То, что побеждает смерть

      Она лежала передо мной, обманчиво доступная и слишком нереальная, чтобы я мог поверить в то, что вижу. Нашатырь быстро привёл её в чувство, и Тигрица, испуганно приподнявшись, тут же в страхе отшатнулась к стенке. К счастью, я предусмотрительно привязал её за лапы к кровати, да так, что она ни за что не смогла бы освободиться. Попробовав вырваться, она поняла, что не сможет, и хотела позвать на помощь, но я упредил этот порыв.       - Не нужно кричать, Тигрица. Я знаю, зачем ты здесь. Если позволишь всё тебе объяснить, обещаю, что развяжу тебя.       Её прищуренные глаза с недоверием уставились на меня, но меня это не смутило. Присев рядом, я начал свой рассказ, и на всём его протяжении Тигрица ни разу меня не перебила. Разумеется, она не верила в то, что кто-то мог выжить после захвата вукси. А когда, завершив повествование, я выразил надежду на то, что она поможет нам с Джуди выходить Шифу и изменить его ко мне отношение, она долго не решалась ответить. Как и обещал, я развязал ей лапы. Удара не последовало – Тигрица осталась сидеть на койке. Я сел обратно на стул и замер в ожидании. Её глаза были опущены, она о чём-то думала и едва заметно дрожала. Наконец, собравшись с мыслями, Тигрица произнесла:       - Я не знаю, как к тебе относиться. Ты сделал всё для моего… для нашего отца, но если он не принимает нового тебя, я бессильна.       - Понимаю, - найдя в себе смелость коснуться её лапы своей, кивнул я. Она вздрогнула, но не убрала её. – И всё же надеюсь, что время поможет ему свыкнуться с этой мыслью и принять меня. А пока я хотел бы услышать от тебя подробности того покушения. Вы прибыли в США вдвоём, или с вами ещё кто-то был?       - Нет, - покачала головой Тигрица. – Только я и отец. Мы направлялись на встречу с мастерами, но по дороге мне пришлось расстаться с отцом, так как ученики должны были собраться отдельно. Я представляла нашу школу ушу, как лучшая из молодых мастеров Китая. Нашего По мастер Шифу посчитал недостаточно квалифицированным…       - Ну ещё бы, - хохотнул я.       Тигрица с грустью вздохнула.       - А когда я была на месте, нам сообщили о нападении. Кто это был и с какой целью напали – никто не знал. У меня ушло много времени на то, чтобы выяснить, в какую больницу его увезли. Тай, - с мольбой произнесла мастерица, - позволь мне увидеть его, поговорить с ним. Я глубоко потрясена тем, что мастер потерял речь и остался без ноги, и самостоятельно он ни за что не выкарабкается, ты и я должны ему помочь.       - Может, отложим до завтра? – осторожно предложил я. – Заночуешь здесь, я как раз собирался ко сну. За отцом сейчас приглядывают, не волнуйся. Он в состоянии глубокого сна – сама понимаешь, шок ещё не прошёл, незачем его так часто волновать…       - А… если я лягу здесь, то где же будешь спать ты? – смущённо спросила Тигрица.       Разумеется, я, как истинный джентльмен, указал на пол.       - Да прямо тут. Я же бывший воин кунг-фу, мне не привыкать.       - Нет-нет-нет, и слышать не хочу. Ляжешь рядом, - вдруг заявила она.       Честно признаться, я обалдел.       - Исключено. Не поместимся.       Тигрица хитро прищурилась.       - А ты пробовал?       - Н-нет, но… - не успел я ответить, как тут же был увлечён её железной хваткой на койку. Щёлкнув выключателем, Тигрица стала с жадностью освобождать меня от халата и штанов. Больше не в состоянии сдерживать свои истинные чувства к ней, я вцепился в её одежду и стал лихорадочно раздевать.       