Часть 5
24 июля 2017 г., 01:05
Утром первым проснулся Людвиг. Он сел на постели, рассмотрел стальной браслет на запястье и тяжело вздохнул. Примерно половину вчерашнего дня он забыл. Однако кое-что он помнил прекрасно. Вчера должна была быть миссия, причём не просто какая-то, а… Людвига перебила собственная мысль — он вспомнил о новичке-координаторе и слегка покраснел.
— Гил, ты спишь? — шёпотом позвал он.
Гил сначала не отвечал, потом, когда всё же смог разлепить глаза, достал из-под подушки телефон.
— Людвиг, мне оставалось спать еще почти целых полчаса. Ну какого ж хрена? — Гил поднял заспанное лицо, показывая брату появившиеся под глазами мешки.
— Как прошла вчерашняя миссия?
— Все хорошо, на твоём месте был Хенрик, так что они справились. Ещё вопросы?
Людвиг понял, что если он сейчас напрямую спросит, то брат может что-нибудь да заподозрить.
— Это же миссия высокого ранга, но ты на неё отправил новичков. Просто волнуюсь, все ли с ними в порядке.
— Если ты про итальянца, за которым сталкеришь с того самого момента, как он пришёл, то он в полном порядке, не волнуйся.
Гил хотел уже лечь обратно, но заметил удивленный взгляд брата.
— Ты серьезно думал, что это было незаметно? — сказав это, он все же уронил лицо обратно на подушку.
Людвиг вспыхнул и смущённо отвернулся, решив помолчать и дать брату отдохнуть. Он постарался даже не звенеть цепочкой наручников.
Однако доспать много Гилберту не дал проснувшийся Иван. Как можно тише встав и одевшись, он пошёл на кухню готовить нехитрую жрачку. Нет, он не топал, изображая ёжика, даже старательно обходил скрипящий ламинат. Но всё же двигаться бесшумно у почти двухметрового мужика не получалось.
Из шкафчиков на столе появились пакеты с мукой и сахаром, из холодильника была извлечена бутылка молока и яйца. Когда завопил будильник, Иван переворачивал последний блин. Через пару минут появился Гилберт с выражением лица: «Мам, роди меня обратно, я залезу аккуратно!»
— Мне даже кусать тебя жалко, — хмыкнул Иван. — Завтрак на столе. Тебе чай, кофе или молоко?
— Кофе, — едва слышно проговорил Гил, найдя стул и положив голову на стол, попытался поспать еще хотя б несколько минут, пока готовится еда. Но из-за неудобной позы у него это никак не выходило.
— Что Людвиг снова начал творить, что даже ты решил его приковать? — Гил не шевелился, оставаясь в прежнем положении: двигаться было более чем лень.
— Всё в порядке. Сегодня вечером, если придёшь, тебя ожидает занимательное зрелище под названием: «Я хочу сорвать с себя кожу и проглотить собственное сердце, потому что боль разрывает меня изнутри.» Последняя фаза обращения, — сообщил Иван, заливая две ложки растворимого кофе горячей водой. — Быстро он, я дольше перестраивался. Завтра-послезавтра уже будет полноценный вампир, то есть где-то на два дня раньше планируемого можно будет отпустить его в свободное плавание.
Иван был впечатлён скоростью обращения, но слегка разочарован скорым расставанием с Гилом. Впрочем, по его голосу распознать эмоции было сложновато. Он подал Гилберту кружку с кофе, ложечку и сахарницу, рядом с ними положил на стол очередную гематогенку. Он тоже любил «тонко» намекать.
Гилберт выпрямился и поставил кофе, немного отпив.
— Горячий, — констатировал он, отодвигая напиток в сторону, чтоб тот хоть немного остыл.
— Долго ещё? — кивнул он на сковороду, в которой вот-вот был готов открыться портал в ад.
Пока, чтоб не умереть от голода — ел-то он в последний раз еще вчера в обед! — Гил открыл гематогенку и стал медленно ее́ жевать.
