Artificial Love / Искусственная любовь

Стоять перед начальством и краснеть, как школьница, схватившая двойку по математике, было очень не по душе своенравной Ю Инхён. Но она ни за что не подала бы виду, что в чём-то не права. Девушка держала спину настолько ровно, что того и гляди опрокинулась бы назад, но провести Ву Ифаня было не так просто. Он смерил журналистку полным презрения взглядом и усмехнулся: — Мисс Ю, когда я говорил, что Вы должны постараться и сделать всё в лучшем виде, я имел ввиду интервью, но никак не постель О Сехуна, — бровь директора была скептически вздёрнута. — Госпожа О, вашими стараниями, обрывала мне телефон всё утро, утверждая, что вместо репортёра мы отправили на столь важное мероприятие девицу из агентства по предоставлению эскорт-услуг. — Домыслы госпожи О — её проблемы, — холодно отчеканила девушка, не собираясь оправдываться перед этим мужланом. — Не думаю, что произошедшее наложит тень на репутацию компании. В конце концов, даже если слухи, размещённые на первой полосе газеты, оказались бы правдой… Разве отношения между двумя взрослыми людьми запрещены законом? — Если один из них — спонсор второго, то это, как минимум, не очень красиво, — несмотря на то, что Ифань был крайне вежлив, в его тоне сквозило столько цинизма, что это покоробило бы кого угодно. — Такого рода отношения наше общество не поощряет, мисс Ю. А мы не держим у себя сотрудников с подмоченной репутацией. Инхён сделала несколько шагов по направлению к директору и остановилась практически вплотную, заглядывая мужчине прямо в глаза. Уголок её губ дёрнулся вверх, потому что ситуация становилась крайне комичной. Почему все вокруг считают, что имеют право выдавать свои предположения за истину в последней инстанции? Девушка приподнялась на цыпочки, из-за чего их лица разделяли считанные сантиметры. Мужчине казалось, что узел на галстуке затянут слишком туго, хотелось поскорее его ослабить… да и в помещении стало как-то жарковато. Инхён усмехнулась, когда лицо директора перестало быть столь безмятежным и снисходительным. Она приблизилась к нему максимально близко, обдавая горячим дыханием его пухлые губы. Но поцелуя не последовало, глядя прямо в глаза собеседнику, Инхён прошептала: — Вынуждать подчинённых оказывать услуги интимного характера тоже не очень красиво… — Ифань тут же пришёл в себя и едва сдержал смешок. Значит её настолько сильно задело произошедшее между ними. Какая чувствительная особа. Тем временем, Инхён закончила фразу. — Более того, за сексуальное домогательство можно получить пусть и не тюремный срок, но запись в личном деле точно. А нашей компании не нужны люди с подмоченной репутацией, не так ли? Девушка отстранилась столь же резко, как и приблизилась минуту назад. Она развернулась на каблуках и направилась к выходу, как до неё вдруг долетел голос Ифаня, слегка охрипший и не сулящий ничего хорошего: — На сегодня Вы свободны, мисс Ю. Благодаря протекции одного небезызвестного молодого человека, компания даёт Вам выходной, — мужчина чеканил каждое слово сквозь зубы, потому что выполнять «приказы» ненавистного ему щенка было невероятно тошно. — Полагаю, что оказывать услуги интимного характера Вы будете уже ему, причём с радостью и полной боевой готовностью. Инхён передёрнула плечами, не сказав ни слова, и вышла, громко хлопнув дверью. Ифань хмыкнул и упал в кожаное кресло, переводя дыхание. Его трясло от одного вида пафосной сучки Ю Инхён, трясло от наглого высокомерного тона инфантильного О Сехуна, который считал, что его поручения должны выполнять сразу же и беспрекословно. То, как его трясло от семейки О в целом, было невозможно передать словами. Ничего, до краха их империи остаётся не так много времени, уж об этом Ифань позаботится, даже если на кон придётся поставить всё, что у него есть. Даже собственную жизнь.

