Река Жизни

…То, чем мы были, и то, во что верили, Капает на пол, сочится из трещинок. Всё, что с наркозом уходит в туман – Самообман, самообман. Когда планировался взрыв недостроенного Мако-реактора, у командира было два требования: чтобы рухнул не сразу, и чтобы, рухнув, сложился карточным домиком внутрь себя. В недострое подобное провернуть намного легче, чем в работающем: детонации накопленного Мако не произойдёт, если его не начали добывать. Эльфи выгадывала и время для отступления, и способ заманить врага под обвал. Кто, в каком кошмарном сне мог бы предположить, чем и для кого этот план окажется спасительным… …Пол под ногами снова вздрогнул и ощутимо «поплыл». Равновесие удержали оба, и оба инстинктивно шарахнулись друг к другу: две живые пылинки в утробе погибающего монстра из бетона и металла. - Проседает, - сипло сказала Арли в наступившей тишине. – Скоро совсем во вскрывшееся озеро уйдёт. - Бегом? – Даниель нервно поправил визор. - Шагом, - отрезала проводник. – Но быстрым. И очки сними, мешать будут. Визор изначально конструировался как средство ночного виденья, слабый, но рабочий детектор электрических приборов под напряжением и, само собой, защита для глаз. Но зрение у Ворона и так было солджерам на зависть, проводов под напряжением во взорванном реакторе быть не могло, а защита… зелёный туман то ли ещё сгущенного Мако, то ли уже живого Лайфстрима лип к визору, снижая видимость до нуля. Просто глазам, без защиты, он почему-то почти не мешал. - Гляди! – Данька, вопреки всем предупреждениям и технике безопасности, метнулся вперёд, опережая подругу, и поднял заляпанный кровью и грязью камуфляжный платок. – Ширс тут был! - Разминуться не могли, - мгновенно сориентировалась Арли. - Но какого… он прёт прямо в озеро?! - Раненый, возможно, контуженный, пары Мако вдохнул… тут любой ориентацию потеряет, - откуда-то из глубины заваленных коридоров и взломанных панелей донёсся не то стон, не то скрежет, пол начал ощутимо крениться куда-то вперёд, по ходу движения. Арлина вздрогнула всем телом и выпалила: - А вот теперь – бегом! Бежалось вниз легко, даже слишком, зелёная взвесь в воздухе из едва угадываемого миража с каждым мигом сгущалась в заметный невооруженным взглядом туман с искрами. Косо накренившиеся панели, готовые вот-вот сложится, как карточный домик. Обрыв коридора вниз, в пропасть, в набирающее силу бледно-зелёное сияние. И на краю бывшей рабочей площадки – лежащий ничком мужчина. Вот зашевелился, пытаясь подняться хотя бы на локтях и коленях. У него почти получилось, они почти добежали… но титаническая махина основного корпуса именно в этот момент начала окончательно заваливаться, крошась и проседая. Площадка из почти горизонтальной превратилась в резко наклонную. - Держись!!! – заорал, срывая голос, Даниель и рыбкой нырнул под рушащиеся блоки, на животе проехав по скользкой влажной решётке. Зацепился стопой за вставшую дыбом арматуру, коленом упёрся в вывороченный блок – и последним усилием дотянулся, успел, ухватил соскальзывающего Ширса за запястье. Обеими ладонями и так впился пальцами, что не разожмёшь. - Держись, - процедил сквозь зубы. – Держись, замком, я вытащу. Ширс моргнул, сосредоточился – и, опознав зеленые светящиеся глаза и светло-русые вихры, оскалился в ответ. Собрался, вскинул вторую руку, цепляясь за решётку и помогая подтянуть себя обратно. Может, и раненый, может, и контуженный, но бурлящая, поднимающаяся из недр планеты смесь воды и Мако прямо за спиной отлично мотивировала тянуться вверх, не жалея сил. Меньше минуты – и мужчины, оба, дружно карабкались по площадке в сторону превратившегося в горку коридора. - Быстрей, вы! Я