The Spot Series

Говард и Радж остались в гостиной, чтобы удостовериться, что их друзья не затеют очередную драку. – И как долго нам ждать? – шепотом спросил Радж. – Откуда мне знать? Мне нечасто приходится разнимать драки задротов. Как правило, в подобных ситуациях я просто запасаюсь попкорном и наслаждаюсь зрелищем. – Почему Леонард так плохо воспринял всю эту ситуацию? – Кто знает, может быть, он неравнодушен к Шелдону, – предположил Говард, пожав плечами. – Не может быть! Леонард не может быть геем, он же годами ухлестывал за Пенни. – Сексуальные пристрастия не определяются раз и навсегда, Радж. Каждый человек в той или иной степени гомосексуален. В лице Раджа явно читалось сомнение, так что Говард взял маркер и нарисовал на доске Леонарда прямую линию. – На одном конце отрезка, – начал он, – находится Ру Пол, на другом – мой двоюродный брат Мойше из Бостона, который не взглянет на свой собственный член, потому что он-то «уж точно не пидарас». Все остальные находятся где-то между этими двумя точками. С одной стороны ты можешь увидеть парней вроде Шелдона, которому нравятся парни, но который сделал девчонку, а с другой стороны – парней вроде меня, потому что мне нравятся девчонки, но я сделал… – Шелдона? – заботливо закончил за него Радж. Говард опалил его взглядом, но ничего на это не ответил. – Кто знает, в какой части этого отрезка находится Леонард? В какой части ты бы отметил самого себя? Вопрос был несложным, но желудок Раджа отчего-то сжался. Он испытал облегчение, когда им пришлось прервать разговор из-за того, что до них вдруг донесся весьма отчетливый звук, с которым спинка кровати ударялась о стену. Раз за разом. Говард и Радж обменялись ошеломленными взглядами, а затем едва не врезались друг в друга, наперегонки вылетая из квартиры. Судя по всему, Шелдон с Леонардом все-таки помирились. *** Шелдон резко проснулся. Он лежал в незнакомой кровати, и от него воняло. Ради Бога, почему он лег спать, даже не приняв душ? Он лежал в постели Леонарда. Голый. Рядом с Леонардом. Тоже голым. Леонардом. Ему хотелось принять душ, а Леонарду хотелось поговорить. Однако Шелдон не был готов к разговору, а Леонард легко отвлекался. Вообще-то, он нашел гораздо лучшее применение своему рту, нежели разговоры, принявшись поцелуями прокладывать дорожку вниз по груди и животу Шелдона до тех пор, пока не оказался у него между ног. Шелдон смутно помнил, как стонал и зарывался пальцами в его темные вьющиеся волосы, и даже несмотря на то, что Леонарду было дано более чем доходчивое предупреждение, его рот оставался там же, где был, до тех пор, пока Шелдон не издал приглушенный вскрик, и… Очевидно, уснул. Не требовалось быть знатоком в области половых отношений, чтобы догадаться, что это было дурным тоном. Возможно, ему следовало купить Леонарду цветы. Он поищет в интернете подходящий социальный протокол, применяемый в таких случаях, позже. Прежде всего, он должен был принять душ. Нужно было собираться на работу. *** Леонард не удивился, проснувшись в одиночестве. Возможно, это ничего не значило. Тем не менее, он испытал облегчение, когда Шелдон нетерпеливо сказал ему: «Поторапливайся!», когда Леонард еще не был в ванной комнате в свое отведенное время. Все шло нормально. Ну, не совсем нормально, но когда ты живешь с Шелдоном, нормальность становится понятием относительным. *** Когда Леонард вошел в свой рабочий кабинет, Радж с Говардом уже были там: они завтракали, явно дожидаясь его прибытия. Едва увидев Леонарда на пороге, Говард раскинул руки и воскликнул: – Мазл Тов! Леонард поник головой. – Я пока что не готов к тому, чтобы надо мной издевались насчет этого, парни. – Да кто издевается? – спросил Говард. – Я перепихнулся с Шелдоном, затем ты перепихнулся с Шелдоном, это всего лишь означает, что теперь на очереди Радж. Говард устремил на Раджа насмешливый взгляд, тот опалил его взглядом в ответ. – Если бы мать Шелдона только знала, как часто Шелдон заставляет меня целовать