Река Жизни

А в прицеле дрожало небо Слез не пряча. И бой был долгим. Жаль, что он тебе другом не был… Ты сильнее. И слава Богу. Зимний рассвет был поздним, холодным и играл перламутром на свежих, пушистых сугробах. Пара часов отстранённого ледяного света – и солнце начнёт клонится за первый, приморский хребет, играя таким же холодным, далёким золотом. Всем его видно, а руками не ухватишь. И опять сумерки, ночь, звёзды и темнота. А дальше, за горы, солнце и на пару часов не показывается, так, взблеснёт из-за скальных пиков – и обратно за горизонт. Но так далеко Николь не забиралась никогда, она не проводник, не охотник и не настолько отбитая на голову, чтобы в дикие горы из пустого любопытства лезть. И вообще давненько наёмницу (бывшую, да, не забывать) на родину не заносило. Зато уж сейчас как занесло! Николь хмыкнула, допила почти остывший чай и сунула кружку в мойку – дежурный потом займётся. Надо сказать, когда за твоей спиной официальная власть, всё гораздо веселее, и качать права с корпоративным удостоверением намного продуктивнее, чем с пистолетом. …Она отчаянно храбрилась, зубоскалила насчёт премиальных, подначивала Ценга: дескать, захватим живым этого их учёного, заприте меня с ним на пару ночек – но в глубине души тихо радовалась, что она здесь только для сопровождения и всякого случая, а разбираться с «Лавиной» будут солджеры. По слухам, целый «первоклашка», тот, который молодой и борзый. Неизвестный самой Николь папаша был с юга, но родилась и выросла она тут, и сказки с детства слушала. В том числе страшные. И слишком то, что парни рассказали, было на эти сказки похоже. Вот пусть солджеры и разбираются, должна ж быть с них какая-то польза, кроме пропаганды. Кстати, пора бы пойти да познакомиться. Невезучие «третьеклашки», спасённые Томасом, сидели на откинутом борте армейского грузовика и о чём-то переговаривались шепотом. Опознать их было легко, оба шлемы ещё не надели. - Привет, парни, - небрежно поприветствовала Николь. На неё тут же уставились две пары светящихся глаз. – Серьёзное дело, а? - Привет, - блеснул зубами Эссай. Хорош, конечно, хоть и не совсем во вкусе Николь. – Да слухи ходят, президент лично кипиш поднял, так что всё серьёзно. - Иначе мы б тут никого из первых не увидели, - его товарищ был серьёзнее, и стрельбу глазами по Туркам не вёл. – А так, считай, повезло. - А где он, кстати? Себастьян молча ткнул большим пальцем себе за спину и подвинулся, освобождая дорогу. Николь два раза приглашать не пришлось, интересно же посмотреть на легендарный первый класс в естественной среде обитания. …И нос к носу столкнулась с лохматым черноволосым парнем. Вид «первоклашка» имел откровенно заспанный. - Я что, всё проспал? - А ты б ещё дольше дрых, и миссия б закончилась. - А вы б ещё дольше копались, как раз к весне бы собрались, - хмыкнул он. Пригладил ладонью волосы, отбрасывая назад, с интересом взглянул на Николь, по-прежнему стоящую одной ногой на откидной лестнице: – Привет, ты с нами? Я Зак. И улыбнулся так открыто и радостно, как будто не знает, кого к ним прикомандировали. Ну или словно Турк в напарниках – невесть что за счастье. Ха, а все говорят: их отдел вояки не любят. - Ага, с вами, - подтвердила она, подвигаясь. – Николь. Я тут, типа… местная, ну и на всякий непредвиденный случай. - Какой случай, - Эссай хохотнул. – Нам Фэйра прислали, будет не миссия, а прогулка. - Ну, если вы мне спину прикроете, то, может, и будет, - Зак тоже засмеялся, задорно и заразительно. – Куда я без вас, а? Он по пояс нырнул обратно в нутро грузовика, вытащил широкий меч. Таким только бахамутов от чокобьей стаи отгонять, но Фэйр с оружием обращался, как с хрустальным. Приладил за плечом на магнитные крепления, обернулся, мгновенно посерьёзнев: - Мы же все собираемся живыми вернуться, да? – дождался кивков и невнятного ворчания в ответ, опять улыбнулся: - Тогда пошли, раз только нас и ждут. Как-то утеплиться он даже не подумал, так и пошёл к головной машине колонны. Впрочем, Эссай с Себастьяном тоже красовались в форменных безрукавках и символичной броне, да и штаны с ботинками не выглядели зимними. Николь поёжилась: солджеры, чтоб их, смотреть и то холодно, а им хоть бы хны. - Эй, а он точно «первоклашка»? – окликнула она задержавшегося Себастьяна. Солджер обернулся и без тени шутливости кивнул: - Он не просто первый, он Анжила любимый ученик. И последний, - со вздохом добавил, надевая шлем. – В деле увидишь, сама поймёшь. Николь заинтересованно хмыкнула и побрела следом. Это обыватели в основном одного Сефирота знают, но этого серебристенького попробуй не знать, Департамент по связям очень старается. А вот тем, кто чуть больше