Часть 8
4 октября 2017 г., 18:31
Гилберт зевнул, прикрыв рот рукой. Хоть он проснулся относительно недавно, но «поездка» до дома Ивана нехило вымотала его. И из-за всего этого стресса у него разгулялся аппетит. Хоть легенды и гласили, что кушать на ночь плохо, Гилберт все же решил прислушаться к зову желудка. Но и наедаться до отвала не собирался. Так, перекусить.
— Я на кухне, — едва уняв смех, Гил вытер проступившие слезы и вышел из комнаты.
— Не усни там, — напутствовал Иван вслед, усевшись в кресло. Он ожидал сопения с кухни или непрекращающегося свистка чайника, которые бы послужили сигналом, что Гилберт вырубился. Однако Иван устал не в пример больше и потому провалился в сон сам.
Надежды на то, что в холодильнике будет что-то нормальное, разбились сразу же, стоило Байльшмидту открыть дверцу. В шкафчике рядом пустовала хлебница, но зато рядом обнаружилась закрытая упаковка печенья. Немного погрустив, Гил поставил чайник на плиту и достал масло, которое нашлось в самом низу. Байльшмидт взял нож и стал понемногу намазывать масло на печенье. Уложив еду на тарелку, он бросил пакетик в кружку и сам уселся на стул, сложив руки на стол и положив сверху голову.
Гилберт немного подумал, переборол лень и, дотянувшись до чайника, поднял свисток с носика — в такое позднее время народ отдыхал, ни к чему беспокоить соседей. Поев, Гил повеселел: спать перехотелось, от желудка по телу разливалось приятное тепло, и сучка-жизнь стала казаться очень даже ничего.
Он взял пульт и включил телевизор, стоявший на холодильнике. Убавив звук до минимума, чтобы разбирать хоть какие-то звуки, Гил решил прикрыть дверь. Он дошёл до неё и заглянул в спальню. Людвиг похрапывал, Яо спрятался под одеялом с головой, так что непонятно, спал он или нет, а Иван дремал, жмурясь на падавший из окна лунный свет. Это было где-то даже мило.
Гилберт неслышно прошёл к окну давно отработанной походкой и задёрнул шторы. Лицо Ивана расслабилось, он чуть-чуть повернул голову. Гил хмыкнул и решил щёлкнуть его на память. С утра узнает, что жив лишь по милости Великого. Он достал телефон, комнату озарила вспышка. «Вот так-то», — подумал охотник и ушёл обратно на кухню, не забыв прикрыть дверь.
Гилберт устало переключал каналы, даже не смотря в телевизор. Прошел уже почти час, усталость снова брала верх.
«Ну вот, поели, теперь можно и поспать», — Гил поднялся, разминая затекшие от долгого сидения в одной позе конечности.
Убрав всю посуду в мойку, он выключил свет, почти ощупью двигаясь по коридору, так как телефон приказал долго жить и был оставлен заряжаться на кухне.
Байльшмидт с каждой секундой все яснее осознавал, что завтра утром вместе с ним проснутся все обитатели данной квартиры. Впрочем, нечего спать, если Великий на ногах.
Пару раз чуть не навернувшись, но всё же не познакомив лицо с полом, Гил дошел до комнаты. Едва слышно приоткрыв дверь и так же тихо закрыв, он на цыпочках добрался до кровати и юркнул под одеяло, устраиваясь рядом с братом и почти сразу же засыпая.
Утро для Ивана началось с затёкшего тела. Абсолютно Всего. Спать сидя никогда не было полезно, и Иван жалел, что позволил себе уснуть. А пробудил его шум с кухни — Гил, кажется, решил добыть пищу каким-то первобытным методом. Пока Иван пытался пошевелиться, он отчаянно соображал, на кого там охотится Гилберт и почему звуки такие, будто носится стадо мамонтов.
Вопрос разрешился сам собой, когда Иван на негнущихся ногах выполз на кухню. В недрах холодильника, так глубоко, что об этой заначке позабыл сам хозяин, Гил обнаружил грустно пытавшуюся прорасти картошку, которую сейчас жарил. Ну, как жарил…
Почищенная и тщательно избавленная, к чести Гилберта, от «глазков» картоха запускалась в кипящее масло похожими на фрисби ломтиками. Промахов ещё не было ни разу, но на каждый плевок сковородки Гил, прячущийся за крышкой, издавал душераздирающие звуки.
Иван любовался чудной картиной долго, пока его всё-таки не заметили. Появление зрителя явно выбило Гилберта из колеи, поэтому следующий ломтик картошки прилетел Ивану в глаз.
— Дожарь это, короче, — приказным тоном скрыл истерику Гил, — я больше не могу.
Гилберт скинул с себя фартук и вручил Ивану крышку от сковородки, мигом вылетая из комнаты и направляясь в ванную.
Хлопнув дверью, совсем не беспокоясь о том, что можно разбудить остальных, Гил на полную включил холодную воду. Подставив ладони, он сразу же их отдернул: вода брызнула прямо на него. Немного убавив напор и набрав в руки воды, он плеснул ей на лицо. Сделав так еще несколько раз, Гил зачесал мокрые волосы назад.
«Да уж… Сколько лет прошло, а все еще шарахаюсь от них…» — Гилберт осторожно дотронулся до правой руки.
