Око за око

      Леголас с интересом смотрел на игру теней, плясавших на мягкой лесной подстилке. Склонив голову набок, он видел интересные формы, которые двигались и менялись в размерах. «Похоже на ящерицу… нет… больше на паука! – думал эльф, и почти по-детски рассмеялся вслух, но одернул себя, получив непонимание со стороны разумной части сознания. Снова сдерживая рвущийся наружу смех, Леголас покачал головой, пытаясь сфокусировать взгляд на окружающем мире, но тот снова потускнел. «Будь проклят этот жар и заражение, - яростно подумал эльф, - Как я должен ясно думать и найти дорогу через деревья, которые танцуют передо мной?»       Спутанные мысли были прерваны звуками человеческих голосов. Эльф встрепенулся и начал вслушиваться, насчитывая около двадцати людей. Внезапная смена обстоятельств резко очистила голову, и он быстро завел руку, чтобы выхватить лук, в то же время резко осаждая коня на замедление до прогулочного хода. Серебристо-голубые глаза эльфийского принца внимательно изучали подлесок, и он заметил охотничий лагерь, разбитый вниз по дороге, вившейся вокруг толстых стволов деревьев.       Недоуменно нахмурившись, Леголас покачал головой, и подъехал ближе. Всё выглядело обыкновенно – совершенно обычные люди, одетые в темную, землистых оттенков одежду, сделанной из домотканого льна, но… что-то было не так. Все охотники слишком старательно отводили от него взгляды, и выглядели… слишком не весело и подавленно.       Когда лошадь подошла вплотную, принца окликнул высокий темноволосый мужчина, который показывал сильное удивление на своем лице. - Добрый день, господин эльф! Довольно редко можно видеть кого-то из твоего народа на дорогах в эти дни! Позвольте представиться, меня зовут Доник, а это мой помощник и второй в команде - Адрамир, - сказал он, кивая на русоволосого человека, стоявшего немного поодаль. Леголас изучал стоявшего перед ним человека, но, несмотря на то, что тот вел себя дружелюбно, эльфийский принц понял, что не может задержать взгляд на его глазах. - Приветствую! – вежливо ответил он. – Что здесь делает такая большая группа людей, настолько далеко от ближайшего человеческого поселения? - Мы охотники, стремимся пополнить запасы на складах до наступления зимы, - слишком поспешно ответил темноволосый, делая шаг в сторону эльфийского коня. – Не желаете ли спешиться и присоединиться к огню? Слишком давно не встречали никого из эльфийского рода, и мы были бы не против, чтобы услышать пару историй о том, что происходит в Средиземье.       Эльф содрогнулся при мысли о том, чтобы сесть рядом с огнем. Неужели этот глупый человек считает, что ему нужно больше тепла? Заставляя себя сосредоточиться, Леголас утомленно смотрел на него, пытаясь найти признаки обмана, но как ни странно, он не чувствовал, что Доник собирается напасть. Очевидно, что человек что-то скрывает, в конце концов, он был чужаком, но ведь и эльф не рассказывал им всего о себе. «Опять же, - рассуждал Леголас, - я не очень хорошо себя чувствую. Скорее всего, я снова все выдумал».       Окидывая взглядом лагерь и людей, он попытался напоследок определить причину своего беспокойства, но не увидел ничего необычного – несколько мужчин стояли возле деревьев, разговаривая между собой, некоторые вычесывали лошадей, кто-то обжаривал кабана на вертеле под пристальным наблюдением юноши с волнистыми светло-каштановыми волосами, бросавшего на принца благоговейные взгляды; некоторые даже отдыхали на спальных ковриках, подложив скрученные одеяла под голову. - Господин эльф? – послышался обеспокоенный голос Доника, который прозвучал для эльфийских ушей в очень нетерпеливой тональности. Леголас покачал головой, ощущая поднимающуюся волну тошноты. - Благодарю, Доник, но вынужден отказаться. Я тороплюсь – стараюсь достичь места назначения как можно скорее. Желаю удачи в охоте. Светловолосый принц не пропустил эмоцию одинакового облегчения, промелькнувшую на лицах людей. «Что ж, - решил он, - Что бы люди ни скрывали от меня, вряд ли это моя забота». Доник молча кивнул и попятился от лошади, освобождая дорогу. - Я понимаю. Надеюсь, что вы быстро найдете то, что ищете.       