Нам было неважно, что в любой момент сюда мог войти в моих поисках кто-нибудь из коллег, и вскоре мы превратились в одного сильного, изголодавшегося по добыче хищника, страсть которого выплёскивалась наружу, более не сдерживаемая ничем. Поначалу полагая, что так она благодарит меня за спасение отца, я вскоре понял, что был неправ. Когда мы оба утолили свою страсть, она призналась мне в любви. Как оказалось, Тигрица ещё с детства жалела меня, все эти двадцать лет, а когда По меня «убил», долго не могла с этим смириться. Ей перед всеми приходилось надевать маску радости, уважительно относиться к По, даже обнимать его перед сражением в Гун Мене… Но в сердце всегда был и оставался мой образ. Внезапно я осознал, сколь, должно быть, велико сейчас её счастье. И если к мастеру Шифу вернётся речь, быть может, он, наконец, простит меня и примет обратно, как сына. Смогу ли я уехать с ними в Китай? Вряд ли, пока моё место занято этим тупым пандой. Здесь, в США, у меня есть всё: дом, работа, друзья, Сенди, которую я охмуряю и с которой ссорюсь. Тут моя новая, полноценная жизнь, я крепко врос корнями в эту землю, которая приняла меня теплее, нежели родная, откуда я был изгнан. Но и расстаться с Тигрицей я бы не смог. Решив спросить её мнение, я заметил, что она уже спит. Уснул и я сам, решив, что мысли о будущем подождут.       Утром мы заглянули в палату. Тигрица бросилась к мастеру, даже не заметив сидевшую рядом Джуди. Совсем позабыл сказать Тигрице, что Джуди ей в каком-то роде сестра.       - Это ещё кто? – недовольно зыркнула она, косясь на ласкавшую отца Тигрицу. – Лео, Лео Сноусон, ты порою просто невыносим!       - Как он? – вместо объяснений спросил я её.       Малая панда чуть успокоилась.       - Пока не приходил в себя.       - Хорошо, можешь быть свободна, - улыбнулся я. – Думаю, твоя помощь сиделки нам больше не понадобится.       - Ну и отлично, - Джуди спрыгнула со стула и направилась к выходу, но я её остановил.       - Погоди, я должен кое-что тебе сообщить.       - Ну что ещё? – обернулась она.       - Это Тигрица, - представил я сестру. – Она приёмная дочь мастера Шифу и в какой-то степени твоя сестра.       Тигрица и Джуди с самым глупым видом воззрились друг на дружку.       - Ну а я, получается, ваш брат, - добавил я для полной идиллии.       Повисло молчание, которое первой прервала, разумеется, вспыльчивая Джуди.       - Знаешь, Лео, я бы сейчас много чего тебе сказала, но, к сожалению, а быть может, и к счастью, у меня работа. Давай как-нибудь позже соберёмся все вместе и побеседуем на эту тему – скажем, тогда, когда очнётся… отец, - с непривычки она произнесла это слово чересчур грубо. – Ну а пока – пока!       И вышла из палаты.       - Ну что, Тигрица, ты счастлива? – улыбнулся я, наблюдая, как, вновь переключив внимание на мастера, она гладит и целует его.       - Более чем, - удовлетворённо промурлыкала она и вдруг подняла голову. – Но я и в глубокой печали. Когда же он очнётся, Тай? Всё это так внезапно: нападение, родственные узы с этой Джуди, твоя новая жизнь… Ты же не уедешь с нами обратно в Китай?       - Нет, - сознался я. – Это было бы для меня слишком – бросить всё нажитое и вернуться туда, где мне уже нет места. Я хотел поговорить с тобой об этом вчера, но ты уснула.       Послышался лёгкий стон. Мы разом обернулись на звук и увидели, что мастер Шифу открывает глаза.       Тигрица просияла. Я поднялся, собираясь покинуть палату, и сестра поняла, что от неё требуется.       - Постарайся его убедить, - прошептал я с надеждой. Она кивнула, обратив взор на отца, и я вышел за дверь.       - Лео!       Звук знакомого голоса тут же выбил у меня из головы все тревожные мысли, потому что в конце коридора, загораживая проход своей массивной тушей, стоял Брюс. Памятуя о нашей с ним ссоре, я сделал вид, что не замечаю его, и двинулся в сторону лестницы. Нет, я, конечно же, очень хотел помириться с ним, вот только совсем не ожидал, что первый шаг сделает именно он.       - Лео, постой!       Я остановился, не оборачиваясь. Торопливая поступь и сбивчивое дыхание – и вот манул стоит позади, не решаясь озвучить причину своего оклика. Я по-прежнему молчал.       - Ты злишься на меня, да? – его слегка обиженный голос просто не мог оставить равнодушным. И всё же я ответил:       - Есть немного.       Он помолчал, хмурясь, а затем добавил:       - Прости меня, Лео, если можешь… Мы с Сенди просто вспылили немного. Я обдумал всё сегодня утром и сделал вывод, что зря. Мы работаем вместе, Лео, мы закадычные друзья, и я бы хотел, чтобы так было всегда. Ты простишь?       Я обернулся. Глаза Брюса источали такую трогательную мольбу, что пришлось моментально сдаться.       - Прощаю,- улыбнувшись, я заключил его в крепкие дружеские объятья. Он обнял меня в ответ и даже всплакнул.       - Сенди, полагаю, мириться не придёт? – спросил я его. Манул пожал плечами.       - Сегодня я её ещё не видел. – Тут он встрепенулся. – А как твой отец?       - Джуди дежурила сегодня всю ночь, - сообщил я. – Но, видно, вчера мы перестарались со снотворным. Он только сейчас пришёл в себя, с ним моя сестра.       - Твоя кто? – Брюс остолбенел.       - Она вчера пришла сюда, - пояснил я. Когда Брюс узнал подробности, в которые я не включил нашу с Тигрицей близость, он даже присвистнул.       - Ну ничего себе поворот! А кто именно напал, она не знает, да?       - Конечно нет, откуда ей это знать? В момент нападения отец был один. Сейчас Тигрица попытается уговорить его не бояться меня. Надеюсь, она сумеет объяснить, что я уже не похож себя прежнего. Хоть бы ей это удалось.       - Слушай, а можно на неё взглянуть, ну… всего лишь одним глазком, - вдруг попросил Брюс, улыбнувшись совсем как чеширский кот. От такого заявления у меня едва челюсть не отвалилась, но и говорить, что Тигрица моя возлюбленная, было нельзя, иначе Брюс совсем запутается в том, кем она мне приходится.       - Не сейчас, - отрезал я и потянул его за собой вверх по лестнице. – Давай лучше найдём Джонсона. Он должен осмотреть мастера и решить, как нам его выхаживать дальше.       - Погоди. Она хоть красивая? – не унимался манул.       - Настолько, что у тебя глаза вытекут, лучше прибереги их для работы, - съязвил я.       - Ты бы первым помирился с Сенди, - помолчав, выдал Брюс, поднимаясь по ступенькам позади меня. Я расценил это, как вопрос.       - Нет. Это она пускай приходит. Ты же переступил через свою гордость.       - О чём ты говоришь, Лео? – удивился манул. – У меня этой самой гордости никогда не было.       - Ну вот видишь, - усмехнулся я, и тут где-то внизу раздались странные, похожие на выстрелы звуки.       Мы остановились.       - Что это? – нахмурился Брюс. Это у него всегда выражало крайнюю степень удивления.       - Быстро наверх! – я рванулся вперёд. – Перебежим коридор и спустимся с другой стороны!       - Лео, не так быстро! – бедняга Брюс не поспевал, а я, сбросив халат, мчался на пределе сил, пока не понимая, зачем вообще тащу за собою друга, ведь внизу опасность, там стреляют…       А вот и лестница. Брюс за это время пробежал лишь половину коридора, и я подал ему знак оставаться там и спрятаться в одной из палат. Он кивнул и последовал совету с явным облегчением. Бедняга, должно быть, ещё не понял, что именно творится внизу, потому и послушался. В противном случае он бы меня одного не оставил. Ну а я бросился навстречу опасности.       Нужно было найти Джонсона и тоже обезопасить его, и я, спускаясь по лестнице в бешеном темпе с третьего этажа, беспрестанно звал его. Меня провожали взглядами испуганные коллеги, и среди них не было ни Джонсона, ни Сенди, ни Джуди. Хоть бы и Тигрица оказалась далеко от тех, кто посмел стрелять в моей больнице.       Я преодолевал последний пролёт и тут увидел, что прямо ко мне мчатся двое одетых в камуфляж снежных барсов. Они были такими хилыми, что мне без труда удалось их обезвредить, сломав хребты, когда они напали, и сбросив с лестницы. Одним прыжком преодолев оставшиеся ступени, я оказался в холле госпиталя.       Картина, которую я увидел, была ужасной: трое таких же барсов громили регистратуру, поминутно стреляя по лежавшим на полу сотрудникам, а ближе к коридору спокойно стоял маленький рыжий зверёк, похожий на Шифу. Я мгновенно узнал его: это был Джун Джи, а барсы – его банда. Привезённая из Китая. Я и подумать не мог, что он отслеживает перемещения мастера и способен вслед за ним даже океан преодолеть. Отец рассказывал мне про него. Являясь заклятым врагом мастера, Джун Джи стремился захватить власть над Нефритовым дворцом и всей Долиной Мира. Он считал кунг-фу, которому Шифу обучал своих учеников, неправильным, что будто бы знает, в чём его подлинная суть, хотя они с мастером обучались у одного и того же Учителя – Угвея. И теперь, увидев Джун Джи, я уже точно знал, кто причастен к нападению на отца. Джун Джи пришёл сюда, чтобы добить противника, но не знал, что увидит здесь того, кому полагалось давно быть мёртвым – меня.       