Тряхнув головой, он не спеша закрыл воду и вытер лицо, выходя из ванной и бросив полотенце по пути на стиральную машину.
— И что это было? — не обернувшись на звук шагов, с насмешкой спросил Иван. Он тщетно скрёб по дну сковороды, пытаясь разделить безумно влюблённые ломтики картофеля и отвечающий им взаимностью металл.
Победив бездушный овощ, Иван соизволил обернуться.
— Ого, — он окинул умывшегося Гилберта взглядом, — теперь даже с насморком и склерозом я поверю, что вы с Людвигом — братья.
— Шутник хренов, — Гил растрепал волосы и бросил беглый взгляд на сковородку.
— Не обращай внимания, такое бывает.
Гилберт отмахнулся и хотел было уже пойти к столу, как заметил на себе выжидающий взгляд Ивана.
Издав некое подобие стона отчаяния и закатив глаза, он тяжело вздохнул. Его уже просто-напросто достало всем объяснять, какого хрена он ссытся из-за сковородок.
— Давным-давно, когда жопа моя не горела со всего происходящего в мире дерьма, но я уже перестал бегать под столом, не въебываясь в него головой, мне в голову пришла очень занимательная идея: приготовить что-нибудь на ужин самому. Но мой хрупкий мозг не подумал, что сковорода способна открывать порталы в иные миры, в том числе, в Геенну Огненную. В общем, если коротко, то я обжег правую руку. Ужасного ничего не произошло, рука сейчас в порядке… Но… Ты сам видел, — Гил отмахнулся от Ивана.
— То есть ты не с рождения левша? — Рассказ должен был вызвать в Иване сочувствие, но подача трогательной истории заставила его хмыканьем и фырканьем прятать ржач. Нет, правда, речь Гилберта можно было разбирать на цитаты! Чего стоил один только «хрупкий мозг»!
Услышав в ответ: «Угу!», Иван попытался ободряюще улыбнуться, но вышло, скорее, ехидно.
— Ладно, сейчас будем кушать. Удивительно, но с твоим способом готовки получилось прилично, — жестом экзорциста, изгоняющего демона, Иван бросил щепотку соли в скворчащую картошку. — Со сковороды поешь?
— Сойдет, — Гил поднялся налить себе воды. — Сам-то есть не будешь?
Байльшмидт мысленно выругался:
«Совсем забыл, что для него „поесть“ не то же самое, что для нас!»
— Кровь не дам. Только когда вернусь. Мне сейчас нужны силы.
— Ладно, — Иван пожал плечами. — Если оставишь мне картошки, я позавтракаю. Дашь поцеловать тебя на удачу?
Вопрос был задан как бы между прочим, но Гила непринуждённая интонация не обманула. Иван с непроницаемой улыбкой выдержал подозрительный взгляд, ожидая, когда Гилберт прожуёт еду и издаст злобное «NEIN!!!» Однако тот просто проигнорировал слова Ивана, решив, что если вампир и попытается что-нибудь предпринять, то получит леща.
Медленно соскребая картошку со сковороды, Гилберт обдумывал план их миссии. Да, он у них уже был, даже понравился Байльшмидту, но все же не мешало бы ещё раз прогнать его в голове. Как и все возможные исходы событий, ибо редко когда у них все шло по плану. Тем более с ним и Хенриком в команде. Тем более с сильным врагом, от которого ожидать можно было чего угодно.
Редко когда удавалось собрать достаточно информации, чтобы чётко и быстро захватить или уничтожить цель. Обычно команда охотников дорабатывала план на бегу, а то и прямо в бою. Система кодов и отточенных приёмов, конечно, немало ускоряла действия, но всё равно работа была изматывающая. А по возвращении победителей ждали не фанфары и красная дорожка, а отчёты по времени, ресурсам и результатам. Экономя, всё время экономя, организация не нанимала даже секретарей, а рассмотрения запроса на отпуск порой приходилось ждать несколько месяцев.
Погрузившись в унылые размышления, Гил почти перестал жевать. Из них его вывел вопрос Ивана:
— О чём задумался? — кажется, лицо выдало все его мысли — интонация вампира из игриво-насмешливой стала удивлённой.
— Ни о чём, — ответ вышел резковатым. Гил не знал, с чего напала такая хандра, но сейчас нашёл на ком сорваться. — Не приставай ко мне.
— Жуй живей, — ничуть не обидевшись, поторопил Иван. — Ты ведь так рано встал не для того, чтобы опоздать?
— Да заткнись ты уже, — Гил быстро доел свою часть, пододвинул сковородку вампиру и ушел за пакетом с одеждой. Достав из него штаны и футболку, Гил скептически посмотрел на вещи. С одной стороны, это была его одежда, которую он покупал осознанно. С другой, его терзали смутные сомнения. Но делать было нечего.
Взяв одежду, он ушел в ванную и прикрыл за собой дверь, не запирая на замок, а одежду сложил на стиральную машинку. Зачем закрывать, если хозяин квартиры может войти в любом случае? Быстро сняв с себя кофту Ивана (он решил доходить в ней еще день) и бросив ее в стирку, Гил на ощупь нашел футболку.