Леголас слегка кивнул и ударил пятками в бока лошади, резво трогаясь с места, но оставляя позади себя стойкое ощущение, что что-то не так и ему нужно вернуться. Но затуманенный разум эльфа был слишком усталым, чтобы понять все предостережения и ощущения. Все, о чем он мог сейчас думать, это как можно быстрее добраться до Ривенделла, прежде, чем выпадет из седла окончательно сожжённый мучительным жаром.       Когда белый конь скрылся из виду, Адрамир позволил себе опуститься на лесную подстилку, облегченно проводя ладонью по лицу. - Слишком близко к провалу, - пробормотал он, поднимая глаза, чтобы посмотреть на друга. - Да, так и есть, - согласился Доник, выглядя слегка разочарованным. С мысленным вздохом человек решил про себя, что нельзя иметь все и сразу. Было бы очень приятно мучить следопыта, делая того свидетелем мук своего друга, но… Он найдет что-то еще. Что-то получше.       Когда Нолад через полчаса вернулся в лагерь, люди были заняты упаковкой своих вещей и готовились выдвигаться дальше. Он и его друг оставались на деревьях, пока не убедились, что принц действительно их покинул, и только после этого слезли, чтобы вернуться к людям.       Нолад слегка нахмурился, вспоминая внешний вид Трандуилиона, когда тот говорил с Доником в лагере. Для любого эльфа было очевидным, что молодой принц был нездоров - его поза была слишком напряжена, а лицо слишком бледным. «Это объясняет, почему он не заметил меня на дереве, - подумал эльф. – Наверное, ему сейчас очень плохо».       Он хорошо помнил тот единственный раз, когда видел молодого эльфа. Около года назад, принц был в компании следопыта, и оба были жизнерадостны и весело смеялись. Нолад покачал головой, уже в который раз желая, чтобы он и его господин не покидали своего дома в тот день. Если бы Корналлар не увидел следопыта и не стал бы допытываться о его личности, то все это можно было бы предотвратить.       Видя, что Корналлар уже разговаривает с Доником, который громко выкрикивал своим людям новые приказы, эльф поспешил к ним присоединиться. Он подошел вовремя, чтобы увидеть, как темноволосый эльф иронично улыбнулся, пристально глядя на человека. - Неплохо, человек, ты бы смог одурачить даже меня. Ловко придумано с кабаном, и мне очень понравились твои прощальные слова «надеюсь, что найдете то, что ищете». Не думаешь, что это было слишком толсто намазано? Доник высокомерно усмехнулся. - Что ж, спасибо, но я бы предпочел застрелить его или забрать с собой. Ну чего уж там, все равно слишком поздно. Я даже удивлен тем, насколько гладко все вышло. Нолад чуть было не сказал вслух, когда подумал, что единственная причина, почему этот гадкий человек смог обмануть принца, это потому что тот был явно очень болен. Эльф сомневался, что кто-то будет рад это слышать.       Корналлар огляделся вокруг и спросил человека: - А где ты спрятал следопыта? Наглая ухмылка человека стала еще шире, когда тот подвел эльфа к одному из спальных мешков, и откинув одеяла, показал тело связанного следопыта. - В точности как вы и сказали, господин эльф. Если ты хочешь что-то спрятать, то спрячь это на самом виду.       Нолад смотрел на Арагорна, лежавшего на левом боку. Его темные волосы покрыты коркой запекшейся крови от свежей раны, и эльф внутренне содрогнулся. Он сочувствовал, зная, что когда человек очнется, то его голова будет разрываться от головной боли. Корналлар кивнул, поворачиваясь к человеку: - Молодец, Доник. Мы уходим через десять минут. Убедись, что он будет хорошо привязан к лошади. Следопыт не должен упасть и получить травму. Доник громко засмеялся и пошел к Адрамиру, чтобы передать тому новые приказы.       