Параллельная прямая

- Вы все это время были там! – вырвалось у Майкрофта, когда лучащийся самодовольством дядя, в желтом атласном халате поверх рубашки и брюк, вышел из кофейной, и, не обращая на него внимания, полез в дыру. Потом пригладил указательным пальцем топорщившиеся усы, жестом фокусника извлек из кармана чистый стакан и налил виски сначала в него, потом в тот, что стоял на столике. – Я все ждал, когда ты это заметишь, - сказал наконец он. - И что же меня выдало? - Ваши манеры. - И только? Майкрофт машинально взял протянутый стакан. Он пробежался по воспоминаниям и покачал головой: - Погода в Европе была не лучше британской. Вы не загорели, из багажа у вас была только сумка, в которую едва ли влезет больше двух смен белья, на ваших часах британское время, и в Стамбуле, когда мы встретились, вы не скрывали, что вы британец. Он вгляделся в усмехающееся лицо. - Вы разыгрываете меня? Дядя Руди поднял стакан к люстре, любуясь цветом, и сделал большой, жадный глоток. - Ты прав и не прав, Майкрофт, - сказал он, слегка помрачнев. – Я не был там все это время. Но вот последние две недели – да. Хорошо, что ты открыл окна, кстати. - Значит… - Майкрофт похолодел, - приказ исходил от вас? Он поставил стакан на стол и положил руки на колени, как делал всегда, когда боялся выдать себя жестами. Так можно было держать все под контролем. Дядя Руди отвернулся к окну и молчал. - Вы хотели, чтобы я что? – уточнил Майкрофт, всеми силами пытаясь совладать с дрожащим голосом. – Убил его? Пытал? Вы хотели показать мне, что я не справлюсь с этой работой? Что я… - он оборвал себя, осознав, что почти кричит. - Тише, тише, дорогой, - сказал дядя, быстро подходя к нему и легонько касаясь пальцами его губ. Покосился на дверь в кофейную комнату, подошел к ней и прикрыл плотнее. - Кричать, Майкрофт, - продолжил совершенно спокойным тоном, - до добра никогда не доводит. Зато вполне может – до инфаркта. Майкрофт уставился на сцепленные между коленей руки, не в силах взглянуть вверх. - Одна из вещей, которую нужно твердо усвоить для работы… гхм… там, где ты хочешь работать - это то, как важно вовремя признавать собственную неправоту. Очень важно, Майкрофт, помнить, что каждый способен ошибаться и то, что тот, кто говорит, что на этой работе нужно быть непогрешимым, в корне неправ. Когда человек считает, что нужно быть непогрешимым, у него нет сил смотреть правде в лицо. Уязвленный, Майкрофт вскинул голову. Дядя сидел на пуфике, нога на ногу, покачивал вышитой туфлей, взбалтывал в стакане виски, смотрел куда-то в угол дивана. Ветер раздувал занавески до самой его головы. - Он старается всеми силами отодвинуть момент признания собственной неправоты, - продолжал дядя, - и теряет драгоценное время, упускает возможность сориентироваться, изменить стратегию и все исправить. Разведка – это место, где себя ежечасно нужно спрашивать, не ошибся ли ты. Ежечасно, Майкрофт. – Он отпил глоток и неожиданно добавил: - Но к тебе это сейчас не имеет никакого отношения. – И замолчал. - Я не понимаю, - сказал Майкрофт. – Разве я не должен был сделать то, что от меня требо… что мне приказывали сделать? - Что случилось, когда ты отказался? - Разве вы не знаете, что случилось? – вскинулся Майкрофт. - На твоем месте я бы сейчас ответил, - жестко сказал дядя Руди. – Может быть, я пьяный и в халате, но я пока что твое начальство. И тебе, между прочим, предстоит еще писать отчет и проходить необходимые проверки. - Он… велел мне убираться. - Только? Майкрофт выдержал его взгляд. - Только, - упрямо сказал он. - Вот я