***

В доме семьи Юн царила невероятно давящая атмосфера, несмотря на то, что на первый взгляд всё было как обычно. Глава семейства восседал во главе стола, раскрыв перед собой свежую газету. Его жена хмуро поглядывала на дочь, не на шутку разозлившую папочку своим появлением под утро, да ещё и в таком растрёпанном виде. Вот только сама девушка не видела в произошедшем никакой проблемы, так прямо и заявив об этом факте отцу. — Не понимаю твоего беспокойства, папочка, я уже большая девочка и могу позволить себе небольшие шалости, — режим бунтарки уже был включён и с каждой секундой Данби заводилась всё сильнее, всё ещё закипая из-за нотации отца по поводу сорванной помолвки. Эта головомойка испортила ей аппетит окончательно. — Сехун, на которого ты возлагаешь большие надежды, тоже зря времени не терял. И первая полоса газеты как раз-таки гласит именно об этом. Неужели ты желаешь своей единственной дочери такого мужа, который ещё до свадьбы заводит шашни на стороне? Девушка говорила тихо, даже мягко, лукаво склонив голову набок. Она знала, что отец сейчас взбесится. Наверняка выходка Сехуна, о которой гласили все СМИ, вывела его из себя. Но он был удивительно спокоен. Неужели и правда не видел в этом проблемы? — Он — мужчина, милая моя, — покровительственно произнёс отец своим не терпящим возражений тоном. — Мужчины нашего круга могут позволять себе невинные слабости, которые никак не мешают семейной жизни, может даже наоборот делают брак крепче. Подумай сама, Данби, разве девушку из нашего круга кто-то посмел бы тискать в коридоре, как какую-то жалкую горничную? В этом вся разница. Всех этих девиц, предназначенных только для развлечений и удовольствий, не уважают. С ними просто играют, пока не надоест. Игрушки сменяют одна другую. Но мужчина всё равно всегда будет выбирать свою жену, равную себе по статусу, и уважать только её. Слова отца казались Данби такими циничным и отвратительными, что ей хотелось специально наговорить ему гадостей. — Может быть в коридоре девушку нашего круга и не посмели бы тискать… А вот в караоке-баре вполне, — как бы между прочим заявила девушка, в следующую секунду спешно выскакивая из-за стола. — Папочка, лучше скажи мне спасибо, что я не позвала туда журналистов. И отмени помолвку поскорее, пока я не наделала ещё больших глупостей! Прости, папочка мне нужно бежать, оставим нотации на потом! Девушка усмехнулась и уже через считанные секунды сбежала по ступенькам, вдыхая полной грудью свежий утренний воздух. Несмотря на то, что проснулась она в гордом одиночестве, а прекрасный незнакомец растворился как сладкий сон, настроение было каким-то странно приподнятым, можно даже сказать замечательным. Чутьё редко подводило Данби. И в одном она была уверена наверняка. Они ещё обязательно встретятся. Это не конец истории, а самое её начало…

***

Инхён была рада неожиданно предоставленному выходному. Не пришлось сталкиваться с Чонином в коридорах компании и видеть его взгляд побитой собаки, которую бросил хозяин. Эта безусловная преданность порой вызывала у неё раздражение. Казалось, что рядом с ней не мужчина, а пластилин. Лепи из него, что хочешь, он только рад будет. Наверное именно поэтому когда-то Инхён попала под чары плохого парня Пак Чанёля, которому было решительно плевать на неё. Не зря говорил великий классик: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». С этими мыслями брюнетка раскладывала свои немногочисленные пожитки по полкам в маленькой квартирке Джиын, в то время находившейся на работе. И Чанёля она вспомнила очень кстати, потому что её телефон тут же зазвонил. Неизвестный номер, отразившийся на дисплее, принадлежал именно ему. — Детка, можешь не благодарить за блестящее резюме, которое я предоставил Сехуну, — в глуховатом голосе Пака слышались насмешливые нотки. — Кажется, этот идиот чуть не сбрендил от счастья, что на его пустую голову свалилась этакое совершенство. — Что ты ему наговорил?.. — настороженно поинтересовалась Инхён, прекрасно знавшая о том, что главный враг Чанёля — его же язык. — Скажем так, я вошёл во вкус, в один прекрасный момент осознав, что вместо тебя описываю какую-то монашку из сопливой мелодрамы, — Пак начал издалека, постепенно переходя к кульминации этого эпичного разговора. — В общем, нравится тебе это или нет, но ты снова девственница. Во всяком случае Сехун в этом уверен, и его ждёт очень неприятный сюрприз, если ты запрыгнешь на него сверху на первом же свидании. — Ты!.. — ахнула