Эльфы услышали мягкие звуки шагов по толстой лесной подстилке, и встретили своих лошадей, которые терпеливо пережидали в лесу, а теперь вернулись в лагерь, выглядя очень довольными собой от выполненного приказа. Нолад взял поводья своей лошади, и к удовольствию питомца, нежно погладил его нос. - Ты собираешься проводить нас до подножия гор, а затем вернёшься сюда? Тоже поглаживая свою лошадь, Корналлар рассеянно кивнул. - Да. Будет лучше, если вы пойдете дальше одни. Я же займусь тем, что должен. Светловолосый эльф решился спросить: - Ты уверен, что именно это твой путь? Еще не слишком поздно все остановить, друг мой. Мы можем оставить здесь следопыта, заплатить edain и исчезнуть без следа, так же, как мы делали это раньше. Его компаньон медленно повернул голову и в каждой черте его лица эльф видел лишь только ожесточение и ненависть. - Да, mellonamin, я уверен. Я закончу то, что мы начали. И не позволю ему уйти безнаказанно. Нолад опустил голову, и когда снова поднял взгляд, то встретился с темными глазами своего господина. - И ты уверен, что он будет делать все то, что мы попросим? – тихо спросил он, продолжая смотреть на своего друга. Глаза Корналлара отражали всю его озлобленность и решимость, настолько сильно, что Нолад отложил все свои незаданные вопросы. - О да, мой друг, он сделает. Если он не хочет, получить своего любимого маленького человеческого сыночка по кусочкам, то он будет делать все в точности, как мы прикажем.       Леголас глубоко вздохнул, с облегчением понимая, что достиг Имладриса, когда увидел крыши Последнего Приюта. По крайней мере, они вскоре действительно появились в его поле зрения, после того как он сморгнул и напряг глаза, старательно вглядываясь сквозь плывущее сознание. Эльф помотал головой, что не помогло, а лишь усилило качку и вращение окружающего мира. Нахмурившись, снова начал искать глазами небо, которое где-то уже находил, и вроде, около минуты назад.       Часть его сознания, которая еще была в состоянии мыслить, издала безмолвный вздох. Он понял, что путешествие излишне затянулось. И от падения в пропасть ущелья его спасали острые чувства верной эльфийской лошади, аккуратно несшей своего хозяина. - Что ж, - подумал эльфийский принц, когда белый конь начал подъем по дороге, ведущей к главным воротам, - Моя задержка имеет свои преимущества. Возможно, Элронд уже удалился в покои. Это даст мне возможность проскользнуть незамеченным.       Его сознание захохотало от такой идеи, но Леголас проигнорировал, обдумывая возможные способы, чтобы уговорить Владыку Ривенделла не отправлять сообщение его отцу. Воспалённый ум был взбудоражен безумными идеями, вроде подкупа Элронда или отравления почтовых голубей, когда он, наконец, пересек ворота и въехал во внутренний двор. Леголас не ожидал, что встретит там кого-нибудь, возможно, что только конюхов и служащих, но понял, что ошибся – большая группа конных эльфов занимала все свободное пространство, и судя по их виду, они только что вернулись из длительной поездки.       Светловолосый принц нахмурился и начал искать в толпе знакомые лица, и это оказалось практически невыполнимой задачей, так как в его поле зрения каждый эльф раздваивался. Через некоторое время принц разглядел одного из близнецов и выкрикнул эльфу приветствие. Тот в замешательстве оглянулся, ища глазами того, кто ему кричал, и увидев Леголаса, широко улыбнулся. Но, как показалось принцу, в глазах темноволосого эльфа мелькнула легкая тень разочарования. - Леголас! Слава Валар, ты благополучно добрался, mellonamin! – радостно воскликнул Элрохир, подавляя чувство разочарования, когда увидел Леголаса, хотя надеялся увидеть младшего брата, вернувшегося домой. Он сделал к Леголасу несколько шагов, но внимательнее присмотревшись к лицу принца, ускорил свои шаги. - Леголас? Леголас, что с тобой? Принц не ответил, молча продолжая смотреть на друга, наклонив набок голову. Элрохир видел пот на его лбу, и отметил - лицо слишком бледное, зрачки в потускневших серебристо-голубых глазах были расширены. Цепкий взгляд Элрохира бегло пробежался по фигуре эльфа, отмечая разрезы