долго не удержу! Хватило и недолго. Последним рывком они проскочили под смыкающимися панелями – и под ноги спасшимся буквально выкатилась Арлина, держа в руках верхний обломок копья: остриё, два шарика Материи и пол-локтя выгнутого, размочаленного древка. Реактор последний раз содрогнулся и затих. - Это ненадолго, - «обрадовала» тяжело дышащая девушка. – Так что… не расслабляемся, ползём, - она указала обломком оружия вверх. – Пока сюда водичка не дотекла. Или пока мы в неё не стекли. Ширс вытер локтем подсыхающую кровь с лица, шипя, поправил на лбу косо содранный лоскут кожи. Надо перевязать, а лучше Материей залечить – но хотя бы коридором выше. - Ползём, - хрипло согласился второй замком и, пошатываясь, встал, опираясь одной рукой на растрескавшуюся стену, а второй на Ворона. – Где… все? - Согласно запасному плану: разбились на звенья и отступают на подготовленные позиции, - Даня мрачно хмыкнул, подставляя плечо. – Биггс и Ринальди за тобой хотели своих вести, но Арли на них так орала… я половину не понял. - Потому что на нордике, - девушка проскользнула мимо неслышной тенью, встав впереди, как проводнику положено. Блеснула длинная мидильская серёжка в её ухе. – В общем, вняли и тоже увели. - П-па-аршиво, - Ширс упрямо переставлял ноги, не позволяя себя тащить. – Все наши засидки Фухито знает. - Будем надеяться, он всё же умный, - после паузы тихо сказал Даня. – И свалит в место, которое не знаем мы. В напряжённой тишине повисло несказанным: если не уйдёт в неизвестность, то существование спецотряда, которому могут противостоять только солджеры, обернётся против самой «Лавины». - Проклятье, - Ширс зло ударил кулаком по покорёженному металлу. – Я до последнего надеялся, что мы ошиблись! Крутые мужчины, как известно, на взрывы за спиной не оборачиваются. А умные после взрыва возвращаются и смотрят, что там осталось. От реактора остался покорёженный остов, чадящий чёрным, жирным дымом с привкусом химии – внутри догорало всё, что ещё могло гореть. Сверху дым, снизу пробиваются фонтанчики зеленовато светящейся воды, в которую осыпаются окрестные склоны. Если так продолжится, то вместо реактора в горном «цирке» получится Мако-активное озеро. По хорошему Вельду стоило взять пример с «Лавины» и бежать подальше, скоро тут тесно станет от гвардейских. Ценгу не стоит начинать управление отделом с шантажа – а значит, Вельд не должен попасться на глаза армейским. Да и все следы, которые могли остаться, стёрты огнём, обвалами и водой. Но он не мог уйти, не проверив всё. Вдруг что-то осталось? Вдруг отыщется намёк, где ему искать этого… мятежного гения, чтоб ему ифрит башку откусил. Поиск таки принёс результат, немного не тот, на который Вельд рассчитывал, но всё же. Он, обходя очередной обвал, ненадолго замер, высматривая безопасную дорогу – и потому услышал голоса. И, конечно, покрался смотреть, кто ещё не убрался из смертельно опасного места. - …не, серьёзно?.. – вопрос с хриплым смешком, голос мужской. - Да куда серьёзней, - на повышенный тонах отвечала какая-то девушка. – Отравленных всегда молоком отпаивают, глотай давай, вся фляга – твоя! - Врача надо, - третий тоже мужчина. – Мисато на базе, Мария… я не видел, с какой группой она ушла… - пауза, - в Корел надо. - Убраться отсюда для начала надо! Вельд не мог с неизвестной девицей не согласиться: убираться отсюда надо всем. Опытная, однако: в Мако-реактор взяла с собой не воду, не алкоголь, а молоко, которое в самом деле неплохой антидот. При несильных отравлениях Мако, бывает, его одного хватает. Вельд сделал ещё один плавный шаг вперёд, осторожно выглянул из-за края скалы. Молоком, оказывается, отпаивали