— Сегодня вернусь немного пораньше и сразу же плюхнусь спать, если смогу выпросить отгул на день.
— Лопай, — тарелка была поставлена перед Гилом.
Блины выглядели вполне прилично. Рядом с тарелкой возникло блюдечко с вареньем, Иван сел напротив с кружкой чая.
— Как наешься, предоставь мне какую-нибудь часть своего тела, а то я на работе только о тебе и буду думать, — Иван отхлебнул чаю и свернул один блин треугольничком, чтобы макнуть его в варенье.
— Давай всё же лучше после работы… — Гил налил на блин варенье и, скрутив в трубочку, начал не торопясь жевать. — Я и так тут едва живой, а после того, как тебя ещё покормлю, так вообще до работы сегодня точно не дойду…
Гил доел первый блин и ещё раз попробовал кофе, проверяя, остыл ли он.
— Я сойду с ума, — доверительно сообщил Иван. — Тем более, я не собираюсь наедаться на две недели. Ну, Гилушка, хоть капельку, — никак не получалось согнать с лица улыбку. Особенно при воспоминании, как Иван впервые попробовал кровь Гила. Чёрт, вкусно же!
— Не потерпишь до вечера что ли? Не веди себя, будто ребенок маленький, — Гил ненадолго задумался.
— Кстати, тебе вообще сколько?
— Тридцать девять, — Иван спокойно отпил ещё чаю. — А тебе? Кстати, я и вчера тебя не кусал.
Иван съел часть блинов, примерно половину оставшегося переложил на другую тарелку и отнёс её Людвигу вместе со стаканом молока. Вернувшись, он застал Гила, замершего в той же позе.
— Приём, Земля вызывает.
— Ладно, — Гил все же сдался и протянул вампиру руку. — Чур ты меня везёшь до выхода из метро. Там сам доковыляю.
Гил поставил пустую чашку на стол.
— Мне двадцать пять.
Иван взял Гила за руку, наклонился к ладони, но передумал и переплёл их пальцы. Положив другую ладонь на затылок Гилберта, он цапнул его за нижнюю губу. Расширенные от неожиданности алые глаза добавили ситуации пикантности. Секунд через тридцать Иван отпустил Гила.
— Повязка на руке вызвала бы вопросы. Как скоро тебе нужно быть на месте?
— А это будет не так уж и заметно, ты считаешь? — Гил прикрыл рот рукой и слизал остатки крови. — Где-то через час надо быть на работе.
Гил несколько раз моргнул и попытался не упасть лицом в стол, хоть очень уж и хотелось. А еще этот кровосос выпил не так уж и мало.
— Не на две недели наедаешься, да? — буркнул он, заедая обиду очередным блином, хоть и понимал, что особо много выпить у Ивана через губу не вышло бы.
— Ну, страстные поцелуи вызывают меньше вопросов, чем внезапная неуклюжесть охотника-профессионала, — пожал плечами Иван. — Я был бы не против узнать, хорошо ли ты целуешься…
Он подошёл к окну и выглянул на улицу, ловко уклонившись при этом от солнечных лучей. «Чёрт, светло! Долбанное лето», — его мысли были полны досады. Прикидывая, что надеть, чтобы избежать ожогов, Иван поставил свою посуду в мойку и пошёл в спальню.
— Ты почти не ел, Людвиг. Не отказывайся от обычной пищи, кровь раздобыть удаётся не всегда.
— Вот, блять, спорное утверждение, знаешь ли, — достаточно громко сказал Гил, чтоб Иван его точно услышал. Но потом вспомнил, что вместе с ним это слышал Людвиг, но отмахнулся. Не маленький уже.
Быстро доев и поставив тарелку и кружку к остальной посуде в мойку, он отправился в увлекательное путешествие по квартире в поисках одежды, попутно вспоминая, как он вообще смог добраться до кровати, не утонув ни в одном из канализационных люков. Но все же то, что он добрался на удивление целым, не могло его не радовать. Хотя то, что он спит по два-три часа иногда изматывало очень сильно. Завершив квест по сбору вещей, Гил отправился в душ, в этот раз не забыв запереть дверь в помещение, а перед этим крикнул:
— Минут через пятнадцать скажи, чтоб я выходил.