девушка, не стесняясь в выражениях. — Чёртов идиот! Тебе не кажется, что такое как-то трудновато сымитировать, даже если очень постараться?! На несколько секунд повисло неловкое молчание, но для Чанёля не было неразрешимых проблем, поэтому его голос звучал беззаботно и совершенно буднично, как будто он говорил о покупке нового кресла в гостиную, а никак не об операции, пусть и не сложной. — Прости, детка, но этот парень с такими как ты обычно просто спит и бросает на следующее утро. Чтобы зацепить его надолго, нужно соответствовать его представлениям об идеальной девушке. И в его случае, девушка должна принадлежать ему и телом, и душой. Ему одному. Сечёшь? — не дождавшись ответа, но посчитав, что Инхён всё уяснила, Пак продолжил. — Я скину тебе координаты хорошей частной клиники, заштопают всё, что нужно, и снова будешь целкой. Некоторое время нельзя будет трахаться, но это играет тебе только на руку. Если ты дашь Сехуну на втором-третьем свидании, он вряд ли решит, что твоя кандидатура подходит на роль его спутницы жизни и матери его будущего ребёнка. Вот и подинамишь его немного, пока он сам на тебя не набросится. А потом, как честный человек, возьмёт на себя ответственность и женится. — Тебе повезло, что я сейчас не рядом, иначе твои уши уже валялись бы в мусорном ведре, потому что я бы их оторвала! — голос девушки уже перешёл на крик. — Последнее, что мне нужно для счастья, это девственность! — Ну уж извини, для того счастья, которое ты себе напредставляла, придётся чем-то жертвовать. Потерпишь, не маленькая, — хохотнул Пак. — Адрес в смс, советую не затягивать с визитом к доктору. Скажешь, что от меня, и всё пройдёт в лучшем виде. Лишних вопросов задавать не будут. — Ёль, ты опять нанюхался кокса? — сразу же вынесла вердикт Инхён, потому что не понаслышке знала, что именно в таких случаях мозг Пак Чанёля генерирует самые невероятные идеи. — Не опять, а снова, — важно поправил парень. — До скорого, детка. Когда звонок прервался, Инхён с досады бросила телефон об стену. Хуже от этого не стало, потому что его плачевный вид и так навевал на мысли о том, что мобильник застал борьбу за независимость Кореи. Но девушка понимала, что теперь они с Чанёлем повязаны, а значит расхлёбывать придётся и за собой, и за ним, если не хочется, чтобы всё пошло крахом. Обречённо вздохнув, брюнетка вызвала такси, которое подъехало через 15 минут, и назвала водителю указанный в сообщении адрес.

***

Инхён нервно крутилась перед зеркалом, то и дело проверяя, не выбился ли из укладки локон, не помялась ли юбка, и не прилипли ли к одежде невидимые глазу пылинки. Джиын наблюдала за её приготовлениями, вольготно развалившись на мягком диванчике в гостиной. Она хотела отпустить комментарий, но благоразумно решила, что перед таким важным свиданием у подруги будет туго с чувством юмора. И в этом она была чертовски права. Потому что первое свидание — самое ответственное, тут либо пан, либо пропал. Можно заинтересовать человека, но можно и оттолкнуть его от себя. И второй вариант развития событий категорически не устраивал Инхён. — Перестань себя изводить! Ты прекрасно выглядишь и сама это понимаешь. Наше 19-е место из Forbes забудет как дышать, когда увидит тебя. — твёрдо и уверенно заявила подруга, забавно нахмурив курносый носик. Она ещё раз окинула брюнетку взглядом бывалого критика, но не нашла, к чему придраться. — Кстати, розовый тебе очень к лицу, выглядишь менее холодной и более романтичной. То, что нужно, для первого свидания. — Я не выгляжу в этом платье как поросёнок? — судя по взволнованным ноткам в голосе, Инхён и правда была немного не в себе из-за ответственности, лежавшей на её плечах. Она понимала, что от этого вечера зависит вся её дальнейшая жизнь. И что, если всё испортит дурацкое платьице? Но брюнетка лукавила, даже слепой заметил бы, что короткое нежно-розовое платье с обнажёнными плечами и пышной юбочкой подчёркивает стройную фигуру и длинные ноги девушки как нельзя лучше. — Если только очень симпатичный поросёнок, — с важным видом ответила Джиын, утыкаясь в свежий номер Cosmopolitan, лежавший на журнальном столике. Из-за того, что в квартире повисла абсолютная тишина, громкий звонок телефона заставил обеих девчонок вздрогнуть. Инхён перевела взгляд на подругу и нервно сглотнула, в последний раз окинув взглядом своё отражение в зеркале. Она быстро накинула маленькую сумочку на тонком ремешке через плечо и поспешила к выходу, на ходу отвечая Сехуну.