его божественный зад на работе, то мы все уже шли бы с ним к алтарю под прицелом ее ружья. – Черт, я совсем забыл о его матери! – простонал Леонард и рухнул в кресло. – Как ты мог забыть миссис Купер? – в изумлении спросил Говард. – Она же такая горячая штучка! – Она возненавидит меня, когда обо всем узнает. Я не хочу, чтобы миссис Купер меня ненавидела. – Не говоря уж о том, что Шелдон может умереть в процессе последующего за этим сеанса экзорцизма, – добавил Радж. – Ты делаешь все только хуже, – огрызнулся на него Леонард. – А я и не пытаюсь помочь. Потому что вы все, придурки, переспали друг с другом, а я остался единственным, которому ничего не перепало. – Если честно, мне совершенно непонятно, с чего ты так паникуешь, Леонард, – развел руками Говард. – Вы с Шелдоном уже и так несколько лет, как женаты. Кто вообще заметит разницу? По крайней мере, если Шелдон от всего этого не размякнет и не станет покладистым… Они втроем представили себе на секунду покладистого Шелдона и одновременно фыркнули от смеха. *** Радж сидел за столом в кафетерии в полном одиночестве. Шелдон прогнал его из кабинета со словами, что он практически слышит, как Радж «хандрит». Он гонял по тарелке еду, предаваясь печальным размышлениям. Еще неделю назад они все были одинокими неудачниками. А теперь Шелдон и Леонард стали парой, вероятно, на всю оставшуюся жизнь, поскольку Шелдон не слишком-то приветствовал перемены, а Говард вдруг оказался бисексуалом с крайне широкими взглядами на отношения. В результате Радж остался в стороне от своих друзей. И чувствовал себя немного растерянным. Его слегка отпустило, когда в столовую пришел Говард. – Сегодня подают «лягушачьи лапки», ням-ням, – саркастично буркнул Говард, поставив свой поднос на стол. – Не понимаю, почему все называют их «лягушачьими лапками», хотя на самом деле это куриные окорока? – Тебе действительно нужно это объяснять? Радж посмотрел в тарелку Говарда. – Нет. Кажется, теперь я понимаю. – Что с тобой не так? Ты весь какой-то грустный и жалкий… а еще даже не вечер пятницы. – Обхохочешься. – Шутка! Просто шутка! Что не так? Шелдон ведет себя… по-шелдонски? – Нет. Вообще-то, теперь он снова может работать. Судя по всему, Леонарду удалось починить что бы то ни было, что ты сломал у него в мозгах. – Я даже не знаю, расценивать ли это как комплимент моим сексуальным талантам или как оскорбление. – Основываясь на предварительно собранной информации, я голосую за последнее. Говард запустил в него горошиной. *** По дороге домой Шелдон прочитал Леонарду целую лекцию о меланоме. Леонарду было некого в этом винить, кроме самого себя. Никто не тянул его за язык, когда он опрометчиво заметил, что сегодня хороший день. Поднимаясь вверх по лестнице, они столкнулись с Пенни. Она была в домашних затертых штанах и с бигуди на голове. Леонард предположил, что она спустилась вниз только за почтой и не намеревалась выходить на улицу. Даже отправляясь в прачечную, Пенни обыкновенно оставляла бигуди дома. – Привет, мальчики! Я смотрю, вы помирились? Так держать, целоваться лучше, чем воевать. Шелдон недоверчиво вытаращился на нее. – Пенни, откуда, во имя всего святого, тебе уже стала известна парадигма… – Шшш… Шелдон! Пенни просто использовала распространенный оборот речи, она не подразумевала поцелуи в буквальном смысле этого слова. Шелдон кивнул в знак того, что понял его разъяснения. Пенни озадаченно покачала головой. – Что? – Леонард только что объяснил мне примененную тобой терминологию для того, чтобы избежать с моей стороны возможного социального промаха, – уверенно сообщил ей Шелдон, но сразу же посмотрел на Леонарда, ожидая от того подтверждения своей правоты. Леонард напряженно улыбнулся и кивнул: – Увидимся позже, Пенни. Он был уже на полпути к их квартире, когда вдруг понял, что Шелдон за ним не идет. Он по-прежнему был внизу, разговаривал с Пенни. – Занятное совпадение: я сперва неверно тебя понял, поскольку мы с Леонардом действительно