Boy Meets Evil

Дни и ночи начинают сливаться в одно. Здесь невозможно угадать время. Удушающе горячий воздух, непроницаемая и досадная темнота, каждый звук эхом безнадёжно уносится вдаль. Юнги сидит скрестив ноги в центре Ловушки дьявола, где застрял на много дней, которые кажутся ему месяцами. Он сверлит взглядом свои руки, сложенные на коленях, и не шевелится. Юнги очень старается очистить голову, прогнать волнения и тревогу, но безуспешно. У него не получается не думать о Чонгуке, о том, где он, всё ли с ним хорошо. Он очень надеется, что Чонгук не чувствует себя брошенным. Юнги бы никогда так с ним не поступил, никогда в жизни. По своей воле, конечно же. Тепло укутывает его со всех сторон, служа болезненным напоминанием о Чонгуке, его горячем дыхании, об обжигающих прикосновениях рук. С каждой проведенной секундой в обволакивающей жаре ему хочется оказаться где угодно, только не здесь. Юнги знал, что последствия не заставят себя долго ждать после проведенной с Чонгуком ночи. А как иначе? Он знал, что с Сокджином шутки плохи, и всё равно нарушил приказ. Но он не ожидал, что наказание вступит в силу так быстро, буквально на следующее утро. Его призвали куда более настойчиво, а это знак, что вызов идёт от высшего по рангу, и он опять оказался в Ловушке дьявола. Один на неудобном, тёплом, каменном полу. Наедине со своими мыслями, страхами, тревогами. Совершенно один. Он много дней не видит ни одной живой души. Он понимает, что это не единственное наказание; вряд ли он настолько удачлив. Его наверняка ждут всевозможные пытки. Однако пока неизвестно, сколько его тут продержат вдали от Чонгука. Он не знает, когда снова сможет увидеть человека, и от этого грудь болезненно сжимается. Юнги вздыхает, опуская голову в ладони. Тупая боль в теле, которую вызывало присутствие Чонгука и его ласки, стала частью Юнги, с которой он мог мириться, игнорировать, но это –стискивающая, томящаяся тоска – ему незнакомо. Слишком болезненно. Он хочет, чтобы это прекратилось. - Юнги, - дружелюбный, мелодичный голос разрушает тишину, словно лепесток тревожит гладь воды. Юнги выпрямляется. Уставшие конечности встряхивает адреналином. – Как ужасно, что мы опять встречаемся при тех же обстоятельствах. Сокджин стоит перед ним, растянув губы в добродушной улыбке и расставив руки так, будто сердечно приветствует. Намджун чуть позади. Его лицо искажено неприятным удивлением. Юнги с трудом сглатывает и смело смотрит в лицо Сокджина. Об уважении или соблюдении иерархии можно забыть. Теперь для этого слишком поздно. Слова выходят хрипом из-за долгого вынужденного молчания. - Только вот не надо этого, Сокджин. Сокджин разочарованно дует губы, а Намджун фыркает. - Ой, да ладно, нужно соблюдать правила приличия. Всё же, у нас для тебя есть замечательные новости. Юнги садится ещё прямее, ощущая прилив оптимизма. Он опять сглатывает, заставляет себя говорить, смеет надеяться. - Я могу… могу быть свободен? Демон с розовыми волосами заливается смехом, опускает взгляд и качает головой. Юнги не удаётся сглотнуть ком в горле, в груди поселяется ужас, который только распаляется при виде довольного лица Намджуна. Сокджин смотрит на Юнги сквозь длинные ресницы и вскидывает бровь. - Мог бы даже и не предполагать подобное, мой друг. Юнги утыкается взглядом в землю и судорожно выдыхает. Если они собираются подвергнуть его пыткам, то лучше пусть приступают сразу, чтобы наконец с этим покончить. Но ему ли не знать. Бессмысленно надеяться на снисхождение. - Скажи ему, Сокджин, - просит Намджун дрожащим