***

Погода как нельзя лучше подходила для первого свидания. Несмотря на то, что был уже вечер, тёплые лучи яркого апрельского солнышка пробивались сквозь проплывавшие по небу пушистые облачка, мягко окутывая своим светом всё вокруг. Асфальт был усыпан розовыми лепестками цветущей вишни, повсюду раскинувшей свои ветви. И посреди всего этого великолепия, как завершающий штрих, была припаркована роскошная белая McLaren P1, которая куда идеальнее смотрелась бы на гоночной трассе, с проходящими мимо фигуристыми красотками, размахивающими флагами в знак начала заезда. Рядом с автомобилем стоял статный высокий брюнет модельного телосложения, державший в руках огромный букет белых роз. То ли букет подбирал под цвет машины, то ли машину, гармонирующую с букетом. У чеболей свои причуды, ни в чём нельзя быть уверенным наверняка. Мало кто знал о «маленькой» страсти Сехуна к редким и дорогим автомобилям, коих набралась уже целая коллекция в загородном гараже семьи О. Он менял их по настроению, либо выбирал, какая больше подходит к предоставившемуся случаю. И в тот вечер он решил взять свою любимицу, чтобы произвести на холодную красавицу неизгладимое впечатление. Когда хлопнула дверь, отвлёкшийся на свои мысли парень вздрогнул и поднял голову, встречаясь взглядом с оробевшей Инхён, которая подобные машины даже в дорамах про чеболей не видела. От парадного входа к тротуару вели высокие ступеньки, а девушка стояла в белых босоножках на высоченных каблуках. И Сехун, как истинный джентльмен, тут же поспешил на помощь прекрасной даме, с готовностью подавая ей руку. Брюнетка кивнула в знак благодарности и вложила свою маленькую белоснежную ручку в его широкую ладонь, осторожно шагая вниз по ступенькам. — Знаю, что прозвучит избито, но ты прекрасно выглядишь, — мягко улыбаясь, сказал Сехун, не сводивший с девушки восхищённого взгляда. — Словно ангел, спустившийся с небес на землю. Когда оставалось всего несколько ступеней, у Инхён подвернулась нога, не привыкшая к неудобной колодке новой обуви, и журналистка не смогла удержать равновесие. Если бы О вовремя не подхватил её за талию, она рисковала разбить об асфальт свой хорошенький носик. Инхён рефлекторно обхватила парня рукой за плечо, уткнувшись носом в его широкую грудь. Казалось, что время вокруг остановилось, как в старой романтической мелодраме, даже поднявшийся ветер резко стих. Прошло несколько мгновений прежде, чем девушка подняла голову, практически вплотную оказавшись лицом к лицу с Сехуном. Парень сглотнул, но не выпустил брюнетку из своих крепких объятий, хоть опасность уже давно миновала. Чеболь не сводил глаз с пухлых, слегка подрагивающих от волнения губ красавицы, осознавая, что ещё чуть-чуть и больше не сможет держать себя в руках, хоть и обещал Инхён, что даже пальцем её не тронет, если она будет против. Он медленно наклонился ещё ближе, из-за чего их губы разделяли уже какие-то жалкие миллиметры. И тут девушка неожиданно произнесла: — Всё в порядке? Твоё сердце… — она замялась, чувствуя, что краснеет. Неожиданное замечание прозвучало крайне неловко в такой романтической ситуации. Но сердце Сехуна и правда барабанило как сумасшедшее, грозясь пробить его грудную клетку, если он не поубавит немного свой пыл. Момент был безнадёжно испорчен. Се покраснел и отстранился. Он даже не помнил, когда смущался в последний раз, ему казалось, что до сих пор это чувство и вовсе было ему неведомо. Парень был уверен, что даже в школе так не робел с девчонками. — Моё сердце сдаёт меня с поличным, — театрально вздохнул брюнет, подмигнув девушке и протянув ей букет. — Долго думал, какие цветы тебе подойдут, и по-моему это идеальный выбор. Красные розы — это слишком пошло для такой неземной девушки. Но белые — в самый раз. — Спасибо, они очень красивые, — тихим мягким голосом поблагодарила Инхён, обеими руками прижимая букет к груди и очаровательно улыбаясь, из-за чего на одной щеке появилась ямочка. Она прекрасно знала о том, какой будоражащий эффект это оказывало на парней ещё со школьных времён. Про себя мисс Ю сделала вывод, что всё гораздо проще, чем она предполагала. Создавалось впечатление, что Сехун действительно влюблён. И, пожалуй, он тоже был ей симпатичен. Да и кто останется совершенно равнодушным, когда баснословно богатый молодой красавец