в теме, не надо дважды объяснять, кто такой Анжил Хьюли… был. Очень, очень любопытно будет посмотреть, кого ж он напоследок воспитал. * * * - …И дальше прямая дорога к порту, безопасная, - выпалила Тами и вопросительно взглянула на Арлину: верно ли путь описала. Дождалась одобрительного кивка. – Вот только кто нас отсюда зимой заберёт? - Нашлись психи, - северянка скатала карту и вручила ученице. – Бухта там незамерзающая, горячие ключи практически в море выходят. Если бури не будет, а её не будет, место круглый год судоходное. Они думают, что все дороги перекрыли, - девушка жёстко усмехнулась, - ну, пусть и дальше так думают. - Арли… я точно справлюсь? - Это ты не меня, ты себя спрашивай, - Арли посерьёзнела. – Я тебя что, зря всю осень и ползимы гоняла? Все приметы ты запомнила. Горы чувствуешь. По аномальным зонам тебя шастать никто не пустит, но просто по горам, да по разведанной дороге, и сама дойдёшь, и наши отряды выведешь. Я, сама понимаешь, должна с последними уходить, у нас корпоранты на хвосте висеть будут – не дай Богиня, придётся кривой тропой удирать. Тами удручённо кивнула. Осенью в «Лавине» думали, что обосновываются на Северном континенте надолго, не на один год, очень уж удобное место для основной базы. До Мидгара вроде недалеко, через пролив и по трассе, и в то же время дикая глухомань с монстрами. Арлина справедливо рассудила, что в такой ситуации один проводник – маловато будет, тем более оба замкома её то и дело на разведку отправляют, по очереди. А ходить по горам надо. Хотя бы просто по горам, не считая опасных и «странных» мест. Из всех соратников она выбрала Тами и пошла напрямик к командиру просить, чтобы юную снайпера ей отдали в обучение: выросшая под Плитой девочка прекрасно умела быть тихой, незаметной, проскальзывать мимо опасности и чувствовать её буквально кожей. Интуиция – одно из главных качеств, без которого проводник не проводник, а покойник. А уж без хладнокровия, выдержки и умения быстро принимать решения снайперу никуда. Научить же приметам опасности и умению «читать» горы – дело времени и тренировки. Эльфи разрешила, Тами согласилась, но кто ж знал, что её новые умения придётся применять так рано и так всерьёз. Шинровские войска перекрыли дороги и даже тропы, чтобы попавшиеся на Севере лавинники не прорвались к побережью. Все, которые знали и нашли на картах – вот только кто ж на Севере наглым и нелюбимым чужакам расскажет про действительно все тропы и охотничьи карты даст? - Жаль, - тихо сказала Тами. – Мне тут понравилось. Даже зимой… - Летом у нас ещё лучше, - Арлина грустно улыбнулась: - Доживём до победы, переезжай – доучу, будем вместе работать. - Хорошо бы, - Тами неуверенно улыбнулась и вдруг спросила, решившись: - Арли, чего ты боишься? Ты же боишься. Разведчица отвернулась. Сжала пальцы в «замок», прерывисто выдохнула и выпалила: - Кайну. - А?.. - Кайну остаётся прикрывать отход, когда я последних выведу. Не поверят ведь без драки, в погоню кинутся, нам придётся под огнём уходить. Конечно, наши горы зимой, не зная, прочёсывать – дело дурное, но кто там людей считает… Так Фухито его последним поставил. А Кайну… когда о задании говорит, у него глаза пустые и голос… мёртвый. Я… Тами, с таким настроением в бою не выживают! - Понятно… Что ж непонятного, если вся «Лавина» знает, кто из ребят в чёрной форме неизменно ходит тройкой: Даниель, Кайну и Арлина. Последняя вроде как не Ворон, а разведка, но так часто с ними заодно, что об этом и забыть можно. И чудили тоже втроём: что в самоволку на Плиту сходить, что рыбы на всю базу наловить – гадать не надо, кто веселье затеял. По боевым звеньям гадали, кто у кого разведчицу уведёт, но Тами, который месяц близко общающаяся с Арли, знала лучше иных – никто и ни у кого. Любовного интереса там и близко не было, дружба была. А теперь друг идёт в бой с похоронным настроем. Запаникуешь тут. - Может, обойдётся? Арли перестала ломать пальцы, встряхнула кистями и глубоко вдохнула, задержав дыхание. - Может. * * * Дорога красиво поворачивала, огибая серо-пёструю скалу, и ныряла вниз, в широкую неглубокую долину, по которой протекала река, и к мосту через неё. Хотя, что это река, а не неширокое обрывистое ущелье, можно было понять только по паре ледяных окон вдалеке, снег всё скрыл. - Стоп, - Зак выпрыгнул из головного грузовика, подошёл к переправе. Встал, демонстративно уперев руки в боки: - А вот не нравится мне этот мостик. Вот совсем не нравится. - Думаешь, засада? – следом высунулся Себастьян. - Думаю, он настолько старый, что надо помочь совсе-ем чуточку, - «первоклашка» показал пальцами, насколько, - чтобы он рухнул вместе с нами. Так что