— Хорошо, — крикнул Иван в ответ.
«Людвиг, терпи. Ты справишься, все через это проходят», — эти слова почему-то оказались верными.
Вот только все клетки тела по-прежнему выворачивало наизнанку и диким зверем бился внутри голод. Людвиг лежал на кровати, часто дыша, впиваясь отросшими и отвердевшими ногтями в ладони, сдерживая рвущиеся из груди глухие стоны. Иван уже дал ему крови, но это не помогало. «Держись, это пройдёт», — приказ есть приказ.
Людвиг справился с собой и иронично улыбнулся. Приказ того, кого он ненавидит, на кого не так давно вышел охотиться. Ещё какие-то мысли стёрлись мутной завесой боли.
Иван положил ладонь на аритмично колотящееся сердце Людвига и просидел с ним до самого выхода. Даже позвав Гилберта, Иван остался при обращённом.
Байльшмидт быстро вытерся, оделся и зашёл в комнату. Но увидев, в каком состоянии брат, почти сразу же подлетел к кровати, усаживаясь рядом и чуть не спихнув на пол Ивана. Он совсем не думал о том, что Людвиг может на него броситься, когда хватал его руку и сжимал ладонь, поворачивая голову брата в свою сторону.
— Людвиг, я здесь, все хорошо, — Гил осторожно провел по щеке брата, что-то еще успокаивающе приговаривая.
— Может, мне всё же лучше остаться? — Гилберт повернулся к Ивану так, что Людвиг полностью пропал из его поля зрения.
— Гил, осторожнее! — Иван оттащил охотника. Зубы Людвига клацнули в миллиметрах от запястья Гила, причём с такой силой, что кисть могли и оттяпать. Цепь натянулась и заскрипела.
— Людвиг, спокойно! Он не добыча! — с нажимом произнёс Иван.
Людвиг упал на подушку. Его ноздри раздувались, он узнавал только один голос. Голос обратившего его.
— Гил, уйди… — прохрипел он, собирая остатки мыслей. — Пожалуйста…
Иван поставил Гилберта на пол и спросил:
— Жить надоело или пальцы лишние отросли?
Гил хотел как-нибудь съязвить, но понимал, что сейчас не самое лучшее время. Поджав губы, он пошёл из комнаты, но ненадолго задержался в дверях и, обернувшись, посмотрел ещё раз на Людвига.
— Скажи, когда будешь готов ехать, — бросил он перед тем, как выйти. Сам же завалился на кресло в коридоре, уткнувшись взглядом в потолок.
«Может, на миссию сходить сразу же после выходного? Развеюсь хотя б, а то сижу в четырёх стенах и разбираю чужие каракули. Я, вообще-то, один из главных там, а не секретарь какой-то. Сбагрю все кому-нибудь и свалю на все четыре стороны. Главное, чтоб не новичку, а то натворят там чего, я ещё неделю разгребать сам буду…»
Кивнув своим же мыслям, он прикрыл глаза, надеясь, что все же не заснёт. Но в итоге задремал.
«Вынужден оставить тебя. Ты должен это перетерпеть, я ничем не могу помочь, — Иван коснулся лба Людвига. — Ты слышишь?»
«Как же больно… Долго ещё?» — тот замер, на бледном лице выступил пот.
— Как знать. Не очень, наверное. Скоро всё закончится, Людвиг, — убрав упавшую на голубые глаза чёлку, Иван покинул комнату.
— Гил, идём! — он выглянул из-за угла и улыбнулся. — Не проснёшься, пока я подхожу, — Иван сделал несколько шагов по ковру, — вынесу как принцессочку.
Он наклонился над креслом и поднял Гилберта на руки.
— Что ж, давай так, если не выспался.