от нетерпения голосом. Юнги рискует поднять взгляд на демона и заглянуть в эти чёрные глаза, в которых отчётливо видна издёвка. - Мы до этого дойдём, Намджун, - отвечает Сокджин, поднимая перед собой руку, но сверлит взглядом лишь подавленного демона на полу. – Тебе известно, почему ты здесь, да, Юнги? - Да, - тихо отзывается тот, но поднять голову не может. Доставлять удовольствие, отдавая внимание, ему не хочется. Любое сопротивление, каким бы ничтожно маленьким оно ни было, должно помочь угомонить боль в груди. Должно. - Ты здесь, потому что вернулся к своему человеку, несмотря на моё предупреждение, - продолжает демон с розовыми волосами и неспешно расхаживает взад-вперёд перед Ловушкой. – Что очень грубо с твоей стороны. Я ожидал другого. - Я понимаю, я тебя ослушался, - рычит Юнги едва различимо, не сумев скрыть злобу в голосе. – Так давай же. Пытай меня, делай, что должен. - О, а здесь начинается самое интересное! – радостно смеётся Сокджин, хлопая в ладони. Юнги поднимает растерянный взгляд. – Пытки совершенно не нужны, мой друг. Не сейчас. - Чт-что ты имеешь в виду? – спрашивает Юнги. Теперь ему по-настоящему страшно. Приподнятое расположение духа не может сулить ничего хорошего. Он лишь надеется, что Чонгука не стали в это впутывать. Пожалуйста, пожалуйста, пусть с Чонгуком всё будет хорошо. - Как ни странно, именно Намджун спас тебя от этой незавидной участи, - говорит Сокджин, указывая на улыбающегося за его спиной демона. – Пока я раздумывал, какое наказание для тебя применить, Намджун явился ко мне с весьма интересными новостями. - Скажи ему, - Намджун почти срывается на рык, от нетерпения чуть ли не пуская слюни. - Намджун рассказал мне, что к нему наведывался твой человек, Юнги. Твой Чонгук. - Что ты с ним сделал? - безжизненно выдыхает Юнги, прожигая Намджуна взглядом. Сердце колотится в груди, перед глазами плывёт. - То, что он попросил, - самодовольно ухмыляется Намджун и смотрит ему в глаза. На Юнги накатывают волны ненависти. - Чонгук попросил Намджуна позволить ему отправиться сюда, чтобы тебя найти, - тепло улыбается Сокджин. В глазах равнодушие. – И наш дорогой Намджун с радостью согласился. - Ах ты тварь! - рычит Юнги, вскакивая на ноги, и приближается к демону на столько, на сколько позволяет Ловушка, бесполезно ударив кулаками по невидимому разделяющему их барьеру. Этого не может быть. Это просто не может быть правдой. Только не Чонгук. Намджун издевательски хохочет, а Сокджин невозмутимо улыбается, как будто наблюдает за цивилизованной беседой двух старых друзей. - Где он? Чёрт, где он, Намджун? Отвечает ему Сокджин под довольные завывания Намджуна. - Он на крюках, - восторженно сообщает Сокджин. - Ты должен радоваться! Теперь, когда тебе известно, что происходит с Чонгуком, пыток не нужно. Достаточно оставить тебя здесь с осознанием того, что твоего человека будут вечность раздирать на части. Вот и всё. Юнги хочется прорваться сквозь сдерживающий его чёртов барьер и стереть спокойную улыбку с лица Сокджина. Хочет выдавить ему эти полные ненависти глаза, хочет разорвать горло демону и пролить его кровь. Чонгук. Он с трудом соображает. Не может в это поверить. Юнги представляет подвешенного, проткнутого, истекающего кровью, плачущего, кричащего Чонгука и падает на колени, прижимая ладони к горящим глазам. Вдруг до его ушей долетает мягкий, мелодичный голос Сокджина, прорываясь сквозь страдания и чувство вины. - Может быть, в следующий раз ты сперва подумаешь, прежде чем переходить мне дорогу, мой друг. Когда Юнги наконец