Песчинка

      Глава 90 Тени прошлого              Англия – старая страна с древней историей, которой некоторые современники так любят хвалиться или даже гордиться, не то, чтобы они имели хоть какое-то отношение к великой славе или поражениям людей, заложивших силу и культуру островного государства. Множество народов в своё время жили на этих землях, и каждый из них сумел вплести что-то своё в канву прошлого, из которого полотно жизни плавно перетекало в настоящее и будущее, неизменно приобретая что-то новое в свой замысловатый узор. Руны древних народов, их таинственные узоры, запахи костров и очагов въелись в полотно истории навсегда, там же можно обнаружить и запах цветущего вереска, и аромат легендарного верескового мёда, и грязные отпечатки сапог множества воинов - участников бесчисленных войн, и жирную копоть костров инквизиции, и смог угля и нефти. Сколько было крови пролито, сколько боли и смерти, сколько искалеченных судеб и жизней не только вплелось в полотно английской культуры, но и разнеслось им по миру, рассыпая щедрой рукой новую кровь и смерть везде, куда причаливали корабли и ступал сапог «честных джентльменов». Бесчисленные жизни существ были уничтожены, множество судеб оборвались либо немыслимым образом исказились по прихоти тех, кто решил продолжить «славную» историю своих предков и вновь отправился с берегов Англии за чужими сокровищами. Правда, не стоит забывать, что будучи жестокими к чужим, англичане никогда не жалели и своих людей, сколько жизней оборвалось не потому, что пришёл их срок, а потому, что горстке относительно-разумных захотелось так. Слава «джентльменов» и «честных негоциантов» всегда строилась на чужих богатствах, которые «сэры» умели выманивать или просто отбирать силой. То, что не они одни умеют быть сильными, хитрыми и жадными – никогда не было секретом и в первую очередь для самих же англичан. История знает множество примеров, когда «честные джентльмены» убегали, теряя портки от других «честных джентльменов», чтобы в следующий раз наподдать ещё кому-нибудь. Даже в конце девятнадцатого – начале двадцатого веков эти, да и не только «люди» творили такие вещи, от которых нынешние «кровавые тираны» держатся подальше, а уж что проиходило в глубине веков – вообще лучше не знать разнеженному современнику, иначе никаких денег на лечение психики не хватит. Снова же повторюсь: англичане не были лучше или хуже кого-либо другого в мире тех времен и каждый более-менее знающий историю своего государства, только настоящую, не «нагламуренную» под диктовку опытнейших пиар-менеджеров, согласится, что «Тёмные времена» длились куда дольше официальных дат. Однако, речь об Англии ведётся потому, что в данный момент я и несколько боевых групп сейчас находимся именно на Оловянных островах.       Когда-то, лет около шестиста с лишним назад конкретно на склоне этой горы был замок, обычный для тех времен предмет непритязательной архитектуры и достатка. Построен он был, должно быть, в приступе… даже не знаю, как это назвать, но в данной местности военные действия не велись, так как земля была как сейчас, так и в те времена никому не интересной из-за бедности почвы, на которой даже простая трава крайне плохо растёт. Нет, была пара деревенек, но люди там больше выживали, чем жили, да и оставались на своих местах только потому, что местный барон не хотел позориться перед дружками, вот и сохранял «никакое» состояние, пока очередным мором эти захудалые деревеньки не выкосило. Несколько раз замок переходил из рук в руки, его продавали, проигрывали в карты, просто дарили, но неизменно избавлялись от, с одной стороны престижного имущества, но с другой абсолютно убыточного груза на шее, ведь дохода не было вообще никакого. Одно время, лет шестьдесят, или около того, замком владела церковь, чем тут занимались – доподлинно неизвестно, но факт того, что сюда свозили подозреваемых в колдовстве – факт, подтвержденный документально. А после церкви – там какие-то тёмные непонятки были, - замок отошёл нищей короне, но то, что попало в руки условно-самодержца, должно приносить тому прибыль, поэтому, недолго думая, замок превратили в удалённую тюрьму для всех неугодных, а также тех, от кого хотелось избавиться, но не убивать, что-то вроде насильной отправки в монастырь, только в более жёстком варианте. Что такое тюрьма прошлых веков, даже двухсот лет назад? Это антисанитария, мириады паразитов и грызунов, болезни, голод, звериная жестокость и быстрая, но довольно мучительная смерть в грязи и собственных отходах. Когда и почему замок из тюрьмы превратился в развалины – в мире простецов узнать не удавалось – историки просто разводили руками, мол хорошо уже то, что сам факт существования этого неудачного места окончательно не стёрся. В магическом мире Британии, возможно, что-то и найдётся, но официальные книги по истории сильно сконцентрированы на извечной борьбе «светлых» и «тёмных», на восстаниях гоблов и всё в таком духе, всё же остальное, «неинтересное» и неугодное, либо просто уничтожили, либо тщательно запрятали в самые дальние и тёмные углы, чтобы никто их случайно или не очень не обнаружил. К моему глубочайшему удивлению, об этом замке быстро вспомнила Флёр, когда вернулась домой и застала разговор об этом странном месте. Оказывается, во Франции в магическом мире существует множество историй о прошлом, превратившихся в