любимом кресле Гил с удовольствием представлял толпу народа на побегушках. Полностью погрузиться в почёсывающие его самооценку фантазии мешала херова гора документов, требующих его пристального внимания. Из-за не слишком высокого потолка куча казалась ещё грознее и неприступнее. Большой стол был завален листками и листочками, отчётами и договорами, справками и запросами, фотографиями и одной Фортуне ведомо, чем ещё. Помолившись этой стервозной бабенции, Гилберт с тяжёлым сердцем взял первый доклад от — он посмотрел на неразборчивую подпись — Тони, недавно завершившего миссию соло.
Спустя час Гил все так же пытался разгрести бумаги, стараясь понять, почему их столько скопилось за один день, откуда его подчиненные их продолжают тащить, а также из-за чего все, кто заходил к нему, округляли глаза, невежливо распахивали рты, выразительно поднимали брови или, по крайней мере, очень косо смотрели.
Ладно, на последнее он ответ знал. Чужая одежда.
Отодвинувшись от стола, немец потянулся и, поднявшись со своего места, вышел из кабинета, чуть не сбив какого-то новичка.
В буфете, как он и думал, было много народу, поэтому он едва успел выхватить себе хотя б порцию салата. Поставив рядом контейнер с одинокой, как он сам, хурмой, он, достав телефон, набрал брату.
С пакетом покупок Иван вернулся в квартиру. Людвиг не спал — он стоял у окна и размышлял о чём-то.
— Долго ты, при твоей обычной скорости, — сказал он, едва Иван появился в комнате.
— Днём я по крышам не скачу, — парировал Иван. — Ходил далеко, такой шоколад только в одном магазине продаётся. Разбери пакет, будь другом.
— Не помню, когда мы успели подружиться, — Людвиг исполнил просьбу. Вместе с кучей разной еды, которую можно было найти в любом магазине, он достал из пакета несколько фирменных дорогих шоколадок «Цвингли». Несмотря на доказательство правдивости слов Ивана, Людвиг почувствовал какое-то недоверие, хотя объяснить этого не смог даже себе.
Людвиг взял у Ивана книгу и пытался вникнуть в её суть, чтобы отвлечься от ноющего тела, когда зазвонил мобильник. Подскочив на месте и выругавшись, Людвиг взял трубку.
— Гил? — тихо спросил он, смаргивая выступившие от резкого движения слёзы.
— Как хоть ты там? — обеспокоенно спросил Гил, пытаясь открыть контейнер.
— Все хорошо?
— Да нормально, — хоть Людвиг старался говорить как можно убедительней, хоть его голос дрожал.
— Но я же слышу, что нет, — уже строже сказал Гилберт.
— Это пройдет через какое-то время, так что не беспокойся.
Байльшмидт тяжело вздохнул.
— Ладно, держись там… Я вернусь поздно ночью, так что ждать не надо.
Людвиг лишь тихо угукнул.
— Будь осторожен, — сглотнув и прикрыв рот рукой, проговорил Людвиг. — Он уходил сразу после тебя, но быстро вернулся. Он мог следить…
— Людвиг, шоколадку будешь? — с самой милой улыбкой в комнату вошёл Иван. Он протянул распечатанную плитку обращённому. — С кем общаешься?
— Удачи с работой. Жаль, не смогу тебе помочь, — быстро сориентировался Людвиг, жестом отказавшись от угощения. — Много там?
Сколько бы он отдал за мысленную связь с братом, а не с вампиром!
Гил удивленно посмотрел на телефон, но потом догадался, что произошло, и, сжав гаджет в руке, тихо выругался. Сунув телефон обратно в карман, он быстро доел и, убрав все за собой, ушел обратно в кабинет. Надо было побыстрее расправиться с работой и возвращаться домой к Людвигу.
Да и то, что тот сказал…
«Возможно, он следил за мной. Что очень плохо, так как он мог узнать местонахождение нашего штаба…»
— Черт, — уже вслух добавил он, сжав кулаки.
Кое-как ему удалось отвертеться от приставших по пути новых охотников, которые сразу же принялись приставать с вопросами о заданиях и вообще жизни охотников; и вот он стоит у своего кабинета.
Нащупав на стене выключатель, Гил нажал на него, но свет не включился.
— Ну охренеть теперь! — Гил полез в карман за телефоном, так как освещения из коридора не хватало, чтоб дойти до кресла.
Включив на нем фонарик, Гилберт дошел до стола, вытащил из завалов и включил небольшую лампу. Благо, что хотя б она работала. Закрыв дверь, он вернулся на свое место, расплывшись в кресле и уткнувшись взглядом в потолок. Хоть Гил и не хотел себе в этом признаваться, но где-то в глубине души понимал, как же его достала собственная работа. Ещё из-за постоянного нахождения в кошмарном освещении глаза ужасно болели, да и зрение само как-то понемногу ухудшалось, что даже для пришлось купить очки по настоянию врача. М-да…
Жаловаться можно было до бесконечности, но работа есть работа, её надо выполнять.
А у двери кабинета Гилберта стоял и не решался войти один из новобранцев — итальянец Феличиано Варгас. Он должен был сегодня отправиться вместе с Людвигом и ещё двумя охотниками в качестве координатора к очередному зарвавшемуся «дракуле». На счету этого вампира было уже около шести жертв, которых он выпил досуха. Примерное место жительства твари было вычислено, группа должна была отправиться где-то через полтора часа, но Людвиг Байльшмидт, на которого возлагались самые большие надежды в этой миссии, исчез.
Феличиано нашёл в себе силы и постучался.