проверим, нет ли сюрпризов, и пускаем машины по одной. Ну и засаду тоже проверим, раз вылезли. - Э, это по моей части, проверять мосты на «сюрпризы», - пригревшаяся Николь вылезла на мороз, шипя с досады, но дело есть дело. Её именно на такие случаи к армейским и приставили. И нечего тут всяким синеглазым галантность проявлять, она Турк на работе, а не трепетная фиалка. Как ни удивительно, единственным сюрпризом оказалась дряхлость опор. С одной стороны, понятно: это прямая дорога к старым выработкам, сюда десятилетиями на тяжёлом транспорте не ездили, а для мелочи вроде мотоциклов или чокобо с телегой и такой мост годился. С другой: что ж, в «Лавине» все настолько глупые, раз такое удобное место пропустили? Или только делают вид, что глупые – заманивают… Судя по тому, что Николь в материалах к делу вычитала и от шефа выслушала, то второе. И это ей крепко не нравилось – дорога дальше уходила вверх по склону в горный лес, уж там-то мест для засад хватало. - Порядок, - Николь, барахтаясь в сугробах, полезла наверх. – Можно пускать. Протянутую руку Эссая игнорировать не стала, охотно ухватилась и позволила помочь – не то место, не то время для глупого выпендрёжа, солджер её из болота запросто выдернул бы, не то, что из сугроба, а силы надо беречь. И, к тому же, без помощи она рисковала улететь под обрыв: лёд, конечно, крепкий, но доставать её оттуда будут долго. - Отлично, первый пошёл! – Зак махнул рукой, разрешая ехать. Грузовик ехал медленно, осторожно, как на цыпочках крался – водитель улететь в ледяную воду не хотел. Пассажирская дверь кабины была открыта, на подножке застыл Себастьян, напряжённо разглядывающий дорогу впереди. Но там было тихо, зимний лес застыл в хрустальной неподвижности. - Зак, а Зак, ты где свой хвостик потерял? – Эссай смотрел назад, но ухмылка так через затылок и проступала. - На базе, - а вот Фэйр не улыбался. – Подвигов на его век хватит, успеет героем стать. А мне надо, появись какой-то… необычный приказ, чтобы его не… потеряли. Случайно. Или наш запрос помощи. Ну или начнётся непонятность какая, а нас на миссии отвлекать не захотят… - Ого, - с долей уважения пробурчала Николь. – Как у вас всё серьёзно. Надо же, выглядит «первоклашка» как жизнерадостный балбес, а от всякой пакости спину прикрыть додумался. - Всё дофига серьёзно, - солджер вздохнул. – Хотелось бы попроще. Так, отлично, следующий! Эссай неуловимым движением запрыгнул в кузов, развернулся, продолжая контролировать тыл, и машина так же осторожно двинулась по мосту. Николь на них не оглядывалась, ей померещилось какое-то невнятное движение в заснеженных кустах. Нет… не померещилось! Она выхватила пистолет и рявкнула так, что по лесу эхо загуляло: - Тревога! Снежные гончие! – и начала быстро выцеливать грязно-серые тени. Наверное, до того, как вляпались в аномалии и мутировали, эти гончие были волками или какими-то их родичами. Но волки звери осторожные и тихие, к людям лезут только в самые голодные и лютые зимы, а уж военных, с их автомобилями и оружием, дальней дорогой обходят. А снежные гончие – монстры. Они чуют мясо и хотят жрать. И степень опасности не оценивают. Николь, отстреливаясь, пятилась на мост, под защиту меча Фэйра, понимая, что гвардейские через неё по монстрам стрелять не будут, побоятся задеть. Впрочем, если Турки нужны на проверку «сюрпризов», то солджеры – на случай такой вот дряни. Длиннолапая ощетинившаяся тварь выпрыгнула на дорогу и сразу же на мост, за ней вторая, третья – с неприятно-бурыми пятнами на боку, но её это не останавливало. Широкий длинный меч лихо свистнул на замахе, солджер для человеческих глаз слился в какую-то смазанную тень, которую гончие не могли опередить. Грузовик взревел, прибавляя скорость: освободить место для манёвра и миновать опасный мост. Николь удачно влепила пулю третьей, раненной монстре, промеж глаз: это не люди, тут её таланты рукопашного боя почти бесполезны, стрелять надо. И тут старые брёвна наконец-то не выдержали издевательств. Мост ощутимо накренился, поехал вниз и в бок, и Николь с невнятно-нецензурным воплем рухнула на колени. Обледеневшие доски – вещь коварная, тут никакая подготовка не поможет, если всё скользит. Последнее, что она слышала перед полётом вниз, к далёкой реке, было: «Держись!». «Я б держалась. Было б за что…» - …в … твою ж … через …! - Ого, - весело и с ощутимым облегчением откликнулся знакомый голос. – Ну ты, значит, в порядке, да? Николь приоткрыла глаза. Бок ныл, голова побаливала, на языке ощущался мятно-карамельный вкус, такой… характерно мерзопакостненький. Ох, лучше б в лечебные эликсиры никаких привкусов не добавляли, не спасает, только тошнит от них сильнее. Над