Абсурд

Горячее дыхание Чона соскользнуло вниз по подбородку. Омега отстранился от брюнета, ощутив шероховатые ладони под футболкой, что прошлись вдоль грудной клетки. Юнги мельком скосил взгляд в сторону двери. Чонгук последовал его примеру, в отличие от старшего, замерев, всё ещё продолжая прижимать тело альфы к стене. Но зрелище всё же стоило спектакля. Растерянный Пак с немым вопросом застыл, не решаясь перешагнуть порог. В душе гнусный Мин победоносно улыбнулся. Наяву же удостоил равнодушным взглядом. Омега съежился. — Невежливо заглядывать в чужие квартиры, Чимин, — Шуга хмыкнул, отстраняясь от Чона, что теперь с сомнением смотрел то на него, то на Пака. Юнги была непонятна подобная смена в лице Чонгука. Чимин, словно получив хорошую пощечину, вздрогнул от укора в голосе старшего, сжавшись. Взгляд омеги метнулся к Чону, тот растерянно моргнул. — Не знал, что ты не один, — обычно дружелюбный Пак переменился в лице, смотря на знакомые черты лица. — Не хотел вам помешать, хотя и узнал о хёне в кои-то веке нечто новое. Как-то раньше не замечал за тобой интерес к бетам. Кто бы подумал, что ты переключился. Язвительность в голосе младшего была неприятна Юнги. Чонгук рядом хмыкнул, привлекая к себе внимание: — Извини, я тебя даже понимаю, но к бетам относить меня точно не стоит. Взгляд Чимина выражал недоверие, однако выражение лица Гука не менялось, и Пак, хлопая глазами, понял сам факт — не солгал. Долбанная правда, чтоб её. Мин с неприязнью отметил, как брови омеги болезненно нахмурились. Заметил и Чонгук, внимательно следивший за парнем напротив. Юнги засомневался: эгоистичное желание причинить боль из чувства мести оправдало себя, но, с другой стороны, в воспоминаниях ещё бродили теплые чувства к человеку напротив, и Юнги чувствовал себя крайне скверно. Пак отвел взгляд от двух пар глаз, отступив к выходу. — Я пойду. Прости, хён, — звучало сухо, но Мин слышал болезненный зов о помощи. Фигура Пака скрылась за дверью. — Блять, — и Мин согласился с глубокомысленным заключением Чонгука, вылетев следом за Чимином. Сбегая по лестнице, в глаза кинулись два знакомых силуэта: один принадлежал Паку, другой же являл собой Хосока. Пробормотав что-то бете, Чимин скрылся за поворотом, прибавив шаг, переходя на бег. Хоуп, заметив Мина, подошёл к старшему, непонимающе смотря то на того, то на место, где скрылся Пак. — Воу, чувак, что у вас там произошло? — Потом, Хоуп! Альфа миновал своего друга, отскакивая и нагоняя Пака. Макушка омеги как раз попалась в поле видимости, и Юнги схватил руку того, обернув Чимина к себе. — Да стой же ты, глупый! — на попытку вырваться Мин не стал церемониться, встряхивая студента. Омега сдался, прекращая попытки сбежать, но упрямо отводил взгляд от злого взгляда напротив. То, что Юнги был в ярости, ясно и без слов. — Прекрати строить из себя жертву. — Я не… — Нет, ты как раз это и делаешь. Или скажешь, что я не прав? И этот обиженный вид советую засунуть себе в зад. Ты не вправе обижаться, и прекрасно это знаешь. Не спорь. Не думай, что я когда-либо забуду. Не забуду, Чим. Я смирился, и воротить давнишние раны опять, поверь, особого желания у меня нет. Так что прекращай. Пак вздрогнул, сжимаясь. — Я уже понял, Юн. Слова Юнги были резковаты, но парень знал, что по-другому в их деле и не может быть. Ему надоело быть мягким с Чимином, ему, правда, всё осточертело до чёртиков. И даже стоял он здесь вовсе не для утешения Пака. — Твои вкусы и этот омега... Всё изменилось, да, Юнги? — Чимин иронично приподнял кончики губ, запустив пальцы в светлые пряди. — Хотя да, красавчик же. — Поменьше сарказма, Чимин, — альфа раздраженно скрипнул зубами. — Не ревнуй. — Я не!.. Мин вздохнул. — Я надеюсь на это. Даже если бы между нами что-то и было, но ты не вправе решать за меня, — Юнги поднял на омегу прямой взгляд, не отрывая контакт. Дрожь, прошедшая по телу Пака, не осталась не замеченной. — Не смей. У тебя был выбор, и ты сделал его. Этого достаточно, Чимин, баста.

