Часть 6
6 августа 2017 г., 21:09
Посетителей было немного. Пока Ал смешивал очередную весёлую бурду для очередного гостя, Иван стоял рядом, облокотившись на стойку, и о чём-то с ним болтал. «Новость» об ориентации, кстати, Альфред воспринял очень спокойно, его больше удивило то, что он должен был об этом знать.
Альфред смеялся какой-то шутке Ивана, когда общий шум зала прорезал звон дверного колокольчика. Иван, увидев гостя, хотел немедленно подойти к нему, но пока не мог, так как обслуживал столик. К Гилберту подошёл Ван Яо.
— Добрый вечер, — поприветствовал он посетителя.
— Добрый, — Гил оторвался от сверления взглядом в спине Ивана дырки и посмотрел на подошедшего к нему официанта. — Мне столик на одного.
— Хорошо, следуйте за мной, — Яо повел Гила к угловому столику, который находился рядом с тем, где в прошлый раз они сидели с Франциском и Тони с Людвигом.
Оставив Байльшмидта располагаться, Яо быстро сбегал до бара за меню и вернулся.
— Как будете готовы сделать заказ, нажмите на кнопку, и я подойду, — после этих слов он так же быстро, как появился, ушел обратно.
Гил, зевнув, открыл книжку и медленно стал листать страницы. Что-то ему подсказывало, что дома в холодильнике повесилась мышь, так что все же помимо кофе ему стоит взять себе что-нибудь поесть.
«Хотя б кошелек додумался переложить в эту одежду, и на том спасибо», — подумал он, нажимая на кнопку вызова официанта.
Особо наедаться не хотелось, хоть он и был ужасно голоден, поэтому решил заказать лишь кофе и какое-то блюдо, название которого напоминало ему фамилию одного знакомого охотника.
«Такое же нихрена не произносимое, кто вообще придумал это название?»
Когда Иван отдал коктейль, и звякнул звонок со столика Гилберта, туда летящей походкой немедленно направился Яо. Иван немного охренел. Когда китаец наклонился чуть ниже необходимого, чтобы рассмотреть блюдо, на которое указывал Гил, Иван охренел ещё сильнее. В нём всколыхнулось что-то похожее на ревность. Улыбка, прилепившаяся к лицу Яо, очень и очень нервировала Ивана. «Чёрт, ты что делаешь? — вопил внутренний голос. — Он мой, мой!» В первый раз зачесались кулаки выбить из бывшего наставника всё дерьмо. Иван вложил всю силу в самоконтроль и даже сделал человеческое лицо для посетителей. Ни словом, ни жестом он не выдал закипающей внутри ярости. Даже позволил Яо отнести заказ.
Байльшмидт же вежливо улыбнулся, получая заказ, даже не забыл поблагодарить официанта. И стоило тому уйти, как мимо столика Гила прошел Иван, от которого исходила убийственная аура. Подчёркнуто спокойно он миновал столик Гила, направляясь к другим посетителям. Гилберт непонимающим взглядом проводил его, но позвать-таки не решился. Потом как-нибудь спросит. Но вот телефон…
«Да ну нафиг, пока и без него могу походить», — решил Гил.
Пододвинув поближе тарелку, он принялся быстро уплетать еду.
«Все же тут отлично готовят!» — отметил он про себя, осматриваясь по сторонам. В какой-то момент он уловил на себе взгляд официанта, обслуживающего его, но тот успел быстро отвернуться, так что Гил списал все на свое больное воображение.
— Яо, можно тебя на два слова? — нервы у Ивана были не железные.
— Быстро только. Блюдо остывает, — с тонких губ не сходила улыбка. Непрозрачная и неизменная, словно маска. Однако карие глаза выдавали тайный замысел. Какой?
— Что-то не так, Ваньа? — взгляд Яо полыхнул фальшивым золотом.
Иван отпустил тормоза.
— Гил… Тот посетитель. Не подходи к нему больше, — стараясь удержать тон ровным, Иван сболтнул имя. — Не приближайся.
— Гил? А полностью Гилберт? — Яо прищёлкнул языком. — Экзотическое имечко…
— Ты слышал меня, — тяжелые нотки проскользнули в голосе, словно приближающийся гром.