целовались… У Пенни отвисла челюсть. Не требовалось быть ясновидящим, чтобы предугадать ее следующую фразу. – Леонард, мы можем поговорить? *** У Пенни голова шла кругом. Она могла неправильно понять Шелдона, его всегда было непросто понимать, но тот взгляд, который он бросил вслед удаляющемуся Леонарду, говорил за него лучше всяких слов. Шелдону Куперу наконец-то перепало. В ее голове крутилось столько вопросов одновременно, но она решила начать с самого важного и не терпящего отлагательств. – Какого хрена? Леонард рухнул на диван в ее квартире и начал беспокойно тянуть себя за волосы. – Ммм… – Заканчивай с медитациями, у меня свидание через час. Рассказывай! – Это сложно. Все началось, когда Шелдон растрепал ФБР о том, что Говард… – Да-да-да. Об этом я уже знаю, переходи к той части с поцелуями. – Как скажешь, – фыркнул Леонард. – Тогда я, пожалуй, пропущу ту часть истории, где Шелдон занимался сексом с Говардом, и… – Что?! – О, так теперь ты хочешь услышать всю историю? Так вот, как я и сказал… Леонард рассказал Пенни о последних событиях, в том числе о собственном признании Шелдону в том, что уже давно питает к нему чувства. – И? – Он меня поцеловал. – И?.. Леонард закатил глаза. – Об остальном ты и сама можешь догадаться. – Поскольку мы здесь говорим о Шелдоне, нет, я ни о чем не могу догадаться, но пока что я не буду докапываться до подробностей. Также я пока не буду поднимать вопрос о том, что, по факту, все то время, что мы с тобой встречались, ты хотел переспать с собственным соседом вместо меня. Сейчас я хочу сосредоточиться на одном-единственном вопросе: почему ты выдергиваешь собственные волосы? Она села рядом с ним и успокаивающе положила руку ему на плечо. – Я не выдергиваю волосы… – он уставился на собственные руки. – О, Боже, я выдергиваю волосы! Со мной такого не бывало со старшей школы. – Почему ты так волнуешься? Тебя беспокоит тот факт, что это однополые отношения? – Нет! Хотя, погоди… Нет. Да, отчасти, но нет. Возможно… Я даже не могу это толком сформулировать, но… – Милый, ты снова выдергиваешь себе волосы. *** Шелдон снял куртку и повесил на вешалку сумку через плечо. Вымыл руки. Включил ноутбук. Возможно, Леонард не хотел, чтобы Пенни знала о том, что Леонард с Шелдоном вступили в половые отношения. Он открыл свою текущую рабочую статью на ноутбуке. Пенни хотела поговорить с Леонардом о его изменившихся отношениях с Шелдоном. Согласно общественным условностям, не было ничего необычного в том, чтобы друзья обсуждали подобные темы. А ему все еще предстояло закончить свою статью. *** Леонард облокотился спиной о дверь ванной комнаты, наблюдая за тем, как Пенни снимает бигуди. – Шелдон не хочет это обсуждать. Шелдон! Обыкновенно ему требуется обсуждать все на свете. Сегодня всю дорогу до дома он не переставая трепался про солнечное излучение! А утром, когда я пытался поговорить с ним о прошедшей ночи, он постоянно перебивал меня и… отвлекал. Пенни подняла брови, щедро поливая себя духами. – Может быть, он просто не хочет говорить о своих чувствах? Потому что ему вообще не слишком просто даются чувства… – Он сказал мне, что, скорее всего, любит меня, – сказал Леонард, улыбнувшись при воспоминании. – Офигеть! Леонард отвернулся, пока Пенни залезала свое облегающее платье. – Я не уверен, что это считается. – Он сказал это во время секса? Леонард на секунду задумался. – Да. – Почему ты задумался? Чем вы занимались? – Ну, можно сказать, что для него это было уже после секса, в то время как для меня – все еще перед сексом… – Ты что, сделал ему минет? – Нет, в смысле, потом-то я сделал, но это уже совсем другая странная история, но тогда еще нет… это имеет значение? – Что? – Оральный секс вообще имеет какое-то отношение к тому, был ли он искренен или нет, когда говорил, что любит меня? – Что? – Почему ты спросила, сделал ли я минет Шелдону? – Я любопытная. А что за другая странная история? – Ты спрашиваешь просто для того, чтобы узнать интимные