ней на коленях сидел Зак Фэйр и внимательно разглядывал, очень серьёзно и обеспокоенно – впрочем, в уголках губ уже притаилась весёлая улыбка. - Вроде как, - Николь осторожно села. Нигде не болело, и даже слабое эхо в боку и в голове утихало, «лечилка» действовала. – Мы это… где? - Под мостом, - солджер хихикнул, как подросток, и подвинулся в сторону. Она подняла голову, полюбовалась на обломанную опору и перекосившиеся остатки полотна, поняла, что никого тут больше нет: значит, грузовик успел переехать. Прикинула, что лететь далеко, а отделалась парой ушибов, которые «лечилка» без следа убрала – не прыгни Фэйр за ней, могла бы и того… под лёд с концами. Николь покачала головой, вздохнула: - Да, кажись, отстали. - Смысл миссию задерживать? – Зак пожал плечами. – Сами выберемся. - Выберемся… - Николь потёрла ладони, в боевых перчатках пальцы замёрзли. – Слушай… если это последняя переправа… так… есть идея. Ты тут никаких пещер не заметил? Зак молча ткнул вперёд и влево. Николь обернулась: точно, под снежно-сосулистым козырьком был как раз вход в пещеру, эдакая кривая трапеция. - Класс, - девушка хищно ухмыльнулась, - как насчёт зайти в тыл противнику? – и торопливо пояснила: - Я б сама туда ни за какие деньги и других не пустила, но ты ж «первоклашка», с тобой и по нашим пещерам можно пройти! А это – «хвост» тех самых забоев, где «Лавина» сидит. - Опасные пещерки, говоришь? Отлично, - в ответ ухмыльнулся Зак. – Значит, оттуда никого не ждут. Пошли! …Темноты не было. Как только за спиной погас сумеречный свет короткого зимнего дня, стало заметно, что часть породы слабо фосфоресцирует из-под льда. После короткого раздумья Николь убрала приготовленный фонарик и пристроилась чуть сзади и сбоку солджера. Ей хватит света, чтобы не споткнуться, этот вообще в кромешной тьме видеть может, нечего о себе заранее сообщать монстрам и террористам. Тем более с каждым шагом холодного голубого сияния прибавлялось. При таком освещении стрелять, может, Николь бы не рискнула, а вот в челюсть заехать и от ответа увернуться – вполне. «Интересно, шахты забросили потому, что реально выработали, или потому, что копали, копали… и докопались?» - невольно закралась мысль. Северяне знают, что просто так ничего не светится. Ладно… остаётся только надеяться, что за короткую прогулку критическую дозу излучения она не схватит. Голубым светит, всё ж, не зелёным. В таких условиях надо годами работать, чтоб последствия словить. Да… на континентах бы это владельцев шахт не смутило… - Ух ты, - Зак притормозил, восхищённо завертел головой. – Смотри, красота какая! Угу, первый класс, солджер, герой – а ведёт себя иногда как восторженный пацан. Николь запнулась и покачала головой: так сколько ему лет-то, она лет на пять-шесть старше, реально ведь мальчишка. Армейская, чтоб её, элита! - Красиво, - согласилась она с очевидным. – Как мишура новогодняя, переливается. Светящиеся участки чередовались с простой породой, голубое мерцание дробилось и переливалась на ледяных кристаллах, которыми обросли и стены, и пол, и потолок. С потолком засада и случилась: идти сквозь нежное чародейское мерцание было бы красиво и весело, но каждый громкий шаг заставлял что-то наверху нехорошо трещать. Зак вдруг схватил Николь за плечо, подтянул к себе и приложил палец к губам. Жаром от него пыхало, как от хорошей печки, неудивительно, что глазастые ребята по Северу в одной форме бегают. Она вздрогнула и проследила за его следующим жестом – наверх. «Да-а, если такая сосулька прилетит по темечку, даже мастер-уровень Материи не спасёт! А Фениксова пёрышка у нас нет». Справедливости ради, такое перо даже у Сефирота вряд ли было. Материи призыва Феникса, по слухам, чуть ли не две на всю Гайю, а уж удрать от «птички» и тем более перо выдернуть не всякому по силам. Дурней рисковать всё равно находилось, ведь, если выдернешь и выживешь, считай, что на полжизни обеспечен: перья эти покупали за сумасшедшие деньги, они могли и из состояния клинической смерти вытащить, и необратимые повреждения без последствий залечить. «Интересно, правда ли в личном сейфе президента этих перьев целый чемодан припрятан?» - Николь с досадой тряхнула головой, вот же задумалась не ко времени. Нахмурилась, вглядываясь в жесты Зака, который с явной досадой повторил для затупившей Турка. А… ясно, очень тихо и по очереди до конца коридора, там сосулек на потолке уже нет, он идёт первый. Миновать «засаду» удалось без последствий, не считая того, что одна сосулька таки рухнула Николь почти на пятки, когда она уже вбегала в безопасное место. Девушка сдавленно пискнула, орать тут не лучшая идея, и прыжком метнулась Заку за спину. По