— На каком основании? Ты его не обратил, да и в этом случае не имел бы полного права требовать подобного, — Ван Яо зашелестел готовой к броску змеёй.
— Я не позволю себе его обратить. И он этого не примет. Дело в другом. Я не по-дружески… — Наставник и ученик, да, но они не были друзьями. Хорошие знакомые, не более. — Я прошу по-человечески позволить мне…
— Мы не люди, — прервал Яо. — Он — человек. От него вкусно пахнет. Я хочу выпить его. Полностью, без остатка. Не обращать — убьёт половину вкуса.
Он повторил давние мысли Ивана. Иван понял, что теперь так не думает. Разбираться в себе не было времени.
— Я убью тебя. Я тебя по стенке размажу, — снова самоконтроль дал сбой.
— Можешь попробовать, — Яо подхватил поднос и толкнул дверь в зал. — Извини, моё блюдо почти остыло.
Иван остался ждать заказ. Он глубоко дышал, чтобы привести мысли в порядок, только ощущение было, что он раздувает мехами очаг.
Гилберт уже доел еду и тихонько попивал кофе, уткнувшись глазами в стол.
«Все же печально так без телефона, — подумал он. — Ленту не полистать, не написать никому…»
И если Иван больше не появлялся в поле зрения Гилберта, то Яо постоянно маячил перед глазами, бегая постоянно рядом со столиком Байльшмидта и ужасно этим раздражая. «У него там в одном месте что-то неладное происходит?!»
Гил отвернулся к стене, ибо уже просто невозможно было смотреть на мелькающего перед глазами китайца.
Ивану очень захотелось покурить. Он бы вышел, но опасения насчёт Гилберта были сильнее. Момент, когда Гил доел, не был упущен, и Ивану удалось оказаться у столика первым, едва ли не на долю секунды опередив Яо.
— Гил, — негромко позвал Иван, неторопливо составляя пустую посуду на поднос. — Дождись, когда у меня будет перерыв, я отвезу тебя домой, — он выложил из кармана мобильный и кончиками пальцев толкнул по столу к владельцу. — Пожалуйста. Так нужно! — Иван вложил в эти слова всё, только бы Гилберт понял и поверил. — Что-нибудь ещё? — на вопросе он немного возвысил голос, но мгновенно вернулся к прежней интонации: — И не отлучайся даже в туалет. Особенно в туалет.
Иван тщательно протёр тряпкой столик, хотя в этом не было необходимости — Гил ел очень аккуратно. Но Иван тянул время как только мог.
Гил немного подумал, почёсывая затылок.
— Какой-нибудь салат на ваш вкус, — ответил он.
Как бы сильно он ни не хотел наедаться ночью, но голод взял своё.
— Пить ничего не надо, — Гил с небольшим удивлением наблюдал за движениями Ивана.
Что бы о нем ни говорили, дураком Гил не был. Немного пораскинув мозгами, он пришёл к выводу, что тот китаец действительно на него очень странно поглядывал. А если Иван так сильно беспокоится, значит…
«Значит, этот тоже вампир. Интересно получается!» — Гил ухмыльнулся своим мыслям.
— Сколько мне тебя ждать? — так же тихо поинтересовался он.
— Долго, прости. Часа полтора. Постараюсь сократить время до часа, но сильно на это не рассчитывай, — покачал Иван головой. Черкнув в блокноте: « „Цезарь“, 14, зал», он отправился на кухню, по дороге ловко задев другой столик и расплескав остатки забытого кем-то чая. Собирать посуду туда как раз шёл Яо, так пусть притормозит.
Покинув зал и скрывшись за дверью, Иван заметил, что его руки трясутся, да и всего его бьёт мелкая дрожь. «Спокойно. Я хотя бы не бессилен. Осуществиться планам Яо не позволю любой ценой». Он отдал заказ поварам и понёс в зал другое блюдо, краем глаза наблюдая за китайцем.
Оставшееся до конца смены Ивана время Гил просидел, уткнувшись в телефон, изредка вспоминая о салате. Забыл телефон один раз, а ему написали все, кто можно. И даже нельзя. Он уже боялся представить, что было бы с ним, если Хенрик не успел дозвониться рано утром… Через пару дней его ждал бы адовый пиздец. Но больше всего ору было со стороны Тони и Франциска, которые просто усыпали его сообщениями типа «Тебя какой вампир успел убить?».
