МорМорные драбблы

G, сюр %) для River Wild ------------------ — Мне нравятся маки, — вынес Джим вердикт, когда маков стало показываться всё больше и больше среди обычных цветов. Их аромат становился всё сильнее. Сладковатый, тяжёлый, он втекал в ноздри и добирался до мозга, парализуя его. — Такие красивые... Такие красные. Словно кровь. — Нам нужно спешить, Джим, — Себастьян выглядел забавно со своими львиными ушами. — Это поле небезопасно, и этот запах... — он передернулся. Джим улыбнулся. — Он опьяняет, мой дорогой Моран, — он улыбнулся и продолжил путь. Себастьян шёл чуть впереди, и болтающийся из стороны в сторону хвост завораживал, так и просил ухватиться, потянуть... Джим широко зевнул. Маковое поле простиралось так далеко, насколько хватало взора. Джим приложил ладонь к глазам, спасаясь от палящего солнца, но не увидел ничего, кроме алого моря. Он поудобнее перехватил корзинку, в которой лежала беретта. — Нам нужно поставить это поле под свой контроль, — пробормотал Джим. — Только представь, какую прибыль мы будем получать. — Разумеется, Джим, — отозвался Себастьян, и кисточка на его хвосте пощекотала Джима под подбородком. — Как скажешь, Джим, — улыбнулся Себастьян и широко зевнул. — Ты такой классный босс, — пробормотал Себастьян, сворачиваясь клубочком. — Какого черта? — на полном серьёзе вопросил Джим. Маки окружали его, кивая ярко-красными головами, и Джиму казалось, что они бормотали что-то. "Любуйся нами". "Восхищайся нами". "Останься с нами". Он схватился за беретту, та оттянула руку, тяжёлая, прохладная, и Джим прицелился куда-то в алое море: — Что за нахрен? — спросил он. — Себастьян, ты спишь, что ли? — поинтересовался он. — Я тебя уволю, как проснешься! — пригрозил он. Маки продолжали покачиваться из стороны в сторону, и Джим завороженно следил за ними, постепенно тонул в этом ярко-красном море. Маковая сладость обступала его со всем сторон, и Джим боялся, что захлебнётся алым, захлебётся маковым безумием... Он вытащил из корзинки беретту и успел выстрелить несколько раз. * — ... босс? Черт возьми, Джим, открой глаза, — раздался знакомый голос, и ничего не оставалось, кроме как послушаться. Мориарти с трудом разлепил веки. — Где твои уши и хвост, Себастьян? — поинтересовался он подозрительно, когда зрение всё-таки к нему вернулось. — Джим, — голос Морана звучал почти ласково, — ты в порядке? — Ну да, — Джим прислушался к ощущениям. — Ты больше не будешь самолично провобать товар? — допытывался Себастьян, и Джим попытался вспомнить, что же было до того, как алые коварные маки обступили его со всех сторон. — Я — Элли, — заявил он. Себастьян закатил глаза. — Хоть сам Гудвин. Я больше не буду применять на тебе свои навыки реанимации, когда ты перестанешь дышать, — проворчал он. Джим с трудом кивнул. — Мне снились маки, — пробормотал он, проваливаясь в какую-то полудрему. — Красивые алые маки. Ты спал среди них, и у тебя был хвост. — В таком случае, Элли, хорошо, что ты проснулась, — Себастьян покачал головой и покосился на монитор. Показатели были в норме. — Смотри, у меня нет хвоста. И ушей. А теперь отдыхай. Кажется, ему потребуется немного магии, чтобы разобраться с теми, кто осмелится подобраться к Джиму слишком близко. Винтовка уж точно подойдёт. Даже если это будут коварные красные маки. Самое страшное, что главный враг Джима — он сам. Себастьян покачал головой и взял книгу, лежащую на тумбочке Джима. "Волшебник изумрудного города", надо же. Неудивительно, что ему снилась всяческая ерунда. Себастьян собирался это исправить.