***

Хосок растерянно осел на стул, бегло бросив продукты на стол, не особо задумываясь, что некоторые из них требуется поместить в холодильник. Бета в который раз за последние минут пять переваривал в голове полученную информацию. Понимал Чон всё пустыми обрывками и догадками. Но Хоупу в кои-то веке действительно было интересно, что произошло в его отсутствие. Казалось бы, отсутствовал всего полчаса с небольшим, а может, и того меньше, и вот события так стремительно развивались. Хотя на что-то подобное Хоуп и рассчитывал, оставив друзей наедине. Их встреча не могла пройти без приключений, это с самого начала стало понятным. И всё же любопытство съедало его. Хосок моргнул, слыша шаги позади. Нервно улыбнувшись Чонгуку, он следил за парнем, не сводя взгляд. Тот шёл в его направлении, проходя мимо пустующих столов. Юнги закрыл кафе на обед, что должен был закончиться ещё десятью минутами ранее. Чон, по всей видимости, пришёл на шум тех двоих. — Гукки, голоден? Чон поморщился. — Может, прекратишь называть меня так? — Так я любя. Чонгук скривился, присаживаясь подле старшего. Видимо, из-за отсутствия клиентов, Чон решил не идти за своё излюбленное место. Хосок напряженно осматривал профиль младшего. — Ну что? — Гук раздраженно поднял взгляд. — Видел, как Юнги спускался от тебя… Что там у вас произошло? Чон не спешил с озвучиванием ответа. Парень странно уставился в известную ему точку, не спуская с той взгляд. — Его бывший? — по тому, как вздрогнул Хоуп, омега сделал для себя вполне очевидные выводы, легко усмехаясь. — Выходит, и вправду бывший. Нашёл же я себе приключения на задницу. А ведь, как знал, надо было просто наблюдать за цирком. Сами бы разобрались. На будущее, стоит включить режим «мне_посрать» на всё, что касается других. — Чонгук, что ты?.. Чон выдохнул, поднимаясь с мебели. — Не захламляй голову, Джей. Просто влез в дела, не касающиеся меня. И пусть Чон говорил так, однако его слова действовали с противоположной силой, заставляя гадать о произошедшем ещё больше. Казалось бы, кто угодно, но именно Чонгук не должен был влезать в отношения той парочки. Хосок отчего-то был убеждён в этом.

