Песчинка

      Глава 74 Род Хошино                     Потягивая свежий чай, Флёр вела неспешную беседу с Сьюлин Гринграсс, весьма интересной женщиной, хотя местный «налёт» сильно даёт о себе знать, из-за чего некоторые темы оказались… опасными, и соскакивать с них приходилось очень быстро и ловко. Благо, сегодня утром вернулись в поместье мадам Дзюнко, Юшенг с дочерями-воспитаницами, и ещё три китаянки со странными повадками, очень похожими на что-то кошачье. И с возвращением-приездом этих женщин выбор тем заметно расширился, ведь и интересы у азиатов иные, в той же моде, например: каким взглядом Сьюлин прошлась по традиционным платьям Юшенг и её воспитанниц – это надо было видеть!       После их прибытия, в доме первую половину дня было несколько шумно, и девушка не отказала себе в удовольствии присоединиться к младшей сестренке и её новым подружкам, которые развлекались играми в садах с волшебными существами. Куда подевались Дафна и Трейси – её не интересовало абсолютно, в тот момент для Флёр было важнее скрыться с глаз женщин, которые пребывали в несколько взвинченном состоянии, отчего и бедняжка Момо, и Кирико, и даже Лиззи (пока не сбежала, ссылаясь на дела), едва не научились аппарировать под запрещающим это делать куполом. Чем была вызвана эта странная гиперактивность, девушка даже не пыталась узнавать, а побыстрее сбежала из дома к детям, и не появлялась там до раннего вечера, когда девочки основательно нагулялись, наколдовались (Сора всем детям выдал специальные ограниченные волшебные палочки, которые не засекаются, но ими и не наколдуешь ничего серьезного, почти игрушка, почти), и их следовало накормить. К этому времени оказалось, что в доме стало тише, а сами возмутительницы покоя даже двигаться стали иначе – медленнее и размереннее. В конце концов всё старшее поколение обосновалось в «беседке», которая по размерам почти не уступала небольшому домику, в котором всё обставлено и организовано было очень удобно и уютно.       Неспешно просматривая справочник по защитным чарам, девушка также краем уха прислушивалась к тому, о чём беседовали женщины и девушки, расположившиеся кто где: кто-то в удобном плетеном кресле, кто-то в кресле-качалке, кто-то на диване, или просто на стуле за столом, как Флёр. Атмосфера была лёгкой, никто ни с кем не ссорился, были споры, но без пересечения границ, девушка даже подумывала отправиться в ту шикарную ванную купальню, от которой была в искреннем восторге, когда посуда на столе вдруг зазвенела. Удивленная, Флёр посмотрела на слегка подрагивающие предметы, потом подняла взгляд на других людей, и если у преобладающего большинства были схожие с её выражения лиц, то вот Дзюнко и Юшенг резко переменились в лицах. До этого момента боевая китаянка походила на сытую тигрицу, даже выражение лица было похожим, да и жесты те же – размеренно-тягучие, степенные, но в один момент ее лицо стало непроницаемым, а движения – точными, экономными. Девушка не успела задать ни одного из вертевшихся на языке вопросов, как земля легонько дрогнула, потом ещё раз, а потом появился низкий гул. Когда китаянка и мать Соры оказались на ногах, и уже на выходе из беседки – девушка не поняла, но точно поняла их многозначительные взгляды, а потому тут же двинулась следом.       Каким образом женщины двигались настолько быстро, не переходя на бег, молодая вейла не понимала, ей самой, чтобы поспевать, как и другим девушкам и женщинам, приходилось сильно постараться. На первый взгляд небольшой дом на деле оказался весьма просторным и даже запутанным зданием с возможностью переходов через комнаты. Флёр даже не сразу поняла, куда именно они двигаются, пока последние раздвижные двери не открыли вид на внутренний сад, из которого можно пройти в волшебную часть, весьма обширную, к слову.       Пройдя под красными вратами «тории», мир уже привычно размылся, и превратился в то, что позволено видеть только семье, и близким друзьям с разрешения хозяев – небольшую складку пространства, в которой поселились некоторые особо редкие волшебные существа и растения. Будто яркий карнавал в ночи с его обилием красок и разноцветных огней, этот «Маленький Сад» поражал любого, кто его посещал, всякий раз удивляя чем-нибудь новеньким. Сейчас же на островке посреди неглубокого озерца, от которого разошлось множество тонких каналов-ручейков, появились изменения.       Ранее Флёр удивлялась: почему этот островок практически пустынен, лишь один каменный фонарь в самом центре стоит, а так ни кустарника, ни деревьев, даже цветов нет? Однако, этот вопрос не сказать, чтобы слишком её тревожил, а потому других своим интересом девушка не обременяла. Нет, будь рядом Сора, Флёр бы всё у него узнала без промедления, а так просто размышляла над разными вариантами, и всё.       