Джинни-яга против!

             К Гермионе Грейнджер неожиданно возникли некоторые вопросы от полиции. Дело в том, что против неё дали показания.              Дело было в приёмнике-распределителе для детей с девиантным, проще говоря, антисоциальным, поведением. Там имелись все условия для допроса несовершеннолетних, естественно, с полным соблюдением всех требований действующего законодательства. Девочку проводили в комнату для допроса.        — Мисс Грейнджер, мы бы хотели с вами поговорить.              Гермиона обвела всех скептическим взглядом. — Говорите. — Выпейте сначала это.       Мужчина достал из саквояжа какой-то пузырёк и капнул две капли в стакан с водой. — А у вас в протоколе написано, что вы проводите допрос несовершеннолетних с использованием психотропных веществ?       Взрослые поперхнулись от такого заявления. — Ладно, с их помощью нельзя допрашивать взрослых, а я несовершеннолетняя. Так и быть, давайте вашу гадость, — сказала девочка. — Это не то, что вы подумали, — сказал мужчина, давший ей сыворотку правды. — Это витамины. — Должна вас предупредить, что при использовании таких веществ говорят то, что допрашиваемый считает правдой, а не то, что на самом деле являются правдой, — с этими словами Гермиона выпила содержимое стакана.       «Сыворотка правды, значит в допросе замешан аврорат», — любезно подсказала память Морфина Гонта, опознав характерный привкус. Так, а если учесть, что тела теперь три, а я буду говорить правду полностью или на одну треть? Всё же тело под действием этой гадости находится здесь и сейчас. — Один момент. Мы вынуждены пригласить ещё несколько человек.       К очень большому удивлению Гермионы Грейнджер появились женщина, представлявшая ювенальную юстицию, директор школы, воспитательница мисс Джонсон и другие лица. Количество присутствующих просто впечатляло.        — Как вас зовут? — Не знаю. — Почему? — Не могу знать. Точнее не хочу. — Каким именем и фамилией вы обычно пользуетесь? — Гермиона Джин Грейнджер. — Совершали ли вы противоправные действия в Дормунде в Германии? — Немного. — В каких противоправных действиях вы участвовали, находясь в Дортмунде? — Не слушалась родителей. Пошла в магазин, но он был закрыт по случаю воскресенья. — Кидали ли вы бутылки с бензином в полицию?       «Так, я кидала не бутылки с бензином, а горящие бутылки с высокооктановым бензином, который служил растворителем, и дополнительными химическими веществами. Эти полицейские, явно, химически безграмотны», — задумалась участница европейской олимпиады по химии. — Нет, конечно. За кого вы меня принимаете? — Вы видели, кто кидал? — Нет, я читала книгу про львов и тигров. — Вы знакомы с этой девочкой?       Гермионе Грейнджер показали фотографии Джинни Уизли в фас и профиль. — Да, её зовут Натали, фамилии не знаю. Мы с ней, возможно, познакомились на пароме из Рамсгейта в Остенде, Бельгия. Я вместе с родителями ехала на футбольный матч «Арсенал»-«Боруссия». — Почему возможно? — По её словам, она видела меня до этого и знала моё имя. — А вы её видели? — Впервые. Может, мы случайно встречались, но я её не помню. — Где она живёт? — Не знаю. Она сбежала из дома. — Вы принимали участие в совместных беспорядках, в том числе вместе с этой девочкой? — С ней, нет. — С другими? — Да. — В каких? — Посещала Оксфорд вместе с другими школьницами, несмотря на категорический запрет со стороны руководства школы. — Принимали ли вы участие в совместных беспорядках в Дормунде? — Нет. — При каких обстоятельствах она могла вас видеть? — Я в очередной раз ушла в самоход в Оксфорд и собирала пожертвования для несчастных школьников. — С какой целью? — Для обеспечения их книгами и диетическим питанием. — Каким диетическим питанием? — озадачилась директор школы, где училась мисс Грейнджер. Только подозрений в плохом питании не хватало. — Вас разве не кормят? — Шоколадками. Это необходимо растущему организму.       Все понимающе кивнули. Кто о чём, а дети о сладком. — А что вы хотели в стране, где премьер-министр Маргарет Тэтчер носит заслуженное прозвище "воровка молока"? — продолжила Гермиона Грейнджер. — Вы считаете, что лишение детей молока было неоправданно? — спросила женщина, представляющая ювенальную юстицию. — Я считаю, что это возмутительно. Поэтому мне приходилось собирать пожертвования. — И много собрали? — У меня появилась энциклопедия «Британника». — Детская? — Обижаете, самая настоящая. — Что стало с шоколадками? — Мы их давно съели. — Вам фамилия Долохов что-нибудь говорит? — Фёдор Долохов — русский генерал, про него писал русский писатель Лев Толстой в романе «Война и мир». Воевал во времена наполеоновских войн. — Больше никого с такой фамилией не знаете?       Морфин Гонт знал Антонина Долохова, вместе с которым сидел на одном уровне. Но это же была не Гермиона Грейнджер, а совсем другой человек. Поэтому всё честно. — Нет. — Имя и фамилия Джинни Уизли вам что-нибудь говорит? — Нет. — Занимались ли вы попрошайничеством? — Нет. — Вы же сказали, что собирали пожертвования. — Это разное. Вы не путайте благотворительную организацию и бродяжничество с попрошайничеством. — Разве ваша организация зарегистрирована надлежащим образом? — Я это сделаю, как только достигну совершеннолетия. Может быть. Школьное общество такой тематики создать невозможно.       Все понимающе кивнули. Ещё бы такое позволили. Но у девочки явно странное отношение к терминологии. Возможно, она нагло искажает показания. — Участвовали ли вы в беспорядках в Марселе пять дней назад? — Нет, я была в больнице. — Почему вы сбежали из школы? — Мне угрожали устроить тёмную, за то, что я в одиночку поехала на соревнования от школы. Другие ученики тоже хотели попасть, но у них плохие результаты, если считать не в похвалах учителей, у которых они в любимчиках, а в метрах, сантиметрах и секундах. — Вам раньше устраивали тёмную? — Да, за слишком хорошие оценки. — Кто? — Не скажу. — Почему? — Мне сказали: если я настучу, на меня ночью накинут простынь, насмерть изобьют, простыню утопят в пруду в школьном парке, чтобы замести следы. — Кто это сказал? — неожиданно спросил суровый полицейский. — Оливия Пакл, Диана Соммерс и Ханна Джонсон, — сказала испуганная Гермиона Грейнджер.       Точнее соврала. Её подозрения, что «Сыворотку правды» надо вливать одновременно трём телам, были абсолютно верны. Это были три девочки, которые считались самыми авторитетными ученицами среди сверстниц. Если проще, Оливия Пакл была альфа-самкой, которая достала остальных, вдобавок она была в любимчиках у мисс Джонсон, ответственной за воспитание и моральный облик школьниц. Другие были её шестёрками.              Через некоторое время допрос закончился, лица, которым не надо знать о магии, покинули помещение, и Гермиона Грейнджер получила антидот к «Веритасеруму».              Полицейский наряд направился в школу, где училась мисс Гермиона Грейнджер. Испуганная директор школы была госпитализирована с сердечным приступом. То, что одни дети травили других, не было редкостью. А вот угроза убийством, дело о которой дали ход…       И побег ученицы из-за школьных проблем, — дело во всех отношениях серьёзное. Это, как-никак, приличное частное учебное заведение, а не школа святого Брутуса.       

