Красный блик ракеты

В часовне отец Браун без микрофона завершил свою речь и дал заключительное благословение, а Чо повернулся, чтобы посмотреть на место, где сидела таинственная женщина. Он осторожно прикоснулся к руке Лисбон, которая, казалось, потерялась в утешительной молитве священника. Она открыла глаза и посмотрела на него, а он постучал по наушнику и покачал головой. Она тоже попробовала связаться с Джейном, но от него ничего не было слышно. Молитва закончилась, и присутствующие поднимались на ноги, мелькая в темноте. Некоторые подходили поблагодарить Лисбон и выразить свои соболезнования в связи с ее потерей. Она улыбалась им, но ее глаза все время возвращались к тёмной комнате над ними. Терезу охватило плохое предчувствие, особенно когда Чо наклонился и прошептал ей на ухо:  — Джейн думал, что вычислил подозреваемую. Она сидела на задней скамье, но теперь ушла.  — Ты узнал ее? — прошептала Тереза в ответ.  — Нет. Лисбон увидела Ригсби и Ван Пелт и склонила голову, давая понять, чтобы они следовали за Чо. Она попыталась пройти к задней части церкви, но ее продолжали останавливать для выражения сочувствия старые друзья и коллеги Джейна. Пока она принимала соболезнования от Бертрама и Алексы Шульц, ее мысли были только о Джейне. Если она ничего не услышит от него в течение одной минуты, то потеряет контроль и убежит из часовни.  — Вы в порядке, агент Лисбон? — спросил добрый голос Брета Стайлза.  — Мистер Стайлз, как хорошо, что вы пришли, — сказала Лисбон, не скрывая сарказма. Стайлз всегда казался ей человеком, имеющим какой-то скрытый мотив. Он взял ее холодную руку в свою, сухую и теплую.  — Патрик занимал особое место в моем сердце. Я не мог не придти. Она посмотрела на пожилого человека, избегая выразительного взгляда его голубых глаз, которые, казалось, полны секретов.  — Уверен, он был бы… удивлен вашим присутствием. Стайлз криво улыбнулся.  — Это подозрительно, вы имеете в виду. Я чувствую ваш скептицизм, но позвольте вас заверить, что я действительно пришел сюда, чтобы отдать ему дань уважения.  — Тогда спасибо. Прошу прощения, мистер Стайлз… Лисбон попыталась вежливо вытянуть свою руку, но Стайлз только тверже сжал ее, заставляя посмотреть на себя.  — Будьте осторожны в той игре, что вы играете, — пробормотал он. — Не у всех есть чувство юмора. Она побледнела под его проницательным взглядом, но сумела вытащить руку, ей нужно было спешить. Очевидно, Стайлз предупреждал ее.  — Мои соболезнования, агент Лисбон, — услышала Лисбон окрик Брета Стайлза, пока отчаянно пробиралась сквозь толпу, игнорируя доброжелателей. ***  — Не бойся, Патрик, — сказал Красный Джон каким-то странно высоким голосом. Джейн подумал, что так убийца пытается замаскировать свой настоящий голос. — Зачем мне убивать тебя после того, как я убил агента Дарси, чтобы спасти твою жизнь? Джейн сглотнул: его опасения подтвердились.  — Ты не должен был убивать ее, — сказал он нерешительно. Его голос был сам не свой, но Джейн почти не слышал его за ударами своего сердца.  — На кону стояла либо твоя жизнь, либо ее; я выбрал твою. Прошу прощения за то, что поставил тебя в такое затруднительное положение. Я чувствую себя частично ответственным за это. Но пусть это послужит тебе уроком, Патрик. Одержимость местью приводит только к смерти.  — Да, — смело сказал Джейн, — и надеюсь, что однажды моя одержимость приведет к твоей. Серийный убийца усмехнулся.  — Что ж, может быть, Патрик. Но не сегодня. Джейн услышал звук поворачивающейся дверной ручки.  — Подожди! — крикнул Джейн, поднимаясь на ноги. — Я хотел бы поговорить с тобой еще немного.  — Я польщен, Патрик, но мне нужно идти. Лорелея сожалела, что не смогла присутствовать на твоих похоронах, но она вроде как в бегах. Она была по-настоящему опечалена известием о твоей смерти. — Лорелея у тебя? — спросил Джейн удивленно.  — Ты думал, она не вернется ко мне? Что твоя ложь и манипуляции заставят ее думать обо мне хуже? Когда ты поймешь, мой старый друг, что единственный путь к истинному счастью — через меня. Лорелея поняла это; возможно, когда-нибудь ты тоже прозреешь. До свидания, Патрик. До новых встреч…  — Нет! — воскликнул Джейн, вслепую обходя стул, и быстро побежал к двери. К сожалению, он споткнулся о то, что он с ужасом опознал как мертвое тело бедной Сьюзен. С вскриком он приземлился на ковёр.  — Кстати, мне нравится твое новое призвание — иронично, — сказал Красный Джон из дверного проема, имея в виду, несомненно, одежду священника. — Правильная идея, но неправильная причина. С места на полу Джейн мог видеть только очертания высокой, темной фигуры в более освещённой прихожей, но затем дверь с щелчком закрылась. Джейн поднялся на ноги и нашёл ручку двери. Он подергал ее, но дверь оказалась заперта. Он попытался включить свет, но с разочарованием обнаружил, что электричество еще не починили. Он пощупал гладкую поверхность дверной ручки и вспомнил, что когда сестра Агнес впустила его, он заметил, что есть только один способ получить доступ к замку — снаружи.  — Проклятие! Красный Джон уходит! Осторожно, стараясь не наткнуться на тело Дарси, Джейн поспешил к окну, выходящему на часовню. Раздвинув занавески, он постучал по окну ладонями.  — Лисбон! Взгляды присутствующих обратились к окну: там стоял священник в черной рясе и в криво сидящем темном парике, который орал как полоумный. Некоторые подумали, что он им кого-то напоминает. А ещё несколько человек сразу узнали его. Патрик Джейн жив!  — Вот сукин сын! — сказал Бертрам, не обращая внимания то, что находился в святом месте. Директор КБР оглянулся в поисках Лисбон и ее команды, но они внезапно исчезли. Бертрам послал своего ассистента, Дрю Йоста, чтобы выяснить, что происходит, и определить, почему Джейн снова решил его публично опозорить. Чо, Ригсби и Ван Пелт прибыли в кабинет отца Брауна в тот же момент, когда Джейн звал Лисбон. Они потратили несколько минут на поиски женщины, которую видели Чо и Джейн, но ее нигде не было. В темном коридоре Ван Пелт включила маленький фонарик, который она держала в сумочке для таких чрезвычайных ситуаций.  — Джейн! — крикнул Чо. — Ты в порядке?  — Я заперт! — ответил Джейн с другой стороны двери. — Вы видели кого-нибудь в коридоре?  — Что? Нет. Трое друзей услышали несколько крепких выражений от редко ругающегося Джейна, а затем:  — Выпустите меня отсюда. Красный Джон запер меня! Троица переглянулась в полумраке.  — Отойди, — сказал Ригсби. На втором ударе дверь резко отлетела внутрь. Ван Пелт высветила фонариком почти истеричное лицо Джейна, который проскочил мимо них и побежал по коридору к заднему входу, которым он ранее воспользовался сам.  — Наверное, он пошел туда, — крикнул он через плечо. Двое мужчин последовали за ним, а Ван Пелт вскрикнула, когда свет ее фонарика упал на тело Сьюзан Дарси.  — Боже мой! Грейс бросилась к женщине, в ужасе от темной жидкости, расплывшийся вокруг Дарси на полу, и которая все еще просачивалась из ее аккуратно перерезанного горла. Она пощупала пульс, но его не было. Женщина была уже мертва.  — Джейн! В дверях стояла Лисбон, тяжело дыша. Ван Пелт посветила фонариком на начальницу. — Нет, босс. Здесь только я. Джейн и парни пошли за Красным Джоном.  — Красным Джоном? — удивленно спросила Лисбон. Она подошла к Ван Пелт.  — Это Дарси, — сказал Грейс, снова направляя луч света на тело. — Она мертва. Где-то кто-то нашел старый ящик с рубильниками и снова включил электричество. Лисбон и Ван Пелт заморгали от яркого света, а затем женщины одновременно ахнули, увидев на стене знакомую ужасную улыбку. Несомненно, Красный Джон был здесь. *** Позже Джейн и Лисбон сидели на скамейке в первом ряду церкви Святого Марка, любуясь обилием растений и цветов, окружающих помост. На полу рядом с Джейном стояла небольшая композиция из лилий. Он в третий раз прочитал карточку. Передавай привет Энджи и Шарлотте. Д.  — Дэнни, — задумчиво сказал Джейн. — Мой шурин. Думаю, он побоялся идти на похороны из-за обилия представителей закона. — После последнего визита полиция все еще разыскивала его. Лисбон взяла Джейна за руку.  — Уверена, он обрадуется тому, что ты жив. Джейн оглядел пустую церковь.  — В отличие от посетителей моих последних похорон, — сухо сказал он. *** Когда Джейн, Чо и Ригсби вышли из церкви, они нашли парковку, заставленную машинами, но ни одна из них не уезжала. Все, кто там припарковался, входили через главные ворота церкви и, скорее всего, уходили точно так же. Втроём они переходили от машины к машине, заглядывая внутрь и снизу, но всё безрезультатно. Как всегда, убийца исчез без следа. Камер видеонаблюдения на парковке не было.  — Может быть, мы можем получить что-то с камер в окрестностях, — оптимистично предположил Ригсби.  — Может быть, — ответил Джейн, нутром чувствуя, насколько это маловероятно. Дрю Йост встретил их в кабинете священника, качая головой от шока и отвращения при виде места преступления.  — Ты это сделал? — спросил он у Джейна, который смотрел на пропитанный кровью ковер.  — Нет, идиот. Это был… Красный… Джон, — Джейн замер, впервые заметив улыбающееся лицо, и его сердце, казалось, остановилось. Красный Джон рисовал эту жуткую картину, пока Джейн трусил за стулом. Лисбон подошла к нему и взяла за обе руки. Он был белым, как простыня.  — Ты в порядке? Он тебя ранил?  — Нет, — он посмотрел на Дарси. — Сьюзан пыталась убить меня. Она обвиняла меня в смерти Уэйнрайта.  — Что? — хором спросили все. Джейн вздохнул и провёл пальцами через светлые волосы (от глупого парика он избавился ещё на стоянке).  — Можете позвать Бертрама. Я не хочу объясняться дважды. Йост вынул свой мобильный.  — Ты чертовски прав, я звоню Бертраму. И почему, позволь спросить, ты одет как священник? *** Теперь, сидя с Лисбон в пустой церкви, Джейн наконец-то позволил себе с облегчением выдохнуть. Криминалисты закончили свою работу в кабинете отца Брауна, и тело Сьюзан Дарси было доставлено в морг. Бертрам, конечно, был в ярости, так же, как Алекса Шульц и сотрудники ФБР. (Отец Браун тоже не был счастлив.) Но всем было проще поверить тому, что рассказал им Джейн, чем рисковать быть втянутыми в ещё одно внутреннее расследованием, которое неизменно приведет их к тому же самому: замять дело, чтобы сохранить лицо. Не согласившись на общую версию, ФБР пришлось бы объяснять, почему один из их сотрудников, недавно выпущенный из психиатрического отделения, преследовал и пытался убить ценного консультанта КБР. Джейн также выглядел подозрительно, так как он был единственным живым свидетелем присутствия Красного Джона, но анализ ДНК и баллистики, безусловно, снимет с него подозрения, или, по крайней мере, сделает его причастность к убийству очень сомнительной. Кроме того, были свидетели, которые подтвердят, что дверь в кабинет священника была заперта снаружи. Джейн тоже выглядел не лучшим образом: сотрудник КБР (с помощью команды) инсценировал свою смерть, да ещё и выдавал себя за священника. После того, как Бертрам и Шульц встретились в ту ночь, стало ясно, что официальным заявлением обоих бюро будет то, что Джейн и команда, совместно с ФБР, пытались поймать Красного Джона, подделав смерть консультанта после того, как серийный убийца вновь начал его преследовать. Результатом, однако, стала несчастная смерть одного из лучших агентов ФБР (недавно вернувшегося из личного отпуска). Дарси будет похоронена с почетом. Джейн совсем не возражал, правда, другого выбора у него не было.  — Это были хорошие похороны, — сказал Джейн Лисбон. — Спасибо. Я даже не думал, что придёт так много людей. — Он действительно был в восторге от этого факта. Лисбон сжала его руку.  — Конечно. Ты помог многим людям за эти годы.  — И столько же разозлил, — сказал Джейн, снова вспомнив агента Дарси. — Бедная Сьюзан. Я прекрасно понимаю, через что она прошла. Если бы Красный Джон не вмешался, я бы мог ей помочь.  — Она выстрелила в тебя прямо перед тем, как он убил ее. Я не желала ей смерти, но я определенно рада, что умерла она, а не ты.  — Ну, я сомневаюсь, что мои следующие похороны соберут так много народа. Люди будут думать, что я консультант, который кричал «Волк, волк!»  — Немногие люди видят свои похороны, Джейн. Ты можешь чему-то научиться. Я надеюсь, что это заставит тебя лучше к себе относиться, позволит увидеть, что ты по-настоящему удивительный человек, хотя, как правило, часто раздражаешь и сбиваешь с толку… Джейн усмехнулся.  — О, правда? — он повернулся к Терезе, и в его глазах засветилась любовь к ней. — Я раздражаю тебя и сбиваю с толку? Лисбон улыбнулась.  — Каждый день, но на другое я и не надеюсь, — ее улыбка внезапно погасла, и она с тоской посмотрела на помост.  — Было трудно притворяться, не так ли? — спросил Джейн. — Извини.  — Это не то, что я хочу повторить еще раз в ближайшее время.  — Я тоже. Он потянулся к Терезе и поцеловал ее, находя утешение в ее мягких губах. Ее руки поднялись, чтобы обнять его за шею, но когда она почувствовала его воротник священника, то резко отодвинулась и бросила взгляд на статую Иисуса на кресте.  — Это неправильно, — сказала Тереза. — Я чувствую, что нахожусь в малобюджетной версии «Поющих в терновнике».  — О-о, — ответил Джейн со смехом, прикасаясь к белой пластинке у горла. — Извини, что оскорбил твои католические чувства. Вы хотели бы в чем-то признаться мне, дитя мое? — спросил он с притворным благочестием, но его глаза лукаво сверкали. — Исповедь очищает.  — Ты невыносим, — сказала Лисбон, но легко поцеловала его. Она встала и посмотрела на обилие растений перед ними. — Что мы будем делать с этим?  — Отправим в больницы и дома престарелых, — предложил он, пренебрежительно махнув рукой. Лисбон взглянула на него с озорной искрой в глазах.  — Даже это? — сказала она, указывая на роскошный венок на подставке.  — Кто послал его? — спросил Джейн с любопытством.  — Уолтер Мэшборн, — ответила она.  — Правда? — он был польщен.  — Да. Хочешь узнать, что написано на открытке? — она вытащила ее из декольте, и глаза Джейна сузились. Лисбон прочистила горло и приготовилась читать послание бывшего любовника.  — Это на самом деле адресовано мне, — пояснила она. — «Тереза, как грустно слышать о трагической кончине Патрика. К сожалению, я не смог приехать на похороны. Ты поужинаешь со мной, когда я буду в городе на следующей неделе? С любовью, Уолтер».  — Что? Она передала ему открытку и смотрела, как он ее читает.  — Вот ублюдок, — сказал Джейн и усмехнулся, но потом быстро посерьёзнел. Было неприятно осознавать, что некоторые мужчины только и ждут его смерти, чтобы занять его место рядом с ней. Мэшборн. Манчини. Киркланд. Стоит помнить об этом. Его спасительница встала на колени перед статуей и перекрестилась, после чего с улыбкой повернулась к нему. Он галантно протянул ей руку, и они направились к выходу из церкви, их шаги эхом отдавались в пустой часовне.  — Думаю, тебе лучше держаться подальше от неприятностей, — сказала Лисбон, положив голову Джейну на плечо. — По моим подсчетам, у тебя больше не осталось жизней…