Один раз китаец прошел мимо него, «случайно» задевая. Извинившись и мило улыбнувшись, он хотел было что-то сказать, но его как нельзя вовремя позвали с кухни. Стоило ему покинуть помещение, как Байльшмидт поспешил придвинуться к стене, чтоб больше два одиночества в лице локтя Яо и руки самого Гила не встретились.
Иван заметил это движение. Он почти не отрывал от Гилберта глаз, стараясь побольше находиться в зале. Даже Альфред почувствовал его нервозность.
— Что-нибудь случилось, Вань? Ты бледный. С сёстрами что-то? — про Наташу и Олю Ал не забыл. Забудешь про таких красавиц, как же! Номер Оли всё ещё был тайной для Джонса, но он не терял надежды.
— Не совсем… — вздохнул Иван. — Кажется, я заработался.
— Да уж, — Ал охотно поверил и закивал. — Ты в последнее время просто этот… как его?.. — он пощёлкал пальцами, вспоминая слово, — ударник! Слушай, у бара никого, давай подменю.
Иван с трудом поверил в свою удачу. Он ответил на солнечную улыбку американца, отдавая ему поднос и блокнот.
— Ал, ты очень меня выручишь! Буду должен! — с жаром произнёс он.
В несколько шагов Иван пересёк зал, замедлившись около столика Гила.
— Через пять минут буду, — и упорхнул переодеваться.
Гил попросил принести ему счет и, написав последнее сообщение, убрал телефон в карман штанов.
— Пожалуйста, — неожиданно возникший из ниоткуда Яо подошел слишком близко и, наклонившись, положил на стол небольшую книжку. Выпрямившись, он стоял, не отводя взгляда от Гила, что последнего очень сильно напрягало.
Достав деньги и положив их, он пододвинул книжку официанту.
— Надеюсь, что вам у нас понравилось, — Ван как бы невзначай коснулся руки Гила, забирая счет.
Байльшмидт думал, что это было сказано из вежливости, но нет. Китаец продолжил стоять на месте.
— Да, у вас довольно-таки уютно, а еще готовят вкусно, — Гил немного поежился от взгляда официанта.
— Тогда ждем вас еще, — Яо, лучезарно улыбнувшись, развернулся на носках и ушел к бару.
Вернулся он через несколько минут, положив книжку на стол так, что Гилу пришлось придвинуться к ней, чтоб взять в руки. Не намереваясь более тут оставаться, он забрал сдачу, поднявшись, попрощался с официантом и вышел.
На улице было довольно прохладно; Гил немного поежился.
Иван выскочил из служебного входа с курткой в руках. Надевать — значило терять драгоценные секунды. Яо никогда не гнушался преследованием, и этого можно было ожидать. Прыгнув в машину, он завёл мотор и едва не стартанул как в фильмах — оставляя дымящийся след протектора на асфальте.
Подъехав к выходу, он опустил стекло пассажирской двери.
— Ключ поверни, и полетели, — улыбнулся он. Напряжение отпускало. Иван забрал куртку с пассажирского сиденья и хотел бросить назад, но когда Гил приблизился, стало видно мурашки на его руках. — Сильно замёрз?
Байльшмидт открыл дверь и плюхнулся на сиденье.
— Есть такое, но бывало и хуже.
Растирая ладони друг об друга, он пытался также согреть их тёплым дыханием, что не слишком-то хорошо получалось.
— Что это за официант такой?
Иван бросил куртку на колени Гилберта.
— Надевай. Вернее, укутывайся, — при росте и телосложении Гила даже летняя куртка Ивана сгодилась бы в качестве одеяла.
Иван взял руки Гила в свои. От выброса адреналина тело вампира, обычно холодное, как у рептилий, согрелось.
— Не вздумай простужаться, тебе ещё меня кормить, — немного погрев ладони и пальцы Гила, Иван нагнулся к нему и пристегнул ремень безопасности. Пристегнув и свой ремень, он тронул автомобиль с места и поехал к дому.