Ширса. Выглядел повстанец паршиво: отравленный, помятый, в крови. Но взгляд разумный и злой, очевидно, этот встанет и пойдёт бить. Вопрос, кого теперь. А вот двое рядом с ним даже Вельда шокировали, потому что и девушка, сидящая на корточках рядом с замкомом, и охраняющий их парень – оба были в чёрных комбезах. Так не все Вороны – покорные создателю марионетки?.. Турк – бывший Турк, тот ещё оксюморон! – вежливо покашлял, дождался, когда все трое вскинутся, и вышел из-за камня. - Прошу прощения, но нам, кажется, пора поговорить, - он ухмыльнулся уголком губ, привычка с тех ещё пор, когда свежие раны на щеке болели. Ширс оскалился, девица зашипела коброй и прижала к груди обломок копья – в бой он не годился, но Материя у острия оставалась вполне рабочей. Ворон с неразличимой глазу скоростью оказался в боевой стойке с мечом в руках. Так, по крайней мере, девчонка с живыми человеческими эмоциями, а этот, даже если безмозглый, защищает именно Ширса. - Минуту, я объяснюсь, - Вельд примирительно поднял безоружные руки ладонями вперёд. Медленно, не делая резких движений, вытянул из потайного нагрудного кармана карточку удостоверения, демонстративно кинул за спину, под обрыв. Не огонь, так вода доберутся. А все коды доступа у него давно на чистую скопированы. - Красиво Турки со службы уходят, - Ширс хрипло засмеялся, закашлялся, сплюнул и вернулся к фляге. – Ну давай поговорим, что ли… есть о чём. - В безопасном месте. Девица перестала щетиниться и хмыкнула. - Только уточните, вы, ммм… насколько… - …Полностью, - Ворон убрал оружие и снял визор. – Древняя кровь, оказывается, ещё и от ментального контроля защищает. - И какой процент? – вопрос не праздный, такие глаза Вельд только у чистокровной Сетра и её дочери видел. Чистая изумрудная зелень, характерный разрез… как же учёные такое чудо прошляпили? - Одна шестнадцатая, - парень указал подбородком на девушку: - А она вообще не боец, она проводник, и полную подготовку не проходила. - Я б и неполную не проходила, но ваши блондинки стреляют метко, - девушка помогла Ширсу встать, подставила плечо. – Идём, что ли… * * * К заброшенным выработкам и полуразрушенным домам при них Арли вывела беглецов напрямую и быстро: проводник, загодя изучивший возможную арену боевых действий, большое преимущество. Ширс по дороге потерял сознание, его пришлось нести по очереди Даниелю и Вельду. Можно было бы посмеяться над иронией событий, но всем было не до смеха. - И всё-таки я в Корел, - тяжело вздохнул Даня, осмотревшись на месте. Полуразрушенный дом лучше, чем открытое небо, тем более рядом нашёлся и ручей, какую-никакую уборку на скорую руку организовали. - Валяй, - очнувшийся Ширс бледно улыбнулся и согласно прикрыл веки. – Сам я точно не встану. Даня помялся, стрельнул в сторону Вельда светящимися глазами. - Союзниками не разбрасываюсь, - проворчал тот, пытаясь дрожащими руками раскурить сигарету. Зажигалка сработала не сразу. – Пока ждём, объясните мне, что это за раскол такой, это, кхм, неожиданно. И где мне дочь теперь искать! Ширс ругнулся в том смысле, что сам бы знать хотел, откинулся на стену, несколько раз судорожно вдохнул. Нетерпеливым жестом показал Ворону: да иди ты уже! – Даня послушно и бесшумно исчез. - Сами не ожидали, - Арли заполнила паузу. – Хотя… замком, ты же подозревал?.. - Данька подозревал, ему поведение товарищей по отряду давно не нравилось. Он втихаря и разведал всё. Но кто ж мог!.. – Ширс опять закашлялся, глотнул из фляги на этот раз ледяную горную воду. - …в такое про… него… даже я, бл, не верил… Короче, так, - он собрался с мыслями. – Фухито окончательно свихнулся на идее «люди мучают Гайю, надо её