Гил как спал, так и не просыпался, поэтому ему было абсолютно по барабану происходящее, но на подходе к машине его разбудил зазвонивший в кармане телефон. Разлепив заспанные глаза, не понимая, что происходит, он попытался осмотреться вокруг, но сразу же вспомнил про телефон. Достав его и увидев, что звонит Хенрик, он сбросил вызов и перевел недовольный взгляд на Ивана.
— Что я пропустил в своей жизни, что меня уже на руках носят? — недовольно спросил он, но каких-либо попыток заставить Ивана опустить его на землю не предпринял. Слишком лень было сейчас что-то делать. А тут тебя спокойно донесут, чего париться?
Иван не ответил. Посадив Гилберта на колено и освободив таким образом одну руку, он нажал кнопку на брелоке, открыл дверь и перенёс Гила на переднее пассажирское сиденье. Кинув на пол его кеды, Иван захлопнул дверь, обошёл машину и присел завязать собственные шнурки. Лишь после этого он занял место водителя.
— Пристегнись, Спящая Красавица, — Иван завёл мотор, и автомобиль выехал со двора на не слишком оживлённые пока улицы.
— Сколько хоть времени? — Гил, потер заспанные глаза и, вспомнив про звонок Хенрика, достал телефон и набрал его.
Послышались долгие гудки, и Байльшмидту показалось, что прошла целая вечность до того, как Хансен взял трубку.
— С утра пораньше-то зачем звонить? — недовольно буркнул он.
— Есть предложение насчёт миссии высшего ранга. Что думаешь?
— Заманчиво, — медленно протянул он, переведя взгляд на вампира. — Я зайду к тебе, как только приеду. Она сегодня?
— Нет, — так же весело ответил Хенрик.
— Отлично, — Гил бросил трубку, не дожидаясь ответа.
Всё было бы очень печально, если бы на задание высшей сложности его бы потащили в невыспавшемся состоянии.
— Ваша шарашкина контора? — Иван не отрывал взгляд от дороги. Руки на руле были в перчатках, но между краем перчатки и рукава была открыта узкая полоска кожи, которую начало жечь, несмотря на тонированное лобовое стекло. Дорога была убитая, и Иван не мог отпустить руль даже на секунду. Он поморщился и закусил губу. Отвлёк только писк датчика ремня.
— Ты не пристегнулся, — голос Ивана всё же чуть дрогнул от боли.
— Да остановись ты уже! — не выдержал Гил. — А то смотреть невозможно!
Гил сидел и причитал, будто в него разом вселились тысячи бабулек, сидящих у подъезда.
— Не торопимся, так что гнать нечего.
Иван послушно перестроился вправо, выехал на обочину, остановился и с облегчением одёрнул рукава.
— Спасибо за заботу. Мы приехали, кстати, я только хотел тебя поближе подвезти, — он неожиданно улыбнулся. — Из машины выносить?
— Сам дойду, — Гил сунул ноги в кеды и нагнулся завязать шнурки. Но только начал подниматься, как сразу же сполз обратно.
На удивленный взгляд Ивана он лишь шикнул.
— Не смотри сюда, а то спалишь, — зашептал он, будто боялся, что его и на улице будет слышно.
Рядом с машиной прошел Франциск и, к огромному счастью Гила, не заметил его.
Байльшмидт выдохнул, но подниматься пока не торопился. Ждал, пока Франц скроется из поля зрения.
— Ой, это же этот! С медовым запахом! — Иван брезгливо дёрнул уголком рта, проводив щеголевато одетого блондина взглядом. — «Любитель любви»… — фыркнул он, изобразив пальцами кавычки. — Он сюда не смотрел. Кстати, стекло с той стороны непрозрачное.
«Я же вампир, как-никак», — самодовольно добавил внутренний голос.
— А вдруг он резко научился сквозь стены видеть?
Гил сел обратно в кресло, поправляя сбившуюся одежду.
— И как тебя еще не останавливают с такой тонировкой? Да и ходишь постоянно одетый полностью. Явно же должен вызывать какие-либо сомнения, нет?