— Герр Байльшмидт? — позвал он, внутри дрожа как осиновый лист. — Тут с миссией накладка получается…
— Что там у вас? — Гилберт даже не оторвался от проверки отчета. Но так и не услышав ответа, отложил бумаги в сторону и выжидающе посмотрел на дрожащего Варгаса.
— Ну и? — терпение Байльшмидта приходил конец.
— Ваше… Людвига Байльшмидта нет на базе, а у нас скоро миссия… Очень важная. Что нам делать? — запинаясь чуть ли не на каждом слове, выговорил Феличиано.
Гил задумался, не зная, что ответить, но решился придерживаться прежней легенды.
— Он сейчас болеет, поэтому не будет выходить на работу некоторое время. Замените его кем-нибудь, — Гил просто отмахнулся и вернулся к прежнему занятию, не желая более тратить своего времени.
— Но это задание повышенной сложности. Где мы сейчас найдем охотника такого же уровня, как герр Байльшмидт?
Гил ненадолго задумался. Если он не ошибался, то сегодняшнего вампира выслеживали около месяца, да и судя по тому, что о нем слышали, да и кто-то сам видел, на что тот способен, то с ним будет трудно справиться… Отправлять какого-нибудь среднего ранга и ниже не самый лучший вариант. Вряд ли тогда хоть кто-нибудь вернется живым. А как один из старших, он этого допустить просто-напросто не может. Значит, другого выхода нет.
Гил взял телефон, брошенный на стол, и набрал Хенрика. Послышались длинные гудки, и вскоре трубку сняли.
— Да-да? — донёсся веселый голос с того конца провода.
— Хенрик, для тебя есть задание, — прямо сказал Гил.
— Но я ведь только недавно вернулся… Отправь кого-нибудь другого, мне ещё за отделом своим следить. Кто кроме меня со всем этим справится? И не забывай что, я выше по званию, — сделал очень тонкий намёк Хансен.
Гил демонстративно вздохнул, понимая, что просто так ему не удастся уговорить датчанина, но у него был один козырь:
— Жаль, что вы отказываетесь, — он специально перешёл на «вы». — Просто вы единственный, кто мог бы справиться с этим заданием даже лучше, чем мой брат.
С того конца некоторое время ничего не доносилось, но в скором времени Хенрик, едва сдерживая эмоции, ответил:
— Хорошо, скоро буду!
Датчанин бросил трубку.
Гил прикрыл глаза рукой, откладывая телефон. С Хансеном иногда бывало так трудно.
— А ты сядь, не маячь перед глазами, — Гил указал итальянцу на диван и вернулся к работе, что-то пробурчав себе под нос.
— Е-есть, — икнув от испуга, Феличиано послушно сел.
Примерно через пятнадцать минут появился Хенрик Хансен в полном боевом обмундировании с любимой секирой за спиной. Каким бы раздолбаем он ни был, но к работе относился ответственно. В кабинет он вошёл как обычно без стука.
Феличиано едва не сполз с дивана, лицезрея эту грозную фигуру, но быстро пришёл в себя.
— Хенрик, это Феличиано Варгас, он расскажет подробнее, — тяжёлый взгляд алых глаз выдержать было уже труднее. — Выметайтесь.
Феличиано подскочил как ужаленный, «вымелся» из кабинета и начал быстро объяснять все условия миссии в ответ на вопросительно поднятую бровь Хансена. За разговором они дошли до машины, где уже проверяли оборудование и экипировку Антонио — второй координатор, Ловино — разведчик и техник, брат Феличиано, и Лиза Хедервари — боец того же класса, что и Гилберт.
— Господин Хансен, чем обязаны? — поинтересовалась она, вслепую собирая винтовку. — Вы будете заменять Людвига?
— Тогда мы обречены на успех! — солнечно улыбнулся ей Каррьедо, за что тут же схлопотал щипок от Варгаса-старшего. — Ай!
***
Рабочий день давно уже закончился, но из-за накопившейся работы и непроверенных отчетов с еще давних миссий, Гил засиделся до трех часов ночи, осознавая, что в этом виноват лишь он сам. Раньше надо было все проверять, а не откладывать в стопку под грифом «Не сегодня!». Теперь ещё на его голову свалился отчет с миссии Хенрика, который, завалившись к нему в кабинет, очень тонко намекнул, что работать с бумагами не намерен. И так согласился подменить Людвига. Тяжело вздохнув, Гил поднялся с кресла, выключил лампу и поехал домой к Ивану, чтобы доспать оставшиеся от силы два с небольшим часа. Хорошо хоть станция метро, ветка которого работала круглосуточно, была недалеко от дома. Чуть не проспав свою станцию и не навернувшись на улице, он наконец оказался у двери в квартиру. Присел, едва удержав равновесие, нащупал под ковриком ключи, поднялся. Голова закружилась от резкого подъёма. Когда всё прошло, Байльшмидт всё же смог открыть дверь и зайти внутрь. Идти в душ и готовить очень уж запоздалый ужин было более чем лень, хоть есть и хотелось, поэтому Гил просто быстро снял обувь с курткой, скидывая по пути до кровати с себя одежду, и пошёл спать. Людвиг и Иван, как и все нормальные люди — «Люди, как же…» — печально подумал Гил, смотря на умиротворённое лицо брата, — уже спали, что и ему не помешало бы сделать. Едва его голова коснулась подушки, как он стал сразу же засыпать. Иван повернулся на другой бок и, не открывая глаз, пробормотал: — Ты вернулся… Я скучал, — он вновь обнял Гилберта, как и прошлой ночью, и порадовался, что тот не разглядел наручников на Людвиге. Без брата тот чуть не сошёл с ума.