народный фольклор на самые разные темы, но преобладает, естественно, любовная тема. То, что маги и простецы всегда были связаны – ни для кого не секрет, а потому совсем не удивителен тот факт, что представители волшебной элиты и мира простецов иногда пересекались на различных мероприятиях, вроде высоких приёмов, балов и всего в таком духе. Со слов своей супруги я узнал, что был такой английский граф, Патрик Сильверстоун, которому уж сильно захотелось одну красотку из миссии французского посла, и ладно бы на пару ночей или на неделю, так нет же, ему захотелось эту молодую ведьму себе навсегда, и плевать «сэр» хотел на свою жену и «облико морале». В общем, когда после нескольких жарких ночей девушка отказала на весьма щедрое предложение стать его личной ведьмой, ссылаясь на жениха во Франции, граф ещё какое-то время пытался уговаривать, потом попытался настаивать, под конец – угрожать, но ведьма лишь посмеялась над угрозами бывшего любовника. Тогда граф нашёл подходящих исполнителей, которые довольно быстро и ловко доставили ему желаемое хорошо упакованное в браслеты-блокаторы, да ещё и в ошейнике «покорности». И вроде бы всё сделали красиво, никаких зацепок и следов, и почти никто даже не сомневался в нападении разбойников (которых, естественно, уже уничтожили, и их головы украшают то-то и то-то), да и найденные объеденные зверями людские кости как бы подтвердили версию (среди разбросанных клочков одежды нашли обрывок камзола барона-посла). Но «почти все» - это не все. Оказывается, семья ведьмы и её жених знали одну деталь, которую не раскрывали широкой публике, оттого и граф узнать об этом не мог. Дело в том, что ведьма происходила из пусть и обедневшего, но старого рода и у них сохранился аналог английского «родового гобелена», на котором ведьма указывалась живой. Пустяк какой, верно? Да кто в такое поверит?!       Как ни странно, а маг действительно любил свою невесту, хоть и знал о её «слегка ветренном» нраве, да и деньги у него водились, вот и нанял он профессионалов сыскного дела, которые быстренько раскопали нужные сведения обо всей французской миссии, обо всех интрижках ведьмы, в том числе и о нескольких свиданиях с одним конкретным графом. Жаль, что профессионалы были не настолько высокого уровня, как они о себе думали и их пусть не сразу, но обнаружили местные представители криминалитета, с главой которых, совершенно случайно, водил близкую дружбу граф Сильверстоун. Когда французский маг собрал друзей и нанял наёмников для освобождения любимой, когда посреди ночи захватил замок графа и не обнаружил свою ведьму, то задал несколько вполне логичных вопросов искалеченному к тому времени Сильверстоуну, но тот всё ещё оставался живым, и даже мог говорить, пусть и абсолютно беззубым ртом. Ответов француз, естественно, правдивых не дождался, но мастер-зельевар, да ещё и с неподтверждённым мастерством в магии разума сумел узнать всё, что требовалось. Собственно, в ту ночь был разрушен и родовой замок Сильверстоунов, а род пресечен, да что там, даже последнюю лошадь умертвило каким-то едким розовым туманом, а близкий друг мастера двух наук тоже совершенно случайно был мастером ритуалов, и раз уж под рукой имелось достаточно «добровольцев», силу ритуал разрушения приобрел достаточную, чтобы даже развалин не осталось – всё ушло в земной разлом. Саму же ведьму «хитрый» граф решил убрать, как улику, но она ему так полюбилась, что просто убить её он не смог, а вот отправить гнить в жуткую тюрьму – это запросто. Как бы ни торопился француз, от его ведьмы буквально за неделю «веселья» стражников осталась совершенно пустая оболочка, пусть и живая, но с уничтоженным разумом и без души (ведьма на эмоциях и желании сумела себя так проклясть, чтобы спастись). В общем, второй замок тоже был разрушен, но более показательно, чтобы все помнили и знали, кто и почему это сделал. Естественно, что в народе история звучит куда красивее и драматичнее, чтобы за душу брало, но меня интересовала не театральная драма, а настоящая история, потому уточнить детали не составило проблем.       Сама местность, где когда-то был злополучный замок, действительно заурядная, ничего особенного, исключительного – те же холмы и горы, покрытые лесом, частично заболоченным. Лес дикий, с непригодным для промышленности деревом, почва тоже плохая, на такой разве что дикие козлы могли бы жить, но для выпаса домашнего скота тоже не годится. В общем, гиблое и тёмное местечко, дикое и всеми заброшенное, никому не интересное, ну а кому может быть интересен факт того, что буквально на виду у всех простецов тут издревле был волшебный лес, природная магия которого легко отгоняла простецов, от чего те о нём и не знали? Вернее, он там был, пока друиды его не присвоили, украли, вывернув в свой домен, каким-то хитрым образом оставив снаружи отпечаток – тень, хотя, обычно всё происходит как раз наоборот, и не важно, что «тень», зеркальная копия реальности, в домене приобретает реальность, становится настоящей. Но общая внешняя гиблость и дикость этих мест – это одно дело, взгляд из иллюминатора вертолёта или самолёта на эти земли не принесёт никому никакого вреда, но совсем другое дело оказаться здесь.       