Джинни-яга против!

             Гермиона оказалась в странном месте. Там была женщина в античных одеждах и в головном уборе с шипами. — Здравствуй, Гермиона. — Здравствуйте. Извините, я не знаю, как вас зовут. — Ничего страшного. — Вы похожи на статую Свободы, говорят, что это Геката. — Ты угадала, меня действительно зовут Геката. — Я умерла? — Почти. — Что значит: почти? — Твоя душа пока в твоём теле. Ты можешь открыть глаза, встать и пойти. Можешь умереть, и твоё тело займут другие. — А если я не хочу, чтобы моё тело занимали? — Через два-три года найдут твой полуистлевший труп. Но это не важно. — Душа важнее тела? — Умница. Хочешь умереть насовсем или попасть в чьё-то освободившееся тело? — Туда же очередь, но привидения готовы драться за моё тело. — Можно вне очереди. — Я бы хотела попасть в хорошую школу. — Хорошее желание, но такого варианта нет. Я предлагаю попасть в чужое тело. Ты можешь получить все знания и умения предыдущего владельца тела. — То есть, если кто-то займёт мою тушку, он может получить все мои знания? — Конечно. — ААААА!!! Как мне проснуться? — Догадайся. — Мои знания — это личное! — С одной стороны это так, а с другой — тебя никто не спрашивает. — За что? — А кто себя хорошо вёл? — Я! Ой, а почему хорошо? Ругают за плохое поведение. — Я хтоническая сущность — имею законное право ругать за хорошее. — Тогда скажи мне, что мне делать в этой никчёмной жизни? — В министерстве магии есть отдел Тайн, в нём комната Смерти, где стоит Арка. Тебе надо в неё добровольно шагнуть. Твои шансы добиться чего-либо невелики, но они есть. — То есть я смогу жить и при этом не быть одержимой? — В наказание, по традиции, я должна провести над тобой темномагический ритуал. — Какой? — Какой-нибудь. Не важно, что. — Я от него расстроюсь? — А вот это мысль. — Какая? — Учти: ты должна попасть в Арку полностью. — Это как? — Элементарно, сама поймёшь.       У Гермионы щелкнуло в глазах.

***

      Девочку как-то странно начала стягивать и душить одежда, потом она начала расползаться. Но Гермиона была девочкой сообразительной и скинула с себя почти всё, кроме трусов. Кто-то в неё уперся. Что это?!..       Наконец она пришла в себя, сидя на холодном полу. Открыла глаза. Перед ней сидели две голых девочки-близняшки, валялись разорванные трусы. Или ещё две, одна сидела, другая лежала. Что за фигня? И тут Гермиона поняла, что душа у неё одна, а тела теперь три. Что гораздо хуже, у неё один комплект одежды и обуви на троих, а состояние тела по-прежнему близко к тому, чтобы сдохнуть.