Так вот, посреди островка больше не было фонаря, зато появились высокие шесты, очень похожие на факелы, только вместо пламени, в сумраке ярко сияли крупные кристаллы, заливавшие округу различными оттенками фиолетового цвета. Рядом с «факелами» кто-то стоял, но из-за специфического освещения, определить, кто это был, сразу не удалось, а через несколько секунд обнаружилось, что точно напротив первой фигуры вне круга шестов стоит ещё кто-то, и только подойдя ближе, девушка опознала Афири и Кокоро. На лицах девушек было напряженное сосредоточение, они внимательно следили за обычной пятиконечной звездой вписанной в круг, начерченной в центре круга «факелов». Звезда заметно становилась ярче, и когда земля снова вздрогнула, а низкий гул стал мощнее, свечение одним махом из синего превратилось в голубое, а потом и вовсе вспыхнуло яркой, слепящей вспышкой белого света. Рядом раздались тихие шипение и ругательства тех, кто, как и сама Флёр, не успели среагировать, от чего и оказались ослеплены на некоторое время. Девушка чувствовала рядом с собой движение, но оставалась на одном месте, чтобы ни с кем не столкнуться и не устроить кучу-малу. Какой-то частью разума девушка ожидала, что ей помогут с помощью магии или хотя бы начнут говорить, что хотя бы объяснят ситуацию, но вокруг разлилась тишина. Даже насекомые замолкли, лишь сопение рядом давало понять, что вейла не оглохла.       Неожиданно её лица коснулись чем-то прохладным и твердым, и зрение начало стремительно возвращаться, проморгавшись, Флёр и сама пораженно замерла, уставившись на зрелище в центре островка. В ярком свете «факелов», чей свет стал практически белым, лишь со слабым оттенком лилового, в самом центре круга стоял кто-то, очень похожий силуэтом на Сору. Он стоял, запрокинув лицо вверх, на участках открытой кожи были видны тёмные линии, насколько кривыми они были на самом деле, было сложно сказать, поскольку парня окружало широким коконом чего-то, похожего на оливковое масло, густое и подрагивающее. Лишь спустя несколько мгновений девушка поняла, что это какая-то магия, очень плотная и мощная, словно густая жидкость, маслянисто переливающаяся. Флёр никогда ни о чем подобном не слышала и даже не догадывалась, что «так» вообще можно, она была растеряна и не знала, что делать, и нужно ли что-то делать в принципе. Но тут прозвучал властный голос Юшенг.       - Момо, накопители! Живо!       Домовушка кивнула, и буквально исчезла с того места, где стояла, и снова появилась через пару секунд с небольшим сундучком в руках. Тут же его распахнув, девочка выхватила оттуда два шара, размером с крупный апельсин, и передала их китаянке, следующие два получила хмурая и серьезная Дзюнко.       - Все, кто старше тринадцати, берите два накопителя, и вставайте в круг!       - Нет… - прозвучал голос Соры, будто этот звук принес издалека ветер. – Не поможет…       - Что нам делать?! – выкрикнула Дзюнко, уже не скрывая своей тревоги.       - Лан… - Сора опустил голову, и посмотрел ярко сияющими нечеловеческим глазами на людей, Флёр тут же отметила явно увеличенные клыки, черные губы и изменение прически. – Зови моих невест, Флёр, - глаза парня посмотрели прямо на неё, и девушка вздрогнула от странного ощущения, исходящего от этого взгляда, который плавно сместился дальше. – Афири, Кокоро, вы и Астория должны подойти ко мне, все вместе, держась за руки…       - Такая мощная магия их уничтожит! – воскликнула Сьюлин, глядя на парня встревожено-хмурым взглядом. – Ты их принесешь в жертву! Я не позволю своей дочери пойти на это!       Флёр тоже подумала о чем-то подобном, она боялась, но успела достаточно узнать своего жениха, чтобы подобные мысли быстро исчезли, а на их месте появилась решительность помочь ему. А уж потом, когда всё закончится, найдётся место и для вопросов. Но она уж точно не ожидала, что в столь ответственный момент такая женщина, как Сьюлин Гринграсс может предать.       - Послушай сюда, милочка, - удивительно спокойно заговорила Юшенг, глядя в глаза Гринграсс, пока Момо успела собрать вообще всех, кто был в поместье, кроме, разве что, горничной, и её супруга-оборотня, так что слушали китаянку все причастные. – Либо твоя дочь сейчас всё сделает как надо, либо никаких дел с твоим родом не будет. Решай, у тебя пять секунд!       Китаянка отвернулась от англичанки, которая буквально замерла на месте со смешанным выражением лица. Пока она решала, а времени у неё оказалось больше озвученных пяти секунд, всех девушек, которые в будущем должны были связать себя узами с одним конкретным японцем, быстренько поставили полукругом, сняв ненужные мантии.       - Быстрее… - донесся голос парня.       - Ну? – обернулась к Сьюлин китаянка. – Ваш последний шанс: да, или нет?       Женщина опустила глаза на младшую дочь, и Флёр отметила, насколько серьезно смотрела в ответ на мать Астория. Несколько секунд мать и дочь смотрели в глаза друг другу, а потом женщина просто отпустила ладошку ребенка, её рука тяжело качнулась обратно, словно привязанная. Астория порывисто обняла мать, а потом бросилась к Кокоро и схватила её за руку, девушка ей улыбнулась и кивнула. В следующее мгновенье все девушки взялись за руки, и сделали шаг вперед.       Первой мыслью было: «похоже на воду». Даже дышать стало как-то тяжело, а по коже пробежали совсем легкие уколы, и крохотные искры, да и двигаться было трудновато, словно в той же воде идешь. Каких-то неприятных ощущений не было. Подойдя на расстояние вытянутой руки, девушки замерли, рассматривая парня и кося друг на дружку – довольно интересные ощущения, когда волосы колышутся в воздухе, словно в воде.       