Первым, что бросается в глаза – это угрюмость, этакий застывший сумрак непогожего дня и не важно, что где-то над головой ярко светит солнце, а на небе ни тучки. Здесь, на земле, будто поднят туманный купол, рассеивающий солнечный свет, создавая постоянный сумрак днём и беспросветную тьму ночью, даже звёзд не видно. И это только начало. Вторым замечаешь тишину – этакое ощущение подвала – тёмного, сырого и глухого. Здесь не кричат птицы, не бьют крыльями даже вороны – вечные спутники гиблых мест, не бывает другой живности, нормальной для диких и безлюдных земель. И пока ты стоишь и пытаешься осмыслить, что здесь на самом деле не так, промозглый, липкий и сырой холод начинает проникать куда-то под кожу, вызывая сперва неприятные мурашки, а потом натуральную дрожь, и не важно, как ты оденешься, потому что этот холод, он не столько физический, сколько потусторонний. Подозреваю, что для простецов здесь оказаться то же самое, что в каком-нибудь «доме с привидениями», ибо появятся разные жуткие звуки и голоса, что-то нашёптывающие то где-то далеко, то прямо над ухом. Я же на фоне всего этого увидел ещё одно – пустоту, полное отсутствие даже мелких духов, которых можно увидеть где угодно, они просто летают в воздухе, что тот планктон в океане, но здесь их нет совсем.       - Неприятное место, - произнесла Юшенг, подходя ко мне.       - Вы себе даже не представляете, - усмехаюсь предельно серьезному и «рабочему» лику нашей воительницы. – Хорошо, что провели разведку, прежде чем соваться сюда всем вместе, без амулетов вам бы было очень нехорошо.       - А тебе, Сора? – заинтересовалась женина.       - Если не вдаваться в подробности, то на вас будет постоянно давить ощущение «неправильности», необъяснимое чувство того, что это место «плохое», что вызывает опаску и страх, я же просто знаю, что здесь не так, вижу, потому этот эффект на мне не работает.       - И что же не так с этим местом? – женщина обвела взглядом старые, здоровые с виду деревья и редкий подлесок, а вот травы здесь почему-то нет, зато мха полно и разных поганок, собственно, поганок тут было очень много.       - Фактически, всё это место находится в мёртвой тени домена, который был раздут настолько плохим ритуалом, что не будь здесь деревьев, которые друиды «научили» выживать за счёт разлитой в воздухе магии, то мы наблюдали бы настоящую пустыню, либо гнилую топь.       - Тюрьма? – догадалась женщина.       - Да, - просто соглашаюсь с правильной догадкой. – Однако, насколько я понял из описаний и документов, у них не получилось полноценно вывернуть реальность так, как им того хотелось, а сейчас я вижу этому подтверждение своими глазами, - на немой вопрос тёщи продолжаю. – Природа, жизнь – они никогда и нигде не оставляют пустые места, всегда и везде хоть что-то, но живёт, здесь же нет даже червей в земле и я совершенно не понимаю, почему почва не превратилась в песок. Но за всё время, что прошло с момента разрушения тюрьмы, а также ритуала друидов, эти места так и остаются гиблыми, стало быть…       - Либо они время от времени проводят такие же ритуалы для поддержки домена, - задумчиво продолжила Юшенг. – Либо им необходим материальный якорь ритуала – либо какой-то артефакт, либо алтарь.       - И зачем я здесь тогда нужен? – позволяю себе улыбку, на которую тем же ответила тёща, только более скупо, как она привыкла.       Внезапно отирающаяся в паре шагов от меня Ляо бросилась вперед, будто пробивая собой воздух и тут же замерла в боевой стойке со своим мечом, мы с Юшенг тоже ощутили не просто присутствие, но буквально молниеносное прибытие кого-то неизвестного, да и способ прибытия мне был не знаком. На всякий случай в моей левой руке уже находятся ножны с духовным клинком, но торопиться с атакой я не спешил, ведь всегда есть вариант, что к тебе пришёл не враг, в крайнем случае мои защитные амулеты и артефакты всегда активны. Шагах в двадцати от нас появилась будто живая тень, которая дрожащим саваном поднялась на высоту человеческого роста и из неё выступил человек… поправка, кто-то, внешне неотличимый от человека, а вот в духовном плане я сразу понял кто это явился. Довольно высокий мужчина в брючном костюме и чёрном пальто, на голове шляпа, скрывающая каштановые волосы, слишком бледная кожа лица и алый блеск в глазах.       - Здравствуйте, уважаемые господа и дамы, - изящно поклонился мужчина, сняв шляпу и приложив её к груди, слегка склоняя голову, заговорил он на неплохом английском, правда с весьма знакомым мне акцентом.       К моменту его намёка на поклон половина наших магов успела собраться в кольцо вокруг неожиданного гостя, остальные же следят за тем, чтобы не появился кто-то ещё. Мужчина демонстративно «не замечал», как в него целятся из целых четырёх арбалетов и различных волшебных палочек и прочих концентраторов магии, он выпрямился и вернул шляпу на голову, остановив взгляд на мне и стоящей рядом со мной Юшенг.       - Рад встрече с кланом Хошино, - продолжил прибывший. – Позвольте представиться, Вячеслав Ковач, второй сын главы семьи Ковач, - кивок головой. – Назначен официальным представителем от семьи в переговорах с кланом Хошино по вопросу возвращения домой моей младшей сестры, Анжелики Ковач.       - Полагаю, мне представляться нет нужды? – мужчина кивнул. – Однако же, странное вы выбрали место для встречи, - показательно обвожу взглядом эти нехорошие места.       - У меня есть на то причины, - спокойно ответил мужчина, внешне игнорируя направленное на него оружие и общее далекое от дружелюбного настроение. – Я готов обменять жизнь на жизнь: Анжелику на место обитания здешнего отшельника, - уверенный и прямой взгляд алых глаз демонстрировал его мужество и решительность.       И пока Вячеслав ожидал моего ответа, я пытался осознать только что полученную информацию. Всё оказалось ещё хуже, чем я думал, ну, для друидов хуже. Я ведь предполагал, что из-за несовершенства ритуала, либо допущенных ошибок, домен вынужденно привязан к некоему якорю, который стабилизирует не только расположение домена в пространстве, но и удерживает некую печать-узор, сохраняющий эффект. Но судя по словам прибывшего, где-то здесь живёт маг, маг-отшельник, и быть это может только кто-то связанный с друидами, то есть он наверняка является оператором-контролером эффекта. Но сами мы его искать будет очень долго, раз я не засёк его сразу, значит, он очень хорошо прячется и тратить время ещё и на это у меня не было ни настроения, ни желания. Тем более, девочку я всё равно собирался вернуть родичам, если те, конечно же, окажутся нормальными, а этого небольшое расследование пока что не установило, но, похоже, самих «расследователей» срисовали, и поняли чем те занимаются, после чего, опережая меня, отправили своего представителя.       - Мальчик, - заговорила молчавшая до этого момента Юшенг. – Неужели ты думаешь, что мы готовы торговать детьми? – и усмешка, опасная и злая, эту свою сторону женщина демонстрирует крайне редко. – Не стоит всех мерить по себе, - покачивание головой, при этом тон стал порицающим.       - Я не это имел в виду, - нахмурился Ковач.       - Вы все так говорите, когда вас ловят за руку, - ленивый взмах рукой в сторону хмурого и недовольного вампира, который внешне старался не показывать своих эмоций. – Уходи, я не хочу, чтобы такая славная девочка росла рядом с… - женщина изобразила легкую брезгливость во взгляде, демонстративно его осмотрев сверху до низу. - … тобой.       - Я – был избран для этих переговоров…       - Ты их провалил, - оборвала его Юшенг с недовольством в голосе. – Если не хочешь ухудшить ситуацию, просто уйди, иначе тебе помогут.       В подтверждение серьёзности слов китаянки, от групп боевиков отделилась пара и двинулась к вампиру, хмурому и сильно недовольному, встав прямо перед ним, один из бойцов, будучи почти на голову выше Ковача, начал давить того взглядом. Несколько секунд они играли в гляделки, пока вампир не сверкнул полностью алыми глазами в нашу сторону, окутался тенью и отбыл прочь. Женщина, проследив за вытянувшейся линией тени – тени от перемещения вампира, повернулась ко мне.       - Ты ведь сможешь найти этого отшельника?       - Конечно, - улыбаюсь Юшенг, ведь не одному мне не понравился этот вампир, тем более теща не позволила конфликту разрастись до опасной величины. – Потребуется время, но я его найду.       - Хорошо, - женщина выдохнула и отвернулась, делая вид, что наблюдает за окрестностями, но я-то чувствовал, что она тревожится.       Это не те переживания и страдания, так – легкое волнение, рябь на зеркале озера. Юшенг – очень сильная женщина, её характер можно сравнить с самурайским за стойкость и несгибаемость, но всё же она является женщиной, человеком, а для нас, людей, нормально – чувствовать, ведь жизнь без чувств и эмоций пуста и бессмысленна. Только машины могут обходиться без чувств и эмоций, в некотором смысле превосходя живых, но машина не творец, а вот человек – да.       - Сколько времени это может занять? - спросила Юшенг, а Ляо делала вид, что мой ответ её ну совершенно не интересует.       - Ещё не знаю, - сам поворачиваюсь к горам и вожу взглядом по склонам. – Но мы в любом случае ничего бы не делали прямо сейчас, ведь у нас многое не готово, - стоявшая рядом женщина согласно кивнула. – Найти этого отшельника будет явно не просто, но теперь, зная, что нужно искать, мне есть за что зацепиться. Кроме того, я думаю, что подсказка должна быть там, где стояла тюрьма, давайте сначала найдём развалины…       Поиски развалин тюрьмы заняли несколько дней. Казалось бы, координаты даны, но в газете как-то не указывались точные цифры, только местность, к тому же, тут всё давно позарастало травой и мхом. Это не говоря о том, что даже сильные и тренированные маги в этих местах устают куда быстрее, чем должны. По-сути, догадаться было просто, но обратили внимание на этот нюанс не сразу, однако даже с хорошими амулетами местность продолжала сильно тянуть силу и магию из людей только так. Нет, оно и понятно, что произрастающая в этих местах флора выживает как может и давно научилась тянуть магию и любую энергию отовсюду, откуда только можно, но это начало действовать людям на нервы. Никто, естественно, не начинал истерить или бросаться друг на друга с ножами, но уже на второй день активных поисков стала заметна не только сильная, чрезмерная усталость людей, но ещё и раздражительность, а когда мы начали задавать вопросы, то быстро выяснилось, что люди ещё и спят плохо – кошмары мучают. Короче говоря, проблем обнаружилось немало, из-за чего пришлось составлять график и смены для постоянной ротации кадров, что значительно замедлило поиски, но, несмотря на осложнения, руины были найдены. Даже не столько руины, сколько хаотично разбросанные по огромной площади камни и кирпичи, основательно поросшие мхом и лишайниками, от тюрьмы же почти ничего не осталось, даже фундамент был уничтожен и его остатки