***

Чонгук лениво раскинулся на диване, чувствуя едва заметную усталость в теле. Пока организм позволял парню, тот наслаждался минутами спокойствия. Только тот самый организм совершенно и не позволял. Посмотрев на деревянный планшет рядом, Чон вспомнил разговор с Хосоком. Гук давно думал за внутренний выход в кафе из галереи, однако всё руки не доходили до осуществления задуманного. Впрочем, с недавнего времени студенту приходилось думать об этом по нескольку раз на день. Чон устал от вечных походов на улицу. На первый этаж кафе омега не мог спуститься: не хотел привлекать излишнее внимание Хоупа или того же Юнги. Его самочувствие значительно ухудшилось, но, как говорил доктор, то была естественная и вполне нормальная реакция организма. Чонгук вполне благодарен, что хотя бы запах красок не вызывал череду рвотных позывов. Что странно, вообще-то. Но и на том спасибо. Стоило поблагодарить хотя бы за это. Последние полчаса противное чувство вновь подступало к стенкам, готовясь выплеснуться наружу, так и напоминая о себе. Чон привстал на локтях, медленно садясь на гладкую ткань мебели. Это действительно доставало, Чонгук всем сердцем ненавидел начальный процесс беременности. Парень позавидовал тем, кому свезло не испытывать мучения омег. Сам процесс был не слишком приятным, и, тем не менее, Чон держался, руководствуясь своей мотивацией. Курить иногда хотелось, но в силу выдержки уже меньше. Он контролировал себя. Пытался, по крайней мере. За таким неприятным состоянием его и застал столь же тошнотворный звонок во входную дверь. Чонгук с раздражением накрыл лицо ладонью, поднимаясь с места. Из рта всё выходили проклятия, пока омега не дошёл до источника звука и уже мысленно обезглавил незваного гостя. Чон растерянно встретился взглядом с брюнетом, открыв дверь. — Я к тебе, — решительно проговорил Юнги, своим появлением вызывая новую волну тошноты. — Да понятно, что не к соседу. — Зайти можно? Пожав плечами, Чонгук отстранился, пропуская Мина в помещение. Без лишних слов альфа направился следом, вглубь чужой квартиры. — Откуда узнал адрес? — проходя на кухню, Чонгук мельком оглянулся на старшего, открыв верхнюю тумбочку в поисках чашек. — Хоуп сказал. — Ему-то откуда известно? — Гук даже обернулся, искренне удивляясь. Он, если не изменяет память, не обобщался о своём месте жительства. — Мне почём знать. Я спросил — он ответил. Чонгук задумался. Омега всё равно не мог припомнить, когда упоминал подобную личную информацию. Хотя и не исключал, что мог где и проболтаться. Парень решил оставить разговор о своём месте жительства на потом и непосредственно с самим Хосоком. Чон вновь вернулся к чайнику на плите, благо тот не утратил свой жар; Чонгук лишь недавно выключил прибор, подумывая выпить горячий чай. — Кофе? Чай? Покрепче, если что, нет. — Кофе, — вздохнув, Мин ответил. Взгляд альфы прошелся по затылку Чона и вдоль лопаток. Юнги не первый раз смотрел на спину напротив; обычно Чон чаще всего предстоял перед ним именно с подобной точки обзора. Мину внезапно стал интересен дом омеги. Обычно место жительства могло многое рассказать о хозяине. Альфа прошелся взглядом по кухне, но многое рассказать о Чоне она не смогла. Обставлена со вкусом, разве что. Шуга не слишком разбирался в тонкостях. Но ему понравилось минималистическое настроение помещения и баланс тёмных и светлых тонов. — Итак, — Чонгук выжидающе посмотрел на альфу, присаживаясь на одно из свободных мест. Протянув чашу Юнги, омега склонил голову, отпив напиток из любимой кружки. Ароматный чай, тем не менее, не оправдал ожидания, оставляя после себя на языке отвратительнейший привкус. Гук скривился, поперхнувшись. Мин хмыкнул, следя, как младший отодвинул от себя чашку. — Ты ведь не чаёвничать сюда пришёл? Улыбка спала с лица Юнги. — Если вкратце, то да. Но не знаю, как правильно сказать. — Как есть. Скажи всё как оно есть. — Вмешиваться было лишним, — Чонгук вопросительно приподнял бровь. — Это не предъява. Просто понимаю, что и сам не должен был идти на поводу, и всё же не смог сдержаться. В какой-то момент всё окончательно достало, и сорвался. Но это