ногам брызнуло осколками льда: от сотрясения рухнули ещё несколько. - Зашибись у вас тут весело! – Зак опустил руку, которой прикрывался, тряхнул волосами: одна прядка выбилась и упала на лоб. – Ну ладно, хоть с красивой девушкой в компании бегаю. - Чего-о? – опасно прищурилась Николь. - Чего? – искреннее не понял Зак. Она подозрительно посмотрела в честные светящиеся глаза и буркнула: - И проехали. Дальше пошли. Нет, он не пытался заигрывать. Фэйр сообщил очевидный для него факт: что Турк Николь-рукопашница красивая. И следовало из этого… собственно, ничего не следовало. С одной стороны хорошо, боевая миссия не место для заигрываний. С другой обидно как-то, что ли. - Не устала? - Нет, - процедила Николь сквозь зубы. Лезть через обледеневшие пещеры с сосульками непросто, даже если это не лабиринт, а один почти прямой проход. Но не настолько же, чтобы выдохнуться за час-другой! - Ну… ладно, - покорно согласился он. – Ты, если что, говори. Вряд ли там что-то критичное без нас случится, Себ с Эссаем парни толковые, присмотрят. Глядишь, вылезем, а уже – всё… - Ты их хорошо знаешь, да? Друзья? - Работал разок на миссии, - Зак беспечно улыбнулся. – Что? - Один раз на миссии встретил – и-и-и?.. - А что, этого разве мало? Ну, чтоб подружится? Николь с трудом удержалась от желания покрутить у виска пальцем. Хотя, может, для Зака такое нормально: раз на миссию сходил и уже друзья до гроба. Тем более в корпоративной армии гроб – по большей части не такая уж невероятная перспектива, даже для элиты. И сама Николь, вот, тёртая же наёмница, не привыкшая кому-то доверять, но бредёт с солджером по старым шахтам и ей до изумления спокойно. Потому что чем-то, что глубже ума и опыта, чувствует: этот не предаст, не бросит, в спину не ударит, и случись что, на себе вытащит. Не потому, что Николь какая-то важная особа или красотка неземная, а потому что боевой товарищ. - А хвостик? – въедливо спросила она. – Тоже с одной миссии? - Тоже, - Зак обернулся, и Николь поразилась, как у него всё веселье и с лица, и из глаз выдуло. – Мы с Клаудом в такое попали, что… в общем, после такого либо ненавидят до смерти, либо уже не разлучаются. - О… понятно. Не зеваем, коридор вверх идёт. Уйбл! – Николь резко остановилась. – А это ещё что за нах?! Они как раз вышли в небольшой длинный зал, от которого коридор резко забирал вверх и был очевидно прорублен людьми, целиком, а не чуть приглажен по полу и стенам, как было до этого. Света тут хватало, чтобы, обернувшись, увидеть, что люди в пещерах не одни. Следом из темноты бесшумно вынырнули три зверюги – как только поняли, что их заметили, рассыпались полукругом, пригнувшись и напружинившись. Сначала Николь приняла их за снежных гончих. Но нет: у тех вид был откровенно мерзопакостный, а эти были поприятнее, поаккуратнее и… вроде не с шерстью, а с мелким пушистым пером по всему телу. - Я, кажется, знаю, что это, - медленно выговорил Зак, и голос у него от напряжения хрустел, как те сосульки на потолке. – Только не знаю, что они тут де… а ну – СИДЕТЬ! – от командирского рявка иней со стен посыпался. …Невероятно, но сели. Как стояли, полукругом, и уши насторожили. Фэйр медленно-медленно перевёл дух, Николь так вовсе дышать боялась. Происходило что-то непонятное, ведь монстры на то и монстры, что не слушают ничего и соображают только на тему пожрать, поспать и в сезон – размножаться. Мозги там закрепившиеся мутации сожрали. А эти… в перьях… ведут себя, как звери из охраны реакторов. Те тоже генно-модифицированные, но наоборот, на послушание натасканы. Но где старые шахты, а где реактор! Да он уже сколько лет как брошен! Да и не псовые там были в исходнике, а кошачьи… - Та-ак… хорошие пёсики… - Зак присел на корточки, протянул руку. «Пёсики» подходить не спешили, но издалека принюхивались благосклонно. – А теперь – бегите домой. Домой! - Не поняла… - Николь протёрла заледеневшей перчаткой глаза. – Они что, реально ушли?! - Ага. И хвала Богине, не хватало ещё опять… - Зак запнулся, махнул рукой и встал. – В общем, всё в порядке, не вернутся. Николь помялась, но согласно кивнула: не вернутся, так не вернутся, кому, как не солджеру, в повадках монстров разбираться, их специально натаскивают. Она шагнула в коридор, обернулась – вслед «пёсикам» Зак смотрел с такой тоской и болью, что Николь поспешила сделать вид, что интересуется только дорогой и ничего не заметила. Шефу она, конечно, потом доложит, вот пусть сам Фэйра и трясёт. * * * Дойти до основных шахт не получилось. Незакреплённый потолок просел, коридор завалило намертво, зато образовался выход наверх, наружу: достаточный, чтобы двое людей протиснулись без проблем. Зайти в