— Насчёт Яо… — после паузы он всё же решил ответить. — Ты ему понравился. Как еда. Он коллекционер вкусов, пьёт кровь из живых людей редко, но без остатка. Обычно покупает донорскую, но если донор его заинтересует, ему не жить. Дегустатор. Гурман…
Последние слова Иван буквально выплюнул. Он помолчал, затем добавил:
— Он обратил меня девятнадцать лет назад. Чудо, что я остался жив… Знаешь, что он сказал тогда? «Ты вкусный, но не хватает какой-то изюминки». И подал мне чарку со своей кровью. Не спрашивай, почему я выпил. Звёзды так сошлись.
Он снова замолчал.
Гил бы с радостью подколол бы вампира, но сил уже ни на что не хватало, поэтому он вяло выдавил из себя:
— И почему же это чудо, что ты жив остался?
Брагинский что-то говорил, но Гил его уже не слушал. Он уставшим взглядом смотрел на сменяющие друг друга в окне здания, и через какое-то время, не заметив этого, Гил задремал, немного съехав вниз и оперевшись головой о стекло.
Вскоре Ивану стало лень говорить. Он вёл автомобиль, изредка поглядывая на Гила. Тот выглядел беззащитным во сне: светлая чёлка падала на смеженные веки, рот чуть приоткрылся. Но эта беззащитность, конечно, была обманчивой. Иван хорошо помнил отточенные движения и целеустремленный взгляд охотника.
— Мы приехали, — Иван сообщил это чисто номинально, чтобы не разбудить Гила, но сказать, что пытался, если тот будет возмущаться.
Из машины Гил снова был вынесен. Прижимая закутанный в куртку куль к себе, Иван внёс его в квартиру. Там их встретили сквозняк и Людвиг со свисающими с запястий цепями.
— Что с Гилом? — Кажется, трансформация взяла перерыв. По крайней мере, Людвиг был полностью адекватен.
— Он спит. Я сейчас вернусь на работу, а у вас могут появиться гости.
Вкратце обрисовав ситуацию с Яо, Иван дал разрешение его убить, если тот появится.
— Ты себе доверяешь? — спросил Иван у Людвига, пока тот пил его кровь. Гил был сгружен тут же на кровать.
«Кажется, я в сознании. Не знаю, надолго ли».
— Значит, приказа уже не ослушаешься. Давай так: защищай Гилберта от тех, кому он не согласен давать свою кровь, в том числе, от себя. Нет, от себя в любом случае.
«Понял. Выполню».
Людвиг посмотрел на Ивана с некоторым весельем.
— Значит ли это, что я могу напасть и на тебя?
— Пока я не прикажу что-то другое, да. Кстати, что с окном?
Шторы раздувало ветром, по тяжёлой ткани шли волны.
— Створку отломал, открывая. Починю, не переживай, — Людвиг смутился, хоть и пытался скрыть это.
Иван снял с него обрывки наручников и хлопнул по плечу.
— Не подведи.
Перед уходом Иван поцеловал Гила в лоб, на что Людвиг нахмурился, но комментировать не стал.
Дверь в квартиру со скрипом закрылась.
Людвиг осторожно, стараясь не разбудить брата, укутал его в одеяло и сел на край кровати. Сейчас он чувствовал себя намного лучше: по крайней мере Гил пока не являлся для него ходячим завтраком, обедом и ужином, что не могло не радовать. Но надолго ли это затянется, он сказать не мог.
Гил пробубнил что-то бессвязное во сне и перевернулся на другой бок, обнимая одну из подушек и поджав колени к груди. Людвиг не сдержал улыбки, позволив себе наконец вздохнуть с облегчением и вспоминая их относительно спокойную жизнь до встречи с Иваном.
Гил поёжился во сне, стараясь теплее укутаться под одеялом, и Людвиг мысленно ударил себя по лбу, вспомнив про сломанную форточку. Но сейчас ремонтировать он не собирался, так как точно бы разбудил Гилберта, поэтому лишь прикрыл ее, оставив в таком положении, чтобы сама пока не открывалась.
Задёрнув штору, Людвиг отскочил от окна. Ему показалось, что с соседнего дома кто-то прыгнул на крышу их дома. Если его опасения окажутся правдой, то это тот вампир, о котором предупреждал его Иван.