Его взгляд встретился с моим. На краткий миг лис очень удивился, но затем в его лапах оказался нехилый обрез, и я вовремя подпрыгнул, спасаясь от выстрела.       Входные стеклянные двери госпиталя с оглушительным звоном разлетелись на осколки, а я приземлился прямо на Джун Джи. Он успел что-то крикнуть своим барсам, и те бросились прямо ко мне так быстро, что мне пришлось оставить их Учителя и дать дёру.       Я мчался по опустевшему коридору, а за мной гнались трое барсов. На повороте я с кем-то столкнулся, и этот кто-то оказался Джонсоном. Не успел я крикнуть «Бегите!», как он, увидев барсов, прыгнул вперёд, гневно прокричав, чтоб убирались отсюда. Я попытался схватить его и заслонить, но не успел: один из них вскинул пистолет и выстрелил в Джонсона. Он упал к моим ногам, захлёбываясь кровью.       Из моего горла вырвался совершенно дикий, звериный вопль. Впервые в жизни я совершенно не контролировал себя, не сознавал, что творю. Очнулся только тогда, когда меня схватили сзади и попытались отнять что-то, что я не переставая колошматил об стенку.       Вздрогнув, я очнулся. Позади стояли Сенди и Тигрица и с ужасом взирали на меня. Сам же я был на коленях в луже чьей-то крови. Вокруг меня валялись тела троих барсов, а в лапах находился истерзанный трупик Джун Джи, кровью которого я заляпал всю стену и пол. Раненого Джонсона нигде не было.       С трудом разжав лапу, я взглянул затуманенным взором на кошек. Казалось, речь моя исчезла так же, как и у Шифу. Что-то бессвязно промычав, я запнулся и вдруг заплакал от огромного облегчения. Сенди и Тигрица бережно подняли меня и оттащили от места кровавого побоища.       Спустя несколько минут, когда они напоили меня водой, по-прежнему ничего не спрашивая, я, наконец, хрипло выговорил:       - Джонсон…       - Его уже оперируют, - ласково произнесла Сенди.       - А… отец?       - С ним всё в порядке, - дрожащим от волнения голосом сказала Тигрица. Присев передо мной на корточки, она взяла мою морду в ладони и легонько чмокнула в нос. – Мы боялись к тебе подойти – ты рвал и метал, был сам не свой, пока мы тебя не увели. Ты и нас бы порвал без труда, но, слава Будде, выдохся на Джун Джи. Он бросился на тебя от отчаяния, увидев, что все его барсы зверски убиты. Всё сделано верно, можешь себя не корить. Джун Джи глупо поступил, полагая, что жизнь мастера Шифу некому здесь охранять.       - Мы встретились с ней в коридоре, - кивнула на Тигрицу Сенди. – Она назвалась твоей сводной сестрой, это так?       Я кивнул. Вдруг Сенди подалась вперёд и крепко обняла меня.       - Понимаю, сейчас не время, - тихо сказала она. – Просто прости меня, Лео. То, что произошло – по-настоящему ужасно. Нам следовало бы учесть такой вариант развития событий. А всё из-за того, что мы были не вместе из-за ссоры. Остаётся надеяться, что мистер Митчелл выживет… Прости меня, если можешь.       - Прощаю, - выдавил я из себя, но не потому, что не желал мириться – просто сейчас действительно было не до этого. Впереди были объяснения с полицией, которая вполне могла посадить меня за кровавую расправу, ведь доказательств, что именно Джун Джи напал на Шифу, у меня не было, а если мастер так и не обретёт речь, либо обретёт, но воспользуется шансом снова упечь меня за решётку, мне конец. Вся надежда была на Тигрицу. Но я не успел спросить её, смогла ли она убедить мастера простить меня. К нам подошёл один из моих коллег, его халат был в крови. Мы уставились на него втроём, понимая, что либо он нас обнадёжит, либо…       Хирург-сервал открыл было пасть, но тут послышались знакомые шаги, и к нам подбежал Брюс. Он-то и сказал нам то, чего мы так боялись услышать:       - Лео, мистер Митчелл только что скончался…       Старому сентиментальному манулу больше не было нужды сдерживать слёзы - впрочем, как и всем нам.