— Надо бы пересмотреть свой гардероб…
***
Иван быстро выскреб остатки картошки и бросил сковородку в мойку, залив водой. Зайдя в спальню, он снял с Яо наручники и отдал ценные указания по уборке. Китаец молча кивал, потирая запястья — руки слегка побаливали. — Сейчас Гил уйдёт, вооружайся щёткой и смывай кровь с ковра. Я пойду закажу оконное стекло и заберу машину. — В моей комнате кто бы стекло вставил, — вспомнил Людвиг. — И… пока ты не ушёл, можно… Смущение Людвига не заметил бы только слепой и глухой. Иван не стал его троллить, просто подошёл и сел рядом, подавая ему руку, а вот Яо съязвил: — Портишь мальчика своим запахом, Ваньа, ну зачем? У Людвига даже уши загорелись. Иван кожей ощущал его злость на самого себя и потребность в крови хозяина, а заодно зарождающуюся ненависть к одному конкретному вампиру. Чем больше Людвиг переставал быть человеком, тем больше он злился на кровососов. За необходимость пить кровь, за резкое изменение образа жизни. И за что-то ещё, что Иван пытался распознать, пока Людвиг вцеплялся ещё ровными человеческими зубами в его запястье. Где-то в глубине души Людвиг прятал отчаяние. Хлопнула дверь, из ванной вышел переодевшийся Гилберт. Он поправил футболку, подтянул спадающие джинсы и медленно побрел в прихожую. Заглянув в спальню и застав там «завтракающего» брата, Гил спокойно зашел в комнату. За пару дней к такой картине он успел привыкнуть, хотя еще совсем недавно это зрелище было для него более чем отвратительным. Дождавшись, когда Людвиг закончит, Гил сел рядом и, потрепав волосы младшего, стараясь не умиляться из-за сонного лица брата, как можно серьезней начал: — Меня не будет дома сегодня точно, а завтра — не знаю. На работе полный завал, — поспешил объясниться Гил. — Так что не волнуйся, что я не приду. Быстро поднявшись и кинув: «До встречи!» Гил вышел из комнаты, не забыв при этом злобно зыркнуть на Яо, как бы намекая, что если с Людвигом что-то случится, то по возвращении Гил позаботится о том, чтоб Яо уже было и не собрать по частям. Обувшись и покинув квартиру, Гил побежал вниз по ступенькам, стараясь не обращать внимания на боль в ноге. Вариант места встречи, предложенный Франциском — ресторан, в котором работали Иван и Яо, — отпал сразу же, поэтому сошлись на предложении просто собраться на базе и вместе выехать. Да и оружие всё там, так или иначе пришлось бы заскочить. За размышлениями Гилберт не заметил, как доехал до своей станции. Выйдя из метро и потянувшись, он остановился и в какой раз задумался, а какого же хрена он все еще не бросил свою «прекрасную» работу? Ответа на этот вопрос Гил не знал, но и уходить особого рвения не было. Хотя график делал очень больно. Махнуть охраннику рукой, приложить карточку к сканеру и пойти к лифту — каждый день одно и то же. Совсем ничего не меняется. Спустившись до своего этажа, Гилберт застыл у лифта, прислушиваясь. Было как-то тихо, даже слишком. «Такое ощущение, что все мои подчиненные решили разом взять отпуск», — подумал бы Гил, если бы не знал, что проще уволиться, чем получить отпуск. Это ему повезло выпросить у Хенрика отгул на день, так как он не последний человек в организации. А вот простым смертным туго приходится. Кабинет встретил хозяина непроглядной темнотой, впрочем, ничего удивительного. А лампочку с прошлой смены Гила никто так и не додумался заменить… Прекрасно. Еще и свет в коридоре был вырублен, так как найти злосчастный выключатель оказалось не по силам Великому. «Спасибо человечеству за прекрасное приложение „фонарик“ в телефоне», — Гилберт сунул руку в карман и мысленно ударил себя по лбу. Неудивительно, что он забыл телефон. В таком состоянии он мог легко забыть даже то, где работает. Открыв полностью дверь и помолившись, чтоб мигающие в коридоре лампы, которые оставляли даже после закрытия базы, не решили разом перегореть, Гилберт начал на ощупь пробираться к столу. Пару раз запнувшись обо что-то на полу, Гил стал ступать аккуратнее, представляя, как же он тупо сейчас выглядит со стороны. Добраться до стола было не самым ужасным. Хуже — найти пропуск в оружейную. — Герр Байльшмидт? Гилберт обернулся на голос, но сразу же отвернулся. — Твою мать, Феличиано, — узнать новичка по голосу было более чем легко. — Убавь яркость. Феличиано крикнув что-то между «Есть!» и «Так точно!», чуть не выронил фонарь из рук, но выполнил приказ. — Чего стоишь, заходи. Варгас неуверенно подошел к Байльшмидту, переступая завалы из бумаг. «Так вот, что это было…» — грустно подумал Гил, осознавая, что ему придется убирать весь этот срач. — Так, стой тут и свети, — отдав приказ, Гил продолжил копаться в ящике. Спрашивать откуда и зачем тут Феличиано он не стал, просто тихонько радовался в душе, что хоть где-то тот пригодился. Наконец отыскав пропуск, Гил жестом позвал Варгаса за собой. — Не хочу себе ничего поломать на пути к лифту. Феличиано же молча следовал за