на камзоле, и останавливаясь на расползающемся алом пятне. Он мгновенно преодолел оставшееся расстояние между ним и белой лошадью, и перехватил поводья. - Ты ранен. Пошатываясь в седле, Леголас пытался решить, какой из двух мутных и расплывчатых фигур он должен отвечать, и наконец, сдался, выбирая точку посередине, где и сосредоточил свои глаза. - Полагаю, что это точная оценка… Элладан, - сказал эльф, осторожно предполагая имя друга. Элрохир нахмурился – Леголас действительно совсем плох, если перепутал его с братом. Таких ошибок принц не делал уже более двух тысяч лет. - Пойдем, друг, я помогу тебе. Слезай с лошади и идем в дом. Леголас хотел было возразить, но его остекленевший взгляд зацепился на втором эльфе, который приблизился к ним. Или к двум эльфам. Вконец запутавшись, он уже отчаялся что-то понять. - Я не думаю, что это необходимо, mellonamin, - вымученно прошептал он, отчаянно цепляясь за седло, чтобы не сползти под ноги лошади. Когда близнецы осторожно спустили его вниз, Леголас еле сдержал стон, который неозвученно застыл в горле, - Я чувствую себя хорошо. Нет необходимости тревожить Элронда. Он прищурил глаза, вглядываясь в державшего его эльфа. - Элрохир? Почему твои волосы… зеленые?       При этом вопросе Элрохир посмотрел на старшего брата, который не знал, как реагировать, показывая быстро сменяющие друг друга эмоции гнева и печали, вспоминая Эстеля при упоминании своих волос, который оставался где-то далеко. Стресс и беспокойство, накопившиеся за последние дни, наконец, сделали свое дело, и младший близнец начал безумно хихикать.       Леголас посмотрел на него, пытаясь вспомнить, является ли это нормальным поведением для эльфа. «Что ж, пусть так» - решил он, кивая, и попытался пройти в дом, надеясь, что не столкнется с Элрондом. Но в его состоянии невозможно быстро двигаться, и эльфийский принц почувствовал руку на своем плече, повернувшую его обратно. - Леголас, ты не в себе. Нам нужно идти в дом, отец осмотрит твои раны, - строго сказал Элладан, пытаясь донести эту мысль до воспаленного сознания друга. Он повернулся к Исалу, который стоял чуть поодаль, удивленно наблюдая за всем происходящим. - Исал, не мог бы ты сходить в дом, предупредить моего отца, что принцу Леголасу потребуется его помощь? Ему нужен отдых, но я уверен, что он не сможет уснуть, после того, что тут произошло. Исал оторвал взгляд от Элрохира, который все еще истерически смеялся, и посмотрел на Элладана, который поддерживал раненого наследника Лихолесья. - Да, господин, - пробормотал капитан, кивая Элладану и направляясь вверх по каменной лестнице. «В этом доме никогда не бывает скучно» - подумал эльф, подавляя усмешку. После пинка по голени, полученного от старшего брата, Элрохир восстановил самообладание и поднялся с колен, но все еще продолжал судорожно дышать. - Все будет хорошо, Леголас, отец поможет тебе, - бормотал Элрохир, подталкивая эльфа вперед. Леголас смотрел на двери, которые выглядели грандиозно и устрашающе в его помутненном сознании, словно врата Барад-Дура. - О, я уже предвижу тот взгляд, который он подарит. И это удручает, - бормотал под нос шатающийся эльф. Его веки стали тяжелыми и большое серое пятно плясало перед его взглядом. Через секунду он смущенно спросил: - А где следопыт? Я его не заметил, разве он не с вами? Братья переглянулись, показывая принцу синхронные эмоции и взгляды на одинаковых чертах лиц. Элладан сделал глубокий вздох, словно перед прыжком в омут: - Он скоро прийдет, Леголас. Не переживай. Мы поговорим, когда ты проснешся и будешь чувствовать себя получше. Леголас промолчал и близнецы почувствовали, как тело эльфа обмякло. Они обеспокоенно переглянулись и ускорили шаги. «Я не потеряю его, нет… - неистово думал Элрохир, крепче сжимая руку на плече друга, - Только не после того, что случилось с Эстелем». Близнецы тащили бессознательного эльфа по длинным коридорам, окликая слуг, чтобы те освобождали дорогу и открывали перед ними двери, и практически влетели в лечебные палаты.       