детали? – В смысле, хочу ли я услышать грязные подробности? Конечно же, хочу. Леонард поразмыслил над этим. Ему было не слишком-то удобно обсуждать подробности своей сексуальной жизни ни с кем иным, как со своей бывшей девушкой, но, с другой стороны… – Он уснул. Сразу же! – Он оставил тебя ни с чем? – Вроде того… – Скажи мерзавцу, что теперь он должен тебе цветы. – Почему он не хочет разговаривать о наших отношениях? – А вы с ним?.. Ну, ты знаешь… – она изобразила наглядный и очень неприличный жест. – Гм… – Это «да». А ты был… – она сделала еще один неприличный жест. – Нет. – Так ты был… – Да. Она хлопнула его по плечу. – Так держать. – И? – Что и? – Почему Шелдон не хочет говорить о нас?.. Так, ты что, опять спрашивала просто из любопытства? – Да. И, на самом деле, твои рассказы уже достаточно подогрели меня перед свиданием. – Что, правда? – Не смотри на меня такими глазами! Разве тебе не захотелось бы узнать подробности, если бы я стала встречаться с девчонкой? – Ну, да, но ты же и сама девчонка, а мы с Шелдоном – это просто… мы с Шелдоном. Пенни поиграла бровями, бросив на него многозначительный взгляд. – Так неправильно, что это кажется совершенно нормальным. Не красней. Теперь ты мой новый лучший друг – гей. Будешь помогать мне выбирать туфли и рассказывать интимные подробности своей сексуальной жизни. – Я по-прежнему ни черта не разбираюсь в туфлях. Пенни окинула его взглядом с головы до ног. – Что ж, наверное, такие изменения не происходят в одночасье. *** Леонард вернулся от Пенни спустя почти час. Пахнущий духами, с покрасневшим лицом, всклокоченными волосами и со следом от губной помады на щеке. Шелдон по-прежнему работал над своей статьей. Леонард принял душ, прежде чем Говард с Раджем пришли к ним на ужин. Это был четверг, в который могло случиться все, что угодно. *** Говард разглядывал симпатичную рыжеволосую девушку за столиком напротив. Она явно была птицей не его полета, но он не мог избавиться от мысли, что если бы он только придумал, как правильно завести с ней разговор… – Говард, прикрой меня! Ты же инженер. Скажи Шелдону, что если встроить машину времени в спортивную машину… Говард почти не слушал, что говорил ему Радж. Он был слишком занят, разглядывая его полные губы. Глаза Раджа были почти черными, словно его зрачки были постоянно расширены, как при сексуальном возбуждении. Он действительно был вкусной карамелью. – Идея конденсатора потока – это основная причина, по которой я вообще стал инженером. Я не стану спорить с ее осуществимостью. Радж на него обиделся. Говард испытал внезапную потребность поцеловать его, почувствовать эти полные губы под своими собственными губами… Он отвернулся обратно к рыжеволосой девушке, наблюдая за тем, как она скрещивает свои длинные обнаженные ноги, закидывая одну ногу на другую. *** Шелдон принял вечерний душ и подогрел себе кружку молока. Леонард вошел в кухню, дергая рукава своего халата. С годами Шелдон научился понимать, что это было одним из признаков того, что его друг нервничает. Он ждал, что Леонард заговорит, но тот молча наблюдал за Шелдоном, пока он пил свое молоко. Когда он начал мыть кружку в раковине, Леонард подошел к нему сзади и обхватил его руками за талию. – Ты хотел бы?.. – Леонард замолк, так и не закончив предложения. – Хотел бы я чего? Леонард ничего не ответил, и когда Шелдон уже был готов повторить свой вопрос, то почувствовал, как рука Леонарда переместилась ниже. Его сосед предлагал вступить в сексуальный акт. Шелдон издал вздох облегчения. – Я только почищу зубы, встретимся в твоей комнате. Полагаю, ты уже успел поменять постельное белье? *** Леонард сидел на кровати в ожидании Шелдона. Тот хотел продолжить их отношения, так что у Леонарда было одним меньше поводом для беспокойств. За исключением того, что стоит чему-либо пойти не так, и он одним махом лишится любовника, лучшего друга и соседа по квартире… Он снова выдергивал волосы. Шелдон остановился на пороге его комнаты, заталкивая