защитить». Зашибись идея – уничтожить человечество заодно со всей жизнью на планете, чтоб она каким-то там манером сама себя возродила. - О…ть, - Вельд был краток, хотя обычно себе материться не позволял. – Ваша прежняя концепция как-то разумнее выглядела. - Ото ж, - Ширс в ответ оскалился в недоброй ухмылке. – И сделать он это хочет с помощью той Материи, которую ваш у…к учёный в Эльфи вживил. - А… я? – Арли подскочила. - Ага, а ты мне осколок этой дряни приволокла. Она ж разбитая, поэтому не работает, - он перевёл дух, говорить было ощутимо тяжело, но разговор не давал Ширсу скатиться в тягостное отравленное беспамятство, и он цеплялся за реальность, заставляя себя продолжать. – И Эльфи убивает. Вельд сжал зубы до ноющей боли. Эльфи. Фелиция… там, в реакторе, когда он услышал «Опять?..» - с такими характерными интонациями, а этот взмах сжатой в кулак рукой… внешность, голос и жесты собрались в одно целое, ударившее молнией. Не «похожа». Не «могла бы вырасти такой». Это она и есть, его Фел. Его девочка, которой Вельд покупал игрушки, с которой собирал конструкторы и ходил в походы с ночёвкой. Которая каждый приезд с разбегу запрыгивала на руки и требовала кружить. И которую он не спас… которую спас – не он. Что ж, если о службе забыть, то можно начинать гордиться: выросшая без отца Фелиция стала для своих людей лидером, за которого огонь глотать готовы. И второй раз Вельд не позволит отобрать у себя ребёнка. Ни судьбе, ни людям, никому! - Получается, он… - Арли тоже избегала называть Фухито по имени, слишком тяжело и больно осознавать предательство, - …хочет её собрать и активировать?.. Вельд отмер, внимательно посмотрел на девушку, задумчиво протянул: - Проводник, значит… вы с необычными и странными вещами дело имеете чаще других. Ничего не вспоминается? Подавленная Арлина мотнула головой так, что серёжка с цепочками зашелестела: - У нас на Севере страшные сказки о Небесном Бедствии и производных рассказывают. А осколок красный, это Призыв… тут космоканьонцы что-то знать могут. Покажем им? Ширс смутился. Кашлянул, выбивая из лёгких остатки дыма. - Так… он не у меня сейчас. Несколькими часами ранее. Падение было коротким, жутким: в кромешной тьме солджер бы не разглядел, куда летит – но закончилось быстрее, чем стало опасным для жизни. Рафаэль приземлился на что-то мягкое, скатился на твёрдый пол, приложился боком и бедром о стену… чуть в стороне раздался короткий злой возглас. Реактор вздрогнул эхом дальних взрывов и ненадолго затих. - Ты, красавчик, меня задолбало тебя ловить! – донеслось из темноты. Теперь ругнулся уже сам Раф, вскидывая пистолеты и пытаясь целиться на звук. Каким-то чудом он не выронил оружие при падении и ещё большим чудом не выстрелил сам себе в ногу или в лоб. Теперь есть чем обороняться – задорный междусобойчик в «Лавине» вовсе не означает, что один из лидеров восстания к спецагенту любовью проникнется. Даже с учётом внезапных родственных связей шефа. Рехнуться можно. Рафаэль поверил, но принять никак не мог. Они всем отделом гадали, что ж такое и из каких лабораторий у Ходжо сбежало, и кому надо голову за нарушение техники безопасности откручивать – лично профессору или кому-то из его подчинённых – а это их шефа родная дочь! Всех, прошедших обучение, натаскивали в том числе на сокрытие следов, инцидент с Кальмом – один из наглядных примеров, но никто, даже Рено с Рудом, не знали, что у Вельда именно там семья погибла. Ценг, тот очевидно знал, но от него мугла два чего добьёшься. А Ходжо? Да не мог «упырь сутулый» не понимать, кто к нему в руки попал! До сегодняшнего дня Рафаэль считал, что самая омерзительная человеческая грязь собралась