тыл не получилось, а вот путь срезали очень неплохо, точно опередив грузовики, еле ползущие по заметённой, нечищеной дороге. Вот только грузовики никуда не ползли, а стояли, уткнувшись тупыми передками в завал из подрубленных деревьев. - Вылезем, значит, а тут уже – всё?.. – Николь поправила перчатки. Зак тем временем быстро обходил тела в гвардейской форме, проверяя – вдруг есть выжившие. Были, и не один, в «Лавине» не тратили время на добивание. Николь крепко заподозрила, что в «Лавине» договорились с проводниками: слишком уверенно и демонстративно они себя вели. Так, словно знали путь отступления, не перекрытый корпоративными войсками. Впрочем, потом. Она присоединилась к солджеру, потроша аптечку, перевязывая и подавая по просьбе «лечилки» - не такие мощные, как ту, что в неё Зак влил, но для тяжелораненых и такие спасение. Зак уже объяснял выжившему офицеру, как и через кого помощь вызывать. - А солджеры? – наконец, спросил он. – С моими парнями что, как вообще это получилось? - Хрен его знает, - офицер поморщился. – Мы тоже думали: два солджера, противника знают… так и противник, выходит, вас знает. Вырубили их как-то хитро и утащили. - Понятно, - в глазах у Зака полыхнуло что-то… нехорошее. – Значит, так. Оставайтесь на месте, ждите помощь, тут в округе никого, мы, когда шли, проверили. - А ты куда?! – вскинулась Николь, вот только затянувшая последний узел. - За ними, - Зак выпрямился, бледный, губы сжаты в злую полосу, скулы закаменели. – Пусть теперь со мной разобраться попробуют. - Фэйр, рехнулся?! - Я б рехнулся, если б ребят без помощи бросил. Николь только воздух хватала, глядя вслед решительно шагающему «первоклашке». - Шеф, - по счастью, трубку Вельд поднял мгновенно. – У нас ЧП! Быстрые пояснения шеф выслушал, не перебивая, и коротко скомандовал: - Быстро за ним, гвардия без тебя разберётся. И всё, что мы о Воронах знаем, повтори. На… всякий случай. - Поняла. Всякий случай? А не тот ли случай, на который Зак на базе верного человека оставил? Такого, кто ради старшего по званию друга даже приказ нарушить может? Ох надо, надо, как вернётся, зажать в уголке кого-то из старших коллег и поспрашивать. Что-то неладное в корпоративной верхушке творится. И конечно, Николь, нагоняющая Зака, не могла знать, о чём думал Вельд, глядя на погасший экран телефона. А думал старый Турк о том, что детали этой миссии были известны, кроме непосредственных участников, только директорам департаментов. Высшему эшелону. И Сефироту, который от задания не то, чтобы отказался, но заявил, что сначала закончит своё, и удрал на противоположный конец Гайи. Но Сефирот, сливающий врагу информацию и интригующий за спиной командования? Ха-ха, отличный анекдот, даже Ценг посмеётся. Значит, кто-то из директоров. Ищи, Вельд Ларссон, кому выгодно… * * * - Странно, - Зак выглянул за поворот, кивнул и перебежал. Николь за ним шла, как пришитая. - Что именно из всего странного тебе всего страннее? – нервно хохотнула она, замирая у стены. - База пустая. И не похоже, что её в спешке покидали, сворачивались грамотно и ничего не оставляли. - Всё-таки проводники! – рыкнула девушка, ударив по ладони кулаком. – Зар-разы! – и на вопросительный взгляд солджера пояснила: - Ну, их ещё сталкерами на континентах зовут. Ходят там, где нормальным людям делать нечего, и других водят, или там всякие ништяги вроде Материи таскают. Если кому просто в горы надо, тоже проведут. Так что, если тут наняли кого-то, кто все ходы-выходы знает… ну ты понял, да? - Понял. Не догоним, - Зак нахмурился. – Ифрит с ними, пусть пока побегают, нам парней надо вытащить. Где, говоришь, лаборатория была? - Два перекрёстка вперёд и направо, в тупик. Лаборатория была на месте, и даже не запертая. Николь почти ждала, что на пороге их встретит парочка Воронов, но нет. Только две Мако-капсулы с новым стеклом и заплатками на металлических частях, следы того, как Томас «повеселился». - А вот теперь мне странно, - Николь нервно оглядывалась. - Разберёмся, - Зак деловито отключал капсулы с пульта. – Главное, они живы! - А знаешь… - изменившимся голосом произнесла она. – Я в этом… так… не уверена. Зак недоумённо обернулся: капсулы открылись, и солджеры из них выбрались на своих ногах. Беда, что двигались оба как-то механически, не по-живому, и светящиеся глаза были абсолютно пустыми. Стекляшки, подсвеченные зеленью изнутри. То, что Томас и Роа описывали. Марионетки… - Зак, валим, - одними губами выговорила она. - Сейчас, - прошипел он. – Как же! Себастьян! Эсаай! Это же я, Зак! Незримый кукловод дёрнул верёвочки, солджеры синхронно повернулись к вошедшим с, определённо, нехорошими целями. Зак шагнул, загораживая