Ангелы-хранители 2

      Это была не ракета, а настоящий фейерверк. Жаль, что ясный день для такого шоу — неподходящее время. Но грохота, по крайней мере, было достаточно, и теплоход, погудев в ответ, пристал к старым деревянным мосткам.       А на берегу их ждал тот самый Влад Бурцев и накрытая им поляна. Уже исходила умопомрачительным запахом первая партия шашлыков, в плетёных корзинах под белыми салфетками ждали своего часа нежные цыплята с хрустящей корочкой, бутерброды с сёмгой, роллы и горы овощей и фруктов. Сумки-холодильники были забиты спиртными напитками, а посреди поляны была натянута большая белая палатка, чтобы было где укрыться от послеобеденного солнца.       Сам Влад, в затёртых джинсах и небрежно накинутой на плечи пёстрой рубашке, стоял двухметровым колоссом над корзинами, с улыбкой от уха до уха на наглом красивом лице.       — Бля, опять те же рожи, — изрек он в качестве приветствия. — Теперь опять ночные кошмары про школу будут донимать.       — Как мило, — заметила бывшая староста. — Но ты же сам всё это организовал.       — Я? — удивился Влад. — А, ну да, я. Видимо, всплеск немотивированной ностальгии из подсознания.       Тут практически все девчонки разом завизжали и повисли на Владе гроздьями. Вслед за ними прорвало и парней, они жали Бурцеву руку, хлопали по плечу. Саша оставался в сторонке, выглядывая куда-то запропавшего Марика. Но, увидев Саню, Бурцев стряхнул с себя девушек и сам подошёл к нему.       — Санечка! — не без ехидства сказал он.       — Владечка! — в тон ему ответил Сашка.       — Рад тебя видеть, — осклабился Бурцев.       — Взаимно.       Влад, склонив набок голову, оглядел его с головы до ног. Ехидная усмешка не сходила с его губ.       — Ты, по-моему, ещё мельче стал. Голодно в Томске, да? Бля, я тебя в поясе четырьмя пальцами обхвачу. — И он неожиданно шагнул к Сане и схватил его талию, сдавив пальцами, как тисками. У Сашки дыхание перехватило, и боль была неслабая, показалось, что его сейчас пополам переломят.       — Не, не сходятся, — с досадой констатировал Бурцев.       — Пусти, сука, — прохрипел Санька. Оказавшись на свободе, он не сразу смог глубоко вздохнуть. Но когда отдышался и поднял глаза на одноклассничка, взгляд его не сулил ничего доброго.       — Санёк, ты чего, обиделся, что ли? С каких пор ты таким неженкой стал? — дружелюбно поинтересовался Влад. Глаза у него стали круглые и наивные, как у ребёнка, но Сашка слишком хорошо знал этого здоровяка. Наверняка он испытывал Санину выдержку, как неоднократно делал это в детстве. Он всегда был абсолютным антиподом сдержанному и рассудительному Горлову, и в своё время поставил себе задачу узнать предел его терпения. Однажды задира всё-таки огрёб, и был сильно этим озадачен, так как всегда был крупнее Сани, и считался самым сильным пацаном во всех параллельных классах. Поражение вразумило Бурцева, но не настолько, чтобы он совсем отказался от подколов и насмешек в адрес Саши. Вот и сейчас, похоже, детство вспомнил. К тому же он вымахал и заматерел, а Санька остался прежним — какой соблазн хвастануть своей силушкой! Но Горлов в очередной раз взял верх над эмоциями.       — Ты не изменился, Влад, — усмехнувшись, сказал он.       Бурцев отзеркалил усмешку:       — А ты вот изменился. Похорошел.       Саня в ответ только пожал плечами и пошел разыскивать Марика. А к Владу подошла Майка.       — Привет, милый.       — Здарова, чикса. Ну как, довольна?       — Ты постарался.       Влад окинул ленивым взглядом поляну. Одноклассники суетились вокруг, радовались природе и закускам, парни сунули нос в сумки-холодильники и одобрительно переговаривались.       — Я не об этом, Маечка, — сказал Влад. — Довольна встречей со школьной любовью? Уже успела выклянчить свидание?       — А это не твоё дело.       — Значит, не успела ещё. Учти, у нас на Горлова одинаковые права и, чур, палки в колёса друг другу не ставить.       — Ты слишком самонадеянный. Нет у тебя ни малейшего шанса, значит, и мне нет резона мешать тебе. Вперёд, рискуй, забыл уже, как фингалом, Сашкой оставленным, щеголял?       — Нет, не забыл, и твой любимчик тот фингал ещё вспомнит.       — У-у, как страшно! Вот что, Владик: я этого парня любила и люблю, он мой, ясно? Так что не суйся к нему, пожалеешь!       — А как же наш договор, Маечка? — рассмеялся Бурцев.       — Забудь. Обманула я тебя.       — Стерва, — умилился парень. — А вообще, вас, баб, не понять. То «вперёд, рискуй», а то «не суйся». Где логика, ну?       Майка только фыркнула и отвернулась от него, стараясь не замечать издевательского смеха. Но смех вдруг резко оборвался.       — Блядь! А это чудо откуда взялось?       Проследив за его взглядом, Майя увидела всё того же Сашку, но в сопровождении Марка, взъерошенного и в мокрой рубашке. Саша нёс сразу несколько сумок, Марик отряхивал на себе липнувшую к телу рубашку и что-то, смеясь, рассказывал.       — Это Марик, он по соседству с Саней живет.       — Да он же охуенный! — Влад весь подобрался, нервно напрягся, как ретривер на охоте, только что слюну не пустил.       — Ты на мальчика не заглядывайся, — нахмурилась девушка. — Саня о нём с детства заботится, он тебе за этого ребёнка…       — Ай, заебла ты меня уже своим Горловым! — дёрнулся Бурцев, не сводя с Марика глаз. — Бери его, лопай, мне он больше не интересен!       И не обращая внимания на злые и ядовитые слова Майи, Влад шагнул навстречу Сане и Марку.       Когда навязчивые яойщицы увидели на берегу мощную фигуру школьной звезды, они бросили Марка, навьючили на него свои сумки и пакеты и первыми ринулись на берег. Марк забрал ещё и сумку блондинки Леры, которую муж решил перенести на руках по шатким скрипучим мосткам. Но Марик не был бы самим собой, если б обошёлся без косяков. Залюбовавшись на широкую спину Арсения, он споткнулся, и один из пакетов сначала плюхнулся на доски, а затем его ветром скинуло в воду. Марк охнул, побросал остальные сумки и постарался выхватить пакет рукой, сам едва не свалившись. До пакета было не дотянуться, его утянуло под мостки в пахнущую тиной зелёную мглу. Мальчик долго шарил под мостками сухой веткой, весь вымок, нервничал всё больше, но успеха не добился. Выручил подошедший Саня, который попросту разделся, залез в воду и выудил из-под досок злополучный пакет. К счастью, в нем были лишь купальник и полотенце, да и те не успели толком вымокнуть.       Этот факт вернул Марику хорошее настроение, и он снова был готов наслаждаться жизнью. Денёк был чудесным, небо чистым, полянка зелёной. И с полянки одуряюще тянуло запахом жареного мяса. Позавтракать Марик не успел, так как слишком долго наряжался и прихорашивался.       — Саня, как вкусно пахнет, у меня сейчас слюни потекут. Что за добрая фея всё это приготовила?       — Фею зовут Владом, — ответил Саша. — Личность занятная, только наглая сверх меры, и папины деньги его портят. Ну вот, помяни чёрта…       Влад уже подходил к ним, хищно разглядывая мальчика. Марк тоже впился в него глазами. Не часто ему доводилось видеть таких шикарных парней. Расстёгнутая рубашка открывала вид на чудный рельеф груди и живота, заросших тёмными волосками, довольно густыми на дорожке от пупка к паху. Руки тоже были волосатыми и такими мощными, что сердце Марика сладко дрогнуло. Он представил себе… хотя, он всё время себе что-то представлял, стоило ему увидеть привлекательного мужчину. Марку ужасно захотелось увидеть красавчика без одежды, наверняка у него и голени в тёмной поросли, и бёдра, а между ними тяжёлая волосатая мошонка с выдающимся… Тут Марик тяжело сглотнул и отвёл взгляд.       Молодой атлет сделал ещё шаг навстречу и навис над ним, заслонив собой солнце. Лицо его показалось Марику очень мужественным, с властным взглядом серо-зелёных глаз, с крупным, но правильным носом и уместной щетиной на тяжёлом подбородке.       — Что за прелестное создание? — сладко пропел красавец. — Как тебя зовут, котёнок?       — Марик, — заливаясь румянцем, ответил мальчик.       Саша фыркнул.       — Бурцев, хватит паясничать и смущать пацана. Марк парень скромный и стеснительный, а ты одним своим видом можешь шокировать.       Влад склонился над потупившим взор Мариком и спросил:       — Разве я напугал тебя, малыш?       Марк потряс головой.       — Ты хочешь кушать? Не откажешься от шашлыка и холодного пива?       — Не откажусь, — кокетливо сказал Марик.       — Пойдём, — выдохнул ему в висок Влад, обнял за плечи и увёл к дымящимся мангалам.       — Ты следи за мальчиком, — сказал голос за Саниной спиной. Он обернулся. Рядом с ним стояла Майя и смотрела вслед уходящей парочке.       — Да брось, Майка, — улыбнулся Саня. — Влад хоть и хамло, но ребёнка обижать не станет.       — Где ты тут видишь ребёнка? Или ты думаешь, то, что он такой ангелочек, его защитит?       — Да кто на него нападает? Майка, милая, ты, по-моему, сильно не в духе, — добродушно сказал Саня. — Пойдём, перекусим, вдруг еда поднимет тебе настроение?       Влад ни на шаг не отходил от Марика: принёс ему шашлык, налил пива. Но Марик, сделав пару глотков, сказал, что пиво не любит, а вино на жаре как-то не покатит. Тогда Влад принялся кормить его фруктами, причём норовил сам запихнуть в рот мальчику дольки яблок и апельсинов. Марк смущался, отворачивался, но больше из кокетства. Ему такое внимание льстило, к тому же он прикинул, что было бы неплохо заставить Саню приревновать. Правда, подлый Саня был занят разговором с красивой неформалкой и на него совсем не обращал внимания. Украдкой вздохнув, Марк всё своё внимание переключил на юного атлета. Сначала это было пустой болтовнёй и заигрыванием. Влад мягко и интимно коснулся цепочки на его шее.       — Какая красивая штучка.       — Тётя подарила на день рождения, мне тоже нравится.       — Дорогая вещь, но тут ценно не золото, а эксклюзивное плетение. Ты знаешь, что такой вид сочетания звеньев называется «арабский бисмарк»?       — О, правда? А у тебя очень красивая рубашка. Gucci, да?       С болтовни о моде разговор перешёл на тему увлечений, новых фильмов, любимых книг. Влад ненавязчиво расспросил о семье Марка, о его планах на учёбу. Поначалу их всё время отвлекали: яойщицы попробовали утащить мальчика, но Влад в шутливой форме их отшил. Парням хотелось вместе с Бурцевым выпить и вспомнить школьные годы, девчонки так и липли к нему с расспросами. Но постепенно все отстали, видя, что Влада на данный момент интересует только новый мальчик. На них поглядывали и тихонько шушукались, посмеиваясь.       Только Саня этих взглядов и перешёптываний не замечал. Он увлекся разговором с Майей, жадно рассматривал её, выискивая в ней прежнюю красавицу.       — Майка, зачем ты волосы покрасила? У тебя ведь роскошный цвет волос, все парни заглядывались!       — Да, даже ты. Вот потому и покрасилась, и под готессу кошу, так я меньше привлекаю внимание похотливых кобелей.       — Это из-за твоих подработок, так ведь? - нахмурился Саня. - Ходишь к богатым пьянчугам на дом, а они руки распускают?       — Ну, всё не так мрачно, я научилась остужать их пыл, — с иронией ответила девушка. — А вообще я бы хотела со временем открыть свой тату-салон, сейчас стараюсь денег накопить и пока набиваю руку на всех желающих. Говорят, у меня неплохо получается. Хочешь, и тебе тату сделаю?       — Хм, заманчиво. Я подумаю.       — Смотри, не упусти время. Вот стану самым крутым мастером в городе, и фиг ты ко мне пробьёшься, да и денег у тебя тогда не хватит, — Майя лукаво улыбнулась.       Санька засмеялся. Майя с нежностью смотрела на него, любовалась им, ей не очень хотелось говорить сейчас о своей жизни, которая складывалась не самым удачным образом. Душа её требовала признаться в своей любви и добиться ответа. Но «клянчить свидания», как сказал Влад, не позволяла гордость.       — Майя, ты такое чудо! — отсмеявшись, сказал Сашка. — Знаешь, а я верю, что ты прославишься, иначе и быть не может. Ты слишком красивая и одарённая, чтобы прозябать в неизвестности. Не пойму, как Влад смог отказаться от тебя?       — О чём ты? Влад от меня никогда не отказывался, да и я этого паршивца люблю. Так получилось, что он мой самый надёжный друг, даже не знаю, что бы я без него делала.       — Вот даже как? — криво усмехнулся Саня. — Я и не думал, что он для тебя так ценен. А можно узнать, чем же он завоевал твою признательность?       — Да всего лишь сгинуть не дал. Ты знаешь, что моя мать — алкоголичка, живёт с таким же алкашом, как и она сама, и ей дела до меня нет? Пока папка был жив, он обеспечивал меня, покупал всё, что мне хотелось: одежду, золото, комп, айфоны. Когда отчим начал меня лапать, я рассказала папе об этом, и он из этого урода отбивную сделал. Я его нечасто видела, он же на вахты всё время уезжал, но я всегда знала, что есть человек, который меня любит, защитит и никогда не оставит. А вот… оставил. После его смерти вся жизнь полетела к чертям, денег папа не скопил, всё на меня тратил, мать меня из-за отчима терпеть не может, и ни копейки мне не дала бы, даже если б было, что давать. А отчим, тварь, словно дожидался… Мне, Санечка, жизнь не мила стала…       Саня видел, как тяжело даётся Майе этот разговор. Голос её звучал глухо, а в глазах была такая тоска, что у парня сжалось сердце.       — Влад помог, да? — тихо спросил он, но теперь уже без всякого сарказма.       — Да. С отчимом разобрался, не бил, но припугнул хорошенько. Деньги мне пытался сунуть, но я брать не хотела, гордость не позволяла, тогда Влад помог мне продать драгоценности, которые папа дарил. Вещи были очень ценные, а в ломбарде и в других местах мне за них гроши давали. Хотя потом мне всё равно неоднократно приходилось брать у него деньги. Но я всё ему верну! Как только я чему-то научилась, сразу стала подрабатывать, тут мне Влад тоже помог. Сань, я знаю, что ты его не сильно жалуешь, да и Влад частенько ведёт себя как быдло. Вот только лично мне его упрекнуть не в чем, со мной он ведёт себя как настоящий мужчина.       — Блин, Майка, ты так говоришь… Но ведь он же и есть твой мужчина! Вернее, был им, — в сердцах сказал Саня.       — Ну, то, что мы в юности взаимно лишили друг друга невинности, ещё не делает его моим мужчиной. Секс между нами загнулся уже через пару месяцев. Тот факт, что ты знаешь человека с детского сада, не обеспечивает полную гармонию в интимной близости.       — Постой-ка… — опешил Саня, — так вы не были любовниками? Просто друзья? Май, да ни за что не поверю! Он настолько плох в постели, что ли?       — Ух, куда тебя понесло! Такой скромный мальчик, и задаёт такие вопросы…       — Э-э-э… прости…       — Да ладно, чего там. Но уж лучше отвечу, чтоб ты вопросами не терзался. Нет, Влад в постели очень даже хорош.       — ???       — Я?! Он мне говорил, что я богиня секса! А мы с ним никогда друг другу не врали.       — Запутался я, Майка, — Саша вздохнул и поискал глазами Бурцева. — Слушай, а чего он к моему Марику так жмётся? Нафига обнял его? Нет, я не понял, он что — за ухо его кусает?       Санька перевёл недоумевающий взгляд на Майю. Та выглядела смущённой.       — Майя!..       — Ну что? Я же тебе сказала: следи за мальчиком. Да, вот такой у нас Владька Бурцев — девушки его не интересуют.       — Нет!       — Да. А наши-то все знают. Хотя предпочитают делать вид, что не знают. Но были и такие, кто сказал, что больше никогда ему руки не подаст. Ты один не в курсе, похоже.       — Маечка, солнышко, ты извини, мне надо… я на минуточку… — нервно сказал Саша и торопливо поднялся.       — Насколько я знаю, твой опекун тоже гей. И вы с ним прекрасно ладили, — сказала Майя. — Почему же ты так на ориентацию Бурцева реагируешь?       — Да мне плевать на его ориентацию! Но Марик… чёрт, привёз мальчика на перевоспитание! Майка, я его только от Влада оттащу и вернусь.       Он ещё извинялся, а брови его уже хмурились, и суровый взгляд был обращён на мирно воркующих парней.       — Марк!       Марик вздрогнул от резкого оклика.       — Ты что, пиво пьёшь? Кто тебе разрешал?!       — Нет, я не пью. Отхлебнул разок.       — Не ври. Небось, не первый бокал цедишь?       — Ты чего к парню пристал? — возмутился Бурцев. — Не пил он, хотя это его дело, он не маленький.       Саня прожёг его взглядом, но спор развязывать не стал, а только громко крикнул на всю поляну:       — Народ, нас тут развезёт сейчас на солнышке. Хватит бухать, айда купаться!       — Да, да, купаться! — закричали девушки, подхватили купальники и побежали в палатку переодеваться.       — Марик, купаться! — отдал Саня персональную команду и потащил Марка к мосткам.