рассыпается в комплиментах и задаривает невероятно дорогими подарками? Сехун протянул девушке руку и открыл перед ней дверцу машины, помогая сесть. Она благодарно кивнула и сделала глубокий вдох. Несмотря на то, что пока всё продвигалось вроде бы неплохо, волнение по-прежнему неприятно покалывало где-то глубоко внутри. Парень повернул ключ зажигания и надел солнечные очки, закрывая глаза от вечернего палящего солнца, которое красиво бликовало на его блестящих чёрных волосах. Поймав на себе взгляд Инхён, Се игриво улыбнулся. — Я покажу тебе одно волшебное местечко, — негромко, немного растягивая слова, начал Сехун. — Банальные рестораны не для тебя, поэтому я выбрал для нашего ужина кое-что поинтереснее. Ну что, поехали? Инхён кивнула, гадая, что ещё придумал этот сердцеед, уверенный в том, что может влюбить в себя любую девушку за один вечер. Они довольно долго ехали по сумеречным улицам, приближаясь к морю. Когда на пристани загорелись яркие фонари, девушка захлопала отвыкшими от света глазами, постепенно разглядев стоявшую на воде огромную частную яхту. Видимо, плохо скрытое восхищение было написано на её лице, и Сехун ликовал внутри, смекнув, что всё идёт как по маслу. По не особо эмоциональной Инхён не было понятно, нравится ей всё происходящее или нет, но теперь он был уверен, что их свидание оставит в памяти девушки неизгладимое впечатление. — Надеюсь, что ты любишь морской бриз и японскую кухню, — подмигнул парень и вышел из машины. Он остановился, повернувшись к девушке спиной и вглядываясь в горизонт. Ветер трепал его чёрные волосы, а точёный профиль с острой линией челюсти смотрелся особенно выигрышно в лучах заката. Инхён внимательно смотрела на Сехуна, отмечая про себя абсолютное совершенство каждой чёрточки его лица. Она подумала, что если всё получится, они станут гармоничной парой и у них наверняка родятся красивые дети. Наверное, они будут счастливы. Наверное…

***

Стоило отдать должное Сехуну, он и впрямь устроил свидание по высшему разряду. Пара удобно расположилась на палубе прямо под открытым небом за маленьким столиком с зажжёнными свечами. В интимном полумраке сумерек они добавляли пикантности их неспешной беседе тет-а-тет. На столе были самые изысканные блюда японской кухни, приготовленные именитым шеф-поваром, и венчало всё это великолепие баснословно дорогое розовое шампанское Dom Perignon урожая 2003-го года, которое брюнет деловито разливал по высоким бокалам, протягивая один из них своей спутнице. — Выбирал шампанское на свой вкус, поэтому мне остаётся только надеяться на то, что тебе оно тоже придётся по душе, — произнёс Сехун, глядя девушке прямо в глаза. Оставшись наедине с объектом своих симпатий, он чувствовал себя гораздо увереннее, ощущая, что именно он сейчас хозяин положения, как впрочем и всегда, быть на вторых ролях О не привык. — Или ты предпочитаешь что-то другое? — Я равнодушна к выпивке, но могу составить тебе компанию, — скромно пожала плечами Инхён, хотя в этом она даже не соврала, девушка действительно никогда не понимала, что хорошего люди находят в алкоголе. Решив, что фраза прозвучала суховато, брюнетка немного смягчила её. — Уверена, что на твой вкус можно положиться. После того, как пузырьки шампанского немного ударили в голову холодной красавице, она расслабилась и вела себя уже более расслабленно, не заморачиваясь над каждым словом. В её голосе, взгляде, движениях… во всём появилось нечто манящее и сексуальное. Порочная томность сквозила во всём, что она делает, даже не отдавая себе в этом отчёт. Это был именно тот природный дар, а может и проклятие, данное ей с рождения и притягивающее мужчин, как магнит. Сехун даже сглотнул, когда она случайно коснулась его обнажённым плечом. И тут же обругал себя последним идиотом, честное слово, ведёт себя как какой-то пугливый девственник, впервые оказавшийся с женщиной наедине. Осознав это, он почувствовал прилив сил и уверенности в себе. С каких пор О Сехун робеет перед девчонкой даже не из их круга? Ситуацию нужно было срочно исправлять. Ладонь Сехуна скользнула вверх по обнажённой руке девушки, приобнимая её за плечо, в то время как мягкие губы вели дорожку коротких нежных поцелуев от виска вниз, захватывая мочку уха. Когда Инхён вздрогнула, брюнет решил, что это хороший знак, во всяком случае её