ним, так и не решаясь поинтересоваться о состоянии брата Гила. В оружейной, к своему удивлению, Гилберт обнаружил весь отряд, с которым он отправлялся на миссию. Хенрик как обычно сидел и до блеска полировал секиру, Лиза выбирала винтовку для себя и пистолеты для остальных, Теодор крепил ножи к поясу. — Вот мы и собрались, — Хансен отложил секиру в сторону и мило улыбнулся. Гила немного передернуло. Он как никто другой знал, что за этой милой улыбкой и придурковатым поведением скрывается безжалостный убийца, способный в одиночку вырезать стаю вампиров. Почему его одного не отправляют на миссии? Надо же его кому-то останавливать. Да и не все миссии можно выполнить в одиночку. — Думаю, что нет смысла повторять план. Сами знаете, что в один момент всё может измениться. Перекинув секиру через плечо, Хансен поднялся и позволил Гилу подойти к стенду с оружием. Взяв как обычно ножи и поймав брошенный Хедервари пистолет, Гил сложил все в сумку и, повесив ту на пояс, кивнул остальным. Один из ножей было решено прикрепить к ноге. Мало ли что. «Ни за что в жизни больше не надену узкие джинсы на задание», — Гилберт поправил штанину и оценивающе оглядел работу. «Сойдёт», — кивнув своим мыслям, он поднялся и вышел за остальными, мысленно перекрестившись. Все же непростое сегодня у них задание. — Вперёд, — Лиза улыбнулась. Эта её улыбка заставляла трепетать не только ребят вроде Феличиано, но даже «крутых парней» вроде Франца и Антонио. Гил не хотел в этом признаваться, но что-то ёкало и у него внутри каждый раз, когда Лизхен так оскаливалась. Остро. Хищно. Зло. Этой улыбкой можно было перерезать глотки вампиров не хуже, чем серебряным ножом. Все погрузились в машину, утробно взревел двигатель. И когда Элизабет успела занять водительское место? Гил от греха подальше сел назад, уступив кресло штурмана Теодору. Мутило его, если за рулём была дьяволица Хедервари. Половина отряда хранила молчание: Гил — напряжённое, Тео — скучающее. Вторая половина перекидывалась шуточками и подколами, Лиза ещё и по-ведьмински похохатывала на особенно крутых поворотах. Хенрик расслабленно развалился рядом с Гилбертом, поглаживая пальцами свой пистолет. Да название «пистолет» тут не подходило, не отражало всей мощи этого монстра. «Слонобой» — было ближе. Пальцы с обкусанными ногтями лениво пробегали по стволу к рукояти и обратно. Как-то даже вызывающе. Гилберт отвернулся, мысленно фыркнув. Чёрт, да Хенрик же всю жизнь так делал! И почему Гил заметил это только сейчас? Это всё пагубное влияние Ивана! Хранит всякую мерзость в своей ванне, намёки делает… Брата обратил… Гилберт не знал, какого хера он смотрел сквозь тонированное стекло на просыпающийся город и думал об Иване Брагинском. И даже не мог предположить, насколько «в руку» эти размышления. На очередном повороте Гил едва успел ухватиться за Хенрика, иначе бы точно впечатался в дверь. «Да за что мне это наказание? Они с тем новичком родные что ли?» — Байльшмидта передернуло, стоило ему вспомнить о том, как водит Феличиано. Хансен же сидел с не менее офигевшим лицом, вцепившись в переднее сиденье. — Лиза, будь все же так добра… — Хансен, которого как и всех остальных впечатало в переднее сиденье от резкого торможения, прикусил язык. Громко крикнув что-то на датском, он хотел было уже продолжить, но за него закончил Гил: — Ты, блять, не дрова везёшь! Помедленней давай! Гилберт бросил недоверчивый взгляд на лезвие секиры, находившееся в опасной близости его лица. Слишком близко. Уткнувшись лицом в окно, Гил недовольно пробурчал: — Уж лучше так, чем секира… Оставшаяся часть пути прошла не лучше: Лиза не внемлила просьбе страдающих. — Все живы? — не скрывая издёвки спросила она, обернувшись к сидящим сзади. — Да иди ты, — Гилберт едва смог отстегнуть ремень безопасности и отлепиться от сиденья. — Ладно… Удачи вам. Хенрик ободряюще улыбнулся, похлопав Гилберта по плечу. Выдавив некое подобие улыбки в ответ, Гилберт открыл дверь. — Ты все же осторожней давай… Если что-то пойдёт не так, то сразу подавай сигнал, — не всегда на лице Хедервари можно было увидеть беспокойство. Чаще издевку или высокомерие, но не волнение за кого-либо. «Разве что о Феличиано», — исправил себя Гил. — Лучше бы беспокоилась, когда машину вела, — стоило Гилберту захлопнуть дверь — машина сразу же отъехала. «Ненавижу быть приманкой!» — недовольно подумал он, заходя в кафе. Если верить информации разведчиков, то сегодня здесь должны встретиться человек, имеющий связи с тем убийцей, на которого они охотятся, и какой-то ещё вампир. Будь это обычные кровососы, Хенрик бы не стал собирать такой отряд. Тот приближённый был какой-то необычный. «„Через какое-то время он теряет над собой контроль и им полностью овладевает зверь. Сколько бы мы его ни резали, он регенерировал чуть ли не на глазах“, — Гилберт заметил три зарезервированных столика в конце зала; как их предупредили ранее. Но вот сказать, кто их забронировал, не смогли. Но если охотники правы — их зарезервировал приближённый Фантома, чтоб лишних ушей рядом не было. — „Мы и моргнуть не успели, как он добрался до нас. Какая-то крыса сдала нас!