разбросаны по округе. Однако, примерно определить место, где когда-то стоял замок, удалось, а после, уже значительно быстрее, было и обнаружено то, что нас интересовало – первозданные остатки строения – подземный ход, выходящий к пещере, по которой протекал подземный ручей. Сам ход и пещера сперва не привлекли особого внимания и я сосредоточился на уцелевших ступенях и каменной арке, удерживающей свод тайного коридора. Здесь, под землей, за несколькими слоями рунных кругов, сдерживающих эманации, я увидел полностью обледенелый тоннель, залитый холодным мертвенным светом, излучаемым тем же льдом. Внутрь пещеры входил я один, так как после её обнаружения люди пытались войти, но не смогли, их будто что-то не пускало, а ещё по их словам веяло чем-то жутким и холодным. Рунные цепочки были начерчены на вмурованных в потолок, пол и стены пещеры камнях, создавая полноценные рунные круги, качественно блокировавшие эманации множества неупокоенных злых духов. Я уже встречался с подобным в России, да и в США тоже, но в куда меньших масштабах, хотя та лаборатория меня очень неприятно удивила в своё время. Здесь же вместо неупокоенных душ я увидел злых духов, хорошо, что у меня есть некоторый опыт и я уже давно таскаю на себе гроздь различных амулетов и артефактов защитной направленности, так что для тех, что обитают в этой пещере уже много столетий, я оказался недоступен. Вообще, какая-то странная и неприятная традиция у меня складывается по жизни – сталкиваться со столпотворениями неупокоенных душ и духов, а особенно это касается как раз Британии, ведь то, сколько душ наловили в рунные ловушки дохлые хозяева «фабрики смерти», совсем не нормально даже для магического мира. Я имею ввиду легкую степень помешательства магов и их решений в таком состоянии.       Во время своего первого посещения даже я не стал задерживаться в пещере слишком долго и быстро её покинул, чтобы в следующий раз подготовиться. Дело в том, что материальный якорь друидского домена действительно может быть спрятан где-то в пещере, но из-за присутствия множества духов, очень сильно «пахнущих» широким спектром отрицательных эмоций и энергий, обнаружить якорь почти невозможно. К моменту, когда я достаточно подготовился ко второму посещению пещеры, необходимого количества магии для ритуала запечатывания домена ещё не успели собрать – это точно высчитал герр Шрёдингер, уже побывавший на месте и проведший какие-то свои хитрые измерения и вычисления. Не буду говорить, что работа уважаемого мастера магии пространства мне была не интересна, напротив, очень интересна, но разорваться и делать сразу несколько дел одновременно почему-то не получалось, потому я сосредоточился на подготовке к работе в пещере со злыми духами. Во второе своё посещение этого места я пришёл не один, а с Афири, специализация которой лежит практический в той же плоскости, что и моя, только с ярко выраженным уклоном в темноту. Я шёл впереди, в моей правой руке довольно ярко сиял посох, благословленный в храме богини Солнца, от чего вся его природа буквально ненавидела тёмные и злые проявления потусторонних сил, что вылилось в самопроизвольное и довольно сильное сияние золотым тёплым светом. Мне, как и моей супруге, сияние не несло ничего плохого, а вот злые духи проявили себя так, как я не ожидал. В прошлый раз все духи таились в этаких облаках тьмы – коконах отрицательной энергии, ими же и источаемыми, и уже из этих коконов духи наполняли пещеру различными влияниями, вроде слуховых и зрительных галлюцинаций, и всего тому подобного. Теперь же вокруг нас, за границей света и провала агрессивной тьмы собрались сотни жутких потусторонних созданий, внешне отдалённо напоминающих людей, коими и были когда-то, теперь же это лишь гуманоидные фигуры различных «мертвенных» оттенков, в образе которых запечатлелись следы насильственной смерти, а также отрицательные черты характера предсмертных мучений и воспоминания о прижизненной боли. Маски искаженных рож в самом широком спектре того, что может только придумать человеческий разум, когда думает о чудовищах: самые разные рты, носы, глаза и головы, жуткие клыки, длинные тонкие иглы-зубы, ряды тонких и коротких шипов-пластин, безгубые рты; самые разные глаза, начиная звериными, пустыми окровавленными провалами, из которых в тебя вглядывается тьма и заканчивая фонарями «мертвенных» огней; разодранные или просто отсутствующие целые куски кожи и плоти, обнаженные кости и следы разложения. Это и многое, многое другое шипело, выло, хохотало и издавало ещё сонмы самых противных и жутких звуков, толпясь на границе света, постоянно обжигаясь о свет солнца, но продолжая с ненавистью рваться к его источнику в попытках потушить любой ценой. Свет посоха превратился в купол недосягаемости для злых духов и я, словно ледокол, прокладывал путь сквозь сотни кружащихся фигур, которые и не могли нас остановить, но и не желали отступить обратно в свои коконы тьмы и вечной злобы. Хотелось бы посмотреть на то, как это всё выглядит со стороны. Ничего, не долго это гнездо зла будет существовать в этом мире, очень скоро мы покончим с ним.       