Проснувшись, Арагорн, наученный горьким опытом, лежал неподвижно, боясь пошевелиться. То, что следопыт успел узнать о ранениях, так это то, что нужно как можно меньше шевелиться, если он хочет, чтобы голова не отвалилась и не укатилась прочь. Он плотно сомкнул веки, превозмогая тупую боль, и решил, что крошечные трудолюбивые гномы получили подкрепление. Подкрепление в виде десятка пещерных троллей.       Следопыт решил, что может помочь попытка послушать окружающие звуки, тем самым отвлекая от происходящего в голове – тупой боли от ломящихся через его череп гномов и завывания троллей. Вслушиваться сквозь грохот в ушах оказалось тяжело, но через некоторое время, он начал различать доносившиеся издалека звуки.       Видимо, он лежал на спине, руки связаны, и где-то рядом следопыт слышал дыхание человека. Звуки деятельности других людей были где-то вдалеке; потрескивание дров в костре и мягкое ржание лошадей, пасущихся поблизости. Борясь с тошнотой, которая остановилась где-то посередине горла, сначала открыл один, затем второй глаз, осознавая, что было уже темно. Он слышал, как человек рядом с ним поднялся и через несколько секунд перед глазами появилось бородатое лицо. - Ах, ты проснулся? – спросил охранник, пихая следопыта в бок. Толчок затронул ушибы и трещины в ребрах, и Арагорн со стоном попытался отстраниться, но это движение вызвало новую яркую вспышку боли. Решая, что его голова, скорее всего, взорвалась, следопыт замер, тяжело и глубоко дыша, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха в легкие. Через некоторое время мир перестал вращаться, боль в груди утихла, и он увидел Сеобрина, который подходил с бурдюком и тем, что ему показалось старой тряпкой. Мальчик опустился на колени перед связанным человеком, откупорил мех с водой, и смочил ткань. - Не бойся, следопыт, я не причиню тебе вреда. Нолад прислал меня, чтобы я очистил рану на твоей голове.       Арагорн попытался улыбнуться, но вдруг что-то вспомнил. Внезапно дернулся, видимо, пытаясь вскочить, и снова задохнулся от мучительной боли, при этом рывок не сдвинул его тело даже на дюйм. Смаргивая пелену перед глазами, он хрипло выдавил: - Леголас? Что с ним случилось? Тот эльф, с которым вы встретились, где он?       Сеобрин легко подтолкнул его обратно к земле, и сочувственное понимание появилось на молодом лице. - Он остановился лишь на некоторое время, поговорил с Доником, затем поехал дальше. Расслабься, и дай мне работать. Эльф не пострадал.       Арагорн замер, пока Сеобрин старательно стирал налипшую грязь и кровь. Наслаждаясь ощущением прохладной воды, следопыт мысленно вздохнул, чувствуя облегчение, словно тяжкий вес упал с плеч. Леголас невредим, наверняка уже с близнецами, и в этом Арагорн был уверен.       Наверное, он снова задремал, потому что, когда открыл глаза, Сеобрина уже не было. Его место занял склонившийся Нолад, который изучал рану на голове следопыта. Светловолосый эльф смотрел на него с иронией. - Будешь жить, - сказал тот по-эльфийски, одним слитным движением плавно поднимаясь на ноги. Арагорн усмехнулся, но тут же пожалел об этом, снова зажмуриваясь от новой волны головокружения. - Вынужден согласиться, - выдавил он через пару секунд, с трудом поднимая глаза на эльфа.       Лицо Нолада было непроницаемым, когда тот смотрел на связанного человека. Он повернулся и пошел обратно в лагерь, но остановился, когда услышал тихий, наполненный болью, шепот человека. - За что? Почему он делает это? Что ему сделал Элронд? И чем я заслужил все это? Светловолосый эльф вздохнул, и повернулся к Арагорну. - Давно… очень давно, он потерял близкого. Того, кто был его последней связью между прошлым, настоящим и будущим. Он винит в этом Элронда и твоего предка. И хочет убедиться, что отомстит, даже если это разрушит его самого и всех тех, кто будет в это вовлечен. У него ничего не осталось. Только ненависть, - тихо сказал Нолад. - Но кого же? Кого он потерял? Нолад печально улыбнулся следопыту. - Сына. Он потерял сына почти три тысячи лет назад. Он хочет потребовать кровь за кровь.       