Время Грейнджер

      Капитан невразумительно цокнул и опустил простынь, которой я прикрыла тело на кровати. Когда директор ушла, я осталась в комнате дожидаться мракоборцев и ждать мне долго не пришлось, через десять минут в дверь ломился капитан с Марком, но они были одни.       — Мы не можем вызвать экспертов, — недовольно говорит Д’арманьяк. Он прав, мы не можем этого сделать, потому что в школе студенты, и именно поэтому прежде, чем что-либо сделать, я дождалась капитана. Не будь это школа с детьми, я бы разобралась с одним Марком. Мы знаем, что делать на местах убийства. — Честно признаться, я думал, что он Подобник или как-то с ним связан, — капитан надеялся.       — А Подобник не мог покончить с собой? — резко спрашивает Марк, окончив изучать бумаги на столе. — Гермиона не врала, когда говорила, что он безумен. Вы только взгляните на это, — он протягивает исписанные бредом пергамент капитану. — Это могла быть смерть по неосторожности, если он правда наркоман, — говорит Марк продолжая оглядывать комнату.       — Он наркоман, — уверенно говорю я, потому что это факт, но Марк скептически фыркает и мне это совсем не нравится. — В любом случае вскрытие покажет, как он умер на самом деле, — но я согласна с капитаном, я тоже думала, что Дарен Лодж связан с Подобником. — Мы можем встретиться с секретарем Министра? — Интуиция подсказывает мне, что нам есть о чём поговорить. Я хотела вызвать его на допрос сразу, как только нашла маленькую зацепку с Пэнси. Всё так запутано.       — Зачем? — сухо спрашивает капитан, всё ещё разглядывая тело, покрытое простынёй.       — Пэнси видела этих двоих вместе, а спустя пару дней…       — Гермиона это лишь предположение, а не основание, — устало говорит Марк, как будто заткнуть меня пытается. Да что с ним сегодня? — Мы не можем допрашивать всех, с кем он пересекался, — я на капитана смотрю, тот тоже малость в шоке от того, как ведёт себя его подчинённый. Не можем допрашивать? Эй, это наша работать! Марк вообще понял, что сам ляпнул?       — Мы не просто не можем, мы обязаны, Маркус. — Отчеканивает капитан, недовольно смотря на моего напарника. — Ты разучился работать?       — Нет, но…       — Никаких но, — капитан резко его обрывает и хмурится. — Отправляйся в штаб и вызови эксперт-группу, я попрошу Минерву открыть здесь камин. Что стоишь? Выполнять! — Рявкнул капитан так, что я аж от неожиданности подпрыгнула. Он редко на нас кричит, чаще старается говорить на спокойных тонах, так быстрее доходит по идее. Я никогда не смогу забыть, как он впервые накричал на меня.       — Так точно, — Маркус краснеет от злости, но из комнаты послушно выходит.       — Как себя чувствуешь? — Спрашивает капитан, когда дверь громко хлопает. Вот же идиот, отхватит от начальника по самые гланды.       — Ничего не болит, но есть слабость, — на фоне внезапной смерти Дарена Лоджа, как-то забылось, что я только сегодня пришла в себя. И я вот думаю, стоит ли говорить капитану о том, что мы с Малфоем планируем? И как бы ему сказать, что мы решили сбежать на ночь? Да никак, меня пошлют, как Марка. — Меня никто не сможет заменить? — надо хотя бы убедиться, что работать не заставят.       — Ты сама отказываешься от дела? — Удивляется он. — Ничего себе.       — Простите, но у меня не так много времени, — капитан перестает улыбаться, кажется Д’арманьяк забыл, что скоро один из его мракоборцев умрёт. — Есть кое-что, что я хочу сделать перед смертью, — я не стану говорить, что именно, просто намекаю, что не стоит меня тревожить.       — Неужели так отчаялась, что хоронишь себя раньше времени? — Он понимает, что шансов на хороший исход практически нет, но тем не менее делает вид, что ещё не всё потеряно. Вот только ради кого он старается: ради себя, ради дочери или ради меня? Что заставляет его врать мне в лицо?       — Нет, — отвечаю я, стараясь улыбаться. — Просто хочу взять выходной, надеюсь это очень уважительная причина. — Я обещала Малфою и я должна сдержать своё слово.       — Уважительная причина это похороны, а смерть можно отложить, — он головой дёргает. — Я на самом деле не хотел тебя дёргать, но одно поручение всё-таки будет. Сможешь написать имена всех, с кем контактировал этот Дарен Лодж?       — Хорошо, — я собираюсь уходить, но останавливаюсь. — Вы думаете, это смерть по неосторожности? — Я думаю, что это не так, но пока ничем не могу это доказать, да и желания доказывать нет. Впервые за долгое время, меня не тянет вернуться в штаб и вообще нет никакого желания с головой уходить в расследование.       — Ты сама сказала, что вскрытие покажет, — неопределённо ответил он, — я киваю и иду к двери, но слова сказанные капитаном мне в спину заставляют снова остановиться. — Знаешь, как сложно подделать отчёт о вскрытии? — спрашивает он как-то уж двусмысленно.       — Нет, никогда не интересовалась этим, — отвечаю я не оборачиваясь.       — Помни об этом, когда снова соберёшься мстить, — и сердце ухает в пятки. Я знала, что рискую поэтому всё тщательно убрала, чтобы никто не смог связать смерть оборотня со мной. Это хорошо подставленное самоубийство, никто не должен был узнать, что это было убийство. Может мне поэтому кажется, что Лоджа убили, а подстроили самоубийство, потому что недавно я так сделала сама? — Всё было чисто, никто ничего не узнал, — кроме него. — Держи себя в руках и не давай жестокости взять над собой вверх, — очередное предупреждение звучит нелепо.       — Вы с начала моей стажировки твердите, что надо быть жёстче, а теперь просите держать себя в руках? — спрашиваю я смотря на него из-за спины. Капитан смотрит на меня в ответ, но молчит. — Монстр, который вырос благодаря Вашим урокам оказался кровожадной и страшной тварью, которого даже самые сильные цепи не сдержат, — капитан сжал челюсти. — Мне не хочется его сдерживать, — даже если он немного обеспокоен, д’Арманьяк этого не показал. —  Я скоро подготовлю список имён.

***

      То, что Дарен Лодж мёртв я осознала, когда вернулась в свою гостиную, села на свой диван и взяла в руки Живглотика, который радостно крутился около моих ног. Он такой мягкий, тёплый и живой.       — Что случилось? — я не удивилась, когда рядом возникла Жози, а следом за ней подтянулись Гарри с Роном. — Эй, на тебе лица нет.       — Дарен Лодж мёртв, — говорю я и поздно замечаю в отражении зеркала светловолосую макушку Драко. Вот же Вашу мать! — Твой отец попросил подготовить список с кем он контактировал, а директор попросила проследить за учениками, чтобы они не шастали по этажу со спальнями преподавателей, — Драко молчит, но даже через слабое отражение, я вижу, что он испугался. Он понимает, что я должна написать имя Лайзы, но он ещё не знает, что всё гораздо хуже. — Я не могу долго ходить, — вру я неотрывно смотря на Драко, который через стекло смотрит на меня. — Вы можете проследить за учениками? А я подготовлю список.       — А бал? Его отменят? — обеспокоенно спрашивает Жози.       — Не знаю, — об этом я даже подумать не успела. — Надо, но это слишком опасно для имиджа школы. Если она отменит, то как директор это им объяснит? — Детям можно соврать, но что делать с новостями о смерти профессора? — Ребят, я не уверенна, но кажется директора пока не собирается оглашать о новости о смерти Дарена Лоджа, — иначе дети снова не вернутся в школу после каникул. — Поэтому не вздумайте кому-либо сказать, хорошо?! Это приказ, — который нельзя ослушаться.       — Если никому не говорить, как ты предлагаешь уводить детей от этажа, пока там гуляют мракоборцы? — спросил Гарри нахмурившись. — Запереть всех в комнате?       — Нет, — у меня появилась идея. — Жози, иди к директору и попроси, чтобы она сняла старшие курсы с последних уроков. Младшие и средние закончат раньше, надо чтобы старшие закончили с ними одновременно. — Глупость, но другой идеи нет. — Рон, возьми нескольких ребят и сдвиньте в стороны все столы в Большом зале. Гарри помоги другим старостам сопроводить учеников в Большой зал. Не говорим настоящей причины, просто выполняем приказ директора.       — Что ты придумала? — обеспокоенно спрашивает Рон поднимаясь на ноги.       — Завтра бал, и как много учеников умеют танцевать вальс? — Все молчат, потому что идея дурацкая. — Немного, а поэтому вы, — я смотрю на Гарри и Жози, — поможете им. Хотя бы для виду. Учеников надо занять, чтобы они ничего не заметили.       — Хорошо, но Гермиона, их слишком много, как ты себе это представляешь?       — Никак, — я смотрю на Гарри. — Я не прошу учить по настоящему, я прошу отвлечь, чтобы они не видели того, что происходит на преподавательском этаже.— Мракоборцы ТОМОН не выглядят дружелюбными.       — А он что будет делать? — брезгливо спрашивает Рон смотря мне за спину.       — Воду мне подавать, — отвечаю я чуть обернувшись. — Его нельзя выпускать, он кого-нибудь доведёт, кто-нибудь сбежит и случайно столкнётся с мракоборцами. Этого нельзя допустить. — Тот фыркает, но молчит. — Я могу на вас положиться?       — Иначе никак, — Жози поднимается на ноги и хватает парней за руки. — Это конечно ужасно, но Дарен Лодж не был хорошим человеком.       — Мы этого не знаем, Жози, — я не хотела говорить, точнее не хотела вслух сравнивать Лоджа с её братом, но для Жозефины, её брат был самым лучшим, а я же считала его говнюком. Судьбы людей не однобоки, за каждым шагом есть мысль, за каждой мыслью есть шаг — и это не всегда совпадает. — Спасибо, — она согласно кивает и уходит забрав с собой недовольных Гарри и Рона. За ними закрывается дверь и я оборачиваюсь к Драко, который с самого моего прихода не проронил ни слова. — Я должна сообщить о Лайзе.       — Сообщай, — отвечает Драко, садясь рядом со мной, перепрыгнув через спинку дивана, как-то уж слишком близко придвигаясь ко мне. Да что с ним?! То игнорирует, то липнет как муха. Неужели соскучился?       — Я слышала, как мракоборцы говорили о передозировке, — опасный огонёк загорается в его глазах. — Драко, он возможно умер из-за Жидкого боггарта.       — Чего ты от меня хочешь? Чтобы я попросил не упоминать о ней, или ты хочешь, чтобы я предупредил её? В последний раз, когда я предупредил Лайзу, то ты закатила мне истерику, — говорит он, внимательно разглядывая меня. Он вообще понимает, что своей выходкой мешал расследованию? Кажется Драко совсем не видит границ дозволенного. — Может ты ревнуешь? — Малфой, Господи прости, отодвинься от меня!       — Ревную? Я? Тебя? К ней? — И в мыслях такого нет. — Чушь собачья, — я отодвигаюсь, а Драко ухмыляется и снова двигается ближе. — Тебя это вообще не волнует?       — Этот человек возможно был причастен к похищению моего отца, как ты думаешь, сильно ли меня волнует его смерть? А Лайза, — он языком обводит свои губы. — Даже если передозировка, то это его вина, а не Лайзы. Мракоборцы во всём разберутся.       — Возможно причастен, а возможно нет…       — Гермиона, он для меня никто, — и смерть его для него ничего не значит, хотя и для меня тоже. — Идём на бал вместе.       — Не похоже на вопрос, — что происходит?       — Это не вопрос, — отвечает Драко, чуть склонив головы. — Мы идём на бал вместе.       — Ну да, выбора у нас немного.       — И я про то, — говорит он смеясь. — Мы… — Драко не успеет договорить, как его прерывает шум за дверью. — Не гостиная, а проходной двор, — недовольно бормочет он, когда дверь открывается и заходят знакомые слизеринцы.       Я пропускаю его негодования мимо ушей и протягиваю руки на встречу Дэмиану, который крепко ко мне прижался. Погладив мальчика по голове, я махнула Забини и пожала руку Пэнси, которая села рядом со мной. Она проигнорировала Малфоя, который с ней не поздоровался.       — Я так испугался, — шепчет Дэмиан не собираясь меня отпускать.       — Мне тоже было страшно, — я боялась умереть. — Всё позади, — тот покивал и не хотя отстранился, когда его по спине похлопал Драко. Я думала, Дэмиан сядет на кресло, которое парни вернули на своё место, но он втиснулся между мной и Малфоем.       