тело реагирует на его ласки, и его руки тут же стали смелее. На самом деле, уши были именно тем местом, прикосновения к которому были неприемлемы для своенравной красавицы. Когда-то она зацепилась серёжкой за ветку дерева, слегка надорвав мочку, и после этого терпеть не могла, когда к ушам прикасались даже случайно. Чонин это знал. Сехун — нет. Произошедшее неприятное недоразумение, пусть и мелкое, привело девушку в чувства, напомнив о том, что в этот вечер она играет в кроткую скромницу, поэтому она тут же отстранила от себя осмелевшего парня. Сехун понял, что поторопился. Всё-таки Инхён была не из тех потаскушек, которых он менял каждую ночь, не заморачиваясь даже над тем, чтобы хотя бы запомнить их имена. Краем глаза он заметил, как поёжилась девушка, по её плечам пробежали мурашки. Всё-таки был уже поздний вечер, на улице сильно похолодало, а на Инхён было лишь короткое лёгкое платьице. Брюнетка ожидала, что он сейчас же наденет на неё свой пиджак, но вместо этого парень махнул кому-то рукой, подавая знак принести тёплый плед или что-то вроде того. Конечно Сехуну нравилась Инхён, даже более того, он был влюблён в неё. Но себя избалованный мальчишка любил больше, поэтому даже представить не мог, как он будет сидеть под пронизывающим ветром в одной тонкой рубашке. Девушка почувствовала досадное разочарование. И сразу же вспомнила другой вечер, отчасти похожий на этот…

♫♪ Park Yoochun - Unwound Heart ♫♪

Им было по 20 лет. Первый курс университета остался позади, на дворе стоял март, довольно прохладный для сеульской весны. Инхён ворчала, что Чонин не мог найти лучшего времени для поездки на море, парень отшучивался, что запланировал это ещё год назад, когда пообещал девушке съездить подышать морским воздухом сразу же, как будет сдан последний экзамен. Он списывал плохое настроение любимой на капризы и плохую погоду, Инхён молчала о том, что произошло в клубе немногим ранее, надеясь на то, что «доброжелатели» не донесут Чонину об их с Чанёлем интрижке, которая оказалась большой ошибкой. Они неторопливо прогуливались по побережью, грели руки об жестяные баночки с горячим кофе и просто молчали. Инхён и Чонин были вместе так давно, что даже слова не требовались для того, чтобы понять, что творится на душе у другого. Бросив на любимую беглый взгляд, брюнет всё так же молча стянул с себя тёплую куртку и получше запахнул на девушке. Инхён собралась возмутиться, что на улице ужасно холодно, у него больная спина, а с ней шутки плохи, но, встретившись глазами с парнем, задумчиво закусила губу. Девушка была уверена, что совесть не будет грызть её по ночам из-за измены, но что-то непонятное всё же тревожило её душу. Видимо, такое понятие как «совесть» всё же не было ей чуждым. Инхён было тепло. Очень тепло. Только вот из-за куртки ли? Или из-за человека, который дал ей её? — Было бы здорово махнуть на недельку в Европу, — задумчиво произнёс Чонин, прикусывая губу. Налетевший порыв ветра растрепал его волосы, заставляя парня то и дело взмахивать отросшей чёлкой, мешавшей ему в полной мере любоваться своей красавицей, неспешно потягивающей кофе из баночки. — Конечно не сейчас, может быть после окончания университета, когда я заработаю на действительно стоящее путешествие. Например, в Париж. Эйфелева башня… Лувр… Версаль… Было бы здорово. Мы бы прогуливались по вечерним улочкам Монмартра, пили настоящий французский кофе с ликёром, увидели знаменитый французский балет. Инхён смотрела на Чонина, не отрывая взгляда. Она затаила дыхание и, кажется, даже забыла о том, как дышать. Обычно её раздражали подобные разговоры, лишний раз напоминающие о том, что приходится считать каждую копейку и только мечтать о путешествиях, глядя на Эйфелеву башню лишь по телевизору. Обычно брюнетка уже стала бы ворчать что-то о мечтателях и их пустых фантазиях. Но теперь она внимала каждому его слову, ей хотелось верить, что это действительно возможно. Инхён уже не замечала, какие холодные порывы ветра доносятся с моря, она вся превратилась в слух. — Милая, ты слушаешь меня с открытым ртом, а ведь я не сказки тебе рассказываю. Однажды мы обязательно будем вместе в Париже, я тебе обещаю, — Чонин нагнулся к девушке и обхватил тёплыми шершавыми ладонями её холодные щёки, быстро чмокнув красавицу в нос. — Ты совсем заледенела! Запахни