на Пристенном Рынке, и все недобрые тайны Корпорации по сравнению с ним – сетранская Земля Обетованная. Но даже жирный урод Корнео каких-то понятий придерживался. Семьи ближайших подручных, кто стоит на расстоянии вытянутой руки и тем более отвечает за безопасность – неприкосновенны. Не все там были конченными отморозками, кто-то трепетно относился к родителям, кто-то признал ребёнка от подружки, кто-то за саму подружку готов был шеи сворачивать. Дон – зверь опытный, он печёнкой чуял, за какую черту заступать нельзя, если не хочешь однажды проснуться в канализации в компании голодных монстров. А вот самый могущественный человек на Гайе этого чутья был лишён. Отправить в лаборатории дочь собственного безопасника, это… это ж какой-то запредельный уровень цинизма и самоуверенности. Трущобная мафия всем составом нервно курит за углом. - Не дёргайся, выстрелю, - Раф постарался собрать себя в кучу. – Ты, это… жить хочешь? В темноте хрипло хмыкнули. Тихая возня, шлепок, и в руках Ширса загорелась светящаяся химическая палочка. Свет был голубоватым, тусклым, но после кромешной тьмы даже такой резанул по глазам. - Башку сверну. - Пристрелю раньше. - А что ж не?.. – не смотря на угрозы, дёргаться повстанец не спешил. Да и в целом выглядел он не только злым, но и помятым, характерно так прижимая руку к рёбрам справа. Видимо, упавший сверху Рафаэль Ширсу как минимум синяков наставил. - А то, что вы тут давно тусовались, ходы-выходы ты лучше знаешь, - Раф на обманчиво безопасный вид не купился, продолжал держать на прицеле. – Быстрее выведешь. И если кто из ваших попадётся… Ширс посмотрел с нечитаемым выражением, скривился и поднял свою палку-светилку. Шлёпнул гибким стержнем по ладони, чтобы ярче разгорелась. И, к очередному шоку Рафаэля, без возражений встал. Прикинул что-то, кивнул и пошёл, прихрамывая – в темноту, мало чем отличающуюся от окружающей. Не в ловушку ли повёл?.. - Ты только при Воронах так дурить не вздумай, - Ширс на мгновение замер, указал взглядом на рафаэлевы пистолеты. – Время зря потеряешь и нас обоих положат. - А… ага. Они вам теперь не свои? - Они никому не свои, - повстанец стиснул зубы. – Они куколки на верёвках. Ну кроме Даньки, но этого вряд ли сюда занесёт. А у Фухито своих нет, у него одна идея в башке застряла. - Конкретнее? – выучка взяла своё, Рафаэль не знал, куда они бредут, не знал, выберутся или тут их и похоронит обвал, но информацию продолжал собирать. Шефу пригодится. Или Ценгу. Или самому Рафу на худой конец. Ширс сплюнул набившуюся в рот пыль и выдал конкретику, не стесняясь в выражениях. - Не по-онял, - с неистребимыми интонациями трущобного «чёткого пацана» протянул Раф. – Чо за придурь, как жизнь сама из Потока возродиться сможет, если ничего не останется?! - А я знаю?! Отловишь умника, спросишь, я-то с ним бесед беседовать не буду, сразу урою. Пока он Эльфи достройкой Материи не угробил. Раф вспомнил перекошенного Ценга, повисшего на ограждении Вельда и передёрнул плечами. Что учудит шеф, второй раз похоронив дочь, выяснять не хотелось. - Тогда топаем бодрее, - мрачно сказал он. – Сдохнуть тут ни ты, ни я права не имеем. Ширс посмотрел через плечо: - А тебе что за дело? - Что, что… то! Меня шеф из говна вытащил, человеком сделал, так что… надо ему живую дочку – будет ему живая дочка, если придётся старику Шинра для этого башку отстрелить… и до Корпорации люди жили. - Сечёшь проблему, - хохотнул Ширс и совсем уже мирно спросил: - Какой сектор из нижних? - Пристенный Рынок. А ты?.. Повстанец длинно свистнул. - Да. Помойка та ещё. Есть за что начальника благодарить. А я с Восьмого. - Па-адажди! Так ты тот самый?! Который