“» — продолжал он вспоминать слова выжившего разведчика. Осматриваясь и подходя все ближе к столикам, он незаметно достал из кармана подслушивающее устройство. Убедившись, что на него никто не смотрит, Гил кинул его на самый дальний столик и занял место подальше от этого. «Да нет никакой крысы! — Гилберт постарался успокоиться, не выдавая злости или волнения на лице. Все же он очень хотел бы надеяться, что его теория была правдой. — Просто у этого гада слух хорошо развит. Слишком уж… Да и смысл ему убивать эту „крысу“? Если это, конечно, не был тот выживший… Все, спокойно!» Гилберт достал из кармана пульт от прибора слежения, замаскированный под телефон и обладавший некоторыми его функциями, чтобы не вызывать подозрений. Привычное же для всех дело сидеть за столиком кафе, уткнувшись в телефон. Но не в этот раз. Устройство было маленьким, но все равно заметным, поэтому им можно было управлять и передвигать, ибо сделано оно было в форме небольшого жука с камерой вместо глаз. Спрятав «жучка» за салфетками, Гилберт понадеялся, что они вампирам сегодня не понадобятся. И не помешало бы заказать что-нибудь для вида. Да и за завтраком он не наелся.***
Иван ни на секунду не выпускал из виду машину охотников. Для утренних пробок было ещё не время, поэтому следовать за Гилом и его командой особого труда не требовало. Большая удача, что удалось забрать от дома братьев Байльшмидтов автомобиль и успеть к выезду охотников оказаться рядом с их базой. Большая удача, что Гил не видел его машины и не предупредил водителя. В прокачанных скиллах управления авто у охотников на вампиров Иван не сомневался ни на грамм. Ну, кроме разве что того чудака (не говоря худого слова), что сторожил Гила вчерашней ночью. Интересно, прихватили они его на миссию? Иван прыснул, сжимая руль. С тем парнем работа обречена на провал с момента принятия решения. И волноваться за Гила пришлось бы намного больше. Иван и так беспокоился, иначе бы не лавировал в потоке, подрезая одних и прячась за другими и ловя потоки ругательств в свою сторону от первых и вторых. Иван аккуратно припарковался у кафе, выбрав место, которое не было бы видно из окон. В зеркала заднего вида был виден единственный вход, и этим пришлось удовлетвориться — заходить означало спалиться по полной программе. Иван хихикнул. Дураком он не являлся, а вот незадачливый парнишка, которого Иван сейчас себе напоминал, интеллектом изуродован точно не был. К дверям кафе приблизилось нечто в куртке цвета фуксия. Иван на мгновение ослеп, а когда проморгался, то увидел только закрывающуюся дверь. Следующие посетители появились минут через пятнадцать и выглядели намного приличнее. Девушка в зелёном платье с лентой того же оттенка в волосах и юноша восточной внешности, перебирающий ремешок висящего на шее фотоаппарата. Она что-то весело щебетала ему на ухо, но глаза её методично обшаривали местность. Юноша же шёл с отсутствующим выражением лица и глубже натягивал капюшон. Бескровные губы и желание плыть по течению были чёткими признаками вампирского голода. Иван пожалел бы парня, но почувствовал только желание немедленно устранить угрожавшую Гилберту опасность. Взяв себя в руки, он дождался, пока парочка зайдёт в кафе, и понял, что просто сидеть больше не может. А вы пробовали усидеть на дюжине кактусов? Иван вышел из автомобиля, пикнул сигналкой, отступил в тень и направился за здание кафе. Взлетев на крышу, он приник ухом к вентиляционной трубе. Запах подсказал, что это кухня, и Иван сделал несколько шагов к следующей трубе. Не то. Идеальным местом оказалось окошко, открыв которое, Иван сумел увидеть и услышать странных личностей. Гилберт попытался особо не напрягаться: эти твари чувствуют страх. А будь он обычным посетителем, то сидел бы себе и плевать он хотел на остальных. Ловким движением руки выудив из кармана узких джинс наушники, подключив их к «телефону» и настроив программу слежения, Гил погрузился в удивительный мир наблюдения. Девушка приветливо улыбнулась собеседнику и, не дожидаясь ответной реакции, села напротив предполагаемого вампира, поправив выбившуюся прядь. — Что ж, — скептически окинув собеседника взглядом, начала девушка. — Оливер, — она сделала небольшую паузу, оценивая его состояние. — Глупо спрашивать, получили ли вы наше письмо, иначе вас бы тут не было. — Давайте прямо. Чего вы хотите? — Оливер боязливо оглядывался по сторонам. — Как уже было ранее написано: сотрудничества с вами. Нас заинтересовали ваша сила и мастерство. И за это мы предложим неплохой гонорар, помимо полного обеспечения нужной экипировкой. Вплоть до помощи в сокрытии убийств, совершенных по вашей собственной прихоти. Клыки