Из внутреннего кармана лёгкого летнего плаща Сора достал два коротких клинка. Сначала обнажил один и разрезал им руку, смазав сталь своей кровью, которая тут же превратилась в причудливый узор. Передал одной из китаянок, той, что с длинными волосами, собранными в простой хвостик. Девушка приняла клинок с поклоном, прижав его сначала к сердцу, а потом надрезав им ладонь той же руки, что и Сора. От пролитой крови узоры на клинке стали напоминать лепестки огня и приобрели некую рельефность, по крайней мере, так показалось Флёр. Со второй китаянкой, коротковолосой, процедура повторилась точь-в-точь, только узор на клинках несколько отличался .       Флёр было интересно, что достанется ей, и она со жгучим нетерпением, чуть не подпрыгивая на месте, ожидала своей очереди. Следующей оказалась Афири. Сора на несколько секунд замер, при этом пристально всматриваясь в глаза смуглянки. Однозначно сказать, копался ли он в голове девушки, или нет, она не могла, так как чрезвычайно высокий магический фон в этом коконе ставил под сомнение даже саму возможность оперирования магией с помощью волшебной палочки, не говоря уже о различных методах «улавливания» чужой магии посредством чувствительности. Сколько это продолжалось, Флёр не могла сказать, но в какой-то момент парень вытащил «из воздуха» черный стеклянный нож. Большой, длинной с локоть, довольно грубой обработки – его как будто первобытные люди делали – весь в неровных сколах, но стоило присмотреться внимательнее, как тут же в этом жутком тесаке обнаруживалось что-то… потустороннее, будто «чужое». Точно выразить словами это странное ощущение девушка не могла как в этот момент, так и ещё долго после него. Сора же, будто взвесив в руке нож, поднес его к своим губам, набрал полную грудь воздуха, а после выдохнул на стеклянный клинок тонкую струйку серебристого огня, холодного, даже на вид. По грубым, черным граням-сколам медленно разлилось серебристое пламя, охватывая его будто нарочито-медлительными лепестками огня, который начал впитываться внутрь предмета, украшая его витиеватыми загогулинами, одновременно похожими и на завихрения ветра, и на огонь, вот только всё это было одного серебристого цвета, мягко переливающегося на черном фоне тесака. Закончив выдыхать, парень протянул его Афири, а та, низко поклонившись и выставив руки перед собой, приняла тесак как величайший дар. Флёр совсем не поняла происходящего, как и не поняла, что это за нож такой и что, собственно, проделал парень, но она бы соврала, если бы сказала, что не была восхищена лишь самой зрелищностью данного таинства. Кивнув девушке, поднявшей на него глаза, Сора снова повернулся.       Следующей оказалась самая младшая из собравшихся – Астория. Мягко улыбнувшись девочке, у которой глаза буквально пылали интересом и нетерпением, парень взял одну из её рук, подняв ладошкой вверх и вложил в неё довольно крупный, размером с ноготь большого пальца, прозрачный камень, умело ограненный, от чего он ярко переливался в колеблющемся свете. Глядя Астории в глаза, Сора накрыл камень и ладонь девочки своей, и вокруг их рук образовалась сфера серебристого света, через несколько секунд впитавшаяся, судя по всему, в камень. Парень убрал руку и снова улыбнулся урожденной Гринграсс, которая все с тем же интересом разглядывала камень, в центре которого появилась небольшая, но различимая из-за своего свечения, зеленая точка света. Парень снова повернулся.       Теперь его глаза смотрели в лицо этой странной рыжей японки, вульгарно одаренной природой в самых стратегически-важных местах. Нет, Флёр не испытывала ненависти к этой девушке, но вот зависть присутствовала – это она честно признавала – уж слишком «выдающейся» была эта Кокоро в некоторых местах! Да ещё и это её странное поведение, и манера держаться в стороне, наблюдая за всеми, но не вмешиваясь – совершенно не понятно, что у неё на уме! А если она втихаря насмехается над ними? Или чего плохого замышляет? Нет, это, конечно, вряд ли, но впечатление складывается именно такое! И вот сейчас у неё снова это странное выражение лица - смесь интереса и какого-то наивного непонимания, а уж с её красотой и фигурой – любого мужика вмиг околдует без всякой магии! С ней Сора повторил почти ту же процедуру, что и с Асторией, разве что камень отличался формой и цветом, а так – один в один.       Следующей оказалась сама Флёр, и девушка едва сдерживалась, чтобы не пританцовывать на месте – настолько она нервничала, и одновременно с этим ей не терпелось получить свой подарок. Когда же у Соры в руках появились два венка, девушка даже растерялась – уж чего-чего, но такого она точно не ожидала, и в первые мгновенья ей стало немножечко, совсем чуть-чуть (да кого ты обманываешь!?) обидно, ведь другим парень преподнес однозначно более ценные подарки, а вот ей – венок из луговых цветов! Смешно! Но стоило колечку из заплетенных трав коснуться волос, как вейла ощутила, что что-то в ней резко изменилось. Она не понимала, что именно, и каким образом, но то, что что-то произошло – это точно. А потом она увидела, что у парня на голове ещё один венок, только цветочки были не голубыми, как у неё самой, а фиолетовыми, под цвет его глаз. Сора криво усмехнулся, пожал плечами, и вытянул вперед руку. Несколько секунд девушки не понимали, что он хочет, но потом первой смекнула Астория. Девочка широко улыбнулась, буквально просияла, и положила сверху его руки свою, парень ей кивнул и тоже улыбнулся, снова продемонстрировав удлиненные белые клыки. За первой «ласточкой», последовали и остальные. Флёр было даже несколько неудобно за то, что она не додумалась, хотя Сора мог бы и подсказать, а то разводит тут интриги, загадочно молчит, вредина!..       