сейчас даже не знаю, радоваться мне или огорчаться, - дядя Руди сделал очередной глоток. – Радоваться, что ты проявляешь солидарность с коллегой, или огорчаться тому, что ты настолько глуп, что не сообразил, что он мог действовать в нарушение приказа, по своей воле и подставить тебя, а еще больше тому, что ты держишь меня за дурака. Если бы меня не было там в эти две недели, я бы действительно ничего не узнал, поскольку к нашей встрече синяки с твоего лица уже сошли. - Он подставил меня? – спросил, наконец начиная что-то понимать Майкрофт. - Нет. - Но тогда… - Он сорвал на тебе злость. Потому что из-за моей просьбы ему пришлось действовать в одиночку. - Из-за вашей просьбы? То есть дело не в том, что его напарник застрял где-то на другом задании? - Нет, не в том, - подтвердил дядя. - Я не понимаю, - повторил вконец растерявшийся Майкрофт. – Вы говорите, что это не моя ошибка. Но я не справился. Не ошибка, но, быть может, преступление, подумал он, заставляя себя расцепить руки. Впрочем, они тут же сжались в кулаки. Преступление. - Напротив, ты справился великолепно, - ухмыльнулся дядя Руди. – Теперь никто не посмеет отправить тебя на полевую работу. По крайней мере, пока я жив, конечно. И пока ты сам не переменишь мнение и не захочешь чего-то подобного. Майкрофт в шоке смотрел на него, и только через несколько минут до него дошел смысл последней фразы. - Почему вы считаете, что мое мнение будет иметь значение? Дядя Руди потянулся за бутылкой. - Я думаю, ты догадываешься, что для таких вещей нужна подготовка. Тебя учили стрелять, учили выдерживать стрессы, тебя немного готовили даже к допросам, но тебя не готовили выбивать информацию, - пояснил он. – Да даже без всякой подготовки, не будь эффекта неожиданности, знай ты, что задание будет таким изначально, ты ни за что не сорвался бы, потому что хорошо умеешь приспосабливаться и настраивать себя. - И где-то в моем досье записано, что я такую подготовку прошел? – сообразил Майкрофт. - Совершенно верно. - Но зачем все это? Почему мне нельзя было просто с самого начала заниматься аналитической работой? Ведь есть люди, которые так делают, и им не нужна особая подготовка. - Затем, что у вас, Холмсов, все не как у людей. И благодаря некоторым особенностям моей сестрицы и наклонностям твоей о ваших способностях стало известно определенным людям. Если бы ты не решил делать карьеру в разведке, тебе бы это было предложено. - Я знаю, - с достоинством (как ему казалось) произнес Майкрофт. – Однако я не вижу, каким образом… - Гениальный мозг плюс слабость характера… - дядя Руди постучал пальцем по крышке рояля. Видимо, по его мнению, это все объясняло. - И вы хотите, чтобы об этом стало известно, - Майкрофт уже совсем отчаялся в попытках разобраться и теперь ему не оставалось ничего другого, как только констатировать факт. Мамуля как-то, поссорившись с дядей, потребовала прекратить с ним общаться. Он безумец, говорила она, и общение с ним до добра не доведет. Может, в этом все дело? - Не просто станет известно, а я об этом позабочусь, - заверил тот. Майкрофт покачал головой. - То есть вы хотите, чтобы я сделал выдающуюся карьеру, выдаете мне список людей, которых нужно привлечь на свою сторону, и одновременно в самом начале этой карьеры роняете мое реноме? – уточнил он. - Именно так. - Но зачем? – от отчаяния понизил голос до шепота Майкрофт. Дядя Руди слегка приподнял крышку рояля и с тихим клацанием опустил. - Затем, конечно, чтобы некоторые другие люди пропустили момент, когда уже нужно начинать тебя бояться, - ухмыльнулся он.