Оливера обнажились в безумной улыбке, пугающей до чертиков. Гилберт дёрнулся, отвернувшись к окну. Парень, до этого безучастно пролистывающий фотографии, показал что-то девушке и, получив утвердительный кивок, отдал технику вампиру. — Думаю, что мы договорились. Столько же вы получите в случае успешного выполнения первого задания, — блондинка пододвинула конверт Оливеру, мило улыбнувшись. — Приятно иметь с вами дело. Ещё приятней, что нам не пришлось вести долгие переговоры. «И это, блять, все?» — Гилберт злобно пережевывал принесенную недавно еду. Но сам Байльшмидт уже знал ответ — это далеко не все. Фантом скоро выйдет на охоту, а это значило, что расслабляться нельзя. Иван слышал всё до последнего слова да к тому же чётко ощутил тусклую вспышку тревоги Гилберта. Он видел, как Оливер принял конверт, ощупав его тонкими пальцами, и кивнул. А ещё Иван чувствовал исходящую от него угрозу: она была в резких, дёрганых движениях, в блеске светлых глаз, в давящем запахе. Кроме ядрёного одеколона от вампира густо и пряно пахло кровью многих людей, которые были не просто так выпиты. Что именно надо делать с жертвами, чтобы не суметь потом отмыться, Иван не мог даже предположить. Встреча закончилась: азиат и блондинка направились к выходу. И в этот момент Иван осознал ещё одну странность. Девчонка вампиром не была. Одно это уже добавляло проблем: Гил не сможет её устранить, а другие охотники не смогут ни в чём заподозрить, даже если увидят вместе с вампиром. Неподготовленного человека легко обмануть, подумают они, и девчонка окажется на шаг впереди. Всего на шажок, но и этого может быть достаточно для проигрыша всей партии. Иван не отрывал глаз от Оливера, от проносящихся в голове мыслей сжимая металлический карниз до скрипа. Не сразу поймав себя на этом, Иван заметил, что Оливер поворачивает голову в его сторону и спрятался. Вот только пола пальто, кажется, мелькнула в окошке. Перекатившись на крышу, Иван часто задышал, прокручивая в голове сценарии дальнейших событий. Либо Гил покидает кафе, и тогда всё замечательно: можно спокойно продолжать слежку. Либо, что намного вероятнее, ведь всё не могло быть так просто, Гил остаётся в кафе с этим чудовищем. И что тогда делать? Так и висеть на карнизе? Иван фыркнул, приходя в себя. Что ж, придётся поизображать макаку ещё немного. Главное, не запаниковать. Задав себе эту мысленную установку, Иван вновь свесился вниз. Оливер допивал заказанный им стакан томатного сока и сверлил взглядом Гила. А Гил, потыкав в «телефон», вдруг резко засобирался. Иван, не веря удаче, перебрался поближе ко входу. Гилберт, до этого старательно делавший вид, что с увлечением что-то читает, дожевал еду и принялся писать сообщение Хенрику, стараясь не поднимать взгляд на уходивших. Но вот самого Гила не покидало чувство, что Оливер не отрывает от него взгляд с того самого момента, как остальные поднялись. «Парень с девчонкой выходят из здания, надо бы проследить их путь. За ними стоит кто-то более опасный. Разговор записал». Надпись «прочитано» появилась под сообщением через несколько секунд после отправки. Видимо, ребята уже заждались. Но не все оказалось так просто: нельзя оставлять этого психа Оливера одного, надо бы за ним проследить, но то же не мешает сделать с ушедшими… «Что же делать?» Телефон завибрировал, оповещая о входящем сообщении. Быстро разблокировав гаджет и проклиная себя же за то, что пароли стоят на всех приложениях, Гил наконец нашел смс. «Теодор, „случайно“ задев ту девушку, прикрепил к ее сумке жучок. Будем надеяться, что они ничего не заподозрят. Пока что благополучно продолжают свой путь». Гилберт усмехнулся. Не каждая миссия проходит гладко. Тем более миссия высшего ранга. На экране высветилось второе сообщение: «Шел бы ты отсюда, а то этот псих тебя уже мысленно в котле сварил и съел». «Жить пока хочется…» Сунув телефон в карман штанов, Гилберт позвал официанта. Забрав сдачу, Гилберт вышел из кафе. Нащупав в заднем кармане джинс телефон, Гил, разблокировав его, начал быстро строчить смс. «Я вышел. Направляюсь в твою сторону». Отправив сообщение, Гилберт остановился, задумавшись. И следом написал второе: «Этот вампир за мной идет?» Байльшмидт получил незамедлительный утвердительный ответ. Что теперь делать, Гил не знал. С одной стороны, если вампир пойдет за ним, а потом они его схватят, то будет отлично. С другой… Он хоть и выглядит слабоватым, но, судя по собранной по нему информации, таковым не является. Сложный выбор. «Не тупи, иди дальше. Потом разберемся по ситуации». Гилберт нахмурился, набирая в ответ: «Все у тебя так просто». Убрав телефон обратно, Байльшмидт продолжил свой путь. Иван тоже продолжал слежку. Чувствовал себя он очень тупо: в голове отчего-то заела тема из «Розовой пантеры», он пробирался по крышам, бросив машину у какой-то забегаловки и не сводил глаз с Оливера. Если только тот попытается