«Черт, быстро же он», — Байльшмидт-младший пока еще не был уверен в том, что это Яо, но перестать накручивать себя у него никак не выходило.
— Ал, как мне тебя отблагодарить? Ты не представляешь, как это было важно! — зайдя в кафе, Иван первым делом обнял Альфреда.
— Да ладно, я же герой! — тот немного смутился и приобнял Ивана в ответ. — Народ почти весь расползся.
— Кстати, а Яо где? — пока Иван торопливо переодевался, Ал стоял рядом. В зале сидела только парочка девушек, с аппетитом уплетавших пиццу.
— У него перерыв, — ответил бармен. — О, кто-то пришёл.
Иван тоже услышал звяканье колокольчика.
Людвиг обошел всю квартиру, проверяя её оборонительный потенциал. В конце небольшого обхода он смог спокойно выдохнуть — все окна были закрыты, дверь тоже была заперта. Значит, тихо пробраться в квартиру у Яо никак не выйдет… Что ж, хотя бы это не могло не радовать.
«Ты просто себя накручиваешь, успокойся», — попытка взять себя в руки была безрезультатна.
На этот раз ему не показалось. Кто-то открыл окно. Байльшмидт прислушался. С той стороны дома кто-то скребся о стену, а жил Иван не на первом этаже, значит… Как можно тише он зашел в комнату, где спал Гил, и подошел к окну поближе, но все же держась на безопасном от него расстоянии.
Яо неслышной тенью скользнул по стене дома. Запах вёл его. Стоило торопиться. Хорошо, что он знал, где живёт Иван. Китаец едва сдерживал гомерический хохот. Это ж каким идиотом надо быть, чтобы прятать человека у себя дома от своего наставника. Спустившись по стене к почему-то разбитой форточке, Яо вытащил крупный осколок, просунул руку внутрь и открыл нижнюю часть. В силу его худощавости пролезть боком в квартиру не составило труда.
Яо сел на широкий подоконник, упираясь взглядом в шторы. Вряд ли в квартире был кто-то кроме этого Гилберта, но почему запах усилился настолько? Он здесь долго живёт? Сюрпризов не хотелось. Яо собрался с мыслями и отдёрнул занавеску.
Как говорила их общая с Гилом знакомая: «Лучшее оружие против незваного мужика — сковорода!». И так как у него с собой не было ничего, чем можно было бы ухлопать вампира, так как кухонные ножи Иван спрятал, чтоб Людвиг ничего не натворил, а серебряные клинки все еще были под кроватью, то, не желая особо будить брата, Людвиг решил все же проверить эту теорию.
Сковородка с крепкой ручкой нашлась почти сразу же. Крепче перехватив свое оружие, Людвиг приготовился нападать.
— А вот и я… — прошептал Яо, всё ещё держа в руках осколок.
— Упс! — китаец нырнул на пол, уворачиваясь от летевшего на него предмета. — Ты ещё кто? — вскрикнул он.
Заинтересовавший его парень спокойно дрых, не слыша ничего. А парень-машина для убийств, показавшийся от неожиданности огромным, вновь сделал выпад. Яо отскочил, держа осколок на отлёте. При правильном обращении им можно было убить, а самому даже не пораниться. Противник же был вооружён… сковородой?
— Во-первых, не ори тут, — Людвиг предпринял ещё одну попытку атаковать Яо, но тот снова сумел увернуться. — Во-вторых, тебе моё имя ничего даст.
Людвиг остановился, испепеляя взглядом китайца и внимательно следя за его действиями. И не зря, ведь в противном случае, он не успел бы блокировать удар и кусок стекла вонзился бы ему в шею.
«Нет, все же Лиза была права. Неплохое средство самозащиты!»
— Хорошо пахнешь, — заметил Яо, перебросив осколок в левую руку. — Если раню — не сдержусь.
Он перекатился по ковру, пытаясь задеть ногу этого парня, но раздался лишь скрежет стекла о металл.
— И дерёшься хорошо, — Яо зашёл к нему за спину. — Но я ведь не за тобой пришёл. Нам незачем сражаться.
— Я прекрасно знаю, за кем ты пришёл, — Людвиг сильнее сжал сковороду, готовясь напасть. — И я не дам твоему плану свершиться.