мои проблемы, вот тебя они не должны были касаться. — И ты пришёл, дай угадаю… — Извиниться. Гук фыркнул:  — Вот как раз таки это лишнее. Кроме того, я сам сунул нос не в своё дело. Претензий у меня точно что нет. Наоборот, я думал, что они будут у тебя. Хотя ты не особо сопротивлялся. Впрочем, это уже совсем другое, так что забыли, — Чон вновь притянул к себе отвергнутую кружку, делая очередной глоток, мгновенно откашливая. — Мерзость, как вообще его пьют? — Лучше скажи, зачем заставляешь себя, — хмыкнув, Юнги склонил голову набок. — Куда уместнее вопрос. — Врач прописал, сказал полезно, да и нервы успокаивает. По крайней мере, так он утверждал, но, скорее, наоборот — уже смотреть на этот отвар не могу. Мин вопросительно поднял взгляд на омегу. — «Врач»? — тот незамедлительно стушевался, неосознанно отводя взгляд. — Я так полагаю, мне снова «не стоит лезть не в свои дела»? Слушай, заканчивай с этим. Хоуп волнуется. Может, он и не показывает так явно и не лезет с расспросами, но ему не по себе. Ты слишком похудел, малой. — Вау, нотации? Шуга вздохнул, качнув головой. — Просьба, Чонгук, просьба. Он не ответил. Смотрел на Юнги, но молчал. Упрямо. И всё же Мин отчётливо заметил промелькнувшее сомнение Чона в ту секунду. — Не о чем беспокоиться, — Гук улыбнулся, хоть и устало. — Хосок может не переживать, так и передай, если снова начнёт волноваться. Всё не так плохо, Юнги. — Очень уж хочется верить. Но верится с трудом, Чонгук.

***

 — А этот? — Тэ, мне все нравятся. — Нет, хорош, но простоват, — омега по-детски поджал губу, капризно откинув на поверхность стола очередной снимок. Десятый, на памяти Пака. Чимин снисходительно улыбнулся, поглядывая за другом. По его мнению, Тэхён чересчур волновался из-за обычного проекта, что не так и влиял на его годовые результаты, лишь небольшой плюс в портфолио. Однако упрямому другу то не доказать. Чимин вообще не понимал заинтересованность Кима в этом деле. Тэ любил делать снимки в первую очередь для себя и… Нет, просто для себя. И, тем не менее, когда узнал, что его, а также остальных фотографов с их курса ждёт совместный проект с художниками, студент прямо-таки загорелся идеей, и уже вторые сутки продолжал (стоит признать) утомлять Пака своими внутренними сомнениями по поводу «так ли хороши его работы». Чимину не понять подобный интерес друга, коего тот не показывал ранее, хоть и прекрасно знал о художниках в «115» кабинете. Обычно именно там те проводили свои занятия. — Вот этот неплох, — Чимин оглядел лежавший ближе всего снимок, подсовывая омеге. Ким, угрюмо насупившись, тем не менее потянулся к фото. Его относительно новая работа, снятая на берегу реки. Ничего особенного, но Пак помнил, как Тэ был рад, сделав его на фоне пасмурного неба. Пейзажи, пожалуй, нравились Тэхёну. — Но цвета мрачноваты, — вздохнул фотограф. — К его стилю подошло бы. Но не хочу первым впечатлением о себе оставить образ надоедливого фана-сталкера. — Ты о своём партнёре? Вам уже сказали, с кем вы в паре? Ким кивнул. — Честно, мне повезло, Чим, я и подумать не мог, что мне посчастливится увидеть собственными глазами процесс создания его картин, а про совместный труд я и подавно молчу. Пак с интересом слушал друга, не совсем понимая, когда у того появился в жизни новый кумир. Чимин улыбнулся. — Выходит, ты уже и познакомился с ним? Тэхён протестующе замахал руками, тем самым удивляя Пака сильнее. — В идеале это представилось бы неплохим вариантом, однако мне ещё не довелось даже близко увидеться с ним. Понятия не имею, как он выглядит. Но его работы потрясны, Чимин! Помнишь «Bird*»? Разве не пробирает? Можешь не обманывать, я же знаю, что зацепила. — И не пытаюсь. Хотя тебя всё же больше, — справедливо подметил Пак. Сам Чимин по натуре своей танцор, как и Хосок. Похожие ещё с начальной школы в своих интересах, парни в противовес былым временам выбрали разные специализации, но, благо, их мнение сошлось хотя бы в выборе колледжа. Тэхён, сколько себя помнил, являлся поклонников фото мастерства, почти что не отходя от своего фотоаппарата. Всё это нравилось и Чимину, но, видимо, его интерес был лишь