К сожалению, вне рук колдуна, в большинстве случаев посох теряет почти всю свою силу, ведь он – символ, проводник, как, собственно, и сам колдун, потому просто оставить его под стеной или передать в руки Афири я не могу. По этой же причине все подготовительные работы также проделывает моя супруга. Рулон белой ткани (вообще-то, фигуры нужно либо чертить на земле, как это делают европейцы, либо устраивать полноценный колдовской трёхмерный лабиринт символов, в который обычно входит много веревок, красных ниток, различных чаш и такого прочего; в нашем случае, чтобы не заниматься всем этим на месте, мы заранее подготовили ритуальный рисунок на рулоне прочной белой материи), четыре треноги-подставки с жаровнями, в которых тлеет сбор трав, ещё одна жаровня, только больше размером, в которой будет гореть огонь, и восемь деревянных шестов на подставках – барьер, через который не прорвётся даже дементор. В принципе, уже перечисленного было бы достаточно, чтобы безболезненно провести здесь достаточно времени, но ведь у меня кроме вопросов есть и другие потребности, а также обязанности, забывать о которых не следует, так что в список принесенных вещей было внесено ещё кое-что. Что же, можно приступать.       В последний раз осматриваюсь вокруг, но сквозь сплошной заслон злых духов ничего нового рассмотреть не получается, бросаю взгляд на Афири, которая мне отвечает уверенным кивком, улыбаюсь ей и закрывают глаза. Медленный глубокий вдох, пауза, такой же выдох, мир под закрытыми веками плавно из черноты превращается сначала в серый туман, а потом скачкообразно расширяется и изменяется. Здесь злые духи тоже ощущаются, их тени заслоняют привычные мне картины, наполняя пространство клубами тёмного дыма и пепла, слышатся отголоски их голосов, ощущается враждебность и угроза, но что они смогут сделать, если сюда им путь заказан? Работы предстоит много, но чем дольше я тут копаюсь, тем дольше Афири придётся охранять нас в одиночку, потому без лишних промедлений начинаю поиски и быстро нахожу искомое. В почти непроницаемых глазу клубах черного дыма-тени нахожу огромный клубок спутанных нитей, очень похоже на то, как котёнок играется с клубком и весь его разматывает и спутывает, но тут это выглядит куда хуже, да и смысл совсем другой. Во всём. Касаюсь буквально кончиками пальцев к одному из колец, выбивающемуся из общего спутанного клубка, моё сознание тут же атакует мощным потоком, несущем не только воспоминания, но ещё и множество эмоций того, что когда-то было человеком, а ныне превратилось в злобный дух. Будь это только память – старый отпечаток, было бы куда легче, но это не так, тем более все эти злые духи оказались привязаны к этому месту, их судьбы и завершение жизней сплелось в один клубок, они все связаны, и часть общей злости течет в каждом отпечатке. Их будто сшило или сшили в одну огромную, гротескную и отвратительную конструкцию, сквозь которую прорастили черные провода, без конца истязающие их и контролирующие, а ещё выкачивающие энергию, и никого не волнует её оттенок, главное, чтобы поток был стабильным…       

      

***

      

      - … то есть пока вы не проведёте обряд очищения, мы не можем начать действовать? – прищуривается мужчина, пока по моему щиту в разуме царапают когти чужой магии. Интересно, что это за такая мода – лазить в чужую голову? – Так почему вы ещё не провели этот обряд, а занимаетесь непонятно чем? – а этот человек, похоже, привык командовать.       - Для столь серьёзного ритуала нужна не менее серьёзная подготовка, - стараюсь отвечать спокойно и не показывать, как меня раздражает этот «официальный инспектор МКМ».       - Что-то я не вижу, - он демонстративно осматривает кабинет, в котором мы встретились и переводит скептический взгляд на меня. – Чтобы вы готовились. Почему такие задержки?       - Вы меня, мистер Малковиц, вероятно, не правильно поняли… - начинаю говорить, но меня быстро перебивают.       - Хватит уже оправданий, я ожидаю нормального отчета, а не ваших бессвязных слов, - самодовольно и нагло бросает этот голубоглазый блондин, высокий и стройный американец, я же продолжаю так, словно его фразы и не было.       - … я ни в коем случае даже не думал давать вам никаких отчётов, - говорю всё тем же спокойным и размеренным тоном, глядя на него так, как должен это делать настоящий аристократ по отношению к «голоногому», то есть не опускаюсь на его уровень. – Вы сами прибыли ко мне и начали задавать свои вопросы, отвечал на которые я лишь из уважения к той организации, удостоверение которой вы продемонстрировали. У вас, мистер Малковиц, сложилось неправильное впечатление, относительно ситуации в Британии. Вы почему-то решили, что имеете право что-то от меня или нас требовать, однако, в данном случае ситуация находится под контролем и не угрожает Статуту, то есть, вы не можете вмешиваться до тех пор, пока договор не позволит, - в голубых глазах неприкрытый гнев, как и на лице, его буквально кривит от моих слов. – Так что прошу вас покинуть мой кабинет, у меня через десять минут обед.       - Вы, мистер Хошино, кажется, не понимаете, в какую ситуацию попали… - «опасным» тоном протянул американец. – Так я вам объясню…       - Не нужно, - обрываю его взмахнув рукой. – Мои адвокаты уже мне объяснили всё, что нужно знать, поэтому ваша помощь не требуется. Если у вас всё, то можете быть свободны.       - Нет, - зло усмехается этот «типа-маг», всё пытаясь процарапать мою защиту на разуме. – Я составлю официальный отчет своему начальству в МКМ и приложу воспоминания, - я хотел пожать плечами, но этот жест не подходит используемому мною образу, потому просто жду, когда он закончит. – Но также я требую от вас передать мне двух подозреваемых в нескольких магических преступлениях на территории США, Мэган Райт и Элизабет Стюарт, - свои эмоции я выразил приподнятой бровью. – Относительно них ведётся расследование американским Авроратом, также, - ещё одна высокомерная усмешка. – В ходе следствия всплыл ряд имен, среди которых значится и ваше, поэтому я вам настоятельно рекомендую сотрудничество, иначе мы будем вынуждены предпринять против вас суровые меры.       Несколько секунд он пытается меня придавить взглядом, с его лица не сходит гримаса, этакая смесь превосходства и высокомерия. Вместо ответа ему я сделал две вещи: первое, отдал приказ печатям и полностью парализовал американца, второе – вызвал охрану, клановых бойцов. Первой в дверь заглянула Ляо, которая буквально в один миг всё поняла и её острое лицо растянулось лисьей опасной ухмылкой, буквально через секунду за ней зашла пара магов. Киваю на стул, на котором застыл и лишён чувств недо-волшебник.       - Наблюдатели должны увидеть, как он куда-то уходит и быстро аппарирует прочь, - Ляо продолжает лыбиться, пока двое магов молча слушают. – За наблюдателями проследить, а этого, - кивок на блондина. – Обработать «мягко», только чтение памяти и зелья, следов быть не должно, - заметив в чувствах всех троих прибывших странную «острую» эмоцию, на всякий случай решаю уточнить. – В смысле он должен остаться жить, но не помнить последний месяц жизни. Это понятно?       - Да, Глава, - кивает старший в двойке, а маленькая убийца только поблескивает из-под прищуренных век тёмно-фиолетовыми глазами, слегка светящимися.       Когда американца убирают из кабинета и за охраной закрывается дверь, Ляо остаётся, поднимаю на неё взгляд и молча даю разрешение говорить. Она бы могла заговорить и так, но конкретно Ляо и её группа боевых китаянок, почему-то ведут себя излишне учтиво, и выглядит это наиграно, но поделать ничего не получается – эти ведьмы настолько непрошибаемы, что на них ничего «адекватного» не действует. В смысле я не стал бы им угрожать расправой или изгнанием, ведь я не идиот, но когда меня откровенно довели, я пригрозил розгами. Эти же боевые ведьмы сделали отговорку, что подобное наказание, согласно старым кодексам, применяется в строго определенных случаях, потому просто так приказать избить пятерых ведьм я не могу, без урона авторитета и уважения. С другой же стороны эти четыре… течные кошки добавили, что не против, если всё пройдёт за закрытыми дверями и всё такое… и вот как с ними бороться? Вроде и исполнительные, и верные, то есть наказывать их не за что, но на нервы действуют ещё как. Можно было бы ввести жесткую линию правления, вроде тупого самодурства, всех вокруг прижимать, устроить что-то вроде того, что творится на землях Миядзаки, но я уж точно на такое не пойду, да и потомков буду воспитывать в том же духе. Считаю, должны быть и субординация, и выполнение правил и законов, но и слишком зажимать человека нельзя просто потому, что тогда он начнет превращаться в безинициативное животное, которое в какой-то момент съедет с катушек. Свобода в рамках нормативных правил – вот наш путь, путь Хошино.       - Глава, - буквально мурлычет Ляо и несмотря на то, что эта молодая женщина не может похвастаться выдающейся фигурой, но когда нужно, она может излучать какую-то дикую сексуальность, от которой буквально мурашки по коже бегут. Естественно, скрывать подобные реакции меня учили. – Может ли Ляо сделать вам расслабляющий массаж? – я почувствовал, как пересохло в горле, но совершенно не понимаю, откуда у меня такие реакции, ведь женским вниманием мои жены меня совсем не обделяют, даже наоборот.       Перевожу обреченный взгляд в потолок и тяжело вздыхаю, чтобы через пару секунд кивнуть, а ещё спустя столько же почувствовать на плечах умелые руки китаянки. Я понимаю, что поддаюсь ей, но клан только восстановлен, люди только пришли ко мне и мне не нужны расколы и тихие бунты и оппозиции, уж пусть будет так – уступлю в малом, но в большем всё будет нормально. Массаж длился не так долго, а того, чего на самом деле желает ведьма, она не получила, и плевать, насколько довольной была её ухмылка, мне сейчас только скандала не хватает, возможно позже, но не сейчас.       Что же до этого американца, то буквально через пару часов ко мне явился один из соклановцев, специалист по шпионажу и разведке, и кратко доложил о результатах допроса. Стивен Малковиц действительно является агентом МКМ, но в поле его деятельности Британия не входит, он трудится там же, где и живёт, то есть в США, здесь же он в отпуске. Однако, кое-кто из хозяев узнал, куда именно едет Стивен, и нагрузил того, за отдельную плату естественно, заняться другим делом, личным – разобраться с двумя женщинами, которые оскорбили «важного» мистера «Хе». Этот мистер «Хе» хотел отомстить «наглым девкам», но оные сбежали на Оловянные острова, так что достать своими силами у мистера по политическим причинам «девок» не получалось, вот он и подрядил Малковица «слегка» злоупотребить служебным положением и притащить Мэган и Лиззи в США, а уж там бы с ними разобрались. В общем, обычная такая бандитская схема, ой, то есть схема «уважаемых джентльменов» конечно же. Меня заинтересовало, откуда же этот Малковиц узнал о готовящемся ритуале, даже думал, что снова случилась «протечка», но оказалось, что уже здесь, в Британии, на Стивена вышли странные «тёмные» личности, которые и сказали, что Хошино готовят некий тёмный и вполне вероятно опасный для Статута и магов ритуал, так что у агента появился новый, дополнительный рычаг влияния, чтобы провернуть не только свою схему, но ещё и в перспективе, подняться по карьерной лестнице. Мой специалист порекомендовал стереть память Малковицу избирательно, только о ритуале и нашем разговоре, всё хитро подстроить, мол перебрал с наркотой, пока «душевно» отдыхал в каком-нибудь клубе Лондона, вот и память повредилась. До девушек же ему не дотянуться в одно рыло при всём желании, а если попытается что-то провернуть, то наблюдатели это дело сразу же просекут и возьмут американца на горячем, чтобы никто не подкопался к нашему праву честного наказания. Подумав, я согласился на этот план, но добавил от себя ещё и вживление кусочка шлифованного кварца куда-нибудь в мягкое место, а в камень – следилку, чтобы уж наверняка. Так и поступили.       Информацию же о том, что какие-то неизвестные решили вмешаться в наше дело, также не оставили без внимания. Первым делом провели быструю проверку относительно «протечки», на которую, после аргументированного объяснения ситуации, согласились, как ни странно, все, даже лорды и леди родов, принимающих участие в данном деле. Естественно, сначала никто никаких клятв не давал, ведь перебарщивать с подобными вещами не стоит, разбрасываться клятвами направо и налево – полная глупость и прямой путь к какому-нибудь опасному последствию, вроде пересечения условий нескольких клятв, поэтому в проверке использовались только зелья. «Протечки» обнаружено не было, стало быть, это начали действовать друиды и именно их агенты подсуетились, а это означает, что место ритуала может подвергнуться какой-нибудь опасности в самый неподходящий момент и следует усилить охрану. К сожалению, наличных сил клана далеко не достаточно, чтобы обойтись только ими и людьми Мэган, которая, кстати, провела первый из череды ритуалов становления магического рода, а на выделенном клочке земли заложила ритуальный круг из камней и алтаря. Если всё пойдёт нормально, а самой женщине приглянётся кто-нибудь из аякаси-мужчин, то уже через два-три поколения можно надеяться на образования магического Дара у нового рода, а у клана Хошино появится ещё один вассальный род – опора для славного и сильного будущего. Так вот, охранять место ритуала была подряжена часть волшебников из Аврората, наиболее верных и надёжных, там же будут проходить часть практики новобранцы, которые ещё проходят обучение на авроров и мракоборцев, для них, правда, пришлось ещё делать амулеты, но ради того, чтобы обойтись без помощи со стороны французов, можно пойти и не на такое. Через неделю после посещения моего кабинета американцем к нам ещё прибыло шесть групп по пять русских магов и ведьм – это оказание помощи со стороны Совета Старейшин Руси, и я решил принять эту помощь, тем более вместе с ними мне передали результаты исследований той растительной гадости, что пыталась натворить бед на моей земле. Ничего особо существенного установить не удалось, разве что там имелась инструкция по выращиванию такой же растительной дряни, которую получили русские гербологи после изучения огрызков.        Дело по сбору магии двигалось, маги даже из обычных семей начали посещать офисы и наполнять накопители магией, из Франции также пришли хорошие новости о неплохих показателях, правда, в «верхах» началось пока ещё тихое бурление по этому поводу, даже появились слухи, мол эта магия собирается у людей с дурными намерениями и дело следует взять под контроль. Пока что, до каких-нибудь действий дело не дошло, но и так понятно, что Люси Дюнуа никак не желает успокаиваться, а я начинаю подумывать над тем, как с ней поступить, если ей всё же удастся крупно нам нагадить. Пока это просто слухи – ничего предпринимать я не буду, но как только от разговоров они перейдут к действиям, они вынудят меня также начать действовать жестко. Итак уже фиал с воспоминанием беседы с Дюнуа отправилось к мадам Дюран, а вместе с воспоминанием и письмо, в котором я объяснил свою позицию как относительно рода Дюнуа, так и к госпиталю под руководством весьма уважаемой ведьмы. В ответ получил весьма… политически-корректное размышление о том, что вмешиваться в наши разборки мадам Дюран не имеет морального права, но надеется на то, что вариант с небольшим офисом под руководством Делакур всё таки будет действовать на территории Франции и госпиталь получит желаемое. Я, честно говоря, тоже на это надеюсь, но представители клана только отправились к роду Вискотти на предварительные переговоры, а ещё трое вместе с Мэган отправились к контрабандистам, чтобы цепочка поставок не прервалась и уже сейчас начала переправлять товар, который скопился за время бездействия канала, в один из магловских портов на территории Португалии, а оттуда в Россию. С русскими, к слову, удалось договориться о реализации столь крупной поставки экзотического товара магической направленности только благодаря связям уважаемой Марьи, и пусть прибыль придётся делить напополам, но это только сейчас, разово, чтобы канал не рассыпался, а поставщики на местах не начали искать других покупателей, а вот позже, когда мы всё уладим, договор о сотрудничестве с Магической Русью будет совсем другим.