МорМорные драбблы

3+1, NC-17, для River Wild. ------------- Себастьяну нужен Джеймс, целиком и полностью, так было и так будет. Но Джеймс Мориарти — это ящик Пандоры, никогда не знаешь, что внутри, какая из его личин доминирует на сей раз. Он словно переключается между режимами, функционирует то в одном, то в другом, делая это естественно и легко. Самый талантливый из актёров. Он не играет, он живёт, и в нём живут десятки личностей. Себастьян не знает, как к этому относиться. Он пытается радоваться тому, что, по крайней мере, три ипостаси из многих его любят (если это слово вообще применимо к Мориарти). Джеймс-Джим-Ричард. Они совершенно разные, мало в чем похожие. Нужно время, чтобы перестать быть одним и начать быть другим. Джеймс острый, как бритва, гибкий, как удавка. Он впивается ногтями Себастьяну в спину, нажимает, ведёт вниз. оставляя алые полосы. Джеймс всё время переворачивается, меняет их местами так, чтобы оказаться сверху, седлает бёдра Себастьяна. Он хочет всё контролировать — глубину толчков, их темп, Себастьяна. Руки Джеймса сжимаются у того на горле, глаза становятся дикими, опасными. Он склоняется ниже, кусает в плечо больно, отчаянно, как смертельно раненное животное. Джеймс зовёт Себастьяна "Моран" и хрипло рычит, кончая, рвано выдыхает, сильно зажмуривая глаза и кусая губы. Джим текучий, как ртуть, манерный, мурлычащий. Развратный. Он льнёт к Себастьяну, тянет "Сееееееб", оплетает его руками и ногами. Джим трётся бесстыдно, откровенно, он стонет в голос, не скрывая ни одной своей реакции. Сползая ниже, Джим, призывно улыбаясь, заглатывает член Себастьяна, обводит языком головку, слизывая смазку, рукой обхватывает ствол и начинает двигаться, то синхронно, то в резонанс, губами и ладонью, замедляясь и ускоряясь. Сперва он придерживает Себастьяна за бёдра, но в конце неизменно позволяет ухватить себя на волосы и трахать в рот быстро, резко, безжалостно. А ещё Джим позволяет стереть следы косметики со своего лица, он довольно прикрывает глаза и прижимается к Себастьяну всем телом, утыкаясь куда-то в шею. Ричард — Ричи — мягкий и хрупкий, доверчивый, словно ребёнок. Он всегда нежен, смотрит широко распахнутыми глазами, выдыхает "С-себастьян!.." и краснеет пятнами, чувствуя губы на своем теле. Ричи тихо вздыхает, опуская ресницы, и кусает губы, стараясь не стонать. Он отчаянно жаждет прикосновений Себастьяна и испытывает из-за этого смертельную неловкость. Моран долго готовит его, прежде чем войти, а двигается медленно и осторожно, лицом к лицу, ловит каждый сдавленный вздох, сцеловывает его с мягких губ. На пике удовольствия Ричи всё-таки срывается и стонет, и в его стоне отчетливо угадывается имя Себастьяна. Моран давно перестал разделять вещи на правильные и неправильные, чёрные и белые. Реальность всегда оказывается другой — разноцветной и выпуклой, иррациональной, не поддающейся законам логики. В точности как человек, которого Себастьян выбрал и который выбрал его. Некоторые вещи нужно просто принять. И когда по утрам он просыпается рядом с Мориарти, Себастьяну интересно только, кто именно вскоре проснётся рядом с ним.