на этапе «заинтересованность». Любовь к танцам же проявлялась ещё со средней школы, и Пак решил попробовать себя в этом деле. Как выяснилось, весьма успешно опробовал. Каждый нашёл свой талант. Хотя они по-прежнему оставались всего навсего студентами. Единственный пока Намджун-хён отличился. И Юнги также мог бы… — Я хочу сотворить нечто, что смогло бы вызвать ещё более впечатляющие эмоции, чем «Bird», — Тэхён мечтательно улыбнулся, чем вызвал ответную улыбку друга. «Bird» — картина, что они с Тэ видели на первом курсе во время университетской выставки. Все желающие могли показать свои работы, но были и те, что отбирали сами преподаватели. Этим картинам был оказан более подобающий, так сказать, приём. «Птица» не вошла в их число. В неприметном, как казалось, уголку она была не способна привлекать внимание, но Тэхён всё равно умудрился отыскать чужой холст своим шестым чувством. У Пака будто как сейчас всплывал момент, когда омега не сводил с той взгляда. Даже показалось, что тот не дышал, с трепетом в глазах осматривая полотно. Подобные эмоции разительно отличались от его. Чимин не желал говорить Киму, чтобы не огорчать друга, а также не нарваться на поток ругательств в свою сторону, однако Паку картина казалась жуткой. "Пустая" она наводила ужас на Чимина. И парень не мог объяснить причину подобного настроения. Изображенная на полотне птица в противовес своему описанию не могла подарить ту свободу, о которой шла речь в небольшой табличке под самой картиной. Разве что, если свобода - ничто иное, как смерть. Чимин, правда, не понимал истинную сущность той свободы, что представлял автор творения. Подобная свобода внушала страх, и всё больше походило на клетку в своей тусклости. Но Тэхёну понравилось.  — Сегодня первое совместное занятие, где нас и представят друг другу, — Ким подтянул к себе мобильный, видимо, решив просмотреть несколько снимков и в памяти своего устройства. — Хотя мне удалось уже немного разузнать о нём. Чимин приподнял бровь. Пак помнил — автор картины так и не подписался, желая остаться инкогнито. Или же его информация устарела? — Оперативно, — ему оставалось лишь восхищаться навыкам друга. — А то. — И как? Ким приуныл, запустив пятерню в шелковистые волосы на макушке. — По слухам, ненавидит излишнюю тактильность, не разговорчив, лаконичен, грубоват, одиночка, — внезапно осененный мыслю Тэхён вскочил со стула. — Точно, ещё страшный! — В каком смысле? — Пак недоуменно вскинул бровь. — Силён. Потому и не лезут к нему особо. — И ты по традиции решил сдружиться, — скорее, не спрашивал, а чисто констатировал сам факт. В том они с Тэхёном были схожи. Оба нуждались в вечном общении, но количество друзей Кима танцор давно не мог сосчитать. В случае Чимина, тот был просто дружным и общительным, а Тэ обладал некой аурой, как не раз подмечал Пак, и являлся весьма добрым малым. Многие любили Тэхёна, или, как он просил себя называть ещё с детского сада, «Ви». Что же, прозвище прижилось, и пока только самые близкие друзья называли Кима своим именем, хотя и тех иногда переклинивало, и парни обращались к другу по придуманному псевдониму. — Только по описанию не слишком похоже на твой тип людей, признай. Такие замкнутые обычно тебя избегают. Уверен, что не разочаруешься потом? — Я ж к нему сразу в братья не напрашиваюсь! «Весьма сомневаюсь», — Чим хмыкнул, но особого желания пререкаться с другом отсутствовало. — И кстати, — Ким возбуждено скинул вещи в сумку. — Я опаздываю на знакомство! Пак хихикнул, махнув Ви рукой, когда тот хлопнул дверью в аудитории. Подобные обыденные разговоры успокаивали Чимина. На его взвинченное состояние компания Тэхёна действовала умиротворяюще. А нервы Пака в последнее время действительно ни к черту, если можно так высказаться. Понятное дело, мозги танцора думали только в направлении одного знакомого альфы. Чимин вздрогнул, когда ощутил вибрацию в левом кармане брюк, вытаскивая сотовый на поверхность. — Слушаю, — омега решался, поднимать ли трубку, и всё же устало выдохнул, прижав экран к уху. — Ещё одна пара — и я свободен. Если тебе не трудно. Да… Жду. И я тебя… милый. 