руки в карманы своего халата. Он выглядел задумчивым. – Что такое, дружище? Шелдон скривился. – Нам нужен протокол. – Что? – Нужно разработать протокол, или, возможно, создать алгоритм для подобных встреч. – Тебе не нужен протокол для секса. – Может быть, тебе и не нужен. Должен ли я раздеться? Снять все? Или только халат? Должен ли я залезть к тебе в постель, или в таких случаях принято дожидаться приглашения… – Ух ты! Шелдон, ты на самом деле слишком много думаешь! – Что это за разговоры для ученого-физика? *** Леонард тяжело дышал, лежа под ним. Казалось, он уже был не в состоянии давать какие-либо советы, кроме как стонать «да» и «Шелдон». У Шелдона по-прежнему оставались вопросы. Леонард полностью раздел их обоих, оставив на себе только нижнее белье. Может быть, он не хотел снимать его вообще, или это Шелдон должен был позаботиться об этом за него? Он задавался вопросом, смогла бы Пенни помочь ему советами. Она становилась странно обидчивой, стоило только разговору зайти о ее широком и разнообразном сексуальном опыте. Шелдон погладил внутреннюю сторону бедра Леонарда и поцеловал его выдающуюся челюсть. Эта челюсть всегда привлекала его в Леонарде. Она выглядела почти героической. Когда Шелдон скользнул пальцами под хлопковый материал его нижнего белья, по телу Леонарда пробежала дрожь. Несомненно, это было хорошим признаком. Шелдон провел рукой над его возбужденным членом, отчего бедра Леонарда взметнулись вверх в поисках более интенсивного контакта. – Терпение – добродетель. Леонард издал рычание и накрыл руку Шелдона своей ладонью, заставляя его обхватить член Леонарда пальцами. – Ох, Шелдон. Он прошептал это едва слышно, но слова отдавались у Шелдона в ушах. Он подумал о следе губной помады, который видел на щеке Леонарда, и сильнее задвигал рукой по его члену. – Ох, Шелдон… О… Я сейчас кончу… Лицо Леонарда исказилось, и он кончил Шелдону в руку. Леонард предложил ему детскую салфетку, и хотя Шелдон был тронут его заботой, у него были дела поважнее. Он переместился пальцами к тесному кольцу мышц на входе в его тело. Леонард широко распахнул глаза, не сводя с него взгляда, но, тем не менее, слегка раздвинул ноги. Он потратил десять минут на то, чтобы подготовить Леонарда к пятидесяти секундам бурного сексуального акта. Ощущение было слишком сильным, Леонард был слишком тесным и прекрасным, а Шелдон – слишком неопытным. Когда все закончилось, глаза Леонарда по-прежнему оставались широко распахнутыми, он прошептал: – Это было потрясающе. – Сарказм? – Нет. Вторая попытка оказалась куда более успешной. *** Радж с неудовольствием подумал о том, как хорошо он успел изучить Шелдона. Он сразу же заметил, какими напряженными были его плечи. Задавать Шелдону вопросы всегда было чревато последствиями, можно было закончить день выслушиванием его бесконечных нравоучений. – Что не так, Шелдон? – Думаю, наша ожидаемая сила притяжения может быть равна… – Я говорю не о формуле. Что не так с тобой? Ты выглядишь расстроенным. Шелдон поморщился, он ненавидел разговаривать о чувствах. Он ненавидел испытывать чувства. – Я просто… На какой стадии отношений целесообразно поднимать вопрос моногамии? – Чувак, если ты хочешь получить совет по отношениям, то вопрос явно не по адресу, – Радж рассмеялся, но смех получился более горьким, чем он рассчитывал. – Думаю, ты можешь просто сделать допущение, что Леонард не станет спать с кем-либо другим. Шелдон поморщился. – Ты думаешь, что он собирается спать с кем-то еще? Лицо Шелдона снова исказилось, на этот раз немного иначе. – Ты думаешь, что он уже переспал с кем-то другим? Когда? Сегодня утром? Или вчера вечером? Радж сказал это в шутку, но плечи Шелдона неожиданно поникли. Определенно, нормальные люди не должны понимать друг друга настолько хорошо, если только они не состоят в браке. – У Леонарда секс бывает не чаще пары раз в год, с чего ты взял, что он станет видеться с кем-то на стороне в то же самое время, как встречается