напасть… «Помогу только в самом крайнем случае. Гил не должен работать один, и постоять за себя он тоже умеет», — скрепя сердце решил Иван. Видимо, при нём оставался его адекват. По крайней мере, частично. «Спасатель недоделанный!» — чертыхнулся он, поскользнувшись при прыжке. До крыши следующего здания не хватило буквально пары метров, пришлось отскакивать от нереально гладкой стены и прятаться в густой кроне удачно растущего неподалёку клёна. «Чип и Дейл в одном флаконе, блин!» Весил Иван немало, но дерево выдержало, хотя ветки жалобно захрустели под ногами. На землю, кружась, полетели листья, но крона была достаточно густой, чтобы скрыть Ивана от чужих взглядов. Вспорхнула огромная ворона, отвлекая на себя внимание любопытных, а Иван едва успел прикусить язык, чтобы не выдать порцию нервных ругательств. «Спалился или нет? — стучало в его голове набатом. — Спалился? Или нет?» Гилберт обернулся, заслышав треск и шелест кроны, но не заметил никого, кроме прохожих и быстро спрятавшегося за углом Оливера. «Значит, все же идет за мной…» Байльшмидт сделал вид, что не заметил преследовавшего его вампира. «Надеюсь, что у Хенрика есть какой-нибудь план…» Байльшмидт мысленно ударил себя по лбу. «Нет. Сто процентов у него нет никакого плана. Ну почему каждый чертов раз мы должны действовать по ситуации? Почему моя жизнь с момента попадания на эту работу превратилась в шоу „Интуиция“ и „Битву Экстрасенсов“?!» Гилберт взглядом нашел дом, за которым его должен был ждать Хенрик с машиной. — Что-то мне подсказывает, что сейчас самое время вложить все очки в удачу… Иван проводил Гила глазами до угла и только потом последовал за ним, позволив охотнику покинуть поле его зрения буквально на несколько секунд. Три удара вампирского сердца, два глубоких вздоха. Разве что-то могло случиться за эти мгновения? Гилберт завернул за угол и остановился, не зная, что делать дальше. Как он и ожидал, Хенрик хер клал на их изначальный план, который и так был не идеален. Да, в подворотне Гилберта ожидало целое ничего, за исключением мусорных баков. Одно дело, позволить себе небольшое отклонение, но менять все, не согласовав свои действия с остальными, это уже другое. — Это уже не смешно, — Гилберт дрожащими пальцами быстро как мог набирал смс Хансену. Только он хотел нажать на кнопку отправки, как заметил что-то быстро приближающееся к нему со спины и едва успел отпрыгнуть, уклоняясь от удара. Байльшмидт, не в силах пошевелиться, замер на полувздохе. Перед ним стоял тот самый вампир из кафе. Оливер. Фантом. Его безумный взгляд бегал по телу Гилберта, изучая жертву. Байльшмидт сделал шаг назад, чтобы удержаться на ногах, и зашел дальше в подворотню. «Что за херня, — Гилберт старался не отводить взгляд от Оливера. — Какого черта я не могу ему втащить?!» Иван вновь врубил «режим читов» и пополз по стене вверх и за угол. Стоящие друг напротив друга Гил и Оливер его крайне не порадовали. Запах крови будто сгустился и начал отдавать гнильцой, светлые глаза рыжего вампира безумно поблескивали. «Гил, умоляю тебя, не окажись безоружным!» — Иван встал на карнизе на уровне третьего-четвёртого этажа, готовый броситься на Оливера, как только Гил окажется в смертельной опасности. Оливер сделал выпад. Иван никогда ещё не видел, чтобы кто-то двигался так: изящно, будто танцуя, но при этом неумолимо и яростно. Когти Оливера просвистели около шеи и груди Гила наискосок. Задев одежду, они рассекли её, не замедляя своего смертоносного хода. Следующий удар мог бы стать для Гилберта роковым, но, видимо, перспектива видеть рожу Оливера как последнее в своей жизни, Гила не радовала. Из ножен на бедре выпорхнул нож, встретивший когтистую лапу. Иван ожидал, что четыре пальца окажутся навсегда разделены со своим хозяином, однако вампир был не лыком шит и руку отдёрнул, отделавшись порезом на ладони. После обмена ударами противники отскочили друг от друга. «Настало время для перепалки в стиле третьесортного супергеройского боевика», — подумалось Ивану. Но реальная жизнь имела свои планы, и Гилберт молча бросился вперёд, выхватывая второй нож. Кровь из пореза у Оливера течь уже перестала, но серебро было неприятно и ему, судя по тому, как бодро он увернулся и прыгнул на стену. Оттолкнувшись и сделав пафосный переворот в воздухе, он полетел на Гила, оскалив клыки в хищной ухмылке. Гилберт приготовился принять летящего на него вампира на клинки, как жука на булавки, но интуиция Ивана буквально взвыла, что этого-то Оливер и ждёт. Поэтому, не дожидаясь развязки, Иван пулей спрыгнул вниз, сбив Фантома в полёте и прижав его к асфальту. Оливер резко дернулся, но из цепкой хватки Ивана выбраться так и не сумел. — Какого… — Гилберт быстро отошел от шока и побежал в сторону вампиров. — Не подходи! — Иван чувствовал, что просто вырываться это не все, на что был способен Оливер в такой, казалось бы, безвыходной для него ситуации. И