***

Тэхён спешил, мчась по коридорам в спешке. Омега ощущал, как по всему его телу проносятся бесчисленное число мурашек от нетерпения, слегка покалывая кончиками пальцев. Ви хотел, но одновременно с тем и боялся встречи с партнёром. Нет, с автором «Bird». Но парень всё же не являлся трусом и с неуклюжей улыбкой бежал, приближаясь всё ближе к назначенному месту. Наконец, нужный кабинет был уже найден. Омега остановился, силясь перевести дыхание. Подняв голову, он увидел два образа: старшего мужчины (преподаватель художественного курса) и студента, по-видимому. Молодой парень о чём-то с неохотой отмахивался, пока препод настойчиво жестикулировал. — Подумай ещё раз, брать академ сейчас с твоими результатами не самый умный ход. Ты один из моих любимых студентов, не порть себе будущее. — Я как раз таки и не порчу, а создаю, — незнакомец угрожающе прорычал, но всё же пытался сохранить вежливый тон, насколько то позволяла ситуация. — И я, кажется, ясно высказался, профессор. Мужчина недовольно засопел, и Тэхён чуть было не выдал себя, не сдержав смешок. Ноздри беты забавно раздувались, когда тот пребывал в раздражительном эффекте. Слишком жалкое зрелище. — Хотя бы в проекте поучаствуй, — преподаватель сник, выдыхая. — Множество студентов ждали, когда смогут опробовать себя в совместной работе. Думаю, и тебе будет полезно. Твой напарник, к слову, тоже весьма одаренный ребёнок, — заметив присутствие подошедшего Кима, мужчина возбуждено вскинул голову. Тэхён нервно улыбнулся. — Кстати, а вот и он. Тэхён, так ведь? Как же ты вовремя, наверное, и не представляешь себе. Просто прекрасно. Пообщайтесь, ребятки, и подумай ещё раз, Чонгук. О тебе же беспокоюсь. Студент устало вздохнул, ероша волосы, наблюдая, как за преподавателем закрылась дверь и его образ исчез с его глаз. — О себе побеспокойся лучше, — Чонгук зло зашипел в сторону кабинета, после переведя взгляд на Тэхёна. Тот с виду сохранял внешнее спокойствие. Но предпочитал не показывать, что творилось на душе. Взгляд Чона прояснился и стал не таким зябким. Парень выдохнул. — Тэхён, значит? «А нервишки-то шалят», — Ким сглотнул, глупо улыбаясь и кивая. Чон Чонгук — имя, что было ему уже знакомо, хоть хозяева того он видел впервые в жизни. Тэхён жадно хватался взглядом за мелкие детали в этом человеке; его глаза, нос, телосложение, предпочтения в одежде — ему необходимо впитать в себя как можно больше. Ведь так выглядел автор «Птицы». Немного не такой, как в представлении Тэхёна. Но Ви, собственно, и не знал, чего именно ожидал от человека в своих фантазиях. Образ того был размытым. До того момента. Момента, когда ему довелось лицезреть реальность, а не придуманную оболочку. Одно Ви понял на подсознательном уровне, как обычно то и случалось, — Чонгук ему приглянулся. — Ким Тэхён, но, если хочешь, можешь и «Ви», — омега приветливо улыбнулся, сбивая с толку своей яркой улыбкой. — Думаю, сработаемся, дружище. Чонгук вздохнул: — Посмотрим. 