А потом снова что-то изменилось, и в первые мгновения девушке показалось, что они аппарировали – очень знакомые ощущения, разве что не настолько неприятные, просто необычное ощущение полёта без метлы. Этакий толчок в ступни, ощущение длиной в мгновенье свободного падения, а потом ощущение мира неуловимо изменилось, закрутилось… и не вернулось в норму. Вокруг девушка видела лишь странную серую хмарь, будто в облаке очутилась, только без обещанного холода и сырости, даже наоборот, здесь было как-то… сухо, пусть и несколько неверное слово, но ощущения были схожими, да и не могла вейла сказать, холодно ей, или наоборот – жарко – странно было, да, странно. Непроизвольно дернув головой в сторону, Флёр увидела рядом с собой удивленно-растерянных китаянок, чуть в стороне обнаружилась смуглая египтянка, лицо которой «застыло», легко отыскалась Астория, у которой весь облик выражал радость и восторг, и совсем рядом с нею были Кокоро и Сора. Все выглядели точно так же, как до момента странного «переноса», или что это было? Но тут внимание девушки привлек Сора, и не тем, что выделывал какие-то странные вещи, или ещё что – этого не было. Парень спокойно стоял рядом с самой младшей из своих невест, и с мягкой улыбкой наблюдал за её энергичной жестикуляцией… тут у девушки что-то будто щелкнуло в мозгу, и она поняла, что не слышит никаких звуков. Она присмотрелась, и поняла, что урожденная Гринграсс пусть и открывает рот, но никаких звуков не издаёт, как, впрочем, и все остальные. Флёр и сама попыталась произнести хоть слово, но рот открывался, язык шевелился, напрягалось горло, однако, при выдохе звуков не рождалось. Совсем. Девушка забеспокоилась, но стоило ей взглянуть в спокойно-доброжелательное лицо парня, как страх отступил. А потом она снова обратила внимание на то, что привлекло её взгляд немного раньше.       Слегка прищурившись, Флёр определила то, что было зажато в пальцах Соры, что-то, похожее на крупную жемчужину, испускающую вокруг себя странное свечение, будто серебристая дымка-облачко дрожала вокруг неё. Через несколько секунд девушка смогла рассмотреть и странные блестки в этом облачке, и короткие белые разряды, никак не проявлявшиеся за пределами облачка, и не причинявшие вреда пальцам жениха. Интересно, что это за артефакт?       «Подойдите ко мне», - пронеслось в голове странным, далеким голосом.       Девушка моргнула, не сразу поняв, что это такое только что было. Посмотрела на других и отметила такое же смятение на их лицах, сам же Сора спокойно ждал – это было заметно по изменившемуся выражению лица парня.       «Не бойтесь. Это я», - парень кивнул, и голос снова заговорил. – «Здесь можно говорить только так».       Флёр не поняла, что имеет ввиду Сора, говоря «здесь», но решила не создавать проблем здесь и сейчас, ведь всё выяснить можно и потом, и двинулась к нему. Делая шаги, девушка ещё удивилась странному грунту, прогибающемуся под ногами, пружинящему, но не пытавшемуся засосать ступню. Странное место. Когда все подошли на расстояние вытянутой руки, голос парня снова зазвучал в их головах.       «Сейчас ничего не бойтесь. Следуйте за Флёр. Её поведу я», - девушка ещё не успела даже вопрос сложить, как Сора посмотрел ей в глаза, и её взор повело, затуманило, а в голове появились странные знания.       Нет, даже не знания, скорее понимание. Девушка вдохнула полной грудью, и вдруг увидела то, что раньше было совсем рядом, но она бы никогда не заметила, если бы не понимание. Странный желтый свет заливал всё вокруг, интересно подчеркивал сизый туман, который и не туман вовсе, а натуральные облака, а под ногами что-то очень похожее на воду в солнечный день: по мелкой упругой ряби волн рассыпается бесконечное множество осколков солнечных лучей, которые мигом ослепят, если в них всматриваться. Кожей ощущался слабый, тёплый переменчивый ветерок, а на грани слышимости шелестели неясные звуки: было совершенно не понятно, голоса это или просто причудливая смесь других звуков, создающая подобный эффект.       Девушка снова посмотрела на Сору, который продолжал улыбаться. Флёр почувствовала, как краснеет, ведь по первому же взгляду было ясно, что парень смиренно ожидает, когда она наиграется, и совершенно не собирался её торопить. Тряхнув серебристыми волосами, из которых посыпались оранжевые и желтые искры, девушка заглянула ему в глаза. Парень кивнул ей и протянул руку, в которую вейла тут же вложила свою ладонь. Её кожа покрылась мурашками, волоски на теле зашевелились от ощущения исходящего от Соры, вроде тех, когда собирается гроза. «Жемчужина» в другой руке парня вспыхнула чуть ярче. Флёр почувствовала странное присутствие, несколько отличающееся от присутствия в своей голове голоса Соры. Прислушавшись, девушка различила отдельные голоса, и даже не сильно удивилась, когда поняла, кому они принадлежат. Девушка по очереди посмотрела на каждую из подруг-сестер-по-жениху, мгновенно получая отклик, приправленный специфическим «привкусом» каждой отдельной личности. Что-то вроде смеси «запах-вкус», только на ментальном уровне. Подобного девушка никогда ранее не ощущала, и мама ей ни о чем подобном не рассказывала. Надо будет потом и об этом поговорить с женихом, а то и так многовато вопросов накопилось. Флёр снова посмотрела парню в глаза, тот в ответ кивнул.       «Правильно. Теперь, держа в уме каждую, представь, что по очереди берешь их за руку, но никого не отпускаешь. Поняла? Возьми за руку и не отпускай, пока я не разрешу», - Флёр кивнула ему и сконцентрировалась на первом из голосов, самом громком и звонком.       Будучи еще совсем юной, Астория в ментальном плане представляла из себя сгусток мощных фантазий, впечатлений, бесконечного потока разноцветных эмоций, среди которых нетрудно потеряться, если нет опыта. А ещё вейла очень быстро поняла, что эмоции Астории напоминают леденцы: разноцветные, яркие, с разными вкусами и запахами, буквально кружащими голову. Флёр не могла назвать себя совсем неопытной, но из детей, в ментальной магии вейла практиковалась только со своей младшей сестрой, да и то потому, что их узы, их общая родовая магия, кровь сестёр, да и природа вейл просто не позволили бы причинить друг другу вред… до определенного возраста. Так что пусть некоторый опыт у Флёр и был, но его было явно не достаточно, чтобы разом справиться с вихрем страстей, что живёт в душе любой девочки-подростка, с мальчиками, как говорила мама, проще – у них эмоциональность ниже из-за более слабого восприятия чувств. Девушке понадобилось некоторое время, пока она установила контакт с Асторией, которая с нескрываемым интересом прислушивалась ко всему, что делала француженка. В конце концов, всё было сделано как надо, и девушка, стойко ощущая постоянный привкус лакрицы, гвоздики и черного чая, приправленных пульсирующей сердечной жилой молодого игривого дракона, приступила к следующей на очереди.       Сколько времени ушло на то, чтобы установить контакт со всеми девушками, а потом стабильно удержать его, Флёр не знала. Её никто не торопил, не дёргал, не задавал глупых вопросов, а потому она полностью сосредоточилась на текущей задаче, и пока не выполнила её, пребывала в своеобразном рабочем трансе.       И стоило девушке почувствовать, что у неё всё получилось, как её будто мягко, но крепко взяли за руку, и куда-то потащили, а за ней следом потянулись и все остальные. В своих чувствах и ощущениях Флёр уже даже не пыталась разобраться, и так за это короткое время случилось столько всего, что некоторые и за всю жизнь не испытают. Вейла чувствовала на коже движение усиливающегося ветерка, тучи-туман вокруг начали двигаться им навстречу, и она даже не сразу поняла, что это они куда-то двигаются, а не наоборот. Довольно скоро вокруг них начал собираться странный мираж. Сперва оно вообще ни на что не было похоже, просто воздух дрожал, как от жары, или когда смотришь сквозь чистую воду моря на глубокое дно – появляются этакие специфические искажения. Постепенно в видении-мираже начали появляться неясные размытые контуры, плавно обретающие более понятную форму, попутно с этим, почти пропорционально, мираж разрастался в размерах, и уже совсем скоро девушки осознали, что двигаются словно навстречу поместью Хошино. Они будто выбирались из гигантской пещеры, или грота, и чем ближе был выход, тем больше становилось видно, а ещё появлялись краски от того, что в пещерах было темно, и при выходе всё казалось серым. Мир будто сам постепенно двигался им навстречу, проявляя всё больше деталей: зазеленела трава, появились запахи, появились более точные контуры предметов, начали слышаться первые звуки, пока ещё неясные, отдаленные, но как факт. Никто из молодых людей не был обделен любопытством, а потому несколько пар глаз с внимательным интересом ловили каждую деталь, пока мир продолжал проявляться перед ними. А ещё было странное ощущение, что смотрят они не сбоку, что было бы логично, выбирайся они из-под земли, и выходи к поместью. Постепенно стало ясно, что смотрят они с возвышения, и чем большая картина им открывалась, тем большей становилась высота, и в какой-то момент девушки осознали, что им виден и близлежащий городок, который расположен в нескольких милях от дома Хошино, и река, от которой простецы прорыли канал для водоёмов, и даже начали виднеться скалы побережья, а через пару минут засинело море, и даже стал ощутим солёный запах водорослей. В ушах уже стоял свист сильного ветра, стало зябко, да и незаметный, сначала, отток магии стал резко ощутим. Флёр в волнении взглянула на Сору: у неё и остальных девушек сил значительно больше, чем у Астории, и если отток продолжится в таком же темпе, младшенькая может пострадать. Но парень остановился и без подсказок, мир перед ними будто замер, как и ветер, и шум – всё замерло, словно кто-то резко нажал на кнопку «пауза».       Девушка облегченно выдохнула, ощущая, что больше её магия не уходит, и осмотрев других девушек, повернулась к Соре, в руке которого буквально пылала маленькая звёздочка. Задрожал воздух, послышался электрический треск, и в «звёздочку» с пяти сторон, с самой границы видимости участка земли, ударили молнии, и продолжали бить, жутко извиваясь. Парень же сосредоточенно хмурился, его губы беззвучно шевелились, а глаза ярко сияли. Ещё несколько секунд, странный «выворачивающий» жест рукой с жемчужиной, и пальцы отпускают яркую «звёздочку», которая, замерев на миг, ярко, слепящее вспыхнула, превратив мир в черное, бархатное забытье…              