на себе получше мою куртку, не хватало ещё простуды. Прикажешь потом сидеть около тебя и отпаивать горячим чаем с мёдом, забыв обо всём на свете? Так не годится, Инхён, если я забью на подработки, то не видать нам Парижа. Так что не относись так легкомысленно к своему здоровью, я ведь… Чонин не договорил, громко чихнув. Девушка не сдержала улыбки. Он как всегда забыл о себе, растворившись в заботе о ней. Кому ещё придётся отпаивать другого горячим чаем с мёдом? Похоже, что придётся захватить из дома матери баночку. Девушка приподнялась на цыпочках и прикоснулась холодными губами к его полыхающей щеке, сделав вид, что хочет проверить температуру. На самом деле, именно в тот момент она почувствовала такой острый прилив нежности, что ей было просто необходимо сделать это. Щека Чонина была очень мягкой и тёплой. Что-то внутри остро кольнуло. То ли уколы совести, то ли что-то ещё. Инхён едва ли давала себе в этом отчёт. Она вообще плохо разбиралась в своих чувствах и не считала это нужным. Но одно она знала наверняка. Это не поддавалось никакому сомнению. С Чонином тепло. Очень тепло. Из глубоких раздумий и плена воспоминаний Инхён вывел неожиданный звонок мобильного. Она вздрогнула и перевела взгляд на дисплей, на котором высветилось имя Чонина с милым сердечком. Понадеявшись, что Сехун не успел разглядеть его, девушка поспешно схватила телефон, выронив из дрожащих рук на пол, из-за чего многострадальный экран разлетелся окончательно. Что ж, и в этом были свои плюсы. На нём теперь было невозможно прочитать что-либо. — Ответь, вдруг что-то срочное, — любезно предложил парень, заинтересованно глядя на неловкую Инхён, у которой всё валилось из рук. Такая её сторона для него ещё была в новинку. Но он находил это очень милым. — Нет, всё в порядке, — торопливо ответила брюнетка, нажимая на боковую кнопку и отключая мобильный. Где-то глубоко внутри ёкнуло. Было неловко перед Чонином, который наверняка места себе не находит в поисках неё. А она в это время попивает шампанское из хрустального бокала, любуясь первыми звёздочками на ночном небе. Инхён утешала себя лишь тем, что таков этот мир. Каждый сам за себя. Будешь слишком много думать о других, не заметишь, как у самого ничего не останется. Пристально взглянув на Сехуна, девушка спросила. — Почему ты оплатил мои долги? Сумма довольно крупная… — Не для меня, моя маленькая балерина, — снисходительно усмехнулся парень, слегка откинувшись назад и закидывая ногу на ногу. Его пальцы постукивали по спинке кожаного дивана, не решаясь вернуться обратно на плечо Инхён. — Поэтому, если расскажешь мне о том, что у тебя за проблемы, думаю, что смогу решить их в ту же минуту. Девушка затаила дыхание, решая, говорить или нет о том, что произошло на самом деле. Какие эмоции вызовет у него этот рассказ? Симпатию с толикой жалости к бедной, но гордой девушке или презрение к нищенке, у которой за душой ни гроша? С чеболями всегда приходится держать ухо востро, как сапёр на минном поле, который ошибается хоть и один раз, но на всю жизнь. — Я не умею врать, Сехун, более того, не вижу смысла делать это, поэтому скажу прямо. Моя семья очень далека от твоей. По социальному статусу, финансовому состоянию, грубо говоря, по всем параметрам. Я выросла без отца, меня воспитывала только мать, которая дни и ночи проводила в своей закусочной, пытаясь поднять её и наладить наше довольно плачевное положение, — как на духу выпалила Инхён, решив, что хуже от этого не будет. — Со временем закусочная стала маленьким семейным ресторанчиком, приносившим какой никакой, а всё же доход. Но сейчас всё то, ради чего мама положила свою молодость, сгорело. В прямом смысле этого слова. Хозяин земли, на которой расположен ресторан, крупно задолжал таким людям, у которых в долг брать не стоит, потому что в случае невыплаты они расправляются быстро, действенно и жестоко. И если сбежавшему из города подонку от этого ни холодно, ни жарко, то ни в чём не повинные люди пострадали. Сехун слушал спокойную и рассудительную девушку едва ли не открыв рот. Он имел дело с разными женщинами, но все они были либо равными ему по статусу, либо настолько мимолётными и незначительными, что он даже не думал о том, из какой они семьи, и являются ли ему ровней. Вопрос равенства стоял ребром в семье О. Если