полсектора… - Почему половину? - Ширс оскалился. – Весь! - Так что ты в «Лавине» забыл?! - Эльфи. Рафаэль глупо хлопнул ресницами. Он это серьёзно?! Бросил успешную банду, жизнь, в которой был не последним в трущобной иерархии и мог подняться ещё выше, со временем Рынок у Дона отжав – ради… женщины?! Это что-то из сопливых девчачьих романчиков, которыми Алиса с Кристиной обменивались, а не из их злой и кровавой жизни. - Ваши у меня всю семью вырезали, а я, знаешь, и в двенадцать очень жить хотел. Вот и выживал… как получилось, - Ширс размеренно шагал вперёд, иногда замирая, чтобы подсветить новый завал. Здесь, у основания реактора, часть коридоров были прорублены в скале, значит, они двигаются в верном направлении, к горам. – Тебя твой шеф из чужого дерьма вытащил, а командир меня в моё же носом потыкала. И показала, чем я на самом деле заниматься должен. Должок с Корпорации спросить я спрошу, но за Эльфи… ради неё всё сделаю, - договорил это Ширс еле слышно. - Мог бы не сбегать вниз, - хмуро перебил Раф. – Никогда шеф детей не трогал, даже если вся семья замешана. Может, в приюте и не шоколадно, но он никогда, никого… - помолчал несколько шагов, - …теперь понимаю почему. Горное убежище. - А потом мы нарвались, - Ширс хмуро разглядывал надорванные по шву перчатки, на которых запеклась кровь, то ли его, то ли чужая. – Сначала на каких-то клювастых тварей, ой Арли, не надоедай названьицем. Не сожрали и ладно! Хуже, что уходили и мы, и Фухито в одну сторону. - Вороны, - понимающе кивнул Вельд. Девушка тихо ойкнула. - Ша, спокойно: видишь, жив. Осколок я Рафу всучил и ускорение по заднице придал, чтобы уходил другим путём. Ему в подвалах досталось меньше, вот и… он точно выйдет, а я… внимание отвлекал. - Отвлёк, - тихо буркнула девушка и нахохлилась. – Из озера пришлось вылавливать. - В самом деле, главное, что мы все живы, - Вельд примиряюще поднял ладонь, - и можем действовать. Как вы думаете, Фе… - он запнулся. Вот как ему теперь дочку звать? Настоящим именем? Так новые соратники не поймут, вон уже неласково и настороженно смотрят, а друг без друга они не обойдутся. Так, как её в «Лавине» знали? Язык не поворачивается. - Вы своего командира знаете. Что она сейчас будет делать? - В глаз даст, - уверенно ответила проводник. - Если сможет, - Ширс устало вытянулся на рассохшейся скрипящей кровати. Закрыл глаза. – Этот гад лучше прочих изучил, как её болезнь лечить. Сможет держать живой, но… - он болезненно скривился и замолк. - …но не способной к активным действиям, - Вельд отошёл к лишённому рам окну, слепо посмотрел на тонущие в сумерках горы. – Понятно. Встречной помощи ждать бесполезно, действуем сами. За спиной молчали, не возражая и не предъявляя претензий. Бывший глава департамента дёрнул губами, пока не видят: ладно проводники, профессия специфическая. Но Ширс каков: гибкая психика, мгновенная приспособляемость к изменившимся обстоятельствам, умение чётко видеть главную цель и идти к ней, используя всё, что окажется под рукой – даже если это человек, пять минут назад бывший врагом. Эх, упустил он в своё время бриллиант. Зато Фелиция, умничка, всё что надо разглядела. Что ж, по крайней мере, рядом с дочерью всегда был – и будет, если Вельд «отставку» не переживёт – человек, верный до самого дна души. Осталось её найти. * * * Вокруг дотлевающего реактора и медленно образующегося вокруг него озера было подозрительно тихо. Товарищи убрались, зализывать раны и дожидаться хоть какой-то внятной информации – это очевидно, Турки переваривают провалившуюся миссию – в целом странно, но тоже можно понять. А гвардия?! Гвардия – где?! Они тут злыми пчёлами роиться должны, но