с тобой? С кем, по-твоему… – Вчера он пошел в гости к Пенни после того, как я по невнимательности рассказал ей, что мы с Леонардом состоим в сексуальных отношениях. – По невнимательности? – Она использовала образное выражение, ввиду чего у меня возникло впечатление, что… – Неважно. Леонард и Пенни все время общаются друг с другом! Тебе не о чем беспокоиться. – Он вернулся домой час спустя, от него пахло духами, а на щеке был след от губной помады, и он сразу же принял душ. – Леонард не занимался сексом с Пенни, это… – ему хотелось сказать «невозможно», – маловероятно. Шелдон никогда не замечал скрытых элементов человеческого общения, вроде невербальных символов, но зато заметил паузу в ответе Раджа. Его плечи напряглись до такой степени, что казалось странным, что он по-прежнему может шевелить рукой, делая записи на своей доске. – Мы можем просто у него спросить, и он ответит, что все это чушь собачья, – сказал Радж, но Шелдон по-прежнему выглядел неубежденным его словами. – В худшем случае, ты можешь сказать ему, что хочешь моногамных отношений, начиная с сегодняшнего дня. Радж извинился перед Шелдоном и практически бегом направился в кабинет Говарда. Калифорнийский технологический институт превращался в «Мелроуз Плейс». *** – Чувак, Шелдон думает, что Леонард вчера переспал с Пенни! Что с нами случилось? Раньше мы почти никогда не занимались сексом! – Ты по-прежнему им не занимаешься, – заметил Говард, что было совершенно необязательным. Радж почувствовал себя непропорционально уязвленным этим замечанием. Теперь он действительно казался самому себе аутсайдером. Говарда обеспокоила его реакция, он ободряюще похлопал Раджа по плечу. – Шучу! Мы все по-прежнему неудачники. А теперь пойдем и поговорим с Леонардом. Говард положил ладонь Раджу на спину, пока они шли по коридору к кабинету Леонарда. Радж уже и не помнил, когда делал что-нибудь важное по работе. Даже в такие вот времена, когда он чувствовал себя одиноким и отличным от других, ему по-прежнему нравилась Америка. *** Леонард занимался нудным делом внесения данных в базу и был явно рад отвлечься от этого на что-нибудь еще. – Что случилось? – Ты вчера вечером спал с Пенни? – без предисловий спросил у него Говард. – Шелдон думает, что ты уже ходишь от него налево, – обвиняющим тоном добавил Радж. Смех застрял у Леонарда в глотке. – Что? Вы это серьезно? Радж и Говард обменялись взглядами, Радж сказал примирительным голосом: – Мы знаем, что ты не спал с Пенни, но в последнее время было столько драмы, и Шелдон теперь занимается сексом, так что… Я уже не знаю, чему верить. Радж просветил Леонарда насчет опасений Шелдона. Леонард взял свой мобильный телефон и отправил Шелдону сообщение: «Пенни собиралась на свидание с другим парнем. Она задала мне целую кучу неудобных вопросов, а потом поцеловала меня в щеку, прежде чем убежать на свое свидание». Он нажал кнопку «отправить». «Я не хочу никого, кроме тебя». Он снова нажал «отправить», пока не успел струсить. Говард бесстыдно заглядывал Леонарду через плечо, читая каждое слово из его сообщений. – Леонард, ты такой голубой. Когда его телефон пискнул, оповещая о принятом сообщении, Леонард тщательно спрятал свой мобильный от пытливых зеленых глаз и прочитал сообщение. Что бы там ни было написано, это вызвало у Леонарда улыбку. *** Радж вернулся вместе с Говардом в его кабинет. – Итак, мы спасли Шелнарда, – торжественно провозгласил Говард. – Лелдона. – Шеллена? – Хофступера? – Купфстедтера? – Доктора Шеллена Ли-Лики Хофступера, – авторитетно подвел итог Радж. – Я дам тебе десять баксов, если скажешь это перед Шелдоном, – пообещал Говард, в его зеленых глазах плясали смешливые искорки. У него были такие потрясающие зеленые глаза. Радж попытался ответить, но у него сжалось горло. Не говоря ни слова, он вернулся в рабочий кабинет и обнаружил там расслабленного Шелдона, который сидел за столом, закидывая в рот шарики пастилы, и сосредоточенно разглядывал свою доску.