правильно. Стоило Ивану на секунду потерять бдительность, как вампир, несмотря на разницу в телосложении, откинул его в ближайшую стену и, подскочив, кинулся на не ожидавшего того Гилберта. Еще бы секунда, и Байльшмидт мог бы попрощаться с жизнью, но вовремя сработавшие рефлексы помогли Гилу избежать очередной преждевременной встречи со столом патологоанатома. Увернувшись и отпрыгнув в сторону, Гил достал пистолет и, сняв его с предохранителя, выстрелил. Оливер, залившийся жутким смехом, начал резко перемещаться с одного места на другое. Гилберту даже показалось, будто вампир телепортируется, хоть он и знал, что это невозможно. Гилберт пытался уследить за перемещениями Фантома, но все было тщетно. И стоило тому попытаться атаковать Байльшмидта со спины, как из ниоткуда перед ним появился Иван, пинком отправляя Оливера на встречу с прекрасным граффити на стене. Оливер успел в полете ухватиться за торчащую из стены арматурину и подтянуться на ней. Тяжело дыша, он смотрел на стоявших внизу Ивана и Гилберта. Прошипев: «Я доберусь до тебя!», он прыгнул на крышу соседнего дома, исчезая из поля зрения противников. О том, кому же были адресованы слова Оливера, ни один из них думать не хотел. Иван тяжело выдохнул, поворачиваясь к Байльшмидту. Гилберт стоял, прикрыв глаза, успокаиваясь. — Ты в поряд… — Иван резко развернулся, отпрыгивая в сторону. Буквально в нескольких миллиметрах от него просвистела секира. — О дьявол! — лицо Ивана исказилось ужасом. О Хенрике Хансене знал почти весь город, по крайней мере, вампирская его часть. Чудовище с секирой было профессионалом, от него ещё никто не сбегал и никто не знал его слабых мест. «Господи, нет! Нет-нет-нет, это кошмар!» — раздался панический вопль в голове у Ивана, мешая взять себя в руки и начать соображать. — Хенрик, подожди! Это не он, — голос Гилберта отрезвил Ивана, а быстро скрытая нотка лёгкого испуга даже порадовала. — Не я! — Иван выпрямился, пряча дрожащие руки в карманах и поспешно втягивая когти. — Что, собственно, происходит? Попытка выдать себя за левого человека провалилась с треском: намётанный взгляд охотника сразу приметил яркий румянец на бледном лице, расширенные от адреналина зрачки. Да как успешно бы Иван ни притворялся, Хенрик всё равно не ушёл бы без добычи. В этом они были похожи. — Так я тебе и поверил, ага! — ухмыльнулся Хенрик, вытаскивая из поясной кобуры огромный пистолет и целясь в грудь Ивану. — Улыбочку. — Что? — такого неуместного слова Иван не ожидал. — Оскалься. Проверим, вампир ли ты, — пояснил приказ Гилберт. — Ставлю почку, что да. Байльшмидт напрягся. Он буквально не знал, как убедить Хенрика, что этого вампира убивать не стоит. — Мы здесь не за ним, — решил он напомнить Хансену. Но у того, судя по всему, были свои планы. В первый раз Ивану удалось увернуться, но в узком переулке особо не побегаешь. Однако Хансен не выстрелил: Иван поднял руки в примирительном жесте. Из-за спины Хенрика вышли Теодор и Лиза. Хедервари посмотрела на вампира испепеляющим взглядом. Хансен кивком приказал пришедшим обездвижить Ивана. — Эй, полегче! — возмущение вышло весьма натуральным. Да и как не возмутиться, когда какая-то левая девчонка сковывает твои руки за спиной и дёргает наручники вверх, вынуждая согнуться почти пополам. — Руки оторвёшь! — Можешь и без головы остаться, — Хансен подошёл ближе, упёр дуло пистолета в подбородок Ивана, задирая его голову, и бесцеремонно ощупал нижнюю часть его лица. Палец больно надавил на губу, буквально расплющивая её о клык. — Кровосос, — презрительное словцо звучало как приговор. Хенрик отступил на шаг, теперь чёрный зрачок дула смотрел в переносицу Ивана. — А если нет? — Гилберт неодобрительно наблюдал эту сцену. — С поличным пойман не был, кровь из людей не пил. Может, вегетарианец? — И много ты таких знаешь, Гил? — голос подала девка, слегка, впрочем, ослабляя хватку на наручниках и позволяя больше не изображать букву зю. — Одного, как минимум, — прошептал Иван, едва шевеля губами. Гилберт бросил ему хмурый предостерегающий взгляд, а вот Хенрик заинтересовался: — Что-что ты там промурмулил? — Да ничего. Отпустили бы вы меня, говорю. — Иван встал во весь рост и потянулся, насколько позволяли скованные руки. — Домой хочу. Меня там кот ждёт. — День, когда Хенрик Хансен отпустит вампира, станет последним днём его карьеры. Но убивать тебя пока резона нет: ты оказался там, где была наша цель. Значит, можешь что-то знать. Грузим его, ребята. Иван покорно пошёл к машине, только поморщившись, когда из наручников выдвинулись короткие посеребрённые шипики. — It’s not business, — хмыкнула девушка, толкая его к автомобилю, — it’s really personal. — Его кормить надо, — Иван сделал последнюю попытку освободиться, маскируя ею поданный Гилберту знак, — кота. — Полезай уже, не беси! Показалось, или Гил кивнул? Разобраться Иван не успел, его затолкали в багажник.