ни намёка на армию. Даниель забрался на ближайшую скалу, прижался к голым камням, благословляя наступающую ночь и свой чёрный комбез: попробуй разгляди его сейчас. Тишина. Сумерки. Отсветы… нет, не заката. Парень заторможенно смотрел на багровое зарево. Не на западе, а там, где находится Корел. То есть… уже находился. Так вот где армия. И врача искать бесполезно: он самим корельцам нужнее. Если, конечно, там вообще кто-то выжил. Даниель непотребно ругнулся сквозь зубы и соскользнул вниз, на то, что осталось от тропы. Надо пробежаться вокруг долины. Может, хоть кто-то не ушёл, дожидаясь новостей… может, у них антидот найдётся… * * * Убраться из взорванного реактора и его окрестностей хотелось всем. Особенно, когда из скальных коридоров фундамента выполз траванувшийся Мако Рафаэль и, толком ничего не сказав, рухнул в беспамятство. Но оставить развалины вообще без присмотра… верх непрофессионализма, увы. И Ценг с оставшимися на ногах коллегами отправился в Мидгар, вместе с так и не пришедшим в себя стрелком. А Томас остался, ждать гвардию, встретить, пересказать то, что допустимо пересказывать – и заодно осмотреть то, что осталось и что безопасно осмотреть, не улёгшись рядом с Рафом на больничную койку. Вспомогательные коммуникации внутри скал, например. …Вороны и впрямь могли Солджерам фору дать. Солджерам всё же достаточно шею было свернуть, чтобы уже не встали (не то, чтобы часто приходилось, но...). Воронам же требовалось голову оторвать, а то и взорвать, иначе так и куковали, шагая сломанными марионетками. Томас отряхнул руки, с трудом сохраняя спокойствие. Сейчас всё обошлось дырой в груди: под ногами лежал молодой светловолосый парень с необычно смугловатой кожей, то ли крашеный, то ли смешанной крови – полуразбитый визор и съехавший капюшон не позволяли рассмотреть больше. На шорох за спиной бывший детектив дёрнулся, не раздумывая вскинув кулаки. И упёрся взглядом в дуло пистолета и отчаянно-решительные серые глаза блондинки с длинной косой. Коричневый комбинезон и красная повязка на рукаве не оставляли сомнений - повстанка. Но враг ли она ему теперь?.. Недавняя противница (и почему она кажется смутно знакомой), судя по всему, терзалась теми же вопросами. Томас не спешил бить, она не спешила стрелять. А на шаги из бокового коридора они вскинулись уже оба и почти одновременно. Ещё один парень... ещё один Ворон! Но этот примирительно поднял руки, оценив «тёплый» приём из кулаков и пистолета, и быстро выпалил: - Спокойно, я не ку-ку! - Да вижу, - они даже ответили в голос, после чего удивлённо переглянулись. Девушка опустила пистолет первой. - И что теперь? - осторожно спросила она. - Предлагаю сделать вид, что мы друг друга не видели и мирно разойтись в разные стороны, - предложил Ворон, подняв свой визор. Глаза у него, как положено, светились зелёными фонарями. Понятно, что ничего не понятно, но о том потом. - Враг моего врага, если не друг, то временный союзник, - хмыкнул Томас. Его это устраивало. Фухито они не помощники, Эльфи вдвоём не спасут, но лишь бы шефу не мешали. - Можно и так сказать, - «глазастик» решил взять переговоры на себя. Дождался кивка и посмотрел на соратницу: - Мария, ты нам нужна. Замком Мако траванулся. Не дающееся воспоминания само прыгнуло в руки. Мария, конечно же, Мария! Мария Мирабо, дочь человека, которого много лет назад он упрятал за решётку. Вот куда она исчезла... Лучше надо было искать, но в делах отца она была не замешана, да и кто бы подумал, что костанская девочка из приличной семьи сможет к повстанцам прибиться? А она смогла, от отчаяния, не иначе. И смотрит теперь с опаской, как на допросе смотрела, только тогда