Арагорн невидяще смотрел перед собой, погруженный в тревожные мысли, и эльф беззвучно ушел, растворяясь в тенях между деревьев. Сына... Даже не смотря на произошедшее и ту ситуацию, в которой он оказался, несмотря на боль и страх, следопыт почувствовал жалость к похитителю. Он знал, как было тяжело терять близких. Особенно трудно было эльфийским родителям, которые еще тяжелее переживали смерть детей, нежели люди.       Он расслабил тело, стараясь подавить дрожь от вспоминания слов Нолада. «Он потерял сына… хочет кровь за кровь». Это не прозвучало обещанием радужных перспектив для его будущего. «Наконец, настало время для применения навыков, которым меня обучали близнецы, - решился следопыт. – Завтра утром буду искать варианты. Нельзя оставаться здесь и ждать, пока этот сумасшедший эльф будет делать со мной все, что ему вздумается». Он прикрыл глаза и подался навстречу усталости, краем сознания вознося благодарность Элберет, которая присмотрела за его другом и уберегла от беды.       Мысли Леголаса вращались быстрее, чем колесо на телеге, когда сознание решило вернуться обратно в тело. Он попытался навести порядок в том хаосе, что творился в голове, но это не возымело особенного успеха. Он смутно вспоминал свое путешествие в Имладрис, и свое желание достичь его как можно быстрее, но не помнил причин. В памяти остались сумбурные образы людей, с которым он почему-то говорил; лицо темноволосого человека с неискренними глазами… Но когда все это случилось? Он вспомнил, как възжал во двор, говорил с близнецами, но после этого все было расплывчатым и темным.       Приходя к выводу, что надо открыть глаза, если он хочет получить ответы, эльф начал бороться с невероятно тяжелыми веками, и после нескольких попыток смог их поднять. Оглядывая комнату, к своему удивлению, он не нашел молодого человека. Леголас нахмурился. Отсутствие следопыта у постели раненого эльфа было тревожным и необычным. Опыт говорил, что, если принц получал рану, и даже если это была всего лишь царапина, человек ни на минуту не покидал его, пока не посчитает, что угрозы нет и эльф исцелился. И это, обычно, занимало много времени.       Эльф глубоко вздохнул, когда нахлынули воспоминания о тревожных предчувствиях. Видения лежащего Эстеля… «Что же, - однобоко усмехнулся Леголас, когда собрался с мыслями, свешивая ноги через край кровати. – Владыка Элронд получил шанс на свои острые взгляды».       Он сел, чтобы осмотреть свои раны – обе руки и бок были обернуты в чистую белую ткань, и когда Леголас глубоко втянул воздух, то смог ощутить тонкий запах ацеласа. Но самое главное, это то, что он больше не чувствовал боль, если, конечно, не двигался слишком резко. Он уже чувствовал, как эльфийское тело стремительно исцеляет разрезанную кожу и мышцы. Улыбаясь, поднялся на ноги и потянулся за одеждой, которую кто-то поместил на спинку большого кресла, стоявшего рядом с его кроватью. «Возможно, Арагорн притащил его и просто пошел за вторым» - размышлял принц, когда выходил из комнаты и шел вниз по коридору, надеясь найти Владыку Элронда. Не оставляя надежду, что его друг был где-то здесь и не попал в очередную переделку, эльф достиг главной лестницы, которая вела к нижним уровням. Леголас замер, слыша голос Элрохира, который произнес имя Эстеля с такой болью в голосе, что это заставило сжаться сердце. - Я не знаю, что делать, отец. Мы не смогли найти следов. Все, что теперь мы можем, это разойтись веером и надеяться на удачу.       