Николь широкой спиной. - Отставить! – резко бросил он в лицо одурманенным товарищам. – Вы солджеры! Для вас что, честь и гордость – пустые слова?! Разве вы будете кому попало подчиняться?! – какая-то тень сознания на лицах мелькнула, Зак тут же начал дожимать: - Ну, давайте, друзья! Я знаю, вы меня слышите… вы сможете! Я так рад вас живыми найти, не подведите! У Себастьяна задрожали губы, ставший осознанным взгляд метнулся по сторонам, солджер прерывисто выдохнул: - З-зак… ты… хорошо, что ты. - Хорошо, что я – что? – Зак нехорошо повёл плечами. – Себ, не дури. Контроль ты сбросил. - Ненадолго, - он попытался улыбнуться, вышла какая-то гримаса. Эссай молча стоял, зажмурившись и сжав пальцами виски, из-под закрытых век текли слёзы. Его хватало только на то, чтобы из последних сил стоять и не кидаться на командира. - Рад, - Себастьян справился с собой и улыбнулся почти нормально. И от этого «почти» Николь стало страшно. – Что повидались. Напоследок. Эссай открыл глаза, кивнул, соглашаясь. Его меч с лязгом упал на каменный пол, но вместо него в руке тут же оказался широкий нож. Вот только направил его кудрявый южанин не на Зака, а на себя. Кто лучше солджера знает, как солджера с одного удара убить… - Николь, уходи, - хрипло выдавил Зак. - А… - Я тут… закончу. Девушка захлопнула рот и быстренько попятилась. Она считала, что за годы наёмничества всякое видела, всеми страхами пуганая, во всякую грязь вляпавшаяся, но то, что происходило здесь, между тремя солджерами, было каким-то запредельно жутким – и почти нечеловеческим. И места для постороннего там не было. …Ещё недавно Зак думал, что самое страшное – это драться с наставником и командиром, который на твоих глазах превратился в жуткую тварину. И когда потом он, став перед смертью человеком, благодарит за последний удар милосердия. Оказалось, когда друг умоляет добить до того, как программа контроля возьмёт верх, потому что хочет умереть собой, а не «марионеткой», это так же страшно. И так же больно. Зак склонился над телами, закрыл каждому глаза и с прерывистым вздохом распрямился. Ничего ещё не закончилось. - Выходи, - коротко и почти спокойно сказал он. – Я знаю, что ты тут. Где-то за стенами нудно, на одной ноте выла сирена, предупреждая об обратном отсчёте перед самоликвидацией базы. Ловушка неплохая, но тот, кто её поставил, первый класс явно недооценивал. Зак только надеялся, что Николь хватит соображения дать дёру, а не дожидаться его за дверями – солджер уцелеет и откопается там, где Турка насмерть завалит. Мастер-уровень «щита» он не зря прокачивал. А за открывшейся потайной дверью обнаружился ещё один пустоглазый. На этот раз в той самой, чёрной воронской форме. - Ну? И что вы с ними сделали? - Смерть Шин-Ра. - Да я понял, - Зак зло хохотнул. – Что вы нас не любите. - Смерть Шин-Ра. - Такой же, да? – солджер зло улыбнулся. – «Марионетка»? Вот и ладно. Всё не с людьми драться. …Дверь была заперта намертво, причём не каким-то электронным замком, а простым безыдейным запором и – снаружи. - Да вашу ж мать! – рыкнула Николь, от души пнув стальной лист. И никакой плохонькой гранаты, как назло! А время почти дотикало… - Какие проблемы? – из коридора, как кактуар из кустов, выпрыгнул Зак. - Во! – она показала на дверь. – А другой выход найти не успеем? - Тю, отойди-ка. Мрачный и злющий солджер постоял перед запертым выходом, поглаживая браслет с Материей, прищурился и схватился за меч. Дальше всё было очень быстро и очень шумно: замах, удар, зелёный блеск, и внутрь ворвался холодный злой ветер. - Валим! – Зак схватил Николь за руку и потащил прямо по сугробам. Она не возражала. Убежать далеко они не успели, но небольшого расстояния, завала камней и поднятого солджером «щита» хватило, чтобы ударная волна и свистящие раскалённые обломки вреда им не причинили. Когда вокруг перестало реветь и грохотать, Николь подняла голову, полюбовалась на красиво горящие бараки и деловито уточнила: - Всё? - Пока да, - Зак отбросил назад разлохматившиеся волосы, прочесал пальцами. – Ты, это… команду зачистки приведёшь? Они как раз до места засады должны были доплестись. - Да не вопрос, этот фейерверк всю живность распугал, - кивнула Николь. – А ты? - Лаборатория в стороне и глубоко. Я… вернусь. Мне надо. - Ясненько, - она вдохнула. – Ну надо так надо. * * * ….