она страх прятала, а сейчас пулю в лоб вгонит. Томас отступил на шаг, махнул рукой: - Вы направо, я налево. Ценг не узнает, - чего стоило развернуться и спокойно уйти, одной Богине ведомо. Чего угодно ждал, но не тихого: «Спасибо, детектив» - женским голосом. Тоже узнала. * * * На аудиенцию к президенту следовало являться как минимум умытым, причёсанным и в официальной деловой униформе, а не в полевом костюме, в котором по реакторам и пыльным корельским горам бегал. Только вязкое тяжёлое утомление переодеванием и душем не смоешь. Ценг устало моргал, глядя на стену позади президента, и ждал подведения итогов. - Пропал, значит, - обманчиво мягко сказал Артур. – И тела не нашли. - Там… сложно что-то найти. - Как в сгоревшей пагоде? – президент закурил. Прищурился: - Руфус тут звонил, пытался подлизаться. Интересные вещи рассказывал про… родственные связи. - Простите, генетический анализ в полевых условиях не было возможности провести. Подтвердить наверняка не могу. - Дерзишь, щеночек. Учти, неработающий отдел безопасности мне не нужен. Турки существуют, пока исполняют приказы. Иди, работай, и, если твой бывший шеф выжил под обвалами – найди его и устрани. Слишком много о секретах Корпорации он знает. Ценг коротко поклонился. Шантаж и угрозы… шеф слишком высокого о нём мнения. Президент встречные условия озвучил первым и недвусмысленно. Он не может подвести Вельда, он должен сохранить отдел. И раз действовать методами шефа не выходит, надо разработать свои. * * * - …Хито, опомнись! – Эльфи по привычке рванулась, позавчера, вчера, полсуток назад она бы эту верёвку разорвала и не заметила, но сейчас мышцы дрожали, слабели, и рывок вышел таким слабым, что она кожу не рассадила. – Какая вернувшаяся жизнь?! Какой новый цикл?! Новый цикл – это взлетевшая Омега, и не будет никакого возрождения Гайи, будет неизвестно что в другой звёздной системе! - Нет, нет, никто никуда не взлетит, - он положил ладони на её плечи, когда-то этого жеста хватало, чтобы Эльфи успокоилась и улыбнулась. Сейчас же ей стало холодно не из-за потери сил, из-за скрутившего внутренности ужаса. Безумцы всегда страшны. – Циркониад не допустит! - Ты просто доделаешь за Шин-Ра их работу. - Нет! Как ты не понимаешь?! Я просто верну Гайе отнятое! - Ты её убьёшь! Ты меня убьёшь… ладно, ладно, я готова была собой пожертвовать, война есть война, но ты же всех… Ирико вспомни! Бугенхагена! Они в чём виновны?! - Люди виновны в том, что допустили всё это, - Фухито распрямился, поджал губы. – Это наш последний шанс всё завершить и начать заново. И я его реализую, даже если ты помогать не станешь. Жаль, я надеялся, но что ещё от дочери спецагента ждать. Эльфи потрясла головой. Вернувшаяся память, живой отец, который как минимум не стал продолжать операцию по устранению – значит, задумался о чём-то… Вельд – её отец… А Ширс? Где он, выжил ли?! Её люди… Вороны. Которые по одному слову Фухито мгновенно превратились в пустоглазых марионеток. Как она могла всё это допустить? Как она не видела?! Знакомая чернота беспамятства подступала, голова кружилась, Эльфи сжала зубы, пытаясь бороться – но сил катастрофически не хватало, и никто не спешил их поддержать. Нет больше её Фухито, друга, единомышленника и почти что брата. Есть одержимый духом Призыва безумец. …они ведь оба слушали страшные каньонские сказки, про тех, кого Сетра задолго до Бедствия-с-Небес боялись. А сказка оказалась забытой правдой, и Фухито больше не видит, не помнит – ни их дружбы, ни их цели, ни даже своей семьи. «Я выживу, выживу, я должна жить, чтобы исправить… остановить… моя вина – мне исправлять» - но темнота сомкнулась над ней, и не стало ничего.