поднимает голову со слезами, застилающими глаза, то видит, что он остался наедине с Намджуном. Высокий демон продолжает трястись от беззвучного смеха. - Какая же ты тварь, - шипит Юнги сквозь стиснутые зубы и сжимает кулаки. Его натурально колотит. Ему кажется, будто его разделили надвое, выцарапав последние остатки человечности из холодной груди. - Да возьми ты себя в руки, - фыркает Намджун, присаживаясь на корточки рядом с Юнги. Тот смотрит на него в ответ с яростью и ненавистью. - Это для твоего же блага. А чего ты ожидал? Жить с ним долго и счастливо? Юнги мгновенно охватывает гнев, но более разумная часть его мозга напоминает, что сейчас есть более важная проблема. Чонгук. Чонгук страдает. Чонгуку нужна помощь. Он глубоко и медленно вдыхает. Оглядывает Ловушку дьявола вокруг себя, выгравированную на каменной земле под ногами. Единственный способ от неё избавиться - пустить трещину. Нужно разозлить Намджуна. Надо заставить его напасть. Юнги улыбается. Наконец-то то, в чём он хорош. Он заглядывает Намджуну в лицо и улыбается, зная, что это его разозлит. - Не важно, чего я ожидал, Джуни, - пожимает он плечами. - Давай ближе к сути. Реальная проблема здесь - твоя зависть. Слова Юнги добиваются желаемого эффекта незамедлительно. Намджун краснеет от ярости, сводит брови и с отвращением ухмыляется. - Зависть? - выплёвывает он, поднимаясь на ноги и отступая на шаг, как будто ему невыносимо находиться близко к Юнги. - Ты думаешь, что я тебе завидую? Медленно и как можно осторожнее Юнги начинается побираться ближе к краю Ловушки дьявола, пока оставаясь стоять на коленях. Если ему удастся распалить Намджуна, не допустить, чтобы он отвлёкся, то у него может появиться шанс вырваться на свободу. - Конечно, завидуешь. И так было всегда. Тебе всегда хотелось всё, что есть у меня - моих клиентов, мои силы, а теперь тебе завидно, что я больше не один. Тебе завидно, что у меня есть Чонгук. Лицо Намджуна перекашивается. - Да ты просто ненормальный, если считаешь, что я тебе завидую. Если думаешь, что я хотел бы тратить время на омерзительного человека… просто бред… - Ничего страшного, Джуни, просто признай это. - Юнги позволяет себе заулыбаться шире. Сердце бьётся быстро; нельзя отрицать, что его пугает гнев демона, но нужно спешить. - А знаешь, у него есть сосед. Я мог бы устроить вам встречу. Зуб даю, тебе бы этого хотелось. - Пошёл на хрен, Мин, - рычит Намджун, отступая ещё на несколько шагов. - В отличие от тебя, у меня есть гордость. Я бы не стал позорить себя, трахаясь с человеком. - Не кипятись. Мы же друзья, правда? Только попроси, и я тебе помогу. - Отвали, - голос демона становится громче и гораздо ниже. Он скоро взорвётся, и Юнги это чувствует, улавливая волны ледяной ярости. Осталось всего чуть-чуть. Он подползает ближе к черте Ловушки, ощущая коленками барьер, и заговаривает вновь. - Сокджину знать необязательно, - Юнги заговорщицки понижает голос и подмигивает. Упоминание имени их босса срабатывает. Намджун стискивает кулаки, и Юнги остаётся всего ничего, чтобы броситься в сторону, прежде чем тот бьёт чёрным, горящим шаром из дыма туда, где он стоял всего пару мгновений назад. Пол встряхивает от удара, и камень трескается с глухим звуком. Пыль с дымом вздымается облаком вокруг обоих демонов. Юнги шипит, закрывая лицо от камней, разлетающихся в разных направлениях. Отчаянно пытаясь разглядеть хоть что-либо в этих завалах, прежде чем Намджун поймёт, что наделал, Юнги скользит взглядом по периметру Ловушки, надеясь увидеть трещину в её черте. И находит