Под ударом огненной Материи снег зашипел и испарился. После второго залпа мёрзлые комки стали расползаться грязью. Зак хмыкнул: не ошибся, здесь не голая скала, а какая-никакая земля. Хватит, чтобы… яму вырыть. Хоть какую. А там камнями сверху завалит. Конечно, копать руками и каким-то металлически обломком то ещё «удовольствие», но что делать, если ничего больше нет. - Сэр?.. Ой, то есть… Зак? - То-то, - солджер разогнулся. – А то тебе, знаешь, щелбаны давать неспортивно. Что, команда зачистки на подходе? - Ага, - Клауд сдёрнул шлем, оценил обстановку и предложил: - Может, лопату принести? - Сапёрную? - Нет… обычную, из гвардейской походной экипировки… - Тащи, - Зак опять наклонился и стал выбирать самые крупные камни. – Бесценный ты, Клауд, товарищ… и рация у тебя с собой… и лопата… и сухпаёк в рюкзаке… - И термос с чаем, - Клауд скатился вниз с дороги в снежных вихрях, протянул одну лопату командиру, второй принялся орудовать сам. Очень, надо сказать, умело. - Дело. Я на этом морозе так силы расходую, что, если не пожру, замёрзну к муглам. Но сначала… - Зак отбросил целый пласт земли, там, куда Материей не добило, опять звенела мерзлота, - …закончим. С лопатами и Материей дело пошло веселее. Скоро были готовы две ямы: одна побольше, другая, в стороне, поуже. В первую Зак осторожно, на руках, перенёс погибших товарищей, уложил поудобнее, словно им это было ещё важно. И, не глядя на потерянного, как в воду опущенного Клауда, взялся закапывать. Гвардеец быстро справился с собой и присоединился. Зак невесело усмехнулся, отвернувшись: кажется, у мальчишки мир… ну не рухнул, конечно, но заметно пошатнулся. Оказывается, и солджеры не всесильны, и погибают, как обычные люди. Да… люди… - Ты иди, что ли, за термосом, - Зак отступил, глядя на скрещенные клинки. Другого памятника здесь на скорую руку не изобрести, да и он сам, признаться, себе другого бы не хотел. Парни поймут. – А я этого… закопаю. С врагами тоже по-человечески надо. Иначе, действительно, чем они от монстров отличаться будут? - Я помогу! - Там труп… некрасивый, - честно предупредил Зак. - Что я тут ещё не видел… - Голову отрубленную? – Зак полюбовался на окончательно побледневшего, но по-прежнему решительно настроенного Клауда, вздохнул: - Ладно, вон, брезент бери, вместе донесём. И донесли, и уложили. Зак полез в карман и достал потрёпанную, подпалённую с одного края вещицу: то ли кошелёк матерчатый, то ли футляр для чего-то. Пёстрая ткань, яркие цвета, короткая бахрома с бусинками… - Это что? – не удержался Клауд от вопроса. - Не знаю, в лаборатории рядом с телом… этого, нашёл, - Зак повертел штуковину в руках. – Каньонская вещица, к нам оттуда на ярмарки, бывало, всякое привозили. Да и этот… Ворон, на каньонца похож, наверное, его была. Вот забрал, раз за собой таскал, значит, была важна. Он наклонился и положил футляр на грудь погибшего врага. Кто его подарил? Мать, сестра, подружка? Или брат, в Каньоне Космо ручную работу ценили, мужчины рукоделия не чурались. Почему вообще этого парня в восстание понесло? Спросить бы, да некого. Он и живым ответить уже не смог бы. - Всё, теперь заканчиваем. Зак почти не ошибся. Футляр был действительно из Каньона и подарком. Вот только принадлежал не погибшему Ворону, а его создателю. * * * - Ну, убедился? - Руфус разглядывал безупречный до полной незаметности маникюр и всем видом показывал «а я предупреждал». – Миссия провалена, «Лавина» ушла, разменяли двух солджеров на одного террориста. И кто ж у нас так грамотно информацию сливает, м? Президент молчал. - Тот, кто имеет к ней доступ, - невыразительно ответил Вельд, когда это молчание стало совсем уж затянувшимся. – И тот, кому это выгодно. Придётся выяснять и это. - Без вас, - выплюнул Артур Шинра. Вельд молча поднял брови. - Вы отстранены и переводитесь в другой отдел. Такие, - президент подчеркнул это голосом, - результаты работы меня категорически не устраивают. - Как скажете, господин президент, - Вельд еле заметно дёрнул губами. – Готов работать на благо Корпорации… там, куда назначите. В полночь даже этаж Департамента административных расследований затихает. Дежурные, конечно, остаются – мало ли что, мало ли как, и весь отдел готов подняться по тревоге. Но в остальном постоянное движение, суета, сама жизнь – всё замирает, и штаб-квартира кажется вымершей. - Шеф?.. – в приоткрытую дверь кабинета заглянул Ценг, понял, что гнать не будут, и вошёл, аккуратно прикрыв за собой. – Это правда? - Что именно? - Что вас… отстранили? - Правда, - Вельд пожал плечами, отвернулся от истыканной флажками карты, прошёл мимо стеллажа, мимодумно ведя ладонью по корешкам папок. Рука была затянута в перчатку, и, пожалуй, только трое старожилов отдела знали, что шеф прячет под ней и почему никогда не снимает. Наконец, Вельд дошагал до окна – в полном молчании – и замер, глядя на город. - И что теперь?.. – Ценг не договорил, оборванный вопрос утонул в тишине и пустоте. - Теперь? – Вельд чуть повернул голову. – Теперь за них отвечаешь ты.