Два слова.

Любовь не спрячешь за стенами,  Она пронзает все кругом И бьет могучими крылами Спокон веков и день за днем.  Маттиас Клаудиус.

Когда собака отдана хозяйке, а вся Тула просмотренна вдоль и поперёк, можно ведь и поработать, не так ли? День стоит солнечный, такой одуряюще солнечный, что хочется спрятаться куда-нибудь от надоедливых лучей, что проходят через маленькие окна концертного зала. А лучше всего вернуться в отель, а не просиживать пятую точку на кресле и ждать, пока вызовут импровизировать. На этот раз в бутылке Антона не вода, а кофе, чтобы хоть немного взбодриться и не уснуть прямо на сцене. Но Антон кофе не любит, если честно, оно на вкус похуже стряпни его старшей сестры (вещи разные, но Антон всё равно сравнивает). Шастун кофе не любит, все варят его не очень вкусно. В Туле Шастуну не особо понравилось, даже кофе у них на вкус такой дешёвый, что хочется вылить его на голову тем, кто его заваривал. Антон кофе не любит, но он глаз не смыкает третьи сутки и теряет внимательность, а внимательность ему нужна. Антон – жуткий привереда, слишком не любящий уезжать куда-то далеко от дома.  Антон жутко преувеличивает, но истина у него своя, а упрямости он обучен у Стаса.  Антон ни за что не признается, что он не прав. Солнце нещадно печёт, так, что будь у Шастуна силы, он бы отодрал этот жёлтый кусок неба и спрятал бы глубоко-глубоко. Антону не нравится надоедливое солнце, Антону не нравится кофе, Антону не нравится весь этот мир, весь смысл которого входит в одно слово – несправедливый. Шастун злится на свою привычку приходить не вовремя, а раньше. Антон должен играть свою роль, а актёр из него прекрасный, но настроение ниже нуля (как и температура на Аляске), но Антон пытается не фырчать и не бубнить. Выходит хреново, но он старается.  Антон не любит солнце.  Антон любит холод.  Антон обожает играть.  — Итак, в этой импровизации две девушки должны поставить двух наших парней в какую-нибудь странную или смешную позу, — заговорил Стас. — А они, в свою очередь, должны придумать сценку, подходящую под их позу, — Стас сделал паузу и уже чуть громче добавил, — Арсений Попов и Антон Шастун. Девушки поднимаются на сцену как раз в тот момент, когда у Антона появляется желание крушить, что ломает идеального Шастуна.  Антон – спокойный.  Антон – хладнокровный.  Антон – бездушный.  Шастун лишь кивает, не желая портить всё своими раздражёнными интонациями.  Через пару минут девушки, которые, наверняка, были шипперами, заставили Антона и Арсения встать так, что парни соприкасались лбами. Руки Антона лежали на плечах Арсения, чуть сжимая его футболку, а Арс в то время обнимал Шастуна за талию. Обоим было не по себе. Где-то в глубине зала послышался счастливый девичий визг, а девушки, уже вернувшиеся на свои места, дали друг другу «пять» и довольно хихикали, прикрывая рты ладонями. В зале так много народу, что дышать становится нечем. Антон искренне радуется, что у него дома никогда такого не будет. Здесь несложно затеряться, здесь слишком легко потеряться. А ещё оступиться, сломать ногу, руку или любую другую конечность. Здесь легко сойти с ума, расшатать нервы и, может быть, убить кого-то. Концертный зал – огромное сборище. И всё это сборище наблюдает за ними.  Арсений – тёплый, как мягкий плед, которым Антон словно пытается Попова укрыть, но тот дёргает ногами и руками, едва понимая, что делает. Наверно, Арсению не нужен плед, Арсению хватит Антона.  Арсений смотрит равнодушно, не моргает. Он не делает ничего, лишь смотрит голубыми радужками, проникая в чужое сознание. Глаза у него красивые, такие невообразимо большие и бездонные, наполненные лазурью. Он смотрит спокойно и холодно, но от одного его взгляда становится страшно, страх попадает в кровь вместе с ужасающим взглядом голубых глаз Арсения Попова. У них нет отношений.  Только боль в прошлом, отсутствие эмоций в настоящем и несуществующее будущее.  У них нет отношений.  Только лёд внутри.  Твёрдый, крепкий, непробиваемый.  Только лёд.  Антон Шастун и Арсений Попов – стараются выглядеть холодными и ледяными. Антон Шастун и Арсений Попов – стараются выглядеть одиноко.  Антон Шастун и Арсений Попов – стараются выглядеть пустыми.  Они не живут, они существуют.  Они не чувствуют вкуса жизни. Телесная оболочка, с выжженными душами. Антон Шастун и Арсений Попов – мёртвые. Жизни нет, как и смерти.  Ничего нет.  Это, наверное, судьба. Влюбляться в самых ярких, громких, нереальных и неприступных, тех, что не для Антона.  В тех, что никогда не ответят ему взаимностью.