Яо едва успел уклониться от сковородки, тем самым избежав её встречи с лицом.
Людвиг наконец смог оказаться рядом с кроватью, загораживая собой брата.
— Тогда умрёте оба, — Яо улыбнулся дежурно-профессиональной улыбочкой и разломил осколок пополам. — Моих сил на всех хватит.
Один кусок стекла полетел в Гилберта, но был разбит в метре от кровати. Второй просвистел мимо щеки Людвига и задел самым краешком, рассекая кожу. Выступила капелька крови, уже приобретшей лиловый цвет. Яо совершил бросок и поймал стекло, легко обогнав его.
— Чёрт! — он слизнул кровь. — Уже порченый. Не говори, что твоего брата Иван тоже обратил!
— И что с того? — Людвиг стёр кровь с щеки, при этом уклоняясь от одного удара и блокируя другой.
Стекло неприятно скрежетало каждый раз, стоило ему коснуться сковороды.
«И как Гил ещё не проснулся от всей этой возни?..»
— Вкус. Он смешивается со вкусом крови обратившего, — прошипел Яо. — Когда твоя трансформация закончится, вряд ли твою кровь согласится пить хоть кто-нибудь. Если он испортил и твоего брата, я убью всех троих.
Он кинулся на обращённого снова, оскалившись и чуть ли не рыча. Яо был очень зол. Людвиг едва успевал уворачиваться от атак вампира.
«Ты, мать твою, официант или киллер?!» — Людвиг схватил Яо за руку и перекинул через себя на пол, наступив ему на грудь.
— Чего тебе вообще от нас надо?
Знаете ощущение едущего по тебе танка? Яо показалось, что он лежит под гусеницей.
— Крови. Крови Гилберта, — хрипло выкашлял он вместе с собственной кровью. — Твою я проливать не собирался… Я давно не охотился, а ты отнимаешь у меня жертву…
Воздух до конца выжало из лёгких — парень был ужасно тяжёлым.
Но Яо не выпустил из руки осколок. Последние силы ушли на то, чтобы поднять руку и от души полоснуть Людвига под коленом, едва не отрезав ногу.
Людвиг едва успел наклонить тело вбок. Хоть встреча с полом была немягкой, но это все же лучше, чем повалиться на Яо сверху и получить в грудь порцию стекла. Но и тут его голова едва не встретилась с краем кровати.
Байльшмидт-младший попытался приподняться на локтях, но тут же упал обратно.
— Ублюдок, — Людвиг схватился за ногу, закусив губу и смотря на поднявшегося и откашливающегося Яо.
— Регенерируешь, не маленький, — бросил тот. — А я пока займусь…
Он медленно подошёл к кровати, ожидая увидеть парализованную страхом жертву, но особенно на это не надеясь. Гилберт явно был не робкого десятка.
— Как тебя брат-то защищает! С детства заботился, верно?
Но Гилберта в кровати не оказалось. Он под шумок успел залезть под кровать, попутно нащупывая спрятанные там ранее ножи. Сам же он улёгся так, что его никто не мог видеть, а вот он мог видеть всех.
«Осталось только дождаться удачного момента, и тогда я его прикончу. Хорошо, что Людвиг все же принёс оружие.»
Постель ещё пахла Гилбертом.
— Так-так… Где же ты? — Яо приподнял кровать одной рукой и поставил на бок. Откуда только силы взялись!
— Добрый вечер, ужин, — Яо рассмеялся. — Теперь время умереть. Но не переживай, братца твоего добивать не буду, может, выживет.
Гилберт сразу же подскочил и ударил Яо ногой в живот, отпинывая в сторону. Крутанув нож в руке, он прыгнул на вампира, который едва успел увернуться, но приземлившись все же смог нанести удар, оставив глубокий порез почти на всю грудь и живот.
— Кого ты там ужином назвал? — Байльшмидт оскалился.