А вот последнему пришлось пересесть на кресло, потому что диван не резиновый и четверых не может вместить.       — Как себя чувствуешь? — поинтересовалась Пэнси, все ещё игнорируя Драко. Не стоит рассчитывать, что они начнут общаться, как прежде, хорошо, что спокойно в одной комнате сидят. — Выглядишь нормальной.       — Колдомедики творят чудеса, — отвечаю я, на что та согласно кивает. — Подождите, почему вы здесь? У вас разве нет уроков? Дэмиан? Ладно им уже терять нечего, — я игнорирую недовольные восклицания Забини, — но тебе то. Малыш, не пропускай уроки без надобности, хорошо?! Вам тоже не стоило, я понимаю, что нам всё с рук спускают и терпят нас, лишь бы мы уже выпустились спокойно, но не стоит наглеть, поэтому не пропускайте, — они удивлённо на меня уставились. — И вообще приглядывайте друг за другом чаще, пока учебный год не закончился. А ещё на вашем факультете много младшекурсников у которых есть друзья среди других факультетов, поэтому вам надо следить, чтобы старшие их не задирали. Дэмиан это больше тебя касается, они будут здесь только до конца этого учебного года.       — Гермиона, — Пэнси за руку меня берёт и недоумённо смотрит. — Ты как будто прощаешься, — мне хотелось сказать, что так и есть, но нельзя. Никто не должен знать о том, что я умираю. Я не смогу вынести тяжёлых взглядов полных жалости.       — Я на будущее, — будущее в котором меня не будет. — Просто никогда не знаешь, когда твой последний день. Ты можешь быть в школе и думать, что в безопасности, а потом истекать кровью на полу в запертом подземелье, — сама не хотела вспоминать и сама вспомнила. — Никогда не знаешь, когда умрёшь.       — Это точно, — тянет Забини. Он на Драко подозрительно смотрит, но ничего не говорит. — Драко, ты тоже решил прогулять сегодня уроки?       — У нас с ней важное поручение от директора, — ответил тот косясь на меня. — И вы нам мешаете, не хотите уйти?       — Ты такой вежливый, — усмехается Забини, но поднимается, утягивая за собой Дэмиана, который уходить не хочет. — Идём малыш, пока тебя на части не разорвали, — ласково приговаривает и к двери идёт. — Пэнс?       — Иду-иду, — она поднимается с дивана и уходит.       И мы снова остаёмся с Драко одни.       — Мы будем список писать?       — Будем, — отвечаю я, вставая за пергаментом. — Но… Что ты делаешь? — я вздрагиваю, когда его руки касаются моего плеча. Драко медленно пробегается пальцами вниз и крепко сжимает моё запястье. — Ты меня пугаешь.       — А меня пугаешь ты, — шепчет он, смотря прямо мне в глаза. — Особенно, когда выпьешь.       — Прости? — О чём он говорит?       — Я долгое время думал, что ты просто издеваешься, но ты правда ничего не помнишь, — Драко руку мою поднимает и губами касается моих костяшек. Его дыхание обжигает кожу, это и пугает, и завораживает. Его взгляд, которым он неотрывно на меня смотрит, пока его губы оставляют невесомые поцелуи путали мысли. Я и оттолкнуть его хотела, и хотела не мешать, дать продолжить. — Мне надоело помнить это одному.       — Да о чём ты говор… — Я не успеваю договорить, как внезапно оказываюсь прижатой к столу. Драко быстро меня за талию обнимает, к себе прижимает и губами к моим губам ловко льнёт. Я оттолкнуть его пытаюсь потому что, какого хрена, но попытки освободиться забываются, когда он всем телом ко мне прижимается. Драко сначала пробует, не торопится, ждёт, пока я отбиваться перестану, а когда руки мои на его плечи ложатся, а после обвивают шею и к себе тянут, он смелеет. В голове какое-то безумие творится, потому что мне нравится, это пугает и чувствуется знакомо, будто не в первый раз целуемся.       Я его волосы на затылке сжимаю и назад чуть оттягиваю, чтобы он напор ослабил. Драко меня без слов понимает и замедляется. Он усаживает меня на столешницу и сильнее льнёт к губам. Никогда не думала, что Драко Малфой может быть таким горячим.       — Я забыл спросить, — я слышу, как Забини воздухом давится. — Ох не хрена ж себе вам задания дают.