— Проблемы, Гилберт? — щёлкнула пряжка ремня безопасности, и лицо Ивана оказалось неожиданно близко к лицу Гила. — По-моему, до этого момента тебя всё устраивало.
Неожиданно Ивану в голову пришла одна из самых неуместных на свете мыслей, он откинулся обратно на спинку своего сиденья и безуспешно попытался сдержать смех.
— Вот последнюю фразу ты так сказал, будто хочешь, чтобы я разделся, — он поднял руку к воротнику и расстегнул пару пуговиц. — Я ведь могу, только кто-то тогда на работу не успеет.
— Да кому ты нужен? — Гил выскочил из машины и побежал вслед за Франциском.
Благо, что здание было недалеко от метро.
«Так, надо бы позвонить Хенрику и сказать, что я сейчас к нему загляну, а то…» — Гила передёрнуло, стоило ему вспомнить, как однажды он открыл дверь в кабинет Хансена с ноги, а там он сидел в кресле. А на нем один из рядовых.
«Кетиль, вроде…» — Гил скривился и потянулся за телефоном в карман штанов. Но в итоге его там не обнаружил.
Знатно выругавшись, он вывернул все карманы, а, не найдя телефон, издал некое подобие стона отчаяния. Логичнее всего предположить, что он вывалился в машине.
«Уж лучше так, чем потерять на улице. Тут хоть Иван вернёт. Должен».
Гил уже привычно поздоровался с охранником и пошел к Хенрику, моля всех богов, чтоб в этот раз обошлось.
Иван только собрался поехать к себе на работу, как салон его автомобиля наполнился звуками знакомого рингтона.
— «Кому ты нужен!» — передразнил он вслух. — Тебе и буду!
Наклонившись, Иван достал мобильник из-под сиденья. Пару секунд посмотрев на имя звонящего, Иван понял, откуда оно ему знакомо. Фотография контакта подтвердила его мысли.
«Хансен… Раскольников наш», — подумал Иван, глядя на секиру. Всё это происходило недолго, но Хенрик терпением не отличался и звонить довольно быстро перестал.
Иван хотел было полазить в чужом телефоне, но предусмотрительный Гилберт поставил пароль.
«Брата опасаешься, что ли?» — Иван сунул мобильный в карман и поехал на работу.
Гил так быстро, как только мог, спустился на минус третий этаж и остановился у кабинета Хенрика, поправляя выправившуюся рубашку и приглаживая растрепавшиеся волосы. Отдышавшись, он постучал в тяжелую дубовую дверь, пытаясь понять, как начальник вообще согласился её поставить. Наконец с другой стороны послышалось недовольное бурчание и усталым от ничегонеделания голосом Хенрик пригласил его войти.
— Ну, наконец-то, — воскликнул Хенрик, поднимаясь со своего насиженного места. — Ты почему телефон не брал?
— Меня знакомый подвозил, я у него в машине его выронил, — честно признался Гил, хотя сам пока точно не знал, где его телефон.
Хенрик вздохнул и почесал затылок, но обратно усаживаться не торопился. Он подошёл к шкафу и достал оттуда несколько папок.
— Через несколько дней выйдет приказ об устранении этих вампиров, — Хансен положил папки на стол перед Гилом и сел на свое место, приглашая Байльшмидта занять стул напротив.
— Сейчас наша разведка выясняет ещё кое-какие детали, но пока тебе хватит и этого для изучения.
Гил взял в руки одну из папок, быстро пробежался глазами по первой странице и нахмурился.
— Кто с нами ещё пойдет? — спросил он, не отрываясь.
— Элизабет, Теодор и… Людвиг? — осторожно поинтересовался Хенрик.
— Он все ещё болеет, — быстро сказал Гилберт. Слишком быстро.
Хансен вопросительно поднял бровь, но спрашивать всё же не решился.
— Это всё? — Гил закрыл папку и положил к остальным.
Хенрик утвердительно кивнул.