Леголас обеими руками сжал поручень. Он опоздал. Опоздал настолько, что теперь не сможет помочь другу. Он сделал пару шагов на дрожащих ногах, осматриваясь в зале, в котором никого не было, кроме Элронда и близнецов. Элладан провел рукой по волосам и покачал головой. - Я не знаю, ada. Я вернусь наверх и проверю Леголаса. Думаю, он не должен быть один, когда очнется. Он удивиться, когда не увидит Эстеля. Кроме того, надеюсь, что он что-то видел по пути в Имладрис. Элронд устало кивнул и открыл было рот, чтобы ответить, но замер, когда увидел гибкую фигуру на вершине лестницы. - И долго ты стоишь так, встав из постели без моего разрешения, сын Трандуила? – строго спросил он, бросая на Леголаса свой знаменитый взгляд. Принц нервно сглотнул. - Прошу прощения, господин, я не подумал, когда сделал это, - сказал он, стреляя убийственным взглядом на широко осклабившегося Элрохира, - Но это очень важно, и я хотел немедленно поговорить с вами. Он спустился по лестнице и опустился на деревянную скамью рядом с близнецами. - Пожалуйста, Элронд, - тихо попросил Леголас. – Скажите. Что случилось с Арагорном? Элронд вздохнул и поднял на Леголаса взгляд, полный душераздирающей боли. - Мы не знаем, Леголас. Он исчез три дня назад. Мы отправляли поисковые группы, но все, что мы смогли найти, это следы тех, кто забрал его, и они уводят на север в каменистые пустоши. Леголас побледнел, чувствуя, как сердце наполняется беспокойством и страхом за друга, и горящей яростью на тех, кто осмелился сделать это. Он открыл было рот, чтобы спросить, знают ли они людей, кто сделал это, когда двери распахнулись и Эльвинд вошел, кланяясь господину. Леголас внимательно смотрел на эльфа, в прошлом он много раз говорил с ним. Эльвинд был другом Исала, и так же был младшим командиром гвардии, которая стерегла пути, ведущие в долину с северо-запада. «И он выглядит очень бледным» - сделал вывод принц.       Эльвинд дважды глубоко и прерывисто вздохнул, пытаясь восстановить дыхание, очевидно, что он со всех ног бежал до зала. - Господа, прошу меня извинить, но у нас есть то, что вам необходимо увидеть. После этих слов он вытащил маленький почтовый цилиндр, который был ничем не примечателен, кроме того, что на нем не было оттиска отправителя. Эльвинд передал послание Элронду, который взял его, смотря на него, словно оно обернется в маленького ядовитого паука. Элронд начал распутывать кожаные ремешки, связывавшие цилиндр. Молодой эльф добавил: - Он был прикреплен к одному из пограничных столбов на севере, не далеко от древнего ясеня. Мы не вскрывали, решили как можно скорее принести к вам. Элронд кивнул, и слегка наклонил цилиндр, плотно обхватывая пальцы вокруг рулона пергамента, который выпал на ладонь. Леголас жадно смотрел и его обеспокоенность выросла, когда принц увидел, что Владыка Ривенделла побледнел, читая письмо, и близнецы бессознательно подошли ближе к отцу. Когда Элронд добрался до конца текста, он выглядел так, словно встретил призрак самого Саурона, и лицо было настолько бледным, что Леголас видел вены на висках под обескровленной кожей. С рваным вздохом Элронд обессиленно упал в кресло и выпустил из руки лист, который отлетел в сторону, подхваченный ветром, перекатывающим по полу золотые листья через освещенный зал. - Отец? Отец, что там? – обеспокоенно спросил Элладан, нагибаясь над креслом, чтобы вглядеться в лицо отца. Элронд прикрыл глаза и покачал головой, на время позабыв о присутствии молодых эльфов. - Корналлар. О, Валар, пожалуйста, только не Корналлар, - тихо прошептал он. Настолько тихо, что эльфы с трудом разобрали слова. - Леголас? – спросил Элрохир друга, с растерянностью в голосе.       Но Леголас едва прислушивался к происходящему, не отрывая взгляда от маленькой вещицы, выпавшего из рук Владыки Элронда, когда тот рухнул в кресло. Это была маленькая серебряная брошь, не больше дюйма в диаметре, искусно сделанная в виде листа. Такие использовали для закалывания плаща или широкой рубашки. Брошь лежала на боку, но Леголасу было достаточно одного взгляда, чтобы понять, кому она принадлежит. Он много раз видел ее прежде, кованое серебро с выгравированными эльфийскими символами. Эльф не мигая продолжал смотреть на маленький лист, пока контуры украшения не начали размываться. Ada – отец Edan – человек, мужчина