***

             По результатам проверки волшебной палочки, ранее принадлежавшей Уильяму Уизли возник совершенно закономерный вопрос: откуда юная ведьма Джиневра Молли Уизли могла знать страшные и ужасные заклинания, которые применял пожиратель смерти Антонин Долохов, на данный момент отбывающий наказание в тюрьме Азкабан?       Аластор «Шизоглаз» Моуди, узнав результаты проверки, вытер холодный пот. В начале семидесятых Антонин Долохов попал в него заклинаниями «Пид@р, бл@» и «Козёл, бл@». Нельзя сказать, что Аластор Моуди после этого стал «из этих», он стал вести себя так, как будто он того, полный, в плохом смысле этого слова. А ещё он стал себя вести, как козёл. А отдуваться за это пришлось курсантам аврората. И самому было непросто с таким характером. Как лечить, никто не знал.       Но, говорят, больше всего не повезло тёмному лорду Волдеморту. Он как-то раз утром что-то высказал неопохмелившемуся после праздника, а потому очень злому Антонину Долохову, и даже применил «Круцио», отчего получил в ответ: «Отъебись от меня, ох.евшее залупоглазое трипиздобл@дское мудоёбище, долби в ср@ку василиска». После произнесения этого опасного заклинания Антонин грязно выругался. Тёмный лорд внезапно исчез и оказался в школе чародейства и волшебства «Хогвартс» в тайной комнате величайшего волшебника из хогвартской четвёрки Салазара Слизерина рядом со спящим василиском. В голове статуи самого тёмного британского волшебника этого времени пронеслись вихрем самые разные мысли. А тем временем проснулся василиск и громко и злобно зашипел: «Меня будить?!» Надо понимать, василиск спросонья не понимал, перед ним змееуст или простой волшебник. Сожрёт и не подавится.       Тёмный лорд Волдеморт тогда с огромным трудом спасся от, казалось бы, неминуемой гибели и с тех пор старался не искушать судьбу и лишний раз не доставать Антонина Долохова, особенно по утрам. Вот только после этого заклинания он приобрёл змеевидный вид, и его глаза стали светиться красным светом. Исправить это не удалось, но он потом смирился со своей участью и даже нашёл в своём новом облике некоторые несомненные плюсы.       

***

             Две Гермионы обустроили уютное жильё для детей. Как? Так, как это получается у любой нормальной женщины, даже маленькой. А ещё у неё в рюкзачке была интереснейшая и очень полезная в домашнем хозяйстве вещь — волшебная палочка. Откуда? Да всё тот же поход на Косую аллею по наводке бывшей подруги Натали. Подержанную волшебную палочку удалось обменять на пару золотых украшений, которые удалось добыть в Германии.       Теперь, имея знания Морфина Гонта, надо было наведаться туда ещё раз. А ещё Гермиона узнала, что Косая аллея на самом деле находится не в центре Лондона — в "Дырявом котле" находится портал, перемещающий в другое место. Маги просто понтуются крутым адресом.       

***

             Джинни-яга, пообщавшись с биологической мамой своего тела Молли, которая была очень зла на непутёвую дочь, и с биологическим отцом своего тела Артуром, сбежала из больницы святого Мунго к магглам, оставив записку, где в целях конспирации были в чисто детском стиле изложены причины побега. Главная причина: "Вы меня плохо любите". Родители на такие заявления нередко реагируют нервно, — этот прогноз был абсолютно точен.       Через некоторое время Джинни-яга добралась до дома сквоттеров, где заняла стратегическую позицию перед телевизором в ванне с пеной, жуя сэндвич и запивая его колой.