— Тогда я возьму это и изучу получше, — Гил забрал документы, поднялся и вышел из кабинета, оставив задумавшегося Хенрика дальше сидеть.
Стоило Байльшмидту выйти, Хенрик откинулся на спинку кресла, скрестив руки и запрокинув голову.
***
Несмотря на то, что он уже начинал опаздывать, Иван заскочил домой. Он прикрепил к двери записку с текстом: «За своим телефоном приходи в кафе ^J^» и только потом понёсся туда. — Задерживаешься, Ваньа, — Яо подтолкнул его переодеваться своей тонкой, но сильной рукой. — Ты же не хочешь вылететь с работы? — Прости, больше не повторится! — Иван буквально впрыгнул в форму. — Ванька, ты девушку завёл, что ли? — Альфред стянул футболку. Иван смерил его скептическим взглядом и невольно задержался на мускулистом теле с ровным золотистым загаром, пока пальцы на ощупь застёгивали мелкие пуговицы на рубашке. Альфред был красив, сложно поспорить, и всё же… Перед внутренним взором предстала худощавая спина с несколькими белёсыми шрамами, по которой скатывались капельки воды. — Ты прекрасно знаешь, что я гей, Ал, — не прерывая разговора, сообщил Иван. Он взял блокнот и поднос и вышел в зал. Синие глаза Альфреда стали больше линз в его очках. — Я не знал! — ошарашенно пробормотал он. Яо не удержался от усмешки. — Забыл, значит. Бывает, — сказал он. «Надо поменьше его гипнотизировать», — взял он на заметку.***
В дверь кабинета Гила неуверенно постучались. Байльшмидт отложил в сторону папки и пригласил застенчивого посетителя войти. Как оказалось, это был Феличиано, который некоторое время стоял в дверях, но всё же собрался с духом и зашёл. — Герр Байльшмидт, — Варгас уткнулся взглядом в пол и не мог никак его поднять на Гила. — Я… хотел узнать, как ваш брат? Гил немного удивился тому, зачем к нему пришел новичок. Либо у Людвига была какая-то особая тактика, которой он старательно придерживался — и вот результат! — либо он настолько мужик, что в каждом его жесте сквозит тщательно скрываемая сила, притягивающая к себе все взгляды. И было даже немного обидно, что Великому ему не уделяют столько внимания. — Ему уже лучше, но пока ничего больше сказать не могу. На работу он ещё точно не сможет ходить некоторое время, — Гил повёл плечами и отвёл взгляд в сторону. Он, конечно, за время службы здесь уже успел привыкнуть к вечному вранью и мастерски этим пользовался, но от того, что он обманывал такого доверчивого человека, ему становилось даже как-то противно и неприятно на душе. — Что-нибудь ему передать? «Не можешь построить свои отношения — помоги брату», — решил он для себя. — Думаю, нет, то есть… Просто передайте, чтоб он скорее выздоравливал. — Кажется, невеликие внутренние силы Феличиано закончились, он вылетел из кабинета пушечным ядром, оставляя ошарашенного Гила одного. — И что это было?.. Рабочий день закончился, и Гил, вернув все документы Хенрику, отправился восвояси, получив-таки заветный отгул. Несмотря на то, что уже был первый час, он вышел в довольно-таки хорошем расположении духа, если не брать в расчёт то, что он проходил весь день без телефона. «Так-то можно проверить, работает ли еще Иван. Если я правильно помню, то отсюда можно дойти до того кафе минут примерно за двадцать пять. Это если идти быстро…» — пораскинув мозгами, Гил направился на работу к Брагинскому. Добрался он всё же хоть и немногим, но быстрее: минут за двадцать. Дёрнув за ручку и убедившись, он зашёл внутрь. Колокольчик, висевший у двери, зазвенел, как показалось Гилберту, слишком уж громко. Байльшмидт остановился, ожидая, выйдет ли кто-нибудь к нему.
![[Не]одинокие люди](https://assets.teinon.net/fanfic-covers/d_8EyRAXTr5dP5e6LPvyastaThsDVXpciQ.webp)