такое место. - Я замолвлю за тебя словечко перед соседом Чонгука, идёт? Последнее, что он слышит, пока не улетает наверх, подальше от удушающей жары - рык чистой ярости. Первым делом Юнги, конечно же, думает о Чонгуке. Он должен его спасти, но одному ему не справиться. У демонов такой власти нет. Чтобы вытащить кого-то из ада, Юнги надо обратиться к совершенно иному источнику силы. Он не совсем уверен почему, но он направляется прямиком в бар, где Чонгук работал по вечерам, доверив пустынному сейчас зданию спрятать его от любых демонов, которые, возможно, его уже разыскивают. К тому же, в этом месте Юнги чувствует себя как будто ближе к человеку, как бы сентиментально это ни звучало. Он подходит к старому бару с заднего входа, легко ломает тяжёлый, ржавый замок на двери в подвал. Юнги спускается в тёмное пыльное помещение под зданием и нетерпеливо щёлкает рукой, зажигая свет в единственной лампочке, свисающей с потолка. У стен навалены картонные коробки, некоторые накрыты пластиковыми чехлами. В центре ничего нет, голый пол. Не идеальное место, но сойдёт. Юнги начинает призывать разные вещи, которые понадобятся ему для проведения ритуала, и садится на колени на пыльном полу. Он раньше никогда этого не делал - да и много ли демонов могут таким похвастаться? - но слухи доходили, так что остаётся надеяться, что он всё помнит правильно. Он чертит на полу перед собой широкий круг белым мелом, делит его на четыре части и аккуратно выводит разные символы в каждой четверти. С внешней стороны круга он расставляет четыре свечи и зажигает их, после чего гасит лампочку на потолке ещё одним ленивым движением руки. От тусклого света на стенах танцуют тени. У своих коленей он ставит небольшую деревянную миску и заполняет её лепестками, травами и стебельками. Поднявшись на ноги, он нервно осматривает результат своей работы. Он судорожно выдыхает. Он не уверен, что всё правильно. Не знает, сработает ли, но он обязан попытаться. Юнги думает о Чонгуке; не о том, где он сейчас, а о его улыбке, тёплых глазах, обжигающих прикосновениях рук, и всё это придаёт демону смелости разжечь искру в воздухе и направить её к миске. Огонь вспыхивает моментально, поднимаясь высоко в воздух, всё выше и выше, пока весь круг не заслоняется всполохами пламени. Он закрывает лицо руками, защищаясь от горячего воздуха, и зажмуривается от внезапного ослепляющего света. В следующий миг в его грудь упирается чья-то рука и отталкивает назад, припечатывая к стене. При ударе из лёгких выбивает воздух. Он бьётся головой, и перед глазами вспыхивают звёзды. Часто моргая, он пытается сфокусировать зрение на возникшем перед ним создании, сдавливающего его грудную клетку. - Ты либо очень смел, либо очень глуп, если решился вызвать меня, демон. - Голос звучит мягкий, но низкий и угрожающий. Раньше, чем Юнги успевает ответить, у горла он чувствует обжигающую боль. Железо. Он запрокидывает голову и кричит, отчаянно хватаясь за удерживающие его запястья. - П-пожалуйста, я не собираюсь причинять тебе вред, я просто хочу поговорить… клянусь! - шипит Юнги сквозь сжатые зубы и через мучительно долгую секунду создание отступает назад. Жжение в горле прекращается, и он хватается за покрытую волдырями кожу, тяжело дыша. Он переводит взгляд на незнакомца. Тот почти одного с ним роста, может быть даже слегка ниже, с шёлковыми серебристыми волосами, узкими глазами и пухлыми губами. На нём большой свитер с высоким горлом и выцветшие узкие джинсы под бежевым пальто с приподнятым воротником. Не таким он представлял себе