— Тебя, конечно. Знаешь, рыбу фугу тоже едят, — Яо странно посмотрел на порезанную форму, на проступающее мокрое и тёплое пятно. — Не сопротивляйся, это будет совсем не больно…
Последним средством, на которое рассчитывал китаец, был гипноз. Его глаза засияли жёлтым светом, а затем померкли. Собственно, это был лишь побочный эффект, сам импульс приказа доставлялся напрямую в мозг. Гипнозом Яо владел на высоте, лучше Ивана, лучше многих других вампиров. Когда природа отбирает одно, взамен обязательно получаешь что-нибудь другое…
Гилберт покачнулся, но не в силах был сопротивляться. Выпрямившись, он сделал неуверенный шаг навстречу победно улыбающемуся Яо.
— Подожди… — Людвиг, превозмогая боль, привстал на одно колено и сделал попытку подняться, но как бы он ни хотел, он не мог этого сделать.
— Гил, пожалуйста, не надо, — Людвиг заглянул в пустые глаза брата. — Гил…
Нервы сдавали. Он уже однажды чуть не потерял брата на миссии и не хотел, чтобы это все же произошло.
— Иди ко мне… — Яо не выпускал из руки осколок.
Гил уже был близко. Его воля оказалась пускай немного, но слабее воли противника. И Яо уже приготовился пронзить шею жертвы, доставившей столько хлопот. Он взял так хорошо послуживший ему кусок стекла на изготовку. Он ведь не собирался кусать Гилберта, и дело даже не в принципах — было банально нечем. Родителями Яо были вампир и его обращённая. Так как она всю трансформацию пила его кровь, заменяя на неё свою, они стали почти родственниками. Этого хватило для врождённой патологии — клыки у Яо так и не выросли. Сейчас на их месте были протезы, сделанные по человеческим меркам и мало помогавшие принимать кровь традиционным способом. Для этого Яо всегда носил с собой скальпель. Но времени почти не осталось, и в ход пошло стекло.
— Наклони голову вправо и замри, — Яо отдал команду и собрался перерезать Гилу горло.
Гил сделал ещё шаг вперёд. Людвиг сжал кулаки и едва слышно завыл от бессилия, чем вызвал злорадный смех Яо.
Ван замахнулся и уже почти совершил задуманное, как в последнюю секунду Гил пришёл в себя и едва успел уклониться, стекло задело его самым краем. Сделав резкий выпад вперёд, он толкнул Яо и, схватив за волосы, приложил его головой о стоящий рядом стул, оставляя на нем следы крови.
«Черт, — Гил приложил ладонь к порезу. — Ещё бы немного…»
«До чего силён, засранец!» — мысленно Яо проклинал всё. От удара у него звёзды из глаз посыпались. Он хотел подняться, но напомнила о себе рана на животе. Яо захрипел. Позорище. Проиграть, и кому! Человечишке и новообращённому. Губы зашептали бессильные ругательства. Умереть от их рук — какое унижение!
— Жаль… что не удалось тебя слопать, сучёныш, — выдохнул он. В уголке рта надулся и лопнул кровавый пузырёк. Шансы выжить ещё были, но Яо ждал, что его добьют.
Гил, убедившись, что Яо больше не опасен, начал шарить по карманам в поисках телефона. Быстро набрал Ивана и вышел из комнаты, слушая долгие гудки. Наконец, Иван снял трубку, но так и не успел ничего сказать:
— Где аптечка? — сразу же выпалил Гил, обшаривающий шкафы. — И еще тут официантик ваш. Как там его… Яо.
Байльшмидт ненадолго замолчал.
— И лучше бы тебе неожиданно здесь оказаться, иначе я его прикончу.
— Хера вы! — вот и всё, что смог выдавить из себя Иван, быстренько убираясь из зала, чтобы не смущать посетителей. — Аптечка на кухне, нижний ящик у холодильника. А просто не впускать Яо вы не могли? Что вообще произошло?..
Он даже не понял, как интонация выдала все его переживания. Если с Гилом что-то случилось… А если с Людвигом? Иван ведь должен был о нём заботиться, раз уж обратил.
— Все живы? — от волнения у Ивана даже голос сел.
— Пф, не таких устраняли, — отмахнулся Байльшмидт, зайдя на кухню. — Но Людвигу все же досталось… Ты когда приедешь?
Гилберт нашел аптечку и побежал обратно в комнату, на ходу осматривая ее содержимое. Присев рядом с братом, он оторвал едва держащийся низ штанины и аккуратно, как только мог, начал перевязывать рану.