***

Зачем волноваться и переживать, если можно не волноваться и не переживать, раз за разом повторял себе Чонгук в жизни, бессовестно нарушая свою же истину. Хотя всё казалось таким простым — всего-то надо придерживаться своих же советов. Не так уж и трудно. На словах. Но люди такие люди. Казалось бы, они созданы для переживаний. Иногда хотелось отключить эмоции. Жаль, Гука не создали, подобно тому же киборгу. Жил бы себе и не знал, что такое нервы, недотрах и духовное истощение. Также Чонгук не мог понять, какое кому дело, берёт он академ на год или нет? Его злило, что, по сути, чужой человек лез не в свои дела, не давая ему права решать свою жизнь. Так и повелось, что Чону пришлось отложить свой академ. Но ненадолго. Понятное дело, особого желания бросать учёбу у парня не замечалось, но его беременность того требовала. Может, пока его состояние относительно стабильно, насколько вообще может, и, тем не менее, никто не мог гарантировать ближайшее будущее. Чон не последний беременный омега в колледже, но то другие, не он. Чонгук и так уже… «Доигрался», — Чон, особо не прикладывая сил, потянул ручку двери на себя, заходя в знакомое помещение. Хосок сразу же заметил его, махнув рукой в приветсвенном жесте, чем и удивил парня. Насколько он помнил, теперь Мин занимал место рабочего. — А тебя какими ветрами? — Чонгук занял свой столик, тогда как бета подошел к нему. — И где твой работник? Хоуп хмыкнул, улыбаясь: — Как видишь, не со мной. Он… — Заебался, — Юнги повалился на стул рядом, удивляя своим быстрым приходом. Альфа выглядел ещё более раздраженным, чем в своё обычное состояние. Джей понимающе похлопал друга по плечу. — Держись, дружище. Ещё немного — и сможем отдохнуть. На невоодушевляющее утешение со стороны Хосока Мин устало фыркнул, не особо веря в слова младшего. Чонгук осмотрелся по сторонам, оглядывая толпу молодых людей за огромным столом. — Вечеринка? Хосок кивнул: — Ага, сняли зал. Хотя сам именинник опаздывает. — Да их это не так и колышет, — Юнги хмыкнул, поглядывая на компанию студентов. — Придурки уже ушатали хуй знает сколько бутылок соджу. — Что нам и выгодно, — довольно подметил Джей, переведя взгляд на омегу. — Не бери в голову, у Юнги недотрах. Мин недовольно засопел, зло осмотрев бету, что, в отличие от друга, пребывал в более положительном расположении духа. — Тебе ли об этом говорить, Джей. — У меня всё в порядке, в отличие от кое-кого. — Да неужели? — Шуга иронично усмехнулся. Чонгук вздохнул. — Вы ещё хуями померяйтесь, — устало закатив глаза, пробормотал он. Старшие удивленно вскинули головы, не сводя взгляд с художника. — Видать, не один ты нуждаешься в партнёре, — намекнув Мину, Хоуп нервно улыбнулся. — Наш Гукки не в настроении? — Что я тебе говорил за это прозвище? — Что оно милое? Чон вздохнул. Что один, что второй — оба давали ему нелепые прозвища или же сокращали имя. — Два сапога пара, — похоже, ему ещё достаточно длителное время придется тратить всё те же нервы и силы, пока он намерен продолжать это общение. Так он подумал, в тот же момент ощутив, как чужая рука коснулась плеча, заставив обернуться. — Чонгук? Чон Чонгук?