ангела. Юнги мало волнует рана, оставленная на шее. Он уже чувствует, как она пропадает под кончиками пальцев. Он опускает глаза на тёмный клинок, который крепко сжат в подрагивающих пальцах ангела. Тот прослеживает взгляд Юнги, откидывает нож и отшвыривает ногой. - Ну так говори, - требует ангел. Его лицо ничего не выражает, но в глазах заметна настороженность. Сделав глубокий вздох, Юнги осторожно отталкивается от стены. - Меня зовут Юнги, и мне нужна твоя помощь. Один человек попал в ад, и это моя вина… - И? - Ангел изгибает бровь. - Я уверен, что это правдиво для сотен других душ оттуда. - Не я его туда загнал, - нетерпеливо огрызается Юнги, не сумев сдержаться. Он трясёт головой. - Его обманул другой демон. Он пытался найти меня, и теперь подвергается пыткам. - Зачем он искал тебя? Юнги стонет, потому что каждая секунда стоит Чонгуку ещё одну вечность в муках. Он уговаривает себя успокоиться и делает шаг в сторону ангела. - Как тебя зовут? Создание прищуривает глаза и отвечает с сомнением. - Чимин. - Хорошо. Чимин. Послушай, Чимин, я прошу тебя забыть на минуту, что я демон, - медленно просит Юнги, ещё раз шагая вперёд. - Этого человека пытают в аду ни за что. Он ничего не сделал. Он там исключительно из-за меня. - Как это связано с тобой? - спрашивает Чимин. - Это не важно! - демону кажется, что он сейчас разревётся от досады. Ещё один шаг. - Ты можешь ему помочь? Можешь, Чимин? - Я… ну, да, я могу заключить с тобой сделку, но сделка с ангелом отличается от ваших, - отвечает Чимин, и подозрение на лице сменяется обеспокоенностью. - Наши сделки должны быть совершенно бескорыстными. Никаких выгод для себя от них не будет. - Да, да, отлично! - торопит Юнги, останавливаясь почти рядом с ангелом. - Я займу его место, я вернусь в ад и разберусь со своим боссом. Я готов к любым пыткам, которые меня ждут. Прошу, спаси его. Умоляю тебя. Чимин растерянно сводит брови. Юнги стоит очень близко и не может не отметить красоту стоящего перед ним создания. То, как тёплая кожа сияет в отблесках свечей, как блестят карие глаза. Ангел глубоко уходит в свои мысли и через какое-то время подаёт голос, тихо и мягко. - А какая тебе разница? Терпение Юнги опять лопается. - Что? - Какая тебе разница, что с ним будет? - Чимин хмурится, заглядывая Юнги в глаза, и пытается разглядеть ответ в непокорном взгляде. - О чём ты? - рычит Юнги, зарываясь пальцами в волосах и отчаянно скуля. - У нас нет на это времени! Ты поможешь ему, Чимин? Чимин опять уходит в себя, а потом, медленно выдохнув через нос, опускает взгляд на пол. Затем снова поднимает глаза на демона. - Даёшь слово, что вернёшься в ад? - Клянусь, что возьму на себя последствия, и никогда… - он запинается и с трудом заставляет себя проговорить окончание фразы. - …никогда больше не посмотрю в его сторону. Чимин кивает. На его лице отражается грусть. - Имя? - Ч-Чон Чонгук. - Я всё сделаю, - отвечает ангел и сокращает расстояние между ними. Юнги с удивлением видит вопрос в его взгляде, будто ему нужно согласие, чтобы скрепить сделку таким образом, но демону плевать на хорошие манеры ангела. Юнги грубо кладёт руку на его затылок и наклоняется, чтобы прижаться к нему губами. Поцелуй короткий и грубый. Это скорее признание судьбы, чем радость от сделки. Всего на мгновение маленькая рука Чимина находит его и сжимает пальцы, как будто успокаивая, но прикосновение исчезает так же быстро, как и появляется. Когда они отстраняются друг от друга, Юнги чувствует, как земля уходит из-под ног, и ангел с демоном вместе спускаются в ад.