Сехун приведёт домой кого-то ниже их по положению, то это будет грандиозный скандал. Парень прекрасно знал об этом, но не мог не желать сидевшую напротив девушку. Несмотря на стальной стержень, находившийся глубоко внутри Инхён, она была такой женственной и слабой, что он был готов пережить несколько истерик матери и затрещину от отца, но отказываться от своей возлюбленной не собирался. Девушка напрасно волновалась о том, что её история может испортить отношение Сехуна к ней. Напротив, теперь порывистый парень, живущий эмоциями и принимающий решения сердцем, а не разумом, влюбился ещё сильнее. — Наверное, эта история немного шокирует? — вздёрнула бровь девушка, демонстративно бравируя тем, что она не стыдится положения своей семьи, хотя на самом деле стыдилась, причём ещё как, до тошноты и дрожи в коленях. — Просто я хочу, чтобы ты знал это. И забыл обо мне. Я не подхожу тебе, О Сехун. И твоему миру тоже не подхожу. Мысленно Инхён досчитала до пяти. На счёт пять, по её рассуждениям, О должен был начать разубеждать её в этом. И она не просчиталась. Парень порывисто обхватил её холодные руки своими горячими ладонями, заглядывая девушке прямо в глаза, не отрывая взгляд. Чувствуя, как сильно дрожат её пальцы, Сехуну больше всего на свете захотелось показать Инхён, что его не волнует, из какой она семьи, сколько у них денег, и где они живут. Ему нужна только она. — Инхён, я не понимаю. Разве я не дал тебе понять, что мои намерения самые серьёзные? — с досадой спросил О. — Почему ты так упорно отталкиваешь меня? Ты боишься? Вроде бы я не похож на монстра, чтобы так от меня бегать. — Я не боюсь тебя! — запальчиво ответила девушка, предчувствуя, что этот момент сыграет ей на руку больше всего. Как говорится, внезапно пришедшая мысль нередко оказывается гениальной. — Я боюсь тех чувств, которые испытываю по отношению к тебе! Мне не должен нравиться такой человек, как ты. Мы совсем из разных миров, в твоём мире я всегда буду чужой, что бы ты не говорил. Рано или поздно, ты просто наиграешься мной и выбросишь. Не думаю, что смогу вынести это. Счастливый финал у историй, подобных нашей, был только в сказке о Золушке, разве нет? Я не хочу этого, Сехун, но в то же время ничего не могу с собой поделать. Я уже влюблена. Поэтому не хочу больше видеться с тобой, чтобы перебороть в себе это чувство, пока оно не окрепло. Понимаешь, я… Но договорить Инхён не успела. Сехун обхватил её лицо ладонями и пылко прикоснулся губами к её пухлым губам, ожидающим этого поцелуя. В глубине души девушка чувствовала, что её слова не оставят его равнодушными, и он попытается переубедить её. — Тогда пусть это будет новая сказка, — прошептал Сехун, но Инхён расслышала каждое произнесённое им слово. — Только о нас с тобой. Неважно, через что нам придётся пройти, в итоге нас будет ожидать счастливый финал. Я знаю, что могу казаться незрелым, наверное, отчасти так и есть. Просто поверь, что я честен с тобой. И я действительно уверен в том, что люблю тебя. Поэтому, Ю Инхён, будь моей девушкой. Я дам тебе всё, что ты только пожелаешь, я всегда буду рядом. Их лица разделяли считанные миллиметры, девушка чувствовала горячее дыхание парня на своих губах. Его тихий голос казался очень уверенным, поэтому Инхён лишний раз убедилась в том, что находится на верном пути. Кажется, он уже потерял голову. И это лучшее, чего она могла добиться на этом этапе. — Никто не посмеет отобрать тебя у меня, — пылко шептал Сехун, даже не подозревая, о чём думает кроткая красавица. — Я никому тебя не отдам. Просто будь моей. Я не прошу тебя дать ответ прямо сейчас. Хотя… признаться честно, я очень надеюсь, что ты не будешь затягивать с этим. Я понимаю твои опасения, наверное со стороны я и правда кажусь плейбоем, с которым не стоит связываться, но я клянусь, что и пальцем к тебе не прикоснусь, если ты не позволишь мне этого. Инхён смотрела Сехуну прямо в глаза, пропуская мимо ушей половину нежных слов и просчитывая в голове все возможные действия, решая, какое из них будет наиболее правильным в этой ситуации. Как только повисла неловкая пауза, девушка порывисто подалась вперёд и приникла пухлыми губами к приоткрытым в немом вопросе губам парня, подарив ему нежный и трепетный поцелуй. Это был её ответ. И Сехун это понял, с готовностью ответив на поцелуй.