***

      

      Уже некоторое время собравшиеся люди наблюдали за группой молодых людей. Кто-то откровенно нервничал, как Сьюлин Мерион Гринграсс, кто-то спокойно ожидал завершения того… ну, что бы там ни делал Сора. Он пусть и предпринял некоторые приготовления, но своей конечной задумки не озвучивал, а потому Юшенг, например, развлекалась тем, что пыталась понять, что же именно сейчас делает парень. Вариантов, при нормальном магическом образовании, да хорошей фантазии, была просто тьма, и женщина методично сужала список возможностей, методично анализируя исходные данные.       Когда вокруг каждой из фигур вспыхнула радужная, словно мыльный пузырь, аура, присутствующие на всякий случай напряглись. Да, парень не раскрыл своих планов до конца, пусть это и было несколько… глупо – секреты разводить на ровном месте, а потому никто не знал, хороший это знак или нет. Пришлось просто продолжать ждать, пока результат не будет однозначным, а то вдруг они вмешаются и что-нибудь испортят, а уж если судить по тому безумному объему собранной магии, то возможный «бум» будет незабываемым… для других, тех, кто живёт этак милях в сорока отсюда, или дальше.       За молодёжью наблюдали не отрываясь, и крайне внимательно, а потому тут же заметили, когда в ладони Соры появилась серебристая искорка, сияние которой постепенно нарастало, пока она не вспыхнула, превратившись в зеркальный шар, будто капля ртути. И этот шар принялся разрастаться с неожиданным проворством, буквально за секунду скрыв группу молодёжи, а потом и двинулся на людей. Чтобы не отреагировать, потребовалось немало стойкости, и всё равно женщина чувствовала, как её тело потряхивает от выброса адреналина. Она даже видела, как некоторые выхватили палочки, а Дзюнко крепко сжала рукоять своей катаны.       Пузырь плавно накатил. Женщина машинально прикрыла глаза, но ощутила на коже лишь слабое дуновенье прохладного ветерка, а когда открыла глаза и осмотрелась, поняла, что зеркальная сфера продолжила свой рост уже где-то за их спинами, всё ускоряясь. Тем же, кого она коснулась стенками, никакого вреда нанесено не было, разве что окружающий мир почему-то потерял свои краски, и стало как-то тихо. Одаренные ещё некоторое время наблюдали, как стенки сферы раздвигаются где-то вдалеке, но достаточно скоро потеряли их из виду, и снова перевели своё внимание на парня и девушек.       Минута, две, три, пять, ещё несколько, и все почувствовали порыв ветра, потом сад залило светом яркой вспышки, а через мгновенье все семеро, творивших эту странную магию, опали, словно листва наземь. Даже Юшенг не успела никого подхватить, когда она оказалась рядом, все уже лежали на земле, ровным кругом вокруг большой каменной плиты, покрытой причудливым узором, не то в стиле восточного изображения ветра, не то огня, а в самом центре мерно пульсировал вплавленный шарик цвета огня. От камня ощутимо тянуло мощной магией. Женщина мгновенно поняла, что именно перед нею, но совершенно не понимала, как это было сделано…              

***

      

      Девушки приходили в себя в течении пары часов после произошедшего, и пусть выглядели они не самыми бодрыми, но и сильного изнеможения не испытывали, усталость была больше психологической – ментальной, да и магии потратили немало, но, опять же, не до изнеможения. А вот Сора в себя не пришел ни ночью, ни на следующее утро, лишь под самый вечер открыл глаза. Выглядел же он, в отличии от девушек, сильно уставшим, истощенным, как физически, так и магически, он даже заметно похудел, и когда вышел на общий ужин, всё время кутался в пушистый домашний халат – мёрз. Парня буквально трясло, даже согревающие чары не действовали – они просто поглощались его организмом, а потому согревался Хошино горячим чаем и тёплой одеждой. Его даже не хотели сперва выпускать из комнаты, но он оказался упрямым, не менее упрямым, чем родственники, если не больше, ведь своё право он всё же доказал, и ужинал за общим столом. Хотя, кроме какого-то густого питья, приготовленного для него духом-старухой, ничего в рот и не взял.       Юшенг понимала, что людей в подобном состоянии лучше не дергать лишний раз, но с другой стороны была свято уверена, что до подобного лучше не доводить, ведь есть уйма способов подготовиться если не ко всему, то где-то очень рядом. А уж если ты начинаешь гулять на грани, то это явный признак недомыслия, либо откровенного авантюризма, что хуже – даже и не скажешь сразу. В общем, женщина решила, что ситуация не была критичной, и не было необходимости доводить себя до уровня откровенной слабости и истощения, то есть, виноват во всём этом сам Сора, а за вину и ошибки принято наказывать, ну, или по крайней мере не потакать в этом деле.       - Мальчик мой, - заговорила Юшенг, отмечая, как дёрнулся Сора, тут же, мгновенно обнаружив источник этих «любимых» многими местными, слов обращения. – А расскажи-ка нам, что же ты с девочками такое делал, и была ли в том такая необходимость, хм? – вопрос дополнила добрая улыбка, ну, насколько доброй она получается у Юшенг. Парень явно оценил, добавив женщине удовольствия.       Ещё несколько секунд он всматривался в неё, потом опустил глаза к широкой и глубокой пиале со своим питьём, которое явно действовало, ведь выйдя из комнаты с серым лицом, теперь у парня кожа приняла нормальный цвет. Отхлебнув, он заговорил, снова поднимая на неё взгляд.       - Я не рассчитывал, что соберется такое большое количество магии, - парень снова опустил глаза на свою пиалу, сделал пару больших глотков, осушив её, отставил посуду на стол, и, снова запахнув халат, продолжил. – Её оказалось на порядки больше, чем я предполагал. По изначальному плану, приготовленных накопителей должно было хватить, но вы сами всё видели…       - И ты решил, что просто рассеять уже собранное жалко, да? – прищурилась китаянка, краем глаза отмечая, как вздрогнули дочь и племянница, в отличие от Соры, на которого её прищур совсем не подействовал.       - Да, - парень согласно кивнул, сложив руки на груди. – Госпожа Юшенг, вы знаете, сколько энергии собрали одни лишь подготовленные накопители? – спросив это, парень обвёл всех присутствующих, молчаливо слушающих беседу-допрос. – Никто не знает? – Сора усмехнулся. – А я скажу: собранного в накопителях достаточно, чтобы установить полноценные щиты вокруг поместья. И это не те – временные, а полноценные, стационарные, с жесткими структурами, которые могут стоять столетьями, - и снова усмешка, адресованная конкретно ей, Юшенг.       А сама женщина действительно впечатлилась, так как не знала реальной ёмкости накопителей и не могла оценить их. Сейчас же, примерно прикинув, что можно с такой магией сделать, то есть таким объёмом, невольно задумалась над тем, сколько бы времени и магов потребовалось, чтобы зарядить один такой накопитель. Ещё раз впечатлилась. Но даже не думала этого демонстрировать, однако, судя по взгляду парня, этого и не требовалось – он и так уже всё понял, оказалось достаточно и просто промолчать.       - А теперь подумайте, сколько магии ещё оставалось в сгустке, и когда прикинете, задумайтесь: вам самим не жалко было бы рассеять СТОЛЬКО?       - Вне зависимости, какой была цена, - заговорила Дзюнко, пока в комнате повисла тишина.– Ты не можешь рисковать собой, сын. Какой смысл во всём этом, - женщина обвела рукой окружающее пространство, и в этот полукруг попали не только стены дома, но и люди. – Если не будет тебя? Понимаешь? На тебе лежит огромная ответственность, и пока у тебя не появится сын-маг, с ярко выраженной наследственностью Хошино, ты не можешь собой рисковать.       - Не было никакого риска, - поморщился парень, когда на него осуждающе посмотрели вообще все в помещении, даже верные и послушные парню Кирико и Момо. – Да, сам бы я со всем не справился, но теперь у нас не только восстановлен родовой алтарь, с полноценным якорем-маяком для Духа-Хранителя, и всеми задуманными мною дополнениями, но и состоялась полная помолвка с моими невестами… - тут парень снова усмехнулся, когда заметил на лицах некоторых удивление и непонимание.       - Что за дополнения? – тут же прищурилась Юшенг, которая и слова об этом не слышала от парня, который полноценно готовился к восстановлению родового алтаря и даже просил некоторой помощи в парочке ритуалов.       Отвечать Сора не спешил, он обвёл взглядом всех присутствующих, отдельно останавливаясь на присутствующей Сьюлин Гринграсс, прибывшей Апполин Делакур с супругом, на супругах Люпин, мазнул взглядом по кудрявой девушке, Гермионе, вместе с её «рыцарями», и снова посмотрев на Юшенг, повернулся к Гринграсс.       - Леди Гринграсс, - похоже, парень решил пока не вдаваться в подробности, раз не ответил тут же. – Я рад, что вы приняли именно такое решение, доверили свою дочь мне, - парень не отрываясь смотрел в глаза предельно серьезной женщине. – Это был сильный шаг, пусть и не лишенный сомнений, верно? – женщина согласно кивнула, не разрывая, однако, зрительного контакта. – Поэтому, я решил сделать ответный шаг вам навстречу: предлагаю нашим родам заключить обоюдный стратегический союз. Кроме того, если у нас с Асторией в будущем будет не менее двух сыновей, то один из них, младший, сможет заключить брак с дочерью рода Гринграсс, без запечатывания Даров…       Юшенг слышала, как пораженно выдохнул Делакур, и пусть совсем немногие из присутствующих вообще поняли, что значат эти слова, некоторые всё же оценили, ЧТО предложил парень. Нельзя сказать, что женщина была довольна услышанным, однако, вмешиваться не стала просто потому, что ещё не успела оценить степень пользы рода Гринграсс, а значит и степень доверия-убытка со стороны рода Хошино.       - Я не могу говорить за главу своего рода, - спустя несколько секунд ответила Сьюлин, лицо которой «окаменело» - явный признак работы с сознанием. – Однако, как Леди рода, я буду настоятельно рекомендовать своему мужу согласиться на ваше предложение, мистер Хошино, - парень в ответ кивнул и перевел взгляд на чету Делакур.       - Я благодарен вам, Лорд и Леди Делакур за то, что моя судьба вам не безразлична, и вы, отложив текущие дела, прибыли в мой дом, где вам всегда рады, - мужчина и женщина лишь согласно кивнули, не перебивая. – Я хочу снова повториться: угрозы не было ни для кого из участников моего спонтанного решения, однако, любая из девушек могла отказаться от участия в неизвестном ритуале. Мне поверили. Доверили свои жизни. А без доверия не бывает ни дружбы, ни тем более полноценной семьи, - парень снова обвел усталым взглядом всех присутствующих. – Сейчас здесь нет посторонних, либо уже семья, либо вассалы, - парень отдельно посмотрел на кудрявую гриффиндорку, потом на Люпинов, и последней отметил рыжую Дэвис. – А потому я раскрою вам тайну того, над чем мы с девочками трудились, не побоюсь этого слова – что мы создали. А создали мы, если говорить на местном языке, свой домен.       В помещении снова повисла тишина. Некоторые явно не понимали, о чём речь, но, стоит признать, совсем немногие, остальные же не могли поверить услышанному – всё же это не то, что можно создать по щелчку пальцев. Да и именно «создать» - Юшенг вспомнила всего четыре случая за всю известную ей историю, и пусть это касается лишь Китая-Кореи-Японии, но и это уже показатель, и тем больший показатель, если учесть, что два из четырех были созданы нелюдями, и для этого потребовались коллективные усилия таких монстров, связываться с которыми решится даже не каждый магический род или клан. Насчёт Африки, Австралии и Южной Америки женщина ничего сказать не могла, так как эти зоны никогда не интересовали клан Лан, никогда не пересекались ни в каком плане, а потому упомянутые части света не подверглись внимательному изучению клановой разведкой. А вот о Европе китаянка кое-что знала, и точно была уверена, что местные доменами называют пространственную аномалию – этакий карман свернутого пространства, которые пусть и безумно редко, но всё же образуются, причем, стихийно, то есть появление нового «кармана» предсказать нереально. Те же, кто обнаруживали подобные подарки судьбы, и если они не были идиотами, оплетали «карман» заклинаниями, стабилизировали и устанавливали непреодолимые магические замки, которые замыкали на кровь и магию рода. Таких случаев в Европе было больше трёх десятков, и из них семь – были уничтожены из-за неправильных действий своих почти-хозяев.       И вот зная всё это, а также ясно помня увиденное, а также свои ощущения, когда творилась магия, женщина точно могла утверждать, что Сора говорит не о «кармане». С другой же стороны поверить, что группа подростков взяла и создала полноценное «зазеркалье», ей было мучительно трудно.       Нет, есть вариант, что дети действительно создали складку-карман и стабилизировали его, и Юшенг бы с радостью поверила в эту версию, если бы сама не видела воспоминания одного из достопочтимых предков, которому позволили наблюдать создание Мистического Киото. Да, там не было зеркальной сферы, вроде той, что создали подростки, но там весь город несколько мгновений буквально двоился, а потом отражение вывернуло и подняло вверх, в небо, точный отпечаток-копию Киото. Симптомы те же: отражение, создание копии с оригинала, проявление тени отражения в реальном мире, и полное исчезновение после окончания работы. Не похоже? Очень даже наоборот! Зеркальная сфера точно «прощупала» всё, что было нужно, некоторое время просто была, существовала, и кто его знает, что было на внешней, отражающей поверхности сферы, которая бесследно развеялась? А еще, если речь идёт действительно о «кармане», то где вход? Его ведь можно найти, ощутить, не зайдёшь, да, пропуск нужен, но вход-то вполне себе обнаружаем, пока его не замаскируют мощной магией. Сора ничего не маскировал – это они бы точно не пропустили, так что ещё один минус в теорию о «кармане».       Женщина спокойным взглядом изучила присутствующих взрослых магов, и потом встретилась глазами с Сорой. Юшенг чётко уловила удовлетворение во взгляде парня, а ещё, что-то прочитав в её глазах, слегка смежил веки – подтвердил её догадку. Но как?! Как?! Разве это реально для обычного, пусть и сильно одаренного мага, создать что-то столь… сказочное? Неужели магии там было аж СТОЛЬКО?       Но женщина, несмотря на пылающие внутри эмоции, ничем не проявила их. Она была умна и мудра, а потому понимала, что стоит ей дать хоть намёк, хоть одну пылинку бросить в игру Соры, и ему могут не поверить, начнутся подозрения, возможно, обиды, а там и до предательства рукой подать. Разумный человек всегда думает перед тем, как что-то предпринять, и Юшенг умела думать, а потому поступала мудро.       Естественно, появились вопросы, некоторые даже с попыткой подловить на нечестности, но Сора смог доходчиво изложить свою версию, доказать, что его слова – истина, пусть и несколько искаженная, но китаянка ни в коем разе не думала говорить об этом. Когда взрослые люди более-менее смирились с фактом того, что у залетного мага появился свой домен, тут же начались торги. В некоторой степени Юшенг было даже интересно послушать, что же могут предложить эти люди взамен на шанс выжить даже после уничтожения мира, но ничего существенного озвучено не было, похоже, эти люди рассчитывали в случае чего, бесплатную каюту на этой «спасательной шлюпке», или даже недосягаемом бункере, лишь потому, что заключили союз. Да, в чем-то они правы, но как всегда путают личную выгоду с общей, и в конце разговора, - это Юшенг чётко и ясно видела, - что Делакур